Решение № 2-2832/2021 2-2832/2021~М-1945/2021 М-1945/2021 от 11 июля 2021 г. по делу № 2-2832/2021

Дело №

УИД 54RS0№-30


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

12 июля 2021 года <адрес>

Калининский районный суд <адрес>

в с о с т а в е:

Председательствующего судьи Авериной О.А.

С участием прокурора З

При помощнике судьи Бочарове А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ш к Акционерному обществу «Управление автомобильным транспортом НЗХК» о взыскании компенсации морального вреда в связи с получением производственной травмы при исполнении трудовых обязанностей,

У С Т А Н О В И Л:

Ш обратилась в суд с иском к АО «УАТ НЗХК», требуя взыскать компенсацию морального вреда в связи с полученной производственной травмой при исполнении трудовых обязанностей в размере 1 000 000 руб. (л.д. 4-8)

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ в 8 часов 30 минут на устранение аварии в бытовой канализации по <адрес> была отправлена каналоочистительная машина КО-514, водителем которой являлся Ш По прибытию на место работы Ш установил автомобиль на расстояние около 1,3 метров от колодца, открыл дверь заднего отсека автомобиля, перевел барабан в рабочее состояние и снял его со стопора, опустил рукав высокого давления в колодец и подал давление воды. В какой-то момент рукав вылетел и размывочной головкой ударил Ш по голове. После случившегося вызвали скорую помощь, которая доставила истца в Городскую клиническую больницу №. Согласно медицинским документам истцу поставили следующий диагноз: «Ушиб головного мозга средней степени тяжести с формированием контузионного очага в правой лобной доле. Открытый вдавленный импрессионный перелом кости справа. Ушибленная рана головы. Степень тяжести травмы: тяжелая». В ходе расследования комиссия установила причины несчастного случая: Отсутствует система управления оборотами двигателя из рабочего отсека. В комплектности оборудования отсутствуют направляющие и колодезные блоки для рукава высокого давления. Оборудование было выпущено на линию при темепратуре ниже -20 градусов. Не в полной мере отражены требования безопасности при работе на автомашине с оборудованием. Таким образом работодателем нарушены положения ст. 212 ТК РФ. Лица, допустившие нарушение требований охраны труда, согласно акту о несчастном случае: П - начальник участка ДСМ, Н - зам. директора по эксплуатации. Факт грубой неосторожности пострадавшего не установлен, алкогольного опьянения также не установлено.

В день получения травмы Ш перенес операцию: расширенная первичная хирургическая обработка ушибленной раны в правой лобной области, удаление вдавленных отломков лобной кости справа. В настоящее время диагноз звучит следующим образом: «Последствия тяжелой черепно-мозговой травмы (производственная травма в 2011 году, ушиб головного мозга средней степени тяжести с формированием контузионного очага в правой лобной области). Травматическая болезнь головного мозга, отдаленный период тяжелой ЧМТ в 2010 <адрес> черепа правой лобно-теменной области 36*39 мм, замещенный (без операции). Посттравматическая энцефалопатия 2ст с формированием ликворной кисты (29*33 мм) в лобной доле правого большого полушария. Правосторонняя пирамидальная недостаточность. Вестибулярные нарушения. Синдром ВЧГ с ликвородинамическими нарушениями, вестибулярная атаксия, стойкая выраженная церебрастения с упорным цефалгическим синдромом. Диссомния». После получения травмы жизнь истца изменилась, Ш неудобно и неприятно, когда его голову видят люди, поэтому он старается постоянно ее прикрывать, так как часть черепа у него отсутствует. После получения травмы истец находился на грани между жизнью и смертью. В 52 года, в зрелом, трудоспособном возрасте, у истца сильно изменилась жизнь после травмы, он не может никак привыкнуть к новому образу жизни.

ДД.ММ.ГГГГ установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 60 % сроком до ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ установлена 3 группа инвалидности и 40 % утраты трудоспособности сроком до ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ при освидетельствовании инвалидность не установлена, установлено 30 % утраты трудоспособности сроком до ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ установлено 30 % утраты трудоспособности бессрочно. Все вышеуказанные факты подтверждаются справкой №.ГБ.54/2021 от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец считает, что его неимущественному благу (здоровью) в результате неправомерных действий (бездействия) работодателя (в нарушение ст.ст. 37, 41 Конституции РФ, а также в соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ) источником повышенной опасности причинен вред, он понес значительные физические и нравственные страдания, связанные с болями и эмоциональными стрессами от травмы, фантомными болями, лечением. По вине ответчика он перенес операцию, в молодом и трудоспособном возрасте изменился образ жизни в худшую сторону.

Истец Ш в судебное заседание не явился, о дате судебного заседания извещался надлежащим образом (л.д. 72-73), просил рассмотреть дело в свое отсутствие (л.д. 7), доверил защиту своих интересов представителю (л.д. 57).

Представитель истца – адвокат А, действующий на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 74), в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме и дал пояснения, аналогичные изложенному в иске.

Представитель ответчика АО «УАТ НЗХК» - О, действующий на основании доверенности ДД.ММ.ГГГГ сроком на три года (л.д. 34) в судебное заседание не явился, о дате судебного заседания извещен лично (л.д. 2), представил возражения на исковое заявление (л.д. 35-36) и заявление о пропуске срока обращения в суд (л.д. 37-39).

Суд, выслушав пояснения представителя истца, исследовав письменные доказательства по делу, заслушав заключение прокурора, полагает, что исковые требования Ш подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Согласно ч. 2 ст. 7 Конституции РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.

Согласно ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право, в частности, на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с ч. 8 ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

На основании ч. 3 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Судом установлено, что Ш, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в АО «УАТ НЗХК»: с ДД.ММ.ГГГГ в должности водителя на участке дорожно-строительных машин, с ДД.ММ.ГГГГ переведен на должность подсобного рабочего, с ДД.ММ.ГГГГ вновь переведен на должность водителя автомобиля, ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию, что подтверждается копией трудовой книжки (л.д. 9-10), копией трудового договора (л.д. 54-56), приказом о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 57)

Как следует из Акта № о несчастном случае на производстве формы Н-1 (л.д. 11-13), ДД.ММ.ГГГГ в 09 час. 39 мин., произошел несчастный случай с работником ЗАО «УАТ НЗХК» - водителем автомобиля Ш, находившемся при исполнении трудовых обязанностей, в результате которого Ш получил удар по голове движущейся размывочной головкой рукава высокого давления каналопромывочной машины КО-514 (код 041), в связи с чем ему был причинен вред здоровью – Ушиб головного мозга средней степени тяжести с формированием контузионного очага в правой лобной доле. Открытый вдавленный импрессионный перелом кости справа. Ушибленная рана головы. Клинически трезв. Степень тяжести травмы: тяжелая. Причины несчастного случая: Неудовлетворительная организация производства работ каналоочистительной машиной, выразившаяся в выпуске каналоочистительной машины в некомплектном состоянии (при отсутствии системы управления оборотами двигателя из рабочего отсека, при отсутствии направляющих и колодезного блока для рукава высокого давления), выпуске каналоочистительной машины КО-514 при температуре ниже – 20 С, не в полном отражении требований безопасности при работе на каналоочистительной машине КО-514 в инструкции по охране труда ОТ-2009 «Инструкция по охране труда для водителя, машиниста дорожно-строительных и специальных машин и механизмов при работе на линии».

Как следует из выписного эпикриза, копии истории болезни МУЗ «ГКБ №» (л.д. 19, 20, 21-23, 75-108), Ш находился на стационарном лечении в нейрохирургическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом – Ушиб головного мозга средней степени тяжести с формированием контузионного очага правой лобной доли. Сдавление головного мозга отломками открытого вдавленного импрессионного перелома лобной кости справа. Ушибленная рана головы. ДД.ММ.ГГГГ больному выполнена операция – расширенная первичная хирургическая обработка ушибленной раны в правой лобной области, удаление вдавленных отломков лобной кости справа.

Кроме того, в связи с последствиями производственной травмы Ш находился на стационарном лечении в 1 неврологическом отделении МБУЗ <адрес> «ГКБ №» в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом – Посттравматическая энцефалопатия 2 ст. с посттрепанационным дефектом в лобной и теменной областях справа, с формированием ликворной кисты лобно-теменной области справа с гидроцефалическим синдромом, вестибулоатактическим синдромом, правосторонней пирамидальной недостаточностью. (л.д. 24-27).

Согласно ответа на обращение ФКУ «ГБ СМЭ по <адрес>» Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14), в связи с трудовым увечьем ДД.ММ.ГГГГ Ш была установлена 3 группа инвалидности и 60 % утраты профессиональной трудоспособности сроком на 1 год по ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ установлена 3 группа инвалидности и 40 % утраты профессиональной трудоспособности сроком на 1 год по ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ при очередном освидетельствовании Ш инвалидом не признан, установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности сроком на 1 год по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке ФКУ ГБ МСЭ <адрес> бюро № от ДД.ММ.ГГГГ, Ш в связи с трудовым увечьем от ДД.ММ.ГГГГ установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 % с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно (л.д. 15).

Ш в связи с трудовым увечьем ФКУ ГБ МСЭ по <адрес> Бюро МСЭ № к акту освидетельствования от ДД.ММ.ГГГГ составлена Программа реабилитации (л.д. 18), в соответствии с которой диагноз истца: Т90 – Последствия травм головы (Последствия ЧМТ (производственная травма от 2010 года). Посттравматическая энцефалопатия 2 ст. с формированием ликворной кисты в лобной доле правого больного полушария (по КТ от ДД.ММ.ГГГГ). Посттрепанационный сросшийся дефект черепа 3 х 4 см в правой лобно-теменной области. Органическое непсихотическое расстройство смешанного (травматического, сосудистого генеза с легким когнитивным снижением. Легкий астенический синдром.), в связи с чем истцу необходим постоянный прием лекарственных препаратов, рекомендовано санаторно-курортное лечение по профилю – для заболеваний нервной системы 1 раз в год.

Таким образом, совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств подтверждается факт причинения Ш ДД.ММ.ГГГГ при исполнении трудовых обязанностей в качестве водителя автомобиля в ЗАО «УАТ НЗХК» тяжелой производственной травмы, в результате которой Ш устанавливалась инвалидность, а с 2013 года установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30 % бессрочно.

Из ч. 1 ст. 21, ч.2 ст. 22, ч.1 ст. 210, ч.1 и абз. 2 ч.2 ст. 212, ч.1 ст. 219, ч.1 ст. 237 ТК РФ в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, возмещает работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

В соответствии со ст. 237 ГПК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в ред. Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 6), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная.. . и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной.. ., распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" от ДД.ММ.ГГГГ N 1, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В силу ст.56 ГПК РФ ответчиком не представлены суду доказательства того, что АО «УАТ НЗХК», как работодателем, были созданы истцу безопасные условия труда, а также не представлены доказательства отсутствия вины в причинении вреда здоровью истца, следовательно, имеются основания для взыскания компенсации морального вреда.

Разрешая вопрос о пропуске истцом срока на обращение с иском в суд, о чем заявлено ответчиком (л.д. 37-39), суд оснований для применения такого срока не усматривает.

В соответствии с ч.1 ст. 392 ГК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

В соответствии с ч.3 ст. 392 ТК РФ (введенной Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 74-ФЗ) при наличии спора о компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие нарушения его трудовых прав, требование о такой компенсации может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично.

При этом, как разъяснено в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

В случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

В соответствии со ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется, в частности, на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом.

Поскольку в данном случае Ш заявлено требование о компенсации морального вреда, вытекающее из нарушения его личного неимущественного права в связи с причинением вреда здоровью, то на него исковая давность не распространяется.

При этом, суд не принимает доводы ответчика об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда, изложенные в возражениях (л.д. 35-36).

Так, ссылка ответчика на п. ДД.ММ.ГГГГ Коллективного договора, которым предусмотрено, что работодатель обязуется выплачивать работникам, пострадавшим в результате несчастного случая на производстве по вине работодателя или получивших профзаболевание, сверх установленного законодательством единовременную материальную помощь из размера минимальной тарифной ставки (оклада), действующего в Обществе в размере: при инвалидности 3 группы – 10 тарифных ставок (окладов) (л.д. 58-60), в связи с чем истец имеет право на единовременную материальную помощь по подсчету ответчика в размере 72 700 руб., является несостоятельной, поскольку такая выплата в пользу Ш не производилась.

Что касается выплаты работодателем в пользу Ш материальной помощи в соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ в размере 5 000 руб. (л.д. 63, 64) и в соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ в размере 7 000 руб. (л.д. 65, 66), то данное обстоятельство также не свидетельствует о возмещении в пользу истца причиненного морального вреда, поскольку данные выплаты производились работодателем именно как материальная помощь по заявлениям истца в связи с его тяжелым материальным положением для возмещения расходов на приобретение лекарств и лечение.

Как разъяснено в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" от ДД.ММ.ГГГГ N 1, при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Следовательно, определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер и степень физических и нравственных страданий истца – получение тяжелой травмы головы, в связи с которой истец испытывал физическую боль, имеет посттрепанационный дефект черепа, установление инвалидности в связи с трудовым увечьем в течение двух с лишним лет после получение травмы, утрату профессиональной трудоспособности, которая с 2013 года установлена бессрочно в размере 30 %.

Вместе с тем, суд учитывает, что после полученной травмы Ш по состоянию здоровью смог продолжить работать, в том числе по истечении 2 лет 4 мес. вернулся к работе в прежней должности – водителя автомобиля, в которой проработал до момента ухода на пенсию в апреле 2021 года.

При изложенных обстоятельствах, суд полагает возможным взыскать в счет компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в связи с трудовым увечьем с ответчика в пользу истца 350 000 руб., удовлетворив исковые требования Ш частично.

Кроме того, с ответчика в силу ч.1 ст. 103 ГПК РФ, подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска в силу закона.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Ш удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Управление автомобильным транспортом НЗХК» в пользу Ш компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей, в размере 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей,

В остальной части в удовлетворении исковых требований Ш -отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Управление автомобильным транспортом НЗХК» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда.

Судья: Аверина О.А.

Мотивированное решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.