Приговор № 1-2/2021 1-69/2020 от 1 марта 2021 г. по делу № 1-2/2021

Приговор

Именем Российской Федерации



№1-2/2021
2 марта 2021 года
город Томск
Томский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Буркова Е.М., при секретарях судебного заседания Никифорцевой Г.Ф. и Турлай О.П.,

с участием государственных обвинителей – заместителя и старшего помощника военного прокурора Юргинского гарнизона майора юстиции ФИО1 и старшего лейтенанта юстиции ФИО2, соответственно,

потерпевших – Л. и Ж.,

подсудимого ФИО3 и его защитников – адвокатов Седельцева М.В. и Медведевой Л.В.,

подсудимого ФИО4 и его защитников – адвокатов Ивановой Е.С. и Мелкозеровой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в присутствии личного состава уголовное дело в отношении военнослужащего, проходящего военную службу в ..., старшего лейтенанта

ФИО3, родившегося ..., ..., несудимого, ..., проходящего военную службу по контракту, вступившему в силу ... года, на срок три года, проживающего по <адрес>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «в» части 2 статьи 163 Уголовного кодекса Российской Федерации,

и гражданина

ФИО4, родившегося ..., ..., несудимого, ... проживающего по <адрес>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «в» части 2 статьи 163 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

Вечером одного из дней апреля 2020 года ФИО4 и ФИО3, действуя согласованно, желая обогатиться за чужой счет и зная, что граждане Ж. и Л. сбыли на металлолом металлические поворотные кулаки от автомобиля БЕЛАЗ за 100000 рублей, встретились с последним из них на автозаправочной станции, расположенной по <адрес>, где ФИО4 в присутствии ФИО3 потребовал от Л. передать им 60000 рублей за сбыт указанных деталей, угрожая применением физического насилия.

На следующий день, находясь в том же населенном пункте в районе дома <адрес>, ФИО4 в присутствии ФИО3 повторил Л. требование о передаче названной выше суммы с той же угрозой. В связи с чем последний, реально воспринимая угрозы, передал последним 30000 рублей, разместив их в подлокотнике заднего дивана автомобиля «Toyota Camry», на которой они передвигались по названному поселку после высказанного требования.

Продолжая реализовывать умысел на вымогательство заявленной изначально суммы, вечером 30 апреля 2020 года ФИО4 и ФИО3, передвигаясь по вышеназванному поселку на автомобиле последнего «Toyota Land Cruiser 200» вместе с потерпевшим Ж., потребовали от него передать оставшуюся часть суммы в размере 30000 рублей, подкрепляя свое требование угрозами применения насилия и уничтожения имущества путем сожжения автомобиля потерпевшего. Затем, подъехав к дому Л., расположенному в том же населенном пункте по улице <адрес>, в присутствии последнего повторили данное требование. Получив от Ж. отказ, ФИО4 схватил его за одежду и нанес по одному удару рукой в область туловища, шеи и челюсти, причинив повреждение в виде ..., в результате чего потерпевший согласился исполнить требования подсудимых, попросив для этого время.

Далее вечером 6 мая 2020 года, находясь около дома <адрес>, ФИО3 и ФИО4 повторили Ж. свое требование о передаче денежных средств, а около 17 часов 15 мая 2020 года в районе дома №1 «а» по улице Комсомольской в том же населенном пункте ФИО4 встретился со Ж. и вновь потребовал передать от последнего оставшуюся часть денежной суммы. Затем они прошли к дому № 3 по этой же улице, где их встретил ФИО3, который также предъявил Ж. требование о передаче денег, сначала пригрозив применением насилия, а затем и применив его, нанеся один удар рукой по лицу потерпевшего, после чего подсудимые схватили Ж. и начали тянуть его к автомобилю ФИО3, однако дальнейшие их действия были пресечены сотрудниками полиции.

Подсудимый ФИО4 вину в совершении преступления не признал и показал, что у Ж. перед ним имелась задолженность в размере 30000 рублей, которая образовалась в результате гашения им, подсудимым, долга Ж. перед гражданином С. К Ж. и Л. он никогда угроз не высказывал, насилие не применял.

Далее ФИО4 показал, что неоднократно требовал от Ж. вернуть долг, однако последний постоянно затягивал с его возвратом. При этом от Л. узнал, что последний вместе со Ж. продал поворотные кулаки от БЕЛАЗА, выручив за это 100000 рублей. Деньги от Л. не требовал, а просто просил его помочь найти Ж., для чего Л. вместе с ним, ФИО3 и П. на автомобиле последнего ездили к Ж., однако застать его дома не смогли.

ФИО4 также показал, что 30 апреля 2020 года он вместе со Ж. и ФИО3 на автомобиле последнего ездили к Л. с целью выяснения наличия денежных средств у Ж., который пообещал вернуть долг 15 мая 2020 года. При этом какого-либо насилия ни к кому не применялось, угрозы не высказывались. 15 мая 2020 года около 17 часов они с ФИО3 вновь встретились со Ж., однако последний возвращать долг отказался, после чего их задержали сотрудники полиции.

Подсудимый ФИО3 вину в совершении преступления не признал и показал, что знал о наличии долга у Ж. перед ФИО4 в размере 30000 рублей. В середине апреля 2020 года ФИО4 занял у него, ФИО3, 15000 рублей, указав, что Ж. так и не возвращает долг.

В последующем от Л. стало известно, что у Ж. должны быть денежные средства, поскольку тот недавно реализовал какие-то запчасти за 100000 рублей. К Л. они ездили вместе с П. по просьбе ФИО4, чтобы разыскать Ж., при этом угроз никто никаких не высказывал.

Далее ФИО3 показал, что, разыскав Ж., они ездили к Л. с целью выяснения наличия у того денежных средств, после чего Ж. пообещал вернуть долг 15 мая 2020 года, при этом угроз ему не высказывалось, насилие не применялось.

ФИО3 также показал, что вечером 15 мая 2020 года они с ФИО4 встретились со Ж. и беседовали о возврате долга, насилие к последнему никто не применял, а через некоторое время их задержали сотрудники полиции.

Вместе с тем, виновность ФИО4 и ФИО3 подтверждается совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств.

Потерпевший Л. показал, что в апреле 2020 года Ж. на свалке нашел поворотные кулаки от БЕЛАЗА и предложил ему сдать их на металлолом, после чего они через знакомых решили найти на них покупателя. Через некоторое время ему, Л., позвонил ФИО4 и предложил реализовать найденные вещи как запчасти, выручив за них больше денежных средств.

Далее Л. показал, что ФИО4, узнав о продаже поворотных кулаков, высказал свое недовольство и в ходе встречи, проходившей в один из дней апреля 2020 года, на которой также присутствовал ФИО3, потребовал передать им денежные средства, угрожая, в случае отказа, сломать потерпевшему ноги. При этом ФИО4 пояснил, что от реализации им, подсудимым, необходимо оплачивать 30% от стоимости найденного металла, поскольку весь металл, найденный на Бачатском разрезе, принадлежит ему, а так как найденные поворотные кулаки можно было реализовать за 200000 рублей, то Л. и Ж. должны им отдать 60000 рублей.

Л. также показал, что на следующий день ФИО4 и ФИО3 приехали к нему на автомобиле «Toyota Camry» под управлением П. Когда ФИО4 вышел из автомобиля, он, Л., воспринимая высказанные в его адрес угрозы реально, стал передавать 30000 рублей. Однако ФИО4 был недоволен размером передаваемой денежной суммы и потребовал сесть в машину и проехать до Ж., подкрепляя свое недовольство угрозами применения насилия в виде ударов по лицу, в связи с чем он согласился. Поскольку Ж. застать дома не удалось, он, Л., сел обратно в автомобиль, где ФИО4 сказал ему оставить деньги и передать Ж. о необходимости выплаты такой же суммы, в связи с чем он положил деньги в подлокотник заднего дивана автомобиля.

Кроме того, Л. показал, что через некоторое время к нему вновь приехали ФИО4 и ФИО3, которые были вместе со Ж. При этом они предложили занять последнему денежные средства, чтобы он мог их отдать подсудимым, однако ввиду отсутствия требуемой суммы он, Л., занимать Ж. отказался. Затем ФИО4, получив от Ж. отказ передать денежные средства, в присутствии всех указанных лиц избил Ж., нанеся ему несколько ударов, от одного из которых у последнего повредился зуб, а также высказал угрозу применения физического насилия и в его, Л., адрес.

Согласно показаниям потерпевшего Л., данных им в ходе предварительного следствия и подтвержденных им в суде (т.5 л.д.157-163), впервые требование о передаче денежных средств с угрозой применения физического насилия ФИО4 в присутствии ФИО3 высказал около 21 часа в один из дней апреля 2020 года на территории автозаправочной станции по <адрес>. При этом на следующий день в период времени с 10 до 20 часов требование о передаче денежных средств под угрозой применения насилия в присутствии ФИО3 ФИО4 высказал в районе дома ... того же населенного пункта, после чего, передвигаясь на автомобиле «Toyota Camry» под управлением П. с целью розыска Ж., он, Л., по требованию ФИО4 передал подсудимым 30000 рублей, разместив их в подлокотнике данного автомобиля.

Кроме того, из показаний потерпевшего Л. также следует, что 30 апреля 2020 года возле его дома ФИО4 применил физическое насилие к Ж. за отказ отдавать денежные средства.

Из протоколов проверки показаний на месте с участием потерпевшего Л. (т.4 л.д.114-126, т.5 л.д.164-171) следует, что последний указал на место вблизи дома <адрес>, где вечером 30 апреля 2020 года ФИО4 в присутствии его и ФИО3 применил насилие к Ж., продемонстрировав его механизм в виде ударов по туловищу, шее и челюсти, а также указал места вблизи дома <адрес>, где ФИО4 в присутствии ФИО3 высказывал ему требования о передаче денежных средств с угрозами применения физического насилия.

Свидетель П. показал, что в конце апреля 2020 года возил ФИО3 и ФИО4, по просьбе последнего, на своем автомобиле «Toyota Camry» к Л., с которым они все вместе в последующем ездили к Ж., однако застать его дома не удалось. При этом Л. ездил на заднем пассажирском месте.

Согласно показаниям свидетеля К. (т.3 л.д.215-217) 30 апреля 2020 года к ее супругу Л. приехали Ж., ФИО3 и ранее неизвестный ей мужчина. При этом, находясь дома, она слышала шлепки и стуки, а также грозные и громкие голоса, раздававшиеся с улицы, не принадлежавшие Л. и Ж. В дальнейшем от супруга ей стало известно, что ФИО4 нанес несколько ударов по телу Ж., поскольку тот должен отдать подсудимым 30000 рублей в виде процента от продажи металла, найденного на свалке с разреза «Бачатский», а сам Л. уже передал ФИО4 и ФИО3 денежную сумму в таком же размере.

Потерпевший Ж. в суде показал, что весной 2020 года он нашел на свалке поворотные кулаки от автомобиля БЕЛАЗ и решил реализовать их вместе с Л., получив за них 100000 рублей. В последующем Л. сообщил ему, что за реализацию данных запчастей ФИО3 и ФИО4 требуют передать им 30000 рублей под угрозой физической расправы и повреждения имущества. При этом сам Л. уже отдал такую же сумму подсудимым. Через некоторое время при возвращении с работы домой ФИО3 и ФИО4 перехватили его, Ж., и потребовали сесть к ним в машину, где стали высказывать требование о передаче названной выше суммы, при этом замахиваясь в его сторону, а также угрожая сжечь его автомобиль.

Далее Ж. показал, что они подъехали к дому Л., где последнему подсудимые предложили занять ему, Ж., денежные средства, после полученного отказа ФИО3 начал возмущаться, а ФИО4 нанес Ж. три удара, в том числе в левый бок и челюсть, от чего у него раскрошился зуб. В связи с примененным насилием он согласился отдать требуемую денежную сумму 15 мая 2020 года, так как в этот день должно быть зачисление заработной платы.

Ж. также показал, что через некоторое время, находясь в поселке городского типа Бачатский вместе с супругой, к нему вновь подошли ФИО3 и ФИО4 и напомнили о необходимости передачи им денежных средств, на что он повторил о возможности выполнения данного требования 15 мая 2020 года в день поступления заработной платы.

Затем Ж. показал, что по указанным фактам обратился в правоохранительные органы и согласился поучаствовать в следственном эксперименте, в ходе которого 15 мая 2020 года встретился с подсудимыми, которые вновь требовали передачи им 30000 рублей в счет процента за реализацию металла. При этом ФИО4 стал кому-то звонить с целью сбыта золотого браслета, принадлежащего ему, Ж., затем ФИО3 нанес потерпевшему один удар по лицу и они вместе с ФИО4 стали тащить его в машину. Дальнейшие действия подсудимых были пресечены сотрудниками полиции.

Кроме того, Ж. показал, что в ходе встреч с ФИО3 и ФИО4 последний говорил ему о необходимости с любой найденной металлической детали выплачивать им, подсудимым, 30% от ее стоимости.

Согласно показаниям потерпевшего Ж., данным в ходе предварительного следствия и подтвержденным им в суде (т.5 л.д.178-184), впервые о необходимости передачи денежных средств подсудимым ему стало известно от Л. в один из дней апреля 2020 года. Непосредственно ему такое требование подсудимые впервые высказали под угрозой применения физического насилия и порчи имущества вечером 30 апреля 2020 года, когда они ездили на автомобиле ФИО3 «Toyota Land Cruiser 200» к Л., проживающему по <адрес>.

Также из показаний Ж. следует, что около 18 часов 6 мая 2020 года, находясь возле дома <адрес>, к нему подошли ФИО3 и ФИО4 и потребовали отдать им денежные средства в размере 30000 рублей.

Кроме того, из показаний Ж. усматривается, что около 17 часов 15 мая 2020 года возле дома <адрес> он сначала встретился с ФИО4, где последний повторил свое требование о передаче денежных средств, а через несколько минут они проследовали к дому №3 по этой же улице, где находился ФИО3, который также стал требовать денежные средства. Затем ФИО3 нанес потерпевшему один удар по лицу, после чего подсудимые начали силой вести его в машину.

Из протокола проверки показаний на месте с участием потерпевшего Ж. (т.4 л.д.97-113) следует, что последний указал на место вблизи дома <адрес>, где вечером 30 апреля 2020 года ФИО4 в присутствии Л. и ФИО3 применил насилие к нему, продемонстрировав его механизм в виде ударов по туловищу, шее и челюсти.

Согласно показаниям свидетеля Ц. (т.3 л.д.224-227) в апреле 2020 года от супруга ей стало известно, что ФИО3 и ФИО4 вымогают от него и Л. по 30000 рублей с каждого за продажу поворотных кулаков от автомобиля БЕЛАЗ, поскольку с продажи металла, найденного на их разрезе, необходимо оплачивать 30% подсудимым.

Далее из показаний Ц. следует, что поздно вечером 30 апреля 2020 года по возвращении домой супруг ей рассказал о примененном насилии со стороны ФИО4 в виде трех ударов по лицу и телу, от которых у ее мужа сломался зуб.

Кроме того, из показаний Ц. видно, что около 18 часов 6 мая 2020 года, находясь возле дома <адрес>, к их машине, в которой она находилась, подъехал автомобиль «Ленд Крузер 200». После поступившего звонка на телефон Ж. последний сел в указанный автомобиль, а когда возвратился, рассказал, что подъезжали ФИО3 и ФИО4 и вновь требовали от него денежные средства в размере 30000 рублей в качестве процента от продажи поворотных кулаков.

Как следует из заключения эксперта от 20 августа 2020 года №931, у Ж. обнаружен ..., который относится к повреждениям, не причинившим вреда здоровью.

Из постановления о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» от 7 мая 2020 года (т.2 л.д.6-7) и заявления Ж. от той же даты (т.2 л.д.8) усматривается, что с согласия последнего, при его непосредственном участии решено провести указанное мероприятие с целью документирования преступных действий по вымогательству у потерпевшего денежных средств с использованием негласной аудио и видеозаписи.

Согласно справке-меморандуму по результатам проведения оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» (т.2 л.д.11-28), протоколу осмотра от 25 мая 2020 года (т.2 л.д.34-52) и исследованного вещественного доказательства – диска DVD-RW 20 в ходе встречи ФИО4 и ФИО3 требуют от Ж. денежные средства за реализацию металла, при этом ФИО4 угрожает применением насилия, а ФИО3 наносит Ж. один удар рукой, после чего потерпевший просит отпустить его.

Подсудимые ФИО3 и ФИО4, каждый в отдельности, в суде подтвердили, что на видеозаписи оперативно-розыскного мероприятия зафиксировано их общение с потерпевшим Ж.

Как усматривается из справки-меморандума по результатам проведения оперативно-розыскного мероприятия «Прослушивание телефонных переговоров» (т.2 л.д.61-71), санкционированного судьей Кемеровского областного суда (т.2 л.д.60), протокола осмотра от 13 июля 2020 года (т.2 л.д.76-87) и исследованного вещественного доказательства – диска DVD-RW №21, 15 мая 2020 года в 14 часов 21 минуту между абонентским номером ... и абонентским номером ... состоялся разговор, в ходе которого первый абонент сообщает второму, что они работают «70 на 30», в отличие от других, поэтому необходимо отдать определенную денежную сумму.

В судебном заседании ФИО4 подтвердил, что использует абонентский номер ....

Потерпевший Ж. в суде показал, что абонентский номер ... принадлежит ему, а вышеназванный разговор состоялся между ним и ФИО4.

Как следует из заключения экспертов от 3 сентября 2020 года №А001/2020 (т.5 л.д.35-131), фонограммы, содержащиеся на дисках DVD-RW 20 и №21, являющиеся вещественными доказательствами, являются оригинальными и не содержат признаков внесений каких-либо изменений, произведенных в процессе записи или после нее.

Кроме того, из указанного заключения, учитывая подтверждение подсудимыми факта их встречи с потерпевшим Ж. 15 мая 2020 года, следует, что в видеофайле на диске DVD-RW 20 содержатся угрозы применения насилия, в том числе косвенные и в скрытой форме, которые поступают от ФИО3 и ФИО4 и адресованы Ж. При этом усматривается согласованность высказываний ФИО3 и ФИО4, а коммуникативными намерениями их реплик являются побуждение Ж. к передаче им денежных средств за счет испытания страха.

Оценивая исследованные в суде доказательства в их совокупности, суд находит их достоверными, допустимыми и достаточными, а виновность подсудимых в содеянном признаёт доказанной.

Утверждения стороны защиты о том, что ФИО4 лишь пытался вернуть свои денежные средства, которые занимал Ж., а ФИО3 в этом ему только помогал, имея свой интерес на возврат 15000 рублей, которые он занимал ФИО4, суд находит надуманными и отвергает по следующим основаниям.

Так, подсудимый ФИО4 в суде показал, что какие-либо расписки от Ж. о займе денежных средств у него отсутствуют.

Потерпевший Ж. показал, что денежные средства у ФИО4 не занимал, а сами требования подсудимых были связаны исключительно с реализацией им и Л. найденного металла.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие надлежащих доказательств, подтверждающих наличие долговых обязательств Ж. перед ФИО4, военный суд приходит к выводу, что требование подсудимых к Ж. не были направлены на возврат долга. При этом высказанная ими позиция не подтверждается материалами дела, а, напротив, опровергается перечисленными выше и исследованными в суде доказательствами, которые не содержат существенных противоречий, согласуются между собой и дополняют друг друга.

Данные в суде показания свидетелей С. и Г. о том, что у Ж. перед С. имеется задолженность в размере более 700000 рублей в связи с необоснованным привлечением последнего к уголовной ответственности за совершенное якобы Ж. преступление ввиду взятия С. на себя вины, в результате чего ФИО4 в счет возмещения этой задолженности передал 30000 рублей за Ж., военный суд отвергает как недостоверные, исходя из следующего.

Так, потерпевший Ж. в суде отрицал изложенные данными свидетелями обстоятельства, указав, что именно у С. перед ним имеется задолженность, образовавшаяся в результате продажи им транспортного средства свидетелю.

Согласно копии вступившего в законную силу приговора от ... года, вынесенного ... судом Кемеровской области, именно С. признан виновным с совершении, в том числе, преступления, предусмотренного частью 2 статьи 167 УК РФ, в связи с чем с него взыскан материальный ущерб в размере 751744 рублей 80 копеек.

При этом из этого же приговора следует, что в ходе рассмотрения уголовного дела в отношении С. Ж. также указывал о наличии перед ним задолженности со стороны названного свидетеля в результате продажи ему транспортного средства, а свидетель Г., напротив, подтверждал виновность С., признавшего свою вину частично, в совершении преступления.

Кроме того, из видеозаписи следственного эксперимента от 15 мая 2020 года усматривается, что в ходе беседы Ж. неоднократно заявляет подсудимым об отсутствии у него долговых обязательств перед последними. Однако ни ФИО4, ни ФИО3 о конкретных обстоятельствах якобы состоявшегося займа Ж. не напоминают, в том числе и о тех, о которых сообщил в суде свидетель С.

При таких обстоятельствах показания свидетелей С. и Г. военный суд не может положить в основу приговора, поскольку они полностью опровергаются последовательными показаниями потерпевшего Ж., согласующимися с приведенным выше и вступившим в законную силу приговором суда в отношении С.

Показания свидетеля П. о том, что он не видел, чтобы Л., находясь у него в автомобиле, оставлял 30000 рублей, не опровергают противоположную позицию потерпевшего, поскольку в суде П. показал, что о цели поездки к Л. осведомлен не был, сам находился за рулем автомобиля, где находились остальные лица, за исключением Л., сидевшего взади, он не помнит, а подлокотник заднего дивана в зеркало заднего вида не просматривается.

При этом, как показал П., в разговор с Л. он не вступал, из автомобиля не выходил, а лишь слышал о какой-то задолженности Л. и Ж. перед ФИО4, причин образования которой ему неизвестны.

При таких обстоятельствах данные показания свидетеля П. нельзя положить в основу приговора как опровергающие предъявленное подсудимым обвинение.

Рассматривая позицию стороны защиты о провокации со стороны потерпевшего Ж. и сотрудников полиции при проведении оперативного эксперимента, суд находит ее надуманной исходя из следующего.

Как усматривается из видеозаписи оперативного эксперимента от 15 мая 2020 года, именно ФИО4 сообщает Ж., что всё, связанное с металлом, относится к их контролю, иные лица, занимающиеся металлом, выплачивают 50%, поэтому предъявленное им условие о выплате 30% является выгодным, в противном случае этим заниматься они не позволят. При этом о необходимости выплачивать определенный процент за оказываемую поддержку сообщает и ФИО3.

Кроме того, из этой же видеозаписи следует, что Ж. каких-либо провокационных вопросов подсудимым не задает, отрицает наличие задолженности, утверждает, что за реализацию металла ими уже выплачен обозначенный ФИО4 процент. Вместе с тем, ФИО4 настаивает на выплате в большем размере, поскольку реализованную деталь можно было продать дороже.

Само оперативно-розыскное мероприятие было проведено в строгом соответствии с требованием законодательства на основании поданного Ж. заявления, санкционировано соответствующим должностным лицом, а обоснованность его проведения у суда сомнений не вызывает.

Обоснование Ж. того факта, что в заявлении, адресованном в правоохранительные органы, о вымогательстве денежных средств он указал на неизвестных ему лиц, хотя в действительности они ему были знакомы, боязнью утечки информации, по мнению суда, учитывая определенную спортивную известность ФИО3 и ФИО4, является разумным, какой-либо правовой неопределенности не создает и права подсудимых не нарушает.

Факт оговора со стороны потерпевших, якобы направленный на сокрытие преступной деятельности по хищению металлических деталей, своего подтверждения не нашел. В материалах дела соответствующие доказательства отсутствуют, не представлены они были и сторонами в суде.

Более того, свидетель Н., сотрудник полиции, показал, что оперативно-розыскные мероприятия проводились на основании добровольного обращения Ж., до указанного момента ФИО3 и ФИО4 в оперативной разработке не находились.

При этом потерпевший Ж. в суде показал, что перед проведением оперативного эксперимента сотрудники полиции его не инструктировали, а лишь указали, что не надо совершать провокационных действий.

Надуманной является и позиция подсудимого ФИО4 о возбуждении настоящего уголовного дела из-за неприязненного отношения со стороны сотрудника полиции В., поскольку последний показал, что ранее участвовал в расследовании другого уголовного дела в отношении ФИО4, последний раз видел его в 2017 году и более не встречался. Указанные обстоятельства подтвердил в суде и сам ФИО4.

Таким образом, по мнению суда, изложенные факты сами по себе не могут служить основанием для признания сотрудников полиции заинтересованными в привлечении подсудимых к уголовной ответственности.

Органами предварительного следствия ФИО4 также обвиняется в том, что он, действуя совместно с ФИО3, с целью вымогательства имущества у Ж. в период с 10 до 20 часов 7 мая 2020 года направил последнему голосовое сообщение посредством мобильного сервиса «WhatsApp», в котором высказал угрозу применения насилия, если потерпевший будет прятаться от них с целью уклонения от передачи требуемых денежных средств.

Вместе с тем, из содержания данного голосового сообщения, исследованного в ходе судебного заседания, следует, что его отправитель недоволен адресатом ввиду отказа последнего отвечать на телефонные звонки. При этом каких-либо требований о передаче денежных средств отправитель не выдвигает.

При таких обстоятельствах, учитывая содержание голосового сообщения, суд приходит к выводу, что данное доказательство не относится к факту вымогательства, в связи с чем из объема предъявленного обвинения, с учетом положений части 3 статьи 14 УПК РФ, суд исключает названный эпизод.

Таким образом, содеянное ФИО3 и ФИО4, которые с единым умыслом и целью, выполняя каждый свою роль, действуя согласованно, начиная с апреля 2020 года и по 15 мая 2020 года требовали от Л. и Ж. денежные средства, высказывая последним угрозы применения насилия и уничтожения имущества, а также применяя к Ж. насилие, военный суд расценивает как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия и уничтожения чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору с применением насилия, и квалифицирует действия каждого из них по пунктам «а», «в» части 2 статьи 163 УК РФ.

При этом, по мнению суда, на наличие предварительного сговора, единых умысла и цели указывают те обстоятельства, что ФИО3 и ФИО4 при выдвижении требований потерпевшим, высказывании им угроз и применении насилия постоянно находились вместе, осведомлены были о содержании разговоров, участвовали в них, не высказывая возражений относительно действий друг друга, а их действия были направлены исключительно на личное обогащение путем безвозмездного получения имущества, о чем свидетельствуют приведенные выше доказательства по делу.

Оснований для постановления приговора без назначения наказания, освобождения подсудимых от наказания, а также применения отсрочки отбывания наказания не имеется.

Обстоятельств, отягчающих наказание, по делу не установлено.

На основании пункта «г» части 1 статьи 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО3, суд признаёт наличие у него двух малолетних детей.

При назначении наказания ФИО3 суд также принимает во внимание, что он положительно характеризуется по месту службы и жительства, имеет достижения в спорте, в том числе и на международном уровне, занимается благотворительностью.

При назначении наказания ФИО4 суд принимает во внимание, что он на безвозмездной основе тренирует детей в спортивной секции, где положительно характеризуется, вместе с тем от участкового уполномоченного полиции имеет отрицательную характеристику.

Оснований для применения части 6 статьи 15 УК РФ в отношении ФИО4 не имеется. При этом, несмотря на наличие смягчающего наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих, судом не усматривается оснований для применения названной нормы и к ФИО3, поскольку установленные в судебном заседании фактические обстоятельства дела, изложенные выше, не позволяют прийти к выводу о необходимости изменении категории совершенного преступления.

Оснований для применения статьи 64 УК РФ судом также не усматривается.

Определяя вид и размер наказания, суд в соответствии со статьей 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступления, совершенного ФИО3 и ФИО4, личности каждого из них, а также влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей.

При этом, руководствуясь положениями статьи 43 УК РФ, суд полагает возможным в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений назначить каждому наказание в виде лишения свободы.

Оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в отношении ФИО3, учитывая требования части 7 статьи 53.1 УК РФ, не имеется, поскольку он является военнослужащим.

Вместе с тем, принимая во внимание сведения о личности ФИО3, принимая во внимание его менее активную роль в совершении преступления, учитывая, что на его иждивении находятся малолетних детей, а сам он является единственным источником дохода своей семьи, суд приходит к выводу о возможности его исправления без реального отбывания наказания, в связи с чем к нему могут быть применены положения статьи 73 УК РФ.

Оснований же для применения в отношении ФИО4 положений части 2 статьи 53.1 и статьи 73 УК РФ не усматривается, поскольку его исправление, по мнению суда, возможно только в условиях реального отбывания наказания.

Необходимости в применении такого дополнительного вида наказания, как ограничение свободы, указанного в санкции части 2 статьи 163 УК РФ, судом не усматривается.

Вместе с тем, принимая во внимание нацеленность подсудимых на безвозмездное завладение чужого имущества, их настойчивость в достижении преступного результата, учитывая изложенные выше обстоятельства по делу, суд полагает необходимым каждому из них назначить дополнительное наказание в виде штрафа.

В соответствии со статьей 58 УК РФ отбывание наказания ФИО4 должно быть назначено в исправительной колонии общего режима.

Рассматривая гражданский иск потерпевшего Л., суд исходит из положений статей 1064, 1080, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, принимая во внимание, что действия ФИО3 и ФИО4 охватывались едиными умыслом и целью, а факт незаконного получения ими денежных средств от потерпевшего нашел свое подтверждение в суде, полагает его обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном объеме путем взыскания с осужденных в солидарном порядке в пользу Л. денежных средств в размере 30000 рублей.

При этом арест, наложенный на денежные средства ФИО3 в размере 720,28 долларов США, находящиеся на его сберегательном счете, открытом в ПАО Сбербанк, должен быть сохранен до исполнения приговора в части гражданского иска и назначенного дополнительного наказания в виде штрафа.

Сохраняя арест на всю сумму денежных средств, суд исходит из того, что курс доллара США ежедневно меняется в зависимости от экономической ситуации в мире и в России, в частности, в связи с чем на момент исполнения приговора в части гражданского иска и назначенного дополнительного наказания в виде штрафа курс доллара может составлять такой размер, какого может не хватить для исполнения приговора по названным вопросам.

В соответствии с частью 3 статьи 81 УПК РФ, по вступлении приговора в законную силу, вещественные доказательства по уголовному делу: материалы результатов оперативно-розыскной деятельности, оптические диски DVD-RW и CD-R, а также детализация телефонных соединений Ж. – подлежат оставлению при уголовном деле в течение всего срока его хранения.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО3 следует сохранить до вступления приговора в законную силу.

В связи с назначением ФИО4 наказания в виде лишения свободы, в целях обеспечения исполнения приговора, военный суд считает необходимым подсудимому меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу.

По смыслу взаимосвязанных положений пункта 1.1 части 10 статьи 109, пункта 1 части 6 статьи 105.1 УПК РФ и части 3.1 статьи 72 УК РФ в срок наказания подлежит зачету время задержания ФИО4 в период с 15 по 19 мая 2020 года и содержания под стражей со 2 марта 2021 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день задержания и содержания под стражей за полтора дня лишения свободы, а также мера пресечения в виде запрета определенных действий с 20 мая по 15 июля 2020 года из расчета два дня запрета определенных действий за полтора дня лишения свободы.

Руководствуясь статьями 307-309 УПК РФ, военный суд

приговорил:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «в» части 2 статьи 163 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года 6 (шесть) месяцев со штрафом в размере 30000 (тридцати тысяч) рублей.

В соответствии со статьей 73 Уголовного кодекса Российской Федерации считать назначенное ФИО3 наказание в виде лишения свободы условным и установить ему испытательный срок в 2 (два) года 6 (шесть) месяцев, в течение которого осужденный должен своим поведением доказать свое исправление.

Испытательный срок ФИО3 исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО3 в испытательный срок время, прошедшее со дня провозглашения приговора.

Возложить на ФИО3 в период испытательного срока обязанность не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осуждённого.

Меру пресечения подписку о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

ФИО4 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «в» части 2 статьи 163 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 30000 (тридцати тысяч) рублей.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы осужденному ФИО4 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО4 – подписку о невыезде и надлежащем поведении – изменить на заключение под стражу, взять его под стражу в зале суда, до вступления приговора в законную силу содержать осужденного в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области.

Зачесть осужденному ФИО4 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время его задержания в период с 15 по 19 мая 2020 года и содержания под стражей со 2 марта 2021 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Зачесть осужденному ФИО4 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время действия меры пресечения в виде запрета определенных действий в период с 20 мая по 15 июля 2020 года из расчета два дня запрета определенных действий за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск потерпевшего Л. удовлетворить.

Взыскать в пользу Л. с ФИО3 и ФИО4 в солидарном порядке денежные средства в размере 30000 (тридцати тысяч) рублей.

Арест, наложенный на денежные средства ФИО3 в размере 720,28 долларов США, находящиеся на его сберегательном счете №..., открытом в дополнительном офисе №8615/0310 ПАО Сбербанк, сохранить до исполнения приговора в части гражданского иска.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: материалы результатов оперативно-розыскной деятельности, оптические диски «DVD-RW 20», «CD-R №21», «DVD-RW» без номера, детализацию телефонных соединений Ж. по номеру телефона ... за период с 5 по 15 мая 2020 года – оставить при уголовном деле в течение всего срока его хранения.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Томский гарнизонный военный суд в течение десяти суток со дня его постановления, а осужденным ФИО4, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в тот же срок в апелляционной жалобе, а также в возражениях на принесенные по делу апелляционные жалобы (представления) другими участниками процесса, в течение десяти суток со дня вручения их копий.

Судья Е.М. Бурков