Решение № 72-242/2025 от 6 марта 2025 г. по делу № 72-242/2025

дело № 72-242/2025

УИД: 66RS0001-01-2024-007652-12


РЕШЕНИЕ

г. Екатеринбург 7 марта 2025 года

Судья Свердловского областного суда Филиппова Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области от 20 августа 2024 года № 066/04/7.30-2641/2024, № 066/04/7.30-2642/2024 и решение судьи Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 4 декабря 2024 года № 12-758/2024, вынесенные в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.4, ч. 4 ст. 7.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

установила:

постановлением заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области от 20 августа 2024 года № 066/04/7.30-2641/2024, № 066/04/7.30-2642/2024 консультанту отдела обеспечения закупок социального назначения Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области ФИО1 за совершение административных правонарушений, предусмотренных ч. 1.4, ч. 4 ст. 7.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с применением ч. 6 ст. 4.4 названного Кодекса назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей.

По результатам рассмотрения жалобы указанное постановление решением судьи Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 4 декабря 2024 года № 12-758/2024 изменено, производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 4 ст. 7.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, прекращено в связи с отсутствием события административного правонарушения, а за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.4 ст. 7.30 названного Кодекса, ФИО1 назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 15 000 рублей. В остальном обжалуемое постановление оставлено без изменения.

В жалобе ФИО1 просит об отмене состоявшихся решений и прекращении производства по делу.

Проверив материалы дела и доводы жалобы, заслушав защитника Тюстину Е.А., прихожу к следующим выводам.

Административная ответственность по ч. 1.4 ст. 7.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нормы, цитируемые в настоящем решении, приведены в редакции, действующей на момент возникновения обстоятельств, послуживших основанием для привлечения ФИО1 к административной ответственности) предусмотрена за размещение должностным лицом заказчика, должностным лицом уполномоченного органа, должностным лицом уполномоченного учреждения, специализированной организацией в единой информационной системе в сфере закупок или направление оператору электронной площадки информации и документов, подлежащих размещению, направлению, с нарушением требований, предусмотренных законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок, либо нарушение указанными лицами порядка предоставления конкурсной документации или документации об аукционе, порядка разъяснения положений такой документации, порядка приема заявок на участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), окончательных предложений, за исключением случаев, предусмотренных ч. 1 - 1.3 и 1.7 настоящей статьи, и влечет наложение административного штрафа на должностных лиц в размере 15 000 рублей.

Из материалов дела следует, что Управлением Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области проведена внеплановая камеральная проверка соблюдения заказчиком - Отделением Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, расположенным по адресу: <...> стр. 17, с целью контроля проведенной заказчиком и его комиссией установленных законодательством в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд требований при осуществлении закупки путем проведения открытого конкурса в электронной форме на выполнение работ по изготовлению протеза нижней конечности для обеспечения инвалида в 2024 году (извещение № 0262100000123000381).

Установлено, что 30 сентября 2023 года на официальном сайте единой информационной системы в сфере закупок опубликовано извещение о проведении вышеуказанного открытого конкурса в электронной форме, начальная (максимальная) цена контракта составила 20 000000 рублей.

По результатам проверки комиссией Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области принято решение от 28 июня 2024 года № 066/06/99-2230/2024, которым в действиях заказчика выявлены нарушения Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Федеральный закон от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ), а именно:

- вопреки требованиям п. 8 ч. 1 ст. 42, ч. 1 ст. 34 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ в извещении о проведении открытого конкурса в электронной форме дата окончания выполнения работ совпадает с датой окончания исполнения контракта (ч. 1.4 ст. 7.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях);

- вопреки требованиям ч. 8 ст. 32, п. 4 ч. 2 ст. 42 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ заказчиком в п. 2 приложения к структурированной форме извещения «критерии и порядок оценки заявок на участие в электронном конкурсе» по критерию «квалификация участников закупки, в том числе наличие у них финансовых ресурсов, оборудования и других материальных ресурсов на праве собственности или ином законном основании, опыта работы, связанного с предметом контракта, и деловой репутации, специалистов и иных работников определенного уровня квалификации» установлен показатель «наличие у участников закупки опыта работы, связанного с предметом контракта», согласно которому оценивается общая цена исполненных участником закупки договоров на выполнение работ по изготовлению протезов нижних конечностей. Однако с технической точки зрения изготовление протезов верхних конечностей аналогично изготовлению протезов нижних конечностей, поэтому требования о наличии исполненных контрактов исключительно в сфере изготовления протезов нижних конечностей не предоставляют заказчику дополнительные гарантии выполнения подрядчиком своих обязательств по контракту, следовательно, такое условие может привести к необоснованному ограничению потенциальных участников закупки (ч. 4 ст. 7.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

По факту выявленных нарушений закона 26 июля 2024 года уполномоченным должностным лицом - специалистом-экспертом отдела контроля закупок Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области в отношении ФИО1 составлены протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 1.4, ч. 4 ст. 7.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а заместителем руководителя антимонопольного органа вынесено постановление о назначении ей административного наказания от 14 августа 2024 года по правилам, предусмотренным ч. 6 ст. 4.4 названного Кодекса.

Судья районного суда, рассмотрев жалобу ФИО1, пришел к выводу о том, что суждения должностного лица административного органа о нарушении ФИО1 положений ч. 8 ст. 32, п. 4 ч. 2 ст. 42 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ являются необоснованными, поскольку заказчик самостоятельно устанавливает сопоставимость, исходя из предмета закупочной процедуры и цели получения наиболее качественного результата работы. В обоснование этого вывода судья сослался на письмо Министерства финансов Российской Федерации от 6 мая 2022 года № 24-06-07/41956, где указано, что заказчик самостоятельно определяет с учетом специфики планируемой закупки необходимые требования к участникам закупки, в том числе к установлению соответствующего опыта у участника закупки, подлежащие оценке заказчиком, необходимые для поставки товара, выполнения работ, оказания услуг, являющихся объектом закупки. Судья указал, что установление заказчиком критериев оценки не является обязательным условием для участия в проведении процедуры закупки, не может служить основанием для отклонения заявки участника, а выступает лишь критерием оценки участника, в то время как к участию в закупке могло быть допущено любое другое лицо независимо от наличия документов, подтверждающих конкретный показатель. Соответственно, событие административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 7.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отсутствует.

Оснований не согласиться с данными выводами не имеется, должностным лицом, вынесшим постановление по делу об административном правонарушении, решение судьи в части прекращения производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 4 ст. 7.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не обжалуется.

При рассмотрении жалобы судья районного суда пришел к выводу о том, что ФИО1 допустила нарушение п. 8 ч. 1 ст. 42, ч. 1 ст. 34 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ, поскольку в извещении о проведении открытого конкурса в электронной форме дата окончания выполнения работ совпадает с датой окончания исполнения контракта. Соглашаясь с должностным лицом антимонопольного органа, судья указал, что поскольку исполнение контракта включает в себя, в том числе приемку выполненной работы и оплату исполнителю по контракту за выполненную работу, то дата окончания исполнения контракта должна включать в себя и период времени, предусмотренный на приемку и оплату.

Вместе с тем эти выводы должностного лица и судьи являются ошибочными в силу следующего.

Согласно ч. 1 ст. 34, п. 8 ч. 1 ст. 42 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ контракт заключается на условиях, предусмотренных извещением об осуществлении закупки или приглашением, документацией о закупке, заявкой участника закупки, с которым заключается контракт, за исключением случаев, в которых в соответствии с настоящим Федеральным законом извещение об осуществлении закупки или приглашение, документация о закупке, заявка не предусмотрены. В случае, предусмотренном ч. 24 ст. 22 настоящего Федерального закона, контракт должен содержать порядок определения количества поставляемого товара, объема выполняемой работы, оказываемой услуги на основании заявок заказчика.

При осуществлении закупки путем проведения открытых конкурентных способов заказчик формирует с использованием единой информационной системы, подписывает усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени заказчика, и размещает в единой информационной системе извещение об осуществлении закупки, содержащее информацию о сроке исполнения контракта (отдельных этапов исполнения контракта, если проектом контракта предусмотрены такие этапы).

Действительно, в структурированной форме извещения о проведении открытого конкурса в электронной форме дата окончания выполнения работ совпадает с датой окончания исполнения контракта. Однако указанный в единой информационной системе в структурированной форме извещения срок исполнения до 1 сентября 2024 года не соответствует сведениям приложенных к извещению электронных документов, в частности самому извещению, в графе «срок исполнения контракта (отдельных этапов исполнения контракта)» которого указано, что срок действия контракта составляет с момента его заключения до 1 октября 2024 года, а срок поставки товара - с момента заключения контракта до 1 сентября 2024 года.

Аналогичные условия предусмотрены в п. 6.1 и разделах 4, 5 проекта контракта, также размещенного в единой информационной системе.

Должностными лицами антимонопольного органа не учтено, что понятие срока исполнения контракта Федеральным законом от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ не установлено.

В структурированной форме извещения указан срок исполнения контракта, которому соответствует срок выполнения поставки, указанный в п. 2.1 проекта контракта - до 1 сентября 2024 года. Пунктом 6.1 проекта контракта установлено, что настоящий контракт действует до 1 октября 2024 года.

В соответствии со ст. 425 Гражданского кодекса Российской Федерации срок действия гражданско-правового договора - это период времени, в течение которого гражданско-правовой договор является обязательным для его сторон. В силу ст. 314 Гражданского кодекса Российской Федерации срок действия договора не следует отождествлять со сроком исполнения обязательств по договору. Данные понятия не являются равнозначными. Срок исполнения обязательств - это срок, в который должно быть исполнено то или иное обязательство, предусмотренное договором. В свою очередь срок действия договора - это период времени, в течение которого действуют условия договора, существуют те или иные обязательства, предусмотренные договором.

Срок действия контракта, исходя из положений Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ, - это общий период, он включает время исполнения обязательств исполнителем и заказчиком. Под окончанием срока действия контракта понимается срок, за который происходит приемка и экспертиза поставляемых товаров, услуг, их оплата, а также взаимодействие сторон в случаях правки или расторжения контракта.

Соответственно, обязательство должно быть выполнено исполнителем по контракту до 1 сентября 2024 года, а ввиду отсутствия исполнения обязательства со стороны исполнителя по контракту (просрочка должника) заказчик мог воспользоваться своим правом об одностороннем отказе от исполнения контракта до истечения срока действия контракта - до 1 октября 2024 года. Следовательно, из положений п. 2.1, 6.1 проекта контракта действия по приемке и оплате заказчиком работ должны быть осуществлены до 1 октября 2024 года после поставки товара исполнителем в срок до 1 сентября 2024 года. Таким образом, указанный в структурированной форме извещения срок исполнения контракта является датой окончания выполнения исполнителем работ по контракту (дата поставки товара), который не совпадает с датой окончания исполнения контракта, а именно сроком действия договора – 1 октября 2024 года), включающим в себя весь период исполнения контракта, в том числе приемку и оплату работ, а также взаимодействие при исполнении, изменении и расторжении контракта.

Как следует из материалов дела, контракт заключен на условиях, предусмотренных извещением об осуществлении закупки (а не его структурированной формы), и этот контракт идентичен размещенному в единой информационной системе проекту контракта.

При таких обстоятельствах оснований полагать, что ФИО1 допустила нарушение положений п. 8 ч. 1 ст. 42, ч. 1 ст. 34 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ, выразившихся в размещении в единой информационной системе в сфере закупок информации и документов, подлежащих размещению, с нарушением требований, предусмотренных законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок, не имеется.

Таким образом, выводы о нарушении ФИО1 требований п. 8 ч. 1 ст. 42, ч. 1 ст. 34 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ не основаны на законе, поэтому производство по делу об административном правонарушении подлежит прекращению в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава административного правонарушения.

В силу п. 2 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии состава административного правонарушения.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении выносится решение об отмене постановления и о прекращении производства по делу при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных ст. 2.9, 24.5 настоящего Кодекса, а также при недоказанности обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

При таких обстоятельствах постановление должностного лица, решение судьи районного суда подлежат отмене, а производство по делу - прекращению в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Руководствуясь ст. 30.6, п. 3 ч. 1 ст. 30.7, ст. 30.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

решил:

постановление заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области от 20 августа 2024 года № 066/04/7.30-2641/2024 и решение судьи Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 4 декабря 2024 года № 12-758/2024, вынесенные в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.4 ст. 7.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отменить.

Производство по делу об административном правонарушении прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Вступившее в законную силу решение может быть обжаловано (опротестовано) путем подачи жалобы (протеста) непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Свердловского

областного суда Ю.А. Филиппова