Апелляционное постановление № 10-16749/2025 от 5 августа 2025 г. по делу № 3/2-0374/2025

Судья фио№ 10-16749/25


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

адрес 06 августа 2025 года

Московский городской суд в составе: председательствующего - судьи фио, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи фио, с участием

прокурора отдела прокуратуры адрес фио,

обвиняемого ФИО1, его защитника – адвоката Максимовой С.Ю., предъявившей удостоверение и ордер,

защитника обвиняемого ФИО2 - адвоката фио, предъявившего удостоверение и ордер,

защитника обвиняемого ФИО3 – адвоката Мажитовой Б.С., предъявившей удостоверение и ордер,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы защитников-адвокатов Искриной Ю.В., Мажитовой Б.С., Максимовой С.Ю. на постановление Тверского районного суда адрес от 18 июня 2025 года о продлении срока содержания под стражей в отношении

ФИО1, паспортные данные, гражданина Российской Федерации, со средним образованием, не женатого, имеющего детей 2016, 2018, 2020 и паспортные данные, официально не трудоустроенного, зарегистрированного по адресу: адрес, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.3221 УК РФ,

Фашакина Гбенга Акинфенва, паспортные данные и гражданина Федеративной Республики Нигерия, с высшим образованием, не работающего, женатого, имеющего детей 2008, 2010, ДД.ММ.ГГГГ г.р. зарегистрированного по месту жительства по адресу: адрес, фактически проживающего по адресу: адрес, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.3221 УК РФ,

фио фио, паспортные данные и гражданина Федеративной Республики Нигерия, с высшим образованием, не женатого, имеющего детей 2010, ДД.ММ.ГГГГ г.р., работающего, зарегистрированного по адресу: адрес, общежитие, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.3221 УК РФ,

выслушав участников судопроизводства, исследовав представленные материалы, суд

УСТАНОВИЛ:

в производстве следователя 9 отдела СЧ ГСУ ГУ МВД России по адрес находится уголовное дело, возбужденное 8 июля 2024 года по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 3221 УК РФ, в отношении ФИО1, фио, фио, ФИО3, фио и неустановленных лиц.

Срок следствия по делу продлен до 08 октября 2025 года.

20 августа 2024 г. в порядке, предусмотренном ст.ст. 91, 92 УПК РФ, по подозрению в совершении указанного преступления произведено задержание ФИО1, ФИО2, ФИО3 и в тот же день им предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 3221 УК РФ.

18 июня 2025 года в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Срок содержания обвиняемых ФИО1, ФИО2, ФИО3 под стражей последовательно продлялся на основании постановлений суда в установленном законом порядке, в т.ч. обжалуемым постановлением Тверского районного суда адрес от 18 июня 2025 года срок содержания ФИО1, ФИО2, ФИО3 под стражей продлен на 2 месяца 00 суток, а всего до 12 месяцев 00 суток, то есть до 20 августа 2025 года, в отношении каждого.

Этим же постановлением продлен срок содержания под стражей фио, в отношении которого постановление не обжаловано.

В апелляционной жалобе защитник–адвокат Максимова С.Ю. в защиту ФИО1 выражает не согласие с постановлением в связи с тем, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и судом существенного нарушен уголовно-процессуальный закон. Ссылаясь на положения ст. ст. 97, 99 УПК РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 года № 41, утверждает, что оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, для продления срока содержания под стражей ФИО1 не имеется. При этом отмечает, что у ФИО1 нет намерений скрываться от следствия и суда, он гражданин РФ, к уголовной ответственности ранее не привлекался, имеет ряд благодарственных писем, на иждивении имеются несовершеннолетние дети, а также у него имеется место на территории адрес для избрания меры пресечения в виде домашнего ареста по адресу: адрес, где собственник не возражает против избрания ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста. На основании изложенного адвокат просит постановление суда изменить и применить меру пресечения в виде домашнего ареста.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат фио в интересах ФИО3 выражает не согласие с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным, а потому подлежащим отмене, так как оно не соответствует положениям ст. 7 УПК РФ и иным нормам действующего уголовно- процессуального законодательства. Ссылаясь на положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 года № 41, утверждает, что суду первой инстанции следствием не представлены какие –либо процессуальные документы, подтверждающие фактические обстоятельства, указывающие на реальную возможность совершения ФИО3 действий, направленных на то, чтобы воспрепятствовать производству предварительного следствия, скрыться от следствия, оказать воздействие на участников уголовного судопроизводства. ФИО3 ранее не судим, постоянно проживает и зарегистрирован в адрес, трудоустроен, женат, его супруга и дети являются гражданами РФ. Одна лишь тяжесть обвинения не может служить основанием для применения данной меры пресечения. По мнению автора жалобы, исследованных в суде материалов недостаточно для вывода о причастности ФИО3 к инкриминируемому деянию. На основании изложенного адвокат просит постановление суда отменить.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Искрина Ю.В. в интересах ФИО2 оспаривает законность и обоснованность постановления судьи, мотивируя тем, что срок содержания под стражей был продлен исключительно вследствие тяжести преступления, в то время как одна лишь тяжесть обвинения не может служить основанием для применения данной меры пресечения. Приведенные следствием основания для продления срока содержания под стражей, такие, как возможность подзащитного скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, воспрепятствовать производству по делу, не подтверждаются представленными материалами и носят субъективный характер. Суд не установил обстоятельств, свидетельствующих о необходимости продолжения применения меры пресечения в виде заключения под стражу, и невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения. Безосновательное вменение возможности скрыться от следствия и суда без подтверждения объективными доказательствами является явным нарушением презумпции невиновности, предусмотренной ст.14 УПК РФ и ст. 49 Конституции РФ. Суд не проанализировал фактичекскую возможность избрания более мягкой меры пресечения и немотивированно отказал в этом. На основании изложенного адвокат просит постановление суда отменить и применить иную, более мягкую меру пресечения.

ФИО2, ФИО3 надлежащим образом извещены судом о дате, времени и месте судебного заседания, о чем свидетельствует их собственноручные расписки. Согласно имеющимся апелляционным ФИО2, ФИО3 указали о нежелании участвовать в суде апелляционной инстанции. С учетом изложенного, обеспечения права на защиту путем участия адвоката, исходя из положений п.2 ч.1 ст.38912 УПК РФ, суд полагает необходимым рассмотреть жалобу в отсутствие ФИО2, ФИО3

В судебном заседании обвиняемый ФИО1, а также защитники поддержали апелляционные жалобы, тогда как прокурор возражал против их удовлетворения.

Выслушав участников судопроизводства, изучив материалы дела и доводы, приведенные в жалобах, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из взаимосвязанных положений статей 97, 99 и 108 УПК РФ, мера пресечения в виде заключения под стражу может быть избрана в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями 11,12 и 2 ст.108 УПК РФ, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый скроется от дознания, предварительного следствия и суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. При этом учитываются тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Как следует из ч.2 ст.109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня в порядке, установленном ч.3 ст.108 УПК РФ, на срок до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей того же суда по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, иного приравненного к нему руководителя следственного органа либо по ходатайству дознавателя в случаях, предусмотренных частью пятой статьи 223 УПК РФ, с согласия прокурора субъекта Российской Федерации или приравненного к нему военного прокурора, до 12 месяцев.

Как показало изучение материалов, данные требования уголовно-процессуального закона соблюдены в полной мере.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона о всестороннем, полном и объективном рассмотрении материалов ходатайства и в соответствии с принципами равноправия и состязательности сторон.

Выводы судьи первой инстанции о необходимости применения меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании представленных материалов, фактических обстоятельств предъявленного обвинения и данных о личности обвиняемых, которые в совокупности являются достаточными для принятия законного и обоснованного решения.

Ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей под стражу возбуждено перед судом лицом, в производстве которого находится уголовное дело, с согласия надлежащего руководителя следственного органа и отвечает требованиям статей 108, 109 УПК РФ.

Задержание произведено в соответствии с положениями ст.91 и 92 УПК РФ, в предусмотренном законом порядке и при наличии достаточных оснований.

Обвинение предъявлено в порядке и сроки, регламентированные законом.

Исследовав представленные органом расследования материалы, судья пришел к правильному выводу, что указанные материалы, включая протоколы допросов свидетелей, отдельные сведения в протоколах допросов ФИО1, ФИО2, ФИО3, результаты оперативно-розыскной деятельности и др. материалы, содержали достаточные данные, подтверждающие обоснованность подозрений органов предварительного расследования в причастности ФИО1, ФИО2, ФИО3 к совершению инкриминированного деяния, не предрешив вопросы их виновности в предъявленном обвинении.

Доводы защиты, формально не соглашающейся с указанными выводами, фактически сводятся к оспариванию обоснованности предъявленного обвинения, что не подлежит судебной проверке при решении вопроса о мере пресечения, поскольку на досудебной стадии производства по делу суд проверяет лишь наличие достаточных данных о возможности совершении данным конкретным лицом инкриминированного деяния и не вправе предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела, в том числе делать выводы о фактических обстоятельствах дела, оценке доказательств, квалификации деяния и т.п. Изложенное соответствует правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 15 февраля 2022 № 6-П, согласно которой избрание или продление меры пресечения не предполагает вторжения суда в существо вопросов, разрешаемых в силу прямого предписания статьи 299 УПК Российской Федерации при постановлении приговора: о доказанности деяния, в совершении которого обвиняется подсудимый, о том, является ли это деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей уголовного закона оно предусмотрено, виновен ли подсудимый в совершении этого преступления, подлежит ли он наказанию за совершенное преступление, какое наказание должно быть ему назначено, имеются ли основания для постановления приговора без назначения наказания или для освобождения от наказания и какой вид исправительного учреждения и режим должны быть определены при назначении подсудимому лишения свободы (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 февраля 2017 года N 336-О, от 25 мая 2017 года N 970-О и от 25 ноября 2020 года N 2639-О).

При решении вопроса о применении меры пресечения в виде заключения под стражу судья в соответствии со ст.99 УПК РФ также учел сведения о личности обвиняемых, их возраст, состояние здоровья, семейное положение, в том числе те обстоятельства, на которые указала сторона защиты.

Вместе с тем, оценив данные обстоятельства в совокупности с иными представленными следователем материалами, судья пришёл к обоснованному выводу, что приведённые сведения сами по себе не препятствуют совершению действий, указанных в статье 97 УПК РФ, и не обеспечат беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства, с учетом нижеследующих обстоятельств.

В настоящее время ФИО1, ФИО2, ФИО3 обвиняются в совершении тяжкого преступления. В соответствии с предъявленным обвинением ему инкриминируется организация незаконной миграции, тогда как ФИО2, ФИО3 не имеют постоянного места жительства на адрес, являются гражданами иностранного государства, на территории которого проживают его родственники. ФИО1 не имеет постоянного места проживания в московском регионе, проживает в другом субъекте РФ, удаленном от места производства предварительного следствия.

Вопреки доводам защиты, фактические сведения об указанных обстоятельствах, являющихся основанием для заключения обвиняемых под стражу, содержатся в представленных материалах, исследованных судом первой инстанции, выводы которого, таким образом, основаны на оценке и анализе конкретных материалов и фактических обстоятельствах дела и являются обоснованными.

Суд апелляционной инстанции учитывает ссылки защиты на отсутствие доказательств возможности ФИО1, ФИО2, ФИО3, воспрепятствовать производству по делу, оказывать давление на участников судопроизводства и т.д., однако исходит из того, что по уголовному делу были допрошены лица, свидетельствами которых обосновано предъявленное обвинение, в то время как обвиняемым достоверно известны анкетные и контактные данные указанных лиц. ФИО1, ФИО2, ФИО3, в свою очередь, предъявлено обвинение преступлении в составе организованной группы в соучастии с неустановленными и незадержанными до настоящего времени лицами.

Значимость данных обстоятельств актуализирована тем, что согласно п.5 постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 года №41 подозрение в совершении деяния в составе организованной группы само по себе может свидетельствовать о том, что лицо может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Изложенные в совокупности свидетельствует о наличии по делу конкретных фактических обстоятельств, предусмотренных ст.97 УПК РФ, подтверждающих выводы суда первой инстанции.

С учетом изложенного приведенные доводы и заверения защиты, сами по себе не свидетельствуют о том, что обвиняемые лишены возможности уничтожить доказательства по делу, оказать давление на участников уголовного судопроизводства, скрыться от предварительного следствия или суда, связаться с предполагаемыми соучастниками для воспрепятствования производству по делу или оказать иное незаконное противодействие, что в настоящее время имеет существенное значение, поскольку производство по делу не завершено и не прекращено, собранные по делу доказательства судом не изучены, а свидетели и потерпевшие судом не допрошены.

Исходя из этого, при установленных судом обстоятельствах, сведениях о личности обвиняемых, с учетом фактических обстоятельств и роли ФИО1, ФИО2, ФИО3 согласно существа предъявленного обвинения, следует согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения более мягкой меры пресечения, а также о том, что лишь мера пресечения в виде заключения под стражу обеспечит беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства. В данном случае применение к обвиняемым иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, повлечет существенное снижение эффективности мер контроля, позволит скрыться от следствия или суда, создаст условия для уничтожения доказательств и незаконного воздействия на участников уголовного судопроизводства, а также иным образом позволит противодействовать объективному разрешению уголовного дела (ч.1 ст.97 УПК РФ). При таких обстоятельствах оснований для применения иной, более мягкой меры пресечения, не имеется.

В изученных материалах, отсутствуют сведения о том, что обвиняемые страдают каким-либо заболеванием, включенным в перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 г. №3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений». Таким образом, каких-либо обоснованных, документально подтвержденных сведений о невозможности содержания ФИО1, ФИО2, ФИО3 под стражей по состоянию здоровья суду не представлено.

При принятии решения о рассмотрении вопроса о продлении срока действия избранной меры пресечения в отношении нескольких обвиняемых в одном судебном заседании судья руководствовался разъяснением в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41, исходя из того, что представленные материалы объективно позволяли индивидуализировать исследование обстоятельств, имеющих значение для принятия решения о мере пресечения, что в полной мере нашло своё отражение в оспариваемом постановлении, содержащим соответствующие выводы применительно к каждому обвиняемому.

Удовлетворяя названное ходатайство, судья первой инстанции обоснованно исходил из особой сложности уголовного дела, обусловленной объемом дела, большим количеством следственных и процессуальных действий, числом обвиняемых и защитников, спецификой механизма противоправной деятельности в условиях неочевидности с использованием мер вуалирования, общей продолжительностью досудебного производства по уголовному делу, и, с учетом этого и объема подлежащих выполнению процессуальных действий, признал разумным испрашиваемый срок дальнейшего содержания под стражей.

Представленные материалы свидетельствуют, что после предыдущего продления срока содержания под стражей по делу проведена совокупность следственных и иных процессуальных действий, направленных на завершение расследования в разумный срок согласно ст.61 УПК РФ. Из представленных материалов и пояснений сторон следует, что в настоящее время уголовное дело передано в суд для рассмотрения по существу. При таких данных следует согласиться с выводом судьи, что продление срока содержания под стражей, наряду с основаниями, предусмотренными ст.97 и 99 УПК РФ, обусловлено необходимостью выполнения ряда следственных и процессуальных действий, направленных на окончание производства следственных действий по делу и обеспечивающих установленную законом процедуру разрешения уголовного дела. Время для производства указанных процессуальных действий увеличивает сроки производства по уголовному делу и свидетельствует о наличии объективных причин, препятствующих своевременному окончанию расследования дела до истечения срока содержания обвиняемых под стражей. Исходя из изложенного, следует признать правильность выводов судьи о наличии объективных причин для невозможности своевременного окончания процессуальных действий на досудебной стадии производства. Исходя из изложенного, признаков явной и существенной волокиты по уголовному делу, не усматривается.

С учетом изложенного, обстоятельства, исходя из которых в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, объективно подтверждаются представленными суду материалами уголовного дела, а соответствующие мотивы суда надлежащим образом изложены в оспариваемом постановлении.

Судебное заседание по рассмотрению ходатайства органа расследования о продлении срока содержания под стражей было проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон. Председательствующий судья создал сторонам равные условия и возможности для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Из протокола судебного заседания также следует, что суд исследовал все представленные сторонами материалы и выслушал мнение всех участников судопроизводства относительно как ходатайства органа расследования о применении меры пресечения в виде заключения под стражу, так и встречного ходатайства стороны защиты о более мягкой мере пресечения, после чего суд удалился в совещательную комнату и вынес обжалуемое постановление, которым разрешил названные ходатайства по существу с отражением соответствующих решений по ним в резолютивной части. Таким образом, вопрос о возможности применения более мягкой меры пресечения был надлежащим образом рассмотрен и разрешен судьей, наряду с чем в постановлении приведены и обоснованы мотивы, по которым суд пришел к выводу об отсутствии оснований для применения более мягкой меры пресечения.

Нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на законность и обоснованность обжалуемого постановления суда отсутствуют.

Постановление суда первой инстанции соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, основано на конкретных фактических обстоятельствах, на основании которых принято решение о продлении срока содержания под стражей, и является законным, обоснованным и мотивированным.

Оснований для отмены судебного решения и изменения меры пресечения не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38913, 38915, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Тверского районного суда адрес от 18 июня 2025 года о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1, Фашакина Гбенга Акинфенва, фио фио оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в соответствии с главой 471 УПК РФ.

Судья Гуров А.А.