Решение № 2-73/2025 2-73/2025(2-894/2024;)~М-684/2024 2-894/2024 М-684/2024 от 29 января 2025 г. по делу № 2-73/2025

копия

Гражданское дело № 2-73/2025 (2-894/2024)

24RS0044-01-2024-001169-93


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 января 2025 года г. Заозерный

Рыбинский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Кайдалиной Н.М.,

с участием старшего помощника Рыбинского межрайонного прокурора Максимовой Е.В.,

истца ФИО1 и его представителя ФИО2, действующего на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ,

ответчиков ФИО3, ФИО4,

при секретаре Бычковой И.А.,

с участием помощника Рыбинского межрайонного прокурора Максимовой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 38 минут водитель ФИО3, управляя технически исправным транспортным средством автомобилем марки <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, двигаясь в районе 1 км автодороги «Заозерный-Агинское» Рыбинского района Красноярского края, перевозя в салоне автомобиля пассажиров ФИО4, А.О.Т., М.О.С., допустил наезд на лежащую на проезжей части Ч.А.Н., в результате чего последняя погибла на месте дорожно-транспортного происшествия. Истец ФИО1 является супругом погибшей Ч.А.Н. Факт дорожно-транспортного происшествия зафиксирован сотрудниками Госавтоинспекции, что подтверждается имеющимися в материалах проверки № от ДД.ММ.ГГГГ протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с приложенной фототаблицей и схемой места происшествия. Согласно заключения эксперта № 150 ГУЗ «Красноярское краевое Бюро судебно-медицинской экспертизы», составленного ДД.ММ.ГГГГ, у Ч.А.Н. были обнаружены повреждения в виде тупой травмы головы, скальпированная рана головы, тупая травма грудной клетки, переломы рёбер, разрыв правого желудочка сердца, тупая травма брюшной полости, перелом таза, множественные разрывы печени, обильная внутренняя кровопотеря. Указанные повреждения могли возникнуть от воздействия тупого предмета (предметов), в том числе при ударе о выступающие части движущегося автомобиля с последующим переездом, единовременно в короткий промежуток времени. Согласно п. 6.1.2, 6.1.3, 6.1.10, 6.1.16 приказа Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н, указанные повреждения отнесены к критериям, характеризующим признак, вреда опасного для жизни человека. По указанному признаку, согласно правилам «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируется как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Постановлением СО ОМ МВД Росси «Бородинский» в возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 264 УК РФ в отношении ФИО3 неоднократно отказано, по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Факт причинения истцу морального вреда очевиден и не подлежит самостоятельному доказыванию. Смерть родного человека является наиболее тяжким и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личные структуры, психику, здоровье, самочувствие и настроение. Боль утраты близкого человека не прошла до настоящего времени, в связи с чем ФИО1 испытывает нравственные и физические страдания. Просит суд взыскать в солидарном порядке с ФИО3 и ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ определением суда, выраженным в протокольной форме, к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО4, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Ц.Н.С.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, суду дополнительно пояснил, что тринадцать лет прожил с Ч.А.Н. имели тесные, доверительные отношения, супруга посменно работала в ОАО «РЖД», занималась воспитанием детей, периодически употребляла алкоголь. Истец работал вахтовым методом, в настоящее время не работает, поскольку один воспитывает троих детей, очень не хватает супруги, после смерти Ч.А.Н. здоровье ухудшилось, за медицинской помощью не обращался.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2, в судебном заседании просил требования удовлетворить, взыскать в солидарном порядке с ответчиков ФИО3 и ФИО4 компенсацию морального вреда, суду дополнительно пояснил, что имеется вина в причинении морального вреда, как собственника транспортного средства ФИО4, передавшего право управления своим автомобилем, так и водителя транспортного средства ФИО3, который двигался с такой скоростью, которая не позволила ему предпринять необходимых мер к остановке транспортного средства.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании возражал относительно удовлетворения заявленных требований, суду пояснил, что в момент дорожно-транспортного происшествия супруга истца находилась в состоянии сильнейшего алкогольного опьянения, им были предприняты все меры, для того чтобы избежать дорожно-транспортного происшествия, а именно: применено экстренное торможение, осуществил выезд на полосу встречного движения, чтобы объехать препятствие, рискуя своей жизнью и жизнью своих пассажиров. Следственный эксперимент показал, что ответчик не имел возможности увидеть Ч.А.А., и, следовательно, затормозить перед ней, не мог.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, ранее в суд были представлены возражения ответчика ФИО4 на исковое заявление, в которых он указал, что с иском не согласен, считает требования изложенные в нем необоснованными, поскольку действия самой потерпевшей фактически привели к ее гибели. Кроме того, в рамках процессуальной проверки по факту гибели Ч.А.Н. неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Считает себя не виновным в причинении морального вреда истцу.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Ц.Н.С. в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания уведомлен своевременно и надлежащим образом, о причине неявки суд не извещен.

Исследовав материалы дела, выслушав заключение старшего помощника Рыбинского межрайонного прокурора Максимовой Е.В., полагавшей возможным иск удовлетворить в полном объеме, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Кодекса (п.1 ст.1079 ГК РФ).

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.)

Пунктом 2 ст.1083 ГК РФ предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Согласно п.18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» судам надлежит иметь в виду, что в силу ст.1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац 3 п.17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (п.1 ст.1099 и п.1 ст.1101 ГК РФ) (п.24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В абз.3 п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п.14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В соответствии с п.22 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст.1101 ГК РФ).

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 25 минут водитель ФИО3, управляя технически исправным транспортным средством автомобилем марки <данные изъяты> государственный регистрационный номер № принадлежащим ФИО4, двигаясь в районе 0 км.+480 м. автодороги «Заозерный-Агинское» Рыбинского района Красноярского края, перевозя в салоне автомобиля пассажиров ФИО4, А.О.Т., М.О.С., допустил наезд на лежащую на проезжей части Ч.А.Н., в результате дорожно-транспортного происшествия Ч.А.Н. погибла на месте дорожно-транспортного происшествия.

Из объяснений и дополнительных объяснений, данных ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в рамках доследственной проверки следует, что он имеет водительский стаж с 2018 года, в собственности транспортных средств не имеет. ДД.ММ.ГГГГ около 23 часов находился в г. Заозерный в гостях у друга ФИО4 совместно с его матерью и соседкой, решили поехать в д. Налобино. В собственности у ФИО4 имелся автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №. Поскольку ФИО4 находился в состоянии алкогольного опьянении ФИО3 с разрешения ФИО4 сел за руль автомобиля. В полис ОСАГО он не был вписан. В ночное время ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа совместно с ФИО4, его матерью и соседкой выехали из д. Налобино и поехали в сторону г. Заозерного. Двигались по своей полосе, со скоростью не более 90 км/ч. В какой-то момент, неожиданно для себя на дороге на расстоянии ближнего света фар на правом краю проезжей части он увидел силуэт человека, лежащего на асфальте, головой к центру дороги, тело полностью располагалось на полосе движения. Он сразу же начал тормозить, вжав педаль тормоза «в пол», руль повернул влево, с целью объехать препятствие, из-за небольшого расстояния объехать лежащего человека он не успел, почувствовал удар в правую часть автомобиля и правой группой колес переехал человека. Он продолжил тормозить, остановил автомобиль на встречной полосе, вышел из автомобиля, увидел на дороге тело женщины, без признаков жизни (л.д. 119-120, 121-122).

Из объяснений и дополнительных объяснений, данных ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 в рамках доследственной проверки следует, что с 2022 года он является собственником автомобиля марки <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №. ДД.ММ.ГГГГ находился у себя дома вместе с матерью и сестрой, в гости пришел знакомый ФИО3 Решили вчетвером поехать в д. Налобино на автомобиле <данные изъяты>. С разрешения ФИО4 автомобилем управлял ФИО3 Около 01 часа ДД.ММ.ГГГГ возвращались с д. Налобино. За рулем находился ФИО3 ФИО4 сидел на переднем пассажирском кресле, остальные пассажиры располагались на заднем пассажирском кресле. На въезде в г. Заозерный двигались по своей полосе, со скоростью не более 90 км/ч. ФИО4 был занят своим телефоном, за дорогой не следил. Отвлекся от телефона, только тогда, когда ФИО3 начал резко тормозить и уводить автомобиль влево. Посмотрел в лобовое стекло и увидел перед автомобилем на расстоянии около 10 метров, на проезжей части, на полосе движения, головой в сторону разделительной полосы, лежал человек. Почувствовал, что в правую часть бампера автомобиля что-то ударилось. Остановились на встречной полосе, вышли их автомобиля, на проезжей части на асфальте лежало тело женщины, без признаков жизни. О случившемся сообщили в полицию (л.д. 123, 124-125).

Из объяснений, данных ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в рамках доследственной проверки следует, что он являлся супругом Ч.А.Н. ДД.ММ.ГГГГ уехал работать вахтовым методом в Иланский район. Супруга осталась с детьми дома. Звонил им каждый день, все было в порядке. ДД.ММ.ГГГГ позвонил супруге, по ее голосу понял, что она находится в состоянии алкогольного опьянения, звонил ей еще несколько раз. В последний раз он позвонил ей около 00 часов, она была пьяна, спросил, где находится, пояснила, что пьет пиво на вокзале г. Заозерный, сказал, чтобы она шла домой. Больше он ей не звонил. Утром ДД.ММ.ГГГГ ему позвонила сестра и сообщила, что его супругу сбил автомобиль на дороге вблизи д. Буйная. Как она оказалась в месте дорожно-транспортного происшествия он не знал (л.д. 136).

Из объяснений, данных с ДД.ММ.ГГГГ инспектора ГИБДД МО МВД России «Бородинский» Ф.Е.С. в рамках доследственной проверки следует, что заступил на дежурство, в ходе которого поступило сообщение о том, что на автодороге «Заозерный-Агинское» возле поворота на ст. Буйная г. Заозерного сбита женщина. Приехав на место, у водителя отобраны пояснения. ФИО3 было проведено освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, опьянения выявлено не было. В присутствии понятых проведен осмотр места происшествия, составлена схема дорожно-транспортного происшествия. Дорожно-транспортное происшествие произошло в ночное время суток, освещение на данном участке дороги отсутствовало, разрешенная скорость передвижения на указанном участке дороги 90 км/ч (л.д. 135).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ водитель <данные изъяты>, при заданных исходных данных, не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода (л.д. 32-37).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, при проведении экспертизы трупа Ч.А.Н. обнаружены повреждения в виде: <данные изъяты>. Указанные повреждения могли возникнуть от воздействия тупого твердого предмета, в том числе о выступающие части движущегося автомобиля с последующим переездом, единовременно (в короткий промежуток времени). Согласно п. 6.1.2, п. 6.1.3, п. 6.1.10, п. 6.1.16 приказу МЗиСР РФ № 194н от ДД.ММ.ГГГГ отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак, вреда опасного для жизни человека, квалифицируется как тяжкий вред, причиненный здоровью человека, состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти (л.д. 26-31).

Как следует из акта <адрес> освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от ДД.ММ.ГГГГ состояние алкогольного опьянения ФИО3 не установлено (л.д. 115).

Постановлениями начальника отделения СО МО МВД России «Бородинский» от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 264 УК РФ в отношении ФИО3 отказано, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления (л.д. 38-44, 146-149).

Из материалов дела следует и подтверждено ответчиками ФИО3 и ФИО4, что владельцем автомобиля Honda Ascot, государственный регистрационный номер <***>, на момент дорожно-транспортного происшествия является ФИО4 (л.д. 112).

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что ФИО3 на момент ДТП являлся фактическим владельцем транспортного средства, являющегося источником повышенной опасности, в результате наезда транспортного средства, под управлением ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, потерпевшая Ч.А.Н. погибла, в связи с этим истцу, как супругу потерпевшей причинены нравственные страдания, и он имеет право на компенсацию причиненного ему морального вреда, в соответствии со ст. 151 ГК РФ, компенсация морального вреда истцу должна быть осуществлена независимо от вины ФИО3

Условием наступления ответственности в виде компенсации морального вреда являются факт причинения вреда, в данном случае речь идет о моральном вреде в виде физических и нравственных страданий потерпевшего, которым согласно Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 в качестве примера морального вреда, в частности, называются нравственные переживания в связи с утратой родственников.

Указанные страдания при определении размера компенсации должны оцениваться судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Таким образом, суд при разрешении спора о компенсации морального вреда не связан той суммой компенсации, на которой настаивает истец, а исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов сторон.

Судом установлено, что истец ФИО1 является супругом, умершей ДД.ММ.ГГГГ Ч.А.Н. (л.д.68).

Истец ФИО1, указывая, что в результате смерти близкого человека – супруги перенес значительные физические и нравственные страдания, обратился в суд с настоящим иском, указав, что испытал стресс, боль от утраты близкого человека, до настоящего времени находится в состоянии депрессии, испытывает нравственные переживания и физические страдания.

Поскольку причинение смерти наступило в результате управления источником повышенной опасности, то ответственность по компенсации морального вреда должна быть возложена на причинителя вреда – ответчика ФИО3.

Согласно п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п.26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п.27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Исходя из того, что при утрате близкого родственника, во всех случаях человек испытывает физические или нравственные страдания, заключающихся, в частности, в нравственных переживаниях, факт причинения истцу, являющемуся супругом умершей Ч.А.Н., морального вреда является очевидным и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

При определении размера компенсации морального вреда, суд исходит из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и полагает необходимым учесть следующее.

В силу абз.2 п. 2 ст. 1083 ГК РФ при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии с п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

При грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определенную деятельность. К проявлению грубой неосторожности, как правило относится нетрезвое состояние потерпевшего, содействовавшее причинению вреда его жизни или здоровью, грубое нарушение правил дорожного движения пешеходом или лицом, управляющим механическим транспортным средством.

В ходе проведенной доследственной проверки по материалу № от ДД.ММ.ГГГГ нарушений дорожного движения водителем ФИО3, состоящих в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями (смерть Ч.А.Н.), не установлено, признаки преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ отсутствуют. Согласно заключению комиссионной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом обнаруженных повреждений на автомобиле, наиболее вероятное положение тела Ч.А.Н. в момент наезда на нее автомобиля марки <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, под управлением водителя ФИО3 лежа, левой боковой поверхностью. Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в крови Ч.А.Н. обнаружен этиловый спирт – 3,1 г/дм. Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ водитель <данные изъяты>, при заданных исходных данных, не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода. Данные факты положены в основу постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ. В настоящее время постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено, но результаты проведенной экспертизы сторонами не оспорены.

Таким образом, оценивая представленные суду доказательства в совокупности с пояснениями сторон, суд приходит к выводу о том, что имела место грубая неосторожность и неосмотрительность самой Ч.А.Н., что привело к негативным для нее последствиям.

Согласно представленным в материалах дела документам ответчик ФИО3 в браке не состоит, несовершеннолетних детей на иждивении не имеет, инвалидности не имеет, трудоустроен вахтовым методом в ООО ЧОП «РН-Охрана_Ванкор», имеет в собственности с ДД.ММ.ГГГГ транспортное средство <данные изъяты>.

При определении размера компенсации суд принимает во внимание обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, наличие грубой неосторожности самой Ч.А.Н., отсутствие вины в происшествии водителя транспортного средства, материальное положение сторон, а также характер причиненных физических и нравственных страданий истцу, как супругу погибшей Ч.А.Н., нравственные страдания, вызванные невосполнимой потерей близкого человека, то обстоятельство, что неожиданная трагическая смерть близкого человека для истца повлекла значительные нравственные страдания, исходя из чего приходит к выводу, что размер компенсации морального вреда надлежит определить в размере 200 000 рублей в пользу истца, что с учетом вышеизложенного и всех значимых обстоятельств, что по мнению суда, будет наиболее полно соответствовать принципу разумности и справедливости. При этом суд учитывает, что ФИО3 находится в трудоспособном возрасте, данных о его неплатежеспособности не имеется, в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве ответчик не значится, какие-либо обязанности в виде выплат в возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, алиментов не осуществляет, получателем пенсии как по старости, так и по инвалидности не является, как и не имеется сведений об инвалидности ответчика, иждивенцев не имеет, холост, в связи с чем, уплата компенсации морального вреда в указанном размере не может как-либо отразиться на материальном положении его семьи.

Доводы истца о том, что в настоящее время он не работает, поскольку на его иждивении находится трое несовершеннолетних детей, суд считает несостоятельными, поскольку сам истец пояснял, что при жизни Ч.А.Н. осуществляла уход за несовершеннолетними детьми, при этом работала в ОАО «РЖД», он также был трудоустроен, сведений о том, что детям нужен постоянный уход (например: установлена инвалидность) в материалы дела не представлено.

Требования истца в части взыскания компенсации морального вреда в солидарном порядке, в том числе с ФИО4 удовлетворению не подлежат, поскольку обстоятельства дела не содержат доказательств того, что вред истцу причинен в результате совместных действий ответчиков. Кроме того, действующее законодательство не содержит положений о солидарной ответственности по возмещению компенсации морального вреда собственником транспортного средства и его владельцем.

На основании п.8 ст.333.20 НК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит уплате государственная пошлина в размере 4 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> (паспорт серии №, выдан <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> (паспорт серии №, выдан <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №) компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> (паспорт серии №, выдан <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 4 000 рублей.

В удовлетворении требований ФИО1 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Рыбинский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения суда.

Председательствующий Н.М. Кайдалина

Мотивированная часть решения изготовлена 13 февраля 2025 года.