Решение № 2-2025/2017 2-2025/2017~М-1384/2017 М-1384/2017 от 25 октября 2017 г. по делу № 2-2025/2017

Дело№2-2025/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 октября 2017 г. г. Хабаровск

Индустриальный районный суд г. Хабаровска в составе председательствующего судьи Цыганковой Т.Д,

При секретаре судебного заседания Томиловой И.В.,

С участием представителей истца ФИО1, ФИО2,

Представителя ответчика ФИО4,

Третьего лица ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО7 о признании недействительным договора дарения, признании права собственности на долю в имуществе в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о признании договора дарения ? доли <адрес>, расположенной по адресу <адрес> -14 недействительным, признании за ним права собственности на ? доли в указанной квартире в порядке наследования. Свои требования истец обосновал тем, что 09 ноября 2015 года между ФИО8 и ответчиком был заключен договор дарения ? доли квартиры по адресу <адрес>, согласно которого указанная доля перешла в собственность ответчика. Поскольку ФИО8 неоднократно находился на стационарном лечении в Хабаровской городской психоневрологической больнице, то на момент подписания указанного договора он не мог осознавать фактического характера своих действий. ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 умер. Истец является наследником первой очереди после смерти ФИО8. Кроме него наследником первой очереди также является ФИО5. Других наследников первой очереди нет. Истцом было подано заявление нотариусу о принятии наследства. Однако спорная часть квартиры в наследуемое имущество не входит. Просит признать договор дарения от 09.11.2015 года, заключенный между ФИО8 и ФИО7 по поводу ? доли квартиры по адресу <адрес>, недействительным, признать за ним право собственности в порядке наследования на ? доли квартиры по адресу <адрес>14.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал и пояснил, что он является сыном умершего ФИО8. Квартира, расположенная по адресу: <адрес> – 14 принадлежит его родителям. Отец умер в 2017 году. Он не помнит точные даты, так как у него плохая память. После смерти мамы он не жил с отцом, не общался с ним, приезжал к нему два раза летом, в каком году - не помнит. Отец жаловался, что у него постоянно воруют телевизоры. Его сестра ФИО5 хочет отобрать у него квартиру. Отец не мог подарить свою долю. У отца было психическое заболевание, он был вспыльчив. От удара по голове у отца произошли нарушения. В сентябре 2016 года, после своего дня рождения, отец лежал в Краевой клинической больнице с травмой головы.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал и пояснил, что квартира по <адрес>14 в <адрес> была получена в порядке обмена, когда ФИО5 вышла замуж за ФИО7. Анатолий Ильич после расторжения брака приобрел квартиру, которая впоследствии отчуждалась ФИО5 третьим лицам. После этого, его поселили на <адрес> длительное время наблюдался у врачей. ФИО5 и ФИО7 не отрицали то обстоятельство, что сами возили ФИО8 по врачам. ФИО8, в момент сделки не мог осознавать фактический характер своих действий. ФИО8 не совершал сделку, и не дарил свою долю в квартире внуку.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал и пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ у ФИО8 был день рождения, после обеда к нему пришла ФИО5, а после ее визита Анатолий Ильич оказался в больнице. Три квартиры ФИО5 присвоила себе, отчуждала третьим лицам. Мать обещала подарить свою долю в квартире ФИО6. ФИО5 скрывала то, что отец находился в психиатрической больнице. Она водила отца по больницам, он проходил лечение. Анатолий Ильич был невменяем. ФИО1 постоянно приезжал к дяде, общался с ним. В 2015 году Анатолий Ильич не понимал значение своих действий, он был не вменяем.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании пояснила, что ответчик исковые требования не признает. Медицинские карты, анализ которых проводила экспертная комиссия, обнаруживают признаки множественных нарушений, считает некорректными выводы экспертов о реальном состоянии здоровья ФИО8 в период 2015 года, считает выводы комиссии экспертов ошибочными, сделанными на основе поддельных документов и с анализом событий только за конец 2016 и начало 2017 года.

В 2015 году у ФИО8 стали появляться только первичные сигналы нарушения памяти. Ухудшение здоровья и развитие психических отклонений у ФИО8 началось только после 05 октября 2016 года, после чего он стал жаловаться на головную боль, хотя к врачам сначала не обращался. После второго удара по голове, 11.09.2016 года, состояние стало ухудшаться. Спорный период жизни ФИО8 - время, когда он подписал договор дарения ноябрь 2015 года - ни в каких медицинских документах не отражен. Он не обращался за медицинской помощью. ФИО8 на момент подписания договора дарения был психически здоров, адекватен, вменяем, дееспособен, значение своих действий понимал. В спорный период Нещадим совершал ряд юридически значимых действий, а именно получал паспорт гражданина РФ 08 июня 2016 года, выдавал дочери доверенность, 17 февраля 2016 года написал заявление в ПАО «Совкомбанке» о перечислении денежных поступлений на карту, а 17 сентября 2016 года снимал крупную сумму в ПАО «Совкомбанке» - 60 000 рублей. Факты жизни ФИО8 искажены медицинскими документами, а свидетельские показания разнятся, что установить истинную картину событий объективно не представляется возможным. Ни истец, ни ответчик не жили с ФИО8, навещали его раз в неделю или в случае истца - раз месяц или реже. Показания свидетелей противоречивые, документы подтасованы.

Определением суда от 31 августа 2016 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора привлечена ФИО5

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании пояснила, что с исковыми требованиями она не согласна. ФИО8 ее отец. Полагает, что не представлено доказательств того, что он был недееспособным. Он проживал по <адрес> в <адрес> и являлся ее нанимателем. После расторжения брака между ее родителями, мать осталась проживать в квартире по <адрес> в <адрес>, а отец купил себе квартиру на ул. Центральной, которую впоследствии продал и переехал в ее квартиру на ул. Ворошилова, где проживал один. Она часто навещала отца. Когда мама заболела, папа к ней ездил каждое утро, кормил ее, так как она не могла сама себя обслуживать. Это продолжалось около 3 - 5 лет. Ему было очень тяжело ухаживать за ней. Мама умерла ДД.ММ.ГГГГ. Когда мама умерла, они ездили к папе каждую неделю, общались. Он всегда был прилично одет. В 2016 году она заключила договор с учреждением социального обеспечения для того, чтобы к отцу приходил социальный работник. В 2016 года, в период ее отсутствия, отец дважды получал травму головы, при этом не помнил обстоятельств произошедшего. После второго удара по голове, он никого не узнавал и ходил под себя. Она увезла его из больницы домой и приезжала к нему дважды в день. Он быстро пошел на поправку. В ноябре 2016 года ей позвонил врач из психиатрической больницы, и сказал о том, что отец к ним сам пришел. В Краевой клинической больнице № 2 его залечили. У него начались вспышки гнева, агрессия. Затем ей позвонили из похоронного бюро, и сказали о том, что отец умер. Отец очень любил ее сына Витю, говорил, что квартиру отдаст ему. О сделке, до ее совершения она не знала. После смерти мамы, отец был удручен, тосковал. В сентябре 2015 года она повела отца в поликлинику, так как он начал забывать слова. Врач направила его к психиатру. Врач – психиатр дал направление на МРТ. Второй раз они обратились с больницу в 2016 году, отец опять пожаловался на память.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании пояснил, что более 40 лет знает семью Нещадим, так как его супруга является сестрой ФИО9. Когда ФИО8 развелся с супругой, он приобрел квартиру в районе пятой площадки. Когда бывшая супруга заболела, ФИО8 ухаживал за ней, ездил к ней каждое утро, а вечером уезжал. Это продолжалось около пяти лет. Когда они разговаривали с Анатолием, последний ему неоднократно говорил: «Лучше бы я не рожал такую дочь». Ольга поселила Анатолия на <адрес> в <адрес>, так как квартира по <адрес> в <адрес> была продана. Ольга помогла продать ему квартиру. ФИО8 остался ни с чем. ФИО8 в последние годы был неспособный, говорил, что устал ухаживать за супругой. Анатолий говорил, что у него уже нет ни сил, ни здоровья. Они встречались с ним на улице. Также свидетель к нему заходил в гости. В последнее время Анатолий был психически взбудоражен, его состояние в последнее время вызывало подозрения. Иногда он не узнавал ФИО19 Только в ходе разговора он начинал его вспоминать. ФИО8 был обижен на дочь, так как квартиры он лишился. Дочь редко навещала своего отца. В период 2015 – 2016 года он видел его раза 3 - 4. Он не помнит, виделся ли с ним осенью 2015 года. Года три назад началось проявляться поведение ФИО8, когда он свидетеля перестал узнавать.

Ответчик в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещался надлежащим образом.

Заслушав явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В судебном заседании установлено, что ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения является сыном ФИО8, что подтверждается свидетельством о рождении.

Также в судебном заседании установлено, что ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения является дочерью ФИО8, что подтверждается свидетельством о рождении последней, свидетельствами о заключении и расторжении брака.

Согласно свидетельству о смерти, ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке МУП г. Хабаровска «РКЦ» от 10 марта 2017 года, на момент смерти ФИО8 был зарегистрирован по адресу <адрес>18.

Как следует из выписки из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 02.08.2016 года, а также выписки из единого государственного реестра недвижимости от 30.03.2017 года, правообладателями <адрес> в <адрес> являются ФИО6 доля в праве ?, ФИО7 доля в праве ?, ФИО5 доля в праве ?.

Согласно договору дарения от 09 ноября 2015 года ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения безвозмездно передал ФИО7 долю в размере ? в <адрес>.

Из показаний ответчика ФИО7 в протоколе судебного заседания от 26 апреля 2017 года, следует, что они переселили ФИО8 в квартиру на <адрес> в <адрес>, т.к. квартира, в которой он проживал, была в плохом состоянии. Квартиру, в которой ФИО8 проживал ранее, последний изначально завещал ему, поэтому он и подарил ему часть квартиры, в которой не проживал на <адрес>.

Из пояснений третьего лица ФИО5 в протоколе судебного заседания от 15 мая 2017 года следует, что как только она заметила у отца провалы в памяти, забила тревогу. Участковый врач посоветовала отвести отца к психиатру. Она его три раза привозила к психиатру. Когда отца забрали в больницу, врач не согласился с диагнозом деменция и сказал, что у него структурное расстройство личности.

Из пояснений свидетеля ФИО10 в протоколе судебного заседания от 15 мая 2017 года следует, что она работает участковым инспектором ОП № 2. Ей известно, что ФИО8 проживал в <адрес> в <адрес>. Поскольку она указанную территорию обслуживает с апреля 2016 года, то ничего не может пояснить про события которые происходили ранее этого времени. В полицию обращались граждане, которые находили ФИО8 на улице, когда он терялся и не мог вернуться домой, тогда она звонила его дочери ФИО5, которая забирала его. Был случай, когда он находился дома, не мог найти ключи от квартиры и на балконе кричал, звал на помощь. По заявлению родственников отдел полиции проводил проверку по факту получения ФИО8 осенью 2016 года травмы головы. Сам он не мог пояснить обстоятельства травмы, и свидетелей не было.

Из пояснений свидетеля ФИО14, изложенных в протоколе судебного заседания от 23 мая 2017 года следует, что она является соседкой ФИО8 по дому с 2012-2013 года, ФИО5 она знала до этого. ФИО8 всегда выглядел ухоженным, самостоятельно совершал покупки. О договоре дарения ей стало известно от ФИО8, который однажды выходя из машины ФИО5, сообщил, что был у нотариуса и подписывал документы по поводу дарения, что он отписал внуку квартиру. Ей неизвестно наблюдался ли ФИО8 у невролога в 2015 году. Осенью 2016 года или в начале 2017 года она видела ФИО8 с перебинтованной головой, но что с ним случилось ей неизвестно.

Из пояснений свидетеля ФИО15, изложенных в протоколе судебного заседания от 23 мая 2017 года следует, что с ФИО8 она познакомилась 15.09.2015 года, т.к. с ФИО5 приезжала к нему домой. Также она виделась с ним на его 80-летии. Он всегда был приветлив, опрятен, улыбался и был рад людям. Никаких психических отклонений она у него не замечала.

Согласно заключению комиссии экспертов № от 08 августа 2017 года Краевого центра психиатрии, комиссия пришла к заключению, что ФИО8 при жизни обнаруживал (в том числе и в момент совершения сделки дарения ? доли квартиры от 09.11.2015 года) <данные изъяты>

Оценивая показания опрошенных в судебном заседании истца и третьего лица, суд относится к ним критически, поскольку ФИО5 является матерью ответчика и как следствие заинтересованным лицом, истец же в судебном заседании давал противоречивые показания, многое не мог вспомнить, пояснил, что с отцом виделся и общался редко.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании пояснил, что в последнее время ФИО8 был психически взбудоражен, иногда он не узнавал ФИО12. Только в ходе разговора он начинал его вспоминать. В период 2015 – 2016 года он видел его раза 3 - 4. Виделся ли он с ним осенью 2015 года, не помнит. При этом свидетель пояснил, что его общение с ФИО8 было непродолжительным.

Свидетель ФИО10 ничего не смогла пояснить про события, которые происходили до 2016 года.

Из пояснений свидетелей ФИО14 и ФИО15, следует, что они с ФИО8 не имели тесного общения и, следовательно, не могут с достоверностью свидетельствовать о его психическом состоянии.

Вместе с тем, в судебном заседании была исследована медицинская документация в отношении ФИО8 из которой следует, что 24 августа 2015 года он обратился в психиатрическую больницу с жалобами на снижение памяти в течение 1,5 лет, иногда теряется на улице, не назвал текущую дату, домашний адрес, не знает год, не помнит имя дочери. На прием явился в сопровождении дочери. В тот же день ФИО8 был поставлен диагноз <данные изъяты>

Представитель ответчика оспаривала указанную дату обращения ФИО8 к психиатру, вместе с тем третье лицо ФИО5 в судебном заседании пояснила, что водила отца в психиатрическую больницу именно в августе 2015 года.

Оснований подвергать сомнению сведения, содержащиеся в медицинских картах амбулаторного и стационарного больного, представленных КГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» Министерства здравоохранения Хабаровского края у суда не имеется.

Представитель ответчика и третье лицо в судебном заседании также ссылались на то, что ухудшение состояния психического здоровья ФИО8 произошло после того как он осенью 2016 года дважды получил травму головы.

Однако, как следует из медицинской карты амбулаторного больного КГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница», ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ был обследован психологом, которым дано заключение о том, что у подэкспертного выявлено <данные изъяты>.

Оценивая заключение комиссии экспертов, суд приходит к выводу, что оно составлено специалистами обладающими специальными знаниями в области психиатрии, опытом и большим стажем работы, в заключении даны ответы на поставленные вопросы, при этом, вопреки доводам представителя ответчика, экспертами изучалась медицинская документация содержащая, в том числе сведения о получении ФИО8 <данные изъяты> и протокол исследования компьютерной томографии от 22.09.2015 года. Оснований подвергать сомнению указанное заключение комиссии экспертов у суда не имеется.

Доводы представителя ответчика в отношении заключения эксперта суд признает необоснованными.

Надуманы и ничем не подтверждены доводы представителя ответчика о фальсификации медицинских документов ФИО8.

Свое ходатайство о вызове и допросе в судебном заседании врачей, оформлявших медицинские документы ФИО8, представитель ответчика в судебном заседании не поддержала, ходатайств о вызове и опросе в судебном заседании экспертов, давших заключение, стороны не заявляли.

Из медицинской карты амбулаторного больного, представленной КГБУЗ «Городская поликлиника № 11» следует, что 18.06.2015 года ФИО3 обращался к терапевту с жалобами на головокружение, снижение внимания, памяти, забывчивость. 12.12.2015 года, согласно записи терапевта, ФИО3 вновь предъявлял жалобы на плохую память. При посещении невролога 03.09.2015 года ФИО3 также предъявлял жалобы на нарушение памяти в течение 6 месяцев, редкую неустойчивость при ходьбе, тревожность. Поставлен диагноз <данные изъяты>. <данные изъяты>.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 ссылалась на то, что совершение ФИО8 в последний год жизни таких юридически значимых действий, как получение паспорта, выдача доверенности, осуществление операций с денежными средствами на вкладах свидетельствует об отсутствии у него психических заболеваний и расстройств на момент совершения сделки дарения.

Суд не может согласиться с данными доводами, поскольку указанные обстоятельства не подтверждают состояние психического здоровья ФИО3.

В доверенности, выданной ФИО8 на имя ФИО5 от 04.02.2016 года указано нотариусом, что личность ФИО8 установлена, дееспособность проверена, однако сведений о том каким образом нотариус проверял дееспособность, доверенность не содержит.

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Исследовав все доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что в судебном заседании нашло свое подтверждение то обстоятельство, что на момент заключения договора дарения 09.11.2015 года ФИО8 не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

При таких обстоятельствах требования истца о признании недействительным договора дарения ? доли квартиры расположенной по адресу <адрес>, заключенного 09 ноября 2015 года между ФИО8 и ФИО7 подлежат удовлетворению.

Из ответа нотариуса ФИО11 следует, что 22 февраля 2017 года по заявлению ФИО5 было заведено наследственное дело после умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО8, проживавшего по адресу <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ было подано заявление о принятии наследства от имени ФИО6.

В силу п. 1 и 3 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с требованиями ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием.

В соответствии с ч. 1 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество. В том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется, в том числе и путем признании права.

С учетом изложенного, суд полагает необходимым удовлетворить требования истца и признать за ФИО6 в порядке наследования после смерти ФИО8 право собственности на ? доли квартиры расположенной по адресу <адрес>.

Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО6 к ФИО7 удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения ? доли квартиры расположенной по адресу <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО7.

Признать за ФИО6 в порядке наследования после смерти ФИО8 право собственности на ? доли квартиры расположенной по адресу <адрес>.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, через Индустриальный районный суд г. Хабаровска.

Председательствующий Цыганкова Т.Д.

Мотивированное решение изготовлено 03 ноября 2017 года