Апелляционное определение № 33А-10872/2025 33А-528/2026 от 9 февраля 2026 г.

Дело № 33а-528/2026(33а-10872/2025),

2а-1414/2025 ~ М-1428/2025

59RS0044-01-2025-002954-87

Судья Куренных Е.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10.02.2026 город Пермь

Судебная коллегия по административным делам Пермского краевого суда в составе председательствующего судьи Никитиной Т.А.

Судей Титовца А.А, Овчинниковой Н.А.

При секретаре Кирьяковой С.В.

Рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №35 ГУФСИН России по Пермскому краю» о признании ненадлежащими условий содержания в исправительном учреждении, взыскании компенсации,

По апелляционной жалобе ФИО1 на решение Чусовского городского суда Пермского края от 29.09.2025,

Заслушав доклад судьи Никитиной Т.А., изучив материалы административного дела, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился с административным иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №35» ГУФСИН России по Пермскому краю, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФСИН России о признании незаконным бездействия ответчиков, выразившегося в необеспечении административному истцу надлежащих условий содержания в указанном исправительном учреждении, взыскании с Российской Федерации в пользу административного истца компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, в размере 150 000 рублей в порядке ст. 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ.

В обоснование административного иска ФИО1 указал, что в период с февраля 2021 года по январь 2022 года он отбывал наказание в ФКУ ИК-35 ГУФСИН России по Пермскому краю, содержался в отряде строгих условий содержания.

С февраля по апрель 2021 года содержался в камере №1 исправительного учреждения, указывает следующие нарушения условий содержания.

В камере №1 площадью 16-17 квадратных метров содержалось 8 человек. В общую площадь камеры входит умывальник с туалетом, предметы мебели: стол, табуреты, тумбочки и кровати. Жилая площадь камеры в расчете на одного осужденного составляла менее двух квадратных метров. В камере совместно содержались курящие и не курящие осужденные, что вынуждало ФИО1 быть пассивным курильщиком. Двухъярусные кровати были неустановленного образца и небезопасной конструкции – отсутствовали бортики на втором ярусе, что создавало угрозу жизни осужденным. В камере отсутствовали бак с питьевой водой и радиоточка. Освещение в камере тусклое, читать и писать невозможно. В туалете камеры №1 на стене был конденсат и черный грибок, т.к. за стеной находилась душевая. Принудительная вентиляция отсутствовала.

С апреля по июнь 2021 года административный истец содержался в камере №21, указывает следующие нарушения условий содержания.

В камере №21 площадью 17-18 квадратных метров содержалось 8 человек. В общую площадь камеры входит умывальник с туалетом, предметы мебели: стол, табуреты, тумбочки и кровати. Жилая площадь камеры в расчете на одного осужденного составляла менее двух квадратных метров. Совместно содержались курящие и не курящие осужденные, что вынуждало ФИО1 быть пассивным курильщиком. Двухъярусные кровати были неустановленного образца и небезопасной конструкции – отсутствовали бортики на втором ярусе, что создавало угрозу жизни. В камере отсутствовали бак с питьевой водой и радиоточка. На окнах камеры располагались деревянные щиты, в связи с этим освещение в камере было недостаточным. Принудительная вентиляция отсутствовала.

С октября 2021 по февраль 2022 года административный истец содержался в камере №22 учреждения, указывает следующие нарушения условий содержания.

В камере №22 площадью 17-18 квадратных метров содержалось 8 человек. Общая площадь камеры включала умывальник с туалетом, предметы мебели: стол, табуреты, тумбочки и кровати. Жилая площадь камеры в расчете на одного осужденного составляла менее двух квадратных метров. Совместно содержались курящие и не курящие осужденные, что вынуждало ФИО1 быть пассивным курильщиком. Двухъярусные кровати были неустановленного образца и небезопасной конструкции – отсутствовали бортики на втором ярусе, что создавало угрозу жизни. Отсутствовали бак с питьевой водой и радиоточка. Принудительная вентиляция отсутствовала.

Прогулка продолжительностью 1,5 часа проходила в прогулочных двориках, площадь каждого около 14-15 кв.м. В дворике одновременно находилось 8 человек, в связи с чем было тесно, невозможно выполнять физические упражнения, ходить.

Содержание в указанных условиях причиняло страдания, превышающие необходимый уровень, присущий самому понятию лишение свободы. Просит указанные условия содержания признать ненадлежащими. В связи с допущенными нарушениями условий содержания просит взыскать в свою пользу компенсацию в размере 150000 рублей.

Определением от 28.08.2025 к участию в деле в качестве соответчика привлечен начальник ФКУ ИК-35 ГУФСИН России по Пермскому краю.

Решением Чусовского городского суда Пермского края от 29.09.2026 административные исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, с принятием решения об удовлетворении административного иска, указывая, что суд нарушил нормы материального и процессуального права. Суд первой инстанции не учел, что конструкция кроватей второго яруса не позволяла административному истцу уснуть, так как он боялся упасть и боялся спускаться с второго яруса кровати в отсутствие лестницы. Также суд не учел, что в камерах не было нормальной вентиляции, нормального дневного света, свежего воздуха, питьевой воды, был нарушен лимит наполнения. Кроме этого суд не принял во внимание, что по аналогичному делу исковые требования были удовлетворены.

В судебном заседании ФИО1, участвующий посредством видеоконференц-связи, на доводах апелляционной жалобы настаивал.

Представитель административных ответчиков ФИО2 (по доверенности) с доводами апелляционной жалобы не согласна, считает решение суда законным и обоснованным.

Изучив материалы административного дела в соответствии с положением статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав лиц участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов административного дела, 03.02.2021 ФИО1 прибыл для отбывания наказания в ФКУ ИК-35 ГУФСИН России по Пермскому краю.

С 04.06.2021 по 27.09.2021 убывал в ФКУ ОИК-11/ИК-11 ГУФСИН России по Пермскому краю, п. Ныроб.

14.01.2022 убыл в ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Пермскому краю, г. Соликамск.

Размещен в УСУОН согласно ст. 124 ч. 5 УИК РФ с 03.02.2021.

В период нахождения в ФКУ ИК-35 ГУФСИН России по Пермскому краю административный истец содержался в камере №1 с 03.02.2021 по апрель 2021 года, в камере №21 с апреля 2021 по 04 июня 2021 года, в камере №22 с октября 2021 по 14 января 2022 года.

Таким образом, в указанных камерах административный истец содержался непродолжительный период времен- менее трех месяцев в каждой из них.

Рассматривая требования административного истца о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 21 Конституции Российской Федерации, ч. 2 ст. 10, ст. 12, ст. 93,99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, ст. 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», приказом ФСИН России от 27.07.2006 № 512 "Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы", разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания».

Суд первой инстанции, рассматривая административный иск по существу, исходил из того, что срок обращения ФИО1 с административным исковым заявлением, поданным в суд 18.08.2025, не пропущен, поскольку ФИО1 продолжает отбывать наказание по настоящее время на основании того же приговору, что и в ФКУ ИК-35 ГУФСИН России по Пермскому краю.

Вместе с тем, отказывая административному истцу в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу, что доводы ФИО1 о ненадлежащих условиях содержания в помещениях отрядов исправительного учреждения в период с 03 февраля 2021 до 14 января 2022 не подтверждены достаточными и бесспорными доказательствами. Возможность собирания этих доказательств в связи с истечением значительного период времени затруднена.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку суд правильно применил нормы действующего законодательства, регулирующего возникшие правоотношения, полно и всесторонне исследовал совокупность представленных сторонами доказательств по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, правильно установил значимые для дела обстоятельства.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В силу положений части 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Согласно разъяснениям пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Таким образом, не любые, а только существенные отклонения от установленных законом требований к условиям содержания лишенных свободы лиц могут являться основанием для присуждения компенсации в порядке статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

При этом необходимо учитывать в совокупности характер выявленных нарушений условий содержания, их длительность, какие последствия они повлекли именно для административного истца с учетом его индивидуальных особенностей, были ли они восполнены каким-либо иным способом.

В данном случае таких нарушений суд не установил.

Согласно части 1 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации режим в исправительных учреждениях - установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

Частью 1 статьи 87 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в пределах одной исправительной колонии осужденные к лишению свободы могут находиться в обычных, облегченных и строгих условиях отбывания наказания, предусмотренных видом режима данной колонии.

В соответствии с частью 3 статьи 125 УИК РФ осужденные, отбывающие наказание в строгих условиях, проживают в помещениях камерного типа.

Частью 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Рассматривая доводы административного истца о нарушении в камерах № 1,21,22 превышения лимита содержания суд первой инстанции исходил из следующего.

Камера №1 (согласно техническому плану здания и экспликации к поэтажному плану здания, на первом этаже расположена комната №5) имеет площадь 14,8 кв.м. С февраля по апрель 2021 года в камере содержалось 6 осужденных, что составляет 2,46 кв.м. жилой площади на человека.

Камера № 21 расположена на втором этаже здания, площадь камеры составляет 18,2 кв.м., с апреля по июнь 2021 года в камере содержалось 7 осужденных, что составляет 2,6 кв.м. жилой площади на человека.

Камера № 22 расположена на втором этаже данного здания, составляет 16,8 кв.м., с октября 2021 по январь 2022 года содержалось 7 осужденных, что составляет 2,4 кв.м. жилой площади на человека.

Таким образом, превышения лимита содержания осужденных в камерах в период пребывания административного истца, которое бы нарушало права административного истца, суд не установил, бесспорных и достоверных опровергающих доказательств в материалы дела не представлено.

Доводы административного истца о том, что в данном случае расчет происходит из общей площади, выводы суда не опровергают, поскольку ссылки на нехватку личного пространства, тесноту о наличии нарушения прав административного истца не подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, в том числе отсутствуют доказательства затруднения у ФИО1 доступа к местам общего пользования, затруднения доступа к санитарно-техническому оборудованию для осуществления гигиенических процедур, отправления естественных надобностей, приватности при посещении санузлов. Согласно представленным фототаблицам, в камерах сохранена возможность свободного передвижения между предметами мебели.

Таким образом, доводы жалобы о нарушении в данные периоды нормы жилой площади опровергаются материалами дела, следовательно, не принимаются во внимание судебной коллегией.

Доводы административного истца о незаконности совместного размещения курящих и не курящих осужденных судебная коллегия считает не состоятельными, поскольку содержание совместно курящих и некурящих осужденных, не свидетельствует о нарушении административными ответчиками норм уголовно-исполнительного законодательства, так как положениями статьи 80 УИК РФ на исправительное учреждение не возложена обязанность в части раздельного содержания курящих от некурящих лиц при размещении лиц.

При этом в соответствии с Федеральным законом от 23 февраля 2013 года № 15-ФЗ "Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака", приказом ФСИН России от 30 марта 2005 года № 214 "Об утверждении правил пожарной безопасности на объектах учреждения и органов ФСИН" курение табачных изделий в помещениях зданий и сооружений ИУ категорически запрещено. В целях соблюдения противопожарного режима на территории учреждения имеются места для курения, оборудованные в прогулочных двориках, таким образом, курение в камерах запрещено.

Судебная коллегия учитывает, что административным истцом не приведено конкретных лиц, которые употребляли табак в непосредственной близости с ним в камерном помещении, в период пребывания в камере с жалобами об этом административный истец не обращался.

Для исправительных учреждений уголовно-исполнительной системы запрет на совместное размещение курящих и не курящих осужденных не был предусмотрен как положениями УИК РФ, так и действовавшими в значимый период, до 16.07.2022 Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными приказом Минюста России от 16 декабря 2016 г. № 295.

Таким образом, совместное размещение в камере №22 курящих и некурящих осужденных обоснованно не может расцениваться как нарушение условий содержания административного истца.

Особенности содержания осужденных в помещениях камерного типа, особенности содержания осужденных к лишению свободы в исправительной колонии особого режима, отбывающих наказание в строгих условиях, определялись главой XXIV Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными приказом Минюста России от 16 декабря 2016 г. № 295 (далее- ПВР ИУ)

В соответствии с пунктом 156 ПВР ИУ, осужденным, переведенным в ПКТ, ЕПКТ, одиночные камеры, курение разрешается в период прогулки, предусмотренной распорядком дня. Сигареты и спички осужденным выдаются по их просьбе младшим инспектором по надзору за осужденными, содержащимися в штрафных помещениях.

Согласно п. 19.3 Свода правил СП 308.1325800.2017. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования, введенном в действие приказом Минстроя России от 20 октября 2017 года № 1454/пр, во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения следует предусматривать: приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием; вытяжную вентиляцию с механическим или естественным побуждением. Удаление воздуха естественным путем следует предусматривать через внутристенные вытяжные каналы.

Совокупностью представленных в материалы дела доказательств не подтверждаются доводы ФИО1 об отсутствии в период пребывания в указанных выше камерах вентиляции и достаточного естественного освещения.

Само по себе отсутствие принудительной вентиляции не может свидетельствовать о нарушении прав административного истца, поскольку доказательств ненадлежащего микроклимата в помещении, либо ненадлежащей работы естественной вентиляции в материалы дела не представлено.

Как следует из технического паспорта, справок должностных лиц учреждения, в камерах установлена приточно-вытяжная вентиляция с естественным побуждением. Согласно фототаблицам в каждой камере в окнах имеются форточки, которые открываются, обеспечивая приток свежего воздуха, камеры имеют оконные проемы, обеспечивающие естественное освещение и естественную вентиляцию. Имеется электрическое освещение. Административный ответчик не оспаривает, что в период пребывания ФИО1 в камере 21 оконный проем частично был отгорожен щитом, но вентиляция и освещение камеры обеспечивались с помощь форточек; также имелось электрическое освещение, что подтверждается копией технического паспорта и не оспаривается сторонами.

Судом не установлено достаточных доказательств отсутствия необходимых вентиляции и освещения, жалоб от осужденного по поводу недостаточности вентиляции и освещения в оспариваемый период не подавалось, в камере 21 ФИО1 находился непродолжительный период времени.

При этом следует отметить, что истец административный истец с настоящим иском обратился 25.08.2025, то есть по истечении 3-х лет после указанных им событий. Такой период времени существенно влияет на сохранение либо утрату доказательств, подтверждающих значимые обстоятельства, на которые ссылается административный истец. Возможность добывания дополнительных доказательств для проверки указанного обстоятельства объективно утрачена в связи с истечением значительного промежутка времени после исследуемых событий.

Согласно пунктам 12.3 - 12.4 раздела II Каталога "Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России", утвержденного приказом ФСИН России от 27 июля 2007 года № 407, в камерах ПКТ исправительного учреждения устанавливается койка откидная двухъярусная КОД-1.

Административные стороны указывают, и данное обстоятельство подтверждается фототаблицами, что административный истец содержался в ПКТ, оборудованном двухъярусной кроватью КДР-1 (п.11.3 Каталога), конструкция которой состоит из 2-х спинок и 2-х рам, и не содержит ограничительных бортиков и лесенки для подъема на верхний ярус.

Ограничительные бортики на верхнем ярусе и лесенки для подъема на верхний ярус предусмотрены конструкцией кровати камерной КДК-2, которая устанавливается в камерах СИЗО и тюрем (п.10.4 Каталога).

Доводы административного истца о том, что конструкция кровати без бортиков и ограничителей на верхнем ярусе и отсутствием лесенки для подъема на верхний ярус являлась травмоопасной для него, лишало полноценного сна, объективными и бесспорными доказательствами не подтверждается.

Как следует из материалов дела, и справки, представленной по запросу судебной коллегии суда апелляционной инстанции, в указанный период ФИО1 не обращался в лечебное учреждение по поводу каких – либо травм, в том числе связанных с падением. Спальное место на верхнем ярусе кровати указанной конструкции не повлекло вредных последствий для административного истца, в период пребывания в ПКТ административный истец не предъявлял жалоб на конструкцию кровати и свои опасения получения травмы в связи с конструкцией кровати и нарушение сна в связи с этим, размещение на верхнем ярусе кровати указанной конструкции не повлекло для истца неблагоприятных последствий, период пребывания ФИО1 в указанных камерах являлся незначительным.

Отказывая административному истцу в удовлетворении данной части административного иска, суд первой инстанции исходил из того, что условия содержания административного истца в оспариваемый период соответствовали установленным требованиям с учетом режима учреждения, совокупность условий для удовлетворения административных исковых требований при рассмотрении настоящего административного дела не установлена. Обеспечение ФИО1 спальным местом на кровати такой конструкции само по себе не свидетельствует о существенном нарушении условий содержания ФИО1

Доводы административного истца ФИО1 об отсутствии в помещениях отряда строгих условий содержания бака для питьевой воды с кружкой, необеспечения питьевой водой частично подтверждены решением Чусовского городского суда Пермского края от 12.12.2023 по делу №2а-2456/2023 (с учетом апелляционного определения судебной коллегии по административным делам Пермского краевого суда от 13.03.2024). Вместе с тем довод о нарушении питьевого режима административного истца в период содержания его в указанных камерах судебная коллегия считает не состоятельным.

Как следует из копии технического паспорта, справки должностного лица исправительного учреждения, объяснений сторон, протоколов лабораторных испытаний, в камерных помещениях обеспечено централизованное холодное водоснабжение, проводятся органолептические исследования воды с целью соблюдения эпидемиологического режима. В указанные камеры осуществляется холодное водоснабжение из собственных скважин по распределительной водопроводной сети, в значимый период проводились лабораторные испытания питьевой воды, сведений о непригодности питьевой воды к использованию в питьевом режиме в указанный период в материалы дела не представлено. В период пребывания административного истца в указанных выше камерах отключения водоснабжения не производилось. Поскольку питьевой режим административного истца мог быть организован непосредственно из распределительной водопроводной сети, отсутствие в камерах питьевых бачков для холодной питьевой воды не свидетельствует о существенном нарушении прав административного истца. При этом судебная коллегия учитывает отсутствие жалоб и обращений ФИО1 на это обстоятельство до подачи настоящего искового заявления и отсутствие доказательств наступления неблагоприятных последствий в связи с указанным обстоятельством. В связи с этим не имеется достаточных оснований для признания отсутствия питьевого бачка в камере существенным нарушением, влекущим признание условий содержания ФИО1 ненадлежащими.

В соответствии с п. 14.4.4 и Таблицей 14.4 СП 308.1325800.2017 Свода правил "Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования", утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации № 1454/пр от 20 октября 2017 года, в штрафных помещениях исправительных учреждений следует предусматривать прогулочные дворы суммарной вместимостью 20% от суммарной вместимости камер. Вместимость прогулочных дворов следует принимать с учетом покамерного вывода осужденных на прогулку, не допуская одновременного пребывания в одном прогулочном дворе осужденных, содержащихся в разных камерах. При здании (блоке помещений) одиночных камер с ШИЗО в ИК особого режима для осужденных ООР в случае реконструкции допускается предусматривать двухместные и четырехместные прогулочные дворы взамен одноместных.

Согласно п. 20 Таблицы 14.4 площадь прогулочных дворов должна составлять не менее 6 кв.м. на одного осужденного, но не менее 20,0 кв.м.

Из представленного технического паспорта следует, что в штрафных помещениях ФКУ ИК-35 ГУФСИН России по Пермскому краю имеется три прогулочных двора, общей площадью 72,97 квадратных метров, площадь наименьшего прогулочного двора составляет 23,32 квадратных метров, что соответствует приведенным нормативным требованиям.

В прогулочных дворах имеется естественное солнечное освещение, что подтверждено фототаблицами и достаточной совокупностью доказательств не опровергнуто.

Поскольку не представлено бесспорных и достаточных доказательств, подтверждающих, что в спорный период площадь прогулочных дворов и иных предъявляемых к ним требований не соответствовала установленным нормам, ФИО1 пользовался ежедневной прогулкой установленной продолжительностью, в данной части суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии существенного нарушения прав административного истца на прогулки.

Частью 4 статьи 94 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, в частности, что помещения камерного типа, единые помещения камерного типа, одиночные камеры оборудуются радиоточками за счет средств исправительного учреждения.

В разделе II приложения № 2 к приказу ФСИН России от 27 июля 2006 года № 512 "Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" также содержатся нормы, согласно которым в помещениях камерного типа устанавливается репродуктор, посредством радиовещания через который осуществляется воспитательная и культурно-просветительская работа с осужденными

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Административный ответчик представил достаточные доказательства, не доверять которым оснований не имеется, подтверждающие, что радиоточки для репродуктора в указанных камерах установлены, культурно- просветительская работа с осужденным проводилась. Пребывание в камерах в отсутствие репродуктора в течение незначительного периода времени, с учетом того, что воспитательная работа с осужденным администрацией исправительного учреждения проводилась, не является существенным нарушением права административного истца, влекущим присуждение соответствующей компенсации.

Само по себе наличие тех или иных неудобств, ограничений, неизбежно связанных с содержанием в исправительном учреждении, не влечет нарушение прав административного истца и присуждение соответствующей компенсации.

Каких-либо негативных последствий для административного истца не установлено, доводами жалобы указанное обстоятельство не опровергается.

Исходя из анализа приведенных законоположений и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, присуждение компенсации за нарушение условий содержания имеет компенсаторный механизм, само по себе допущенное нарушение условий содержания не влечет безусловной обязанности по присуждению компенсации, для правильного разрешения дела подлежат установлению обстоятельства наличия необходимой совокупности характера выявленных нарушений, их длительности, последствий для административного истца с учетом его индивидуальных особенностей, а также принятые меры по их соразмерному восполнению, улучшающие его положение.

Следовательно, не каждое, а лишь существенное несоответствие условий содержания в исправительном учреждении требованиям законодательства создает бесспорную правовую презумпцию причинения вреда лицу, в отношении которого такие нарушения допущены, то есть право на присуждение компенсации не является абсолютным, должно быть установлено нарушение прав заключенного, что усматривается из совокупности положений статей 226, 227 и 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Таким образом, условия содержания лиц должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству, при этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Только существенные отклонения от установленных законом требований могут быть оценены судом в качестве нарушений условий содержания лица в соответствующем исправительном учреждении.

Исходя из анализа приведенных норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, компенсаторного механизма присуждения компенсации за нарушение условий содержания, для правильного разрешения вопроса о размере компенсации необходимо учитывать в совокупности характер выявленных нарушений условий содержания, их длительность, какие последствия они повлекли именно для административного истца с учетом его индивидуальных особенностей (например, возраст, состояние здоровья).

Поскольку не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что нарушения условий содержания были существенными, приравненными к пыточным по своему характеру и продолжительности, вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения административного иска следует признать правильным. С жалобами к администрации учреждения, в прокуратуру на обстоятельства ненадлежащего содержания в спорный период административный истец не обращался.

Судебная коллегия, проверяя законность и обоснованность принятого решения суда, соглашается с выводами суда об отсутствии оснований для взыскания компенсации на основании положений статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, поскольку они являются верными, основанными на фактических обстоятельствах дела, на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, получивших надлежащую правовую оценку в соответствии с требованиями статей 62 и 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, а также на нормах действующего законодательства. Пребывание гражданина в пенитенциарных учреждениях неизбежно связано с различными лишениями и ограничениями, поэтому не всякие ссылки административного истца на подобные лишения и ограничения объективируются в утверждение о том, что он подвергся бесчеловечному или унижающему достоинство обращению со стороны государства

При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные заслуживающие внимания, фактические обстоятельства дела. Такими обстоятельствами могут являться длительность пребывания потерпевшего в местах лишения свободы или в местах содержания под стражей, однократность (неоднократность) такого пребывания; половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении потерпевшим санитарно-гигиенических процедур в отсутствие приватности; состояние здоровья и возраст потерпевшего; иные обстоятельства.

Оснований не доверять представленным в материалы дела доказательствам не имеется. Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий. Судебная коллегия отмечает, что сам по себе факт указанных истцом неудобств при установленном отсутствии жалоб на данные обстоятельства, не является безусловным основанием для вывода о причинении административному истцу физических и нравственных страданий в более высокой степени, чем тот уровень лишений, который неизбежен при принудительном лишении свободы, и не может свидетельствовать о бесчеловечном обращении. Данный вывод согласуется с разъяснениями, изложенными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания".

Несогласие административного истца с выводами суда первой инстанции, иная оценка им фактических обстоятельств дела, а также иное понимание положений законодательства, не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не подтверждает существенных нарушений судом норм права.

Судебная коллегия отмечает, что по данному делу принять иное решение, как о том ставит вопрос автор жалобы, правовых оснований не установлено.

Учитывая, что основанием отмены или изменения судебного решения являются несоответствие выводов, изложенных в обжалованном судебном акте, обстоятельствам административного дела, неправильное применение норм материального права, нарушение или неправильное применение норм процессуального права, если оно привело или могло привести к принятию неправильного судебного акта, а в данном случае таких нарушений судом первой инстанции не допущено, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Чусовского городского суда Пермского края от 29.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1-без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев, который начинает исчисляться на следующий день после принятия апелляционного определения.

Председательствующий/подпись/

Судьи/подписи/