Апелляционное определение № 33-1090/2026 от 8 февраля 2026 г.

Судья Апкин В.П. УИД Номер изъят

Судья-докладчик Дяденко Н.А. Номер изъят


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дата изъята года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Игнатьевой Н.А.,

судей Рябченко Е.А., Дяденко Н.А.,

при секретаре Николушенко В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело Номер изъят по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО1 (ФИО4), Министерству внутренних дел Российской Федерации, Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Иркутской области о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда, расходов по уплате государственной пошлины,

по апелляционной жалобе ФИО2

на решение Кировского районного суда г. Иркутска от Дата изъята ,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4 и МУ МВД России "Иркутское", указав, что является адвокатом и членом Иркутской областной коллегии адвокатов "Десница", оказывает защиту ФИО10 по уголовному делу Номер изъят.

Производство по указанному уголовному делу осуществляет Следственный отдел Номер изъят Следственного управления Межмуниципального управления Министерства внутренних дел Российской Федерации "Иркутское" (далее – СО-10 СУ МУ МВД России "Иркутское"), в котором ответчик ФИО3 исполняет обязанности начальника, а ответчик ФИО4 замещает должность следователя.

Дата изъята за подписью ФИО3 на официальном бланке в Управление Министерства юстиции Российской Федерации по Иркутской области и Адвокатскую палату Иркутской области были направлены обращения, содержащие, по мнению истца, сведения, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию.

Согласно указанным обращениям, ФИО3 информирует вышеуказанные организации о попытках адвоката ФИО2 установить внеслужебные отношения со следователем СО-10 СУ МУ МВД России "Иркутское" ФИО4, в частности, о попытках ухаживания. Отказ ФИО4 послужил, как указывает ФИО3 в обращениях, причиной написания адвокатом ФИО2 жалоб на следователя ФИО4

Истец утверждает, что сведения, изложенные в обращениях, не соответствуют действительности, имеют порочащий характер и причинили вред его деловой репутации. Распространение этих сведений вызвало общественный резонанс, обсуждение личной жизни истца и подорвало доверие партнеров по адвокатскому сообществу.

В связи с чем, ФИО2, уточнив исковые требования в установленном порядке (уточненный иск от Дата изъята ), просил:

- признать сведения, распространенные ФИО3 в официальном обращении от Дата изъята Номер изъят Министру юстиции Российской Федерации по Иркутской области и Президенту Адвокатской палаты Иркутской области, недостоверными и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО2;

- обязать ФИО3 опровергнуть ложные сведения путем направления обращения Министру юстиции Российской Федерации по Иркутской области и Президенту Адвокатской палаты Иркутской области;

- взыскать с Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Иркутской области (далее – ГУ МВД России по Иркутской области) ФИО3 и ФИО4 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., по 10 000 руб. с каждого.

Определением Кировского районного суда г. Иркутска от Дата изъята к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Министерство внутренних дел Российской Федерации (далее – МВД России) и ГУ МВД России по Иркутской области; МУ МВД России "Иркутское" было исключено из числа лиц, участвующих в деле.

Решением Кировского районного суда г. Иркутска от Дата изъята исковые требования ФИО2 оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит судебное решение отменить, направить дело на новое рассмотрение.

Апеллянт полагает, что при вынесении решения судом первой инстанции не были учтены разъяснения пунктов 7, 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", согласно которым под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать любое сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

В рассматриваемом случае, как утверждает ФИО2, такое распространение состоялось.

Ссылаясь на пункт 8 Кодекса этики и служебного поведения сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации, утв. приказом МВД России от 26.06.2020 № 460, указывает на неэтичное поведение врио СО-10 СУ МУ МВД России "Иркутское" ФИО3, на неприемлемость использования ею служебного положения для оказания влияния на деятельность государственных органов, органов местного самоуправления, организаций, должностных лиц и граждан в личных целях и вопреки интересам службы, в том числе, распространение лживых и несоответствующих действительности сведений, касающихся утверждения о том, что мотивом распространения порочащих сведений послужил отказ адвокату ФИО2 в его ухаживаниях.

Как следует из апелляционной жалобы, заявление об ухаживании ФИО2 за ФИО4 является голословным и опровергается представленными апеллянтом в материалы дела детализацией телефонных разговоров и скриншотами из мессенджера Whatsapp, а также показаниями свидетеля бывшего начальника СО-10 СУ МУ МВД России "Иркутское" ФИО11, которые свидетельствуют о том, что с Дата изъята года ФИО2 с ответчиками не общался.

Заявление об ухаживании и оказании знаков внимания следователю ФИО4, по мнению подателя апелляционной жалобы, имеет негативную оценку, выраженную в форме утверждений о факте.

По мнению апеллянта, выраженное ФИО4 в жалобе, адресованной руководителю Минюста России по Иркутской области, утверждение о том, что ФИО2 направил жалобы в различные инстанции, в том числе на судей Иркутского районного суда, чем опорочил честь и достоинство указанных лиц, также недостоверно, поскольку такие жалобы апеллянтом не подписывались, а были поданы самостоятельно его доверителем ФИО10

Письменные возражения на апелляционную жалобу не представлены.

Согласно сведениям ЗАГС, ответчик ФИО4 сменила фамилию на ФИО1 в связи с вступлением в брак Дата изъята .

В судебном заседании ФИО2 на доводах апелляционной жалобы настаивал, ФИО3 и ФИО4 (после смены фамилии – ФИО1) - против апелляционной жалобы возражали.

Иные лица, участвующие в деле, своевременно и надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Дяденко Н.А., изучив материалы дела, выслушав стороны, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО3 временно исполняет обязанности начальника СО-10 СУ МУ МВД России "Иркутское", а ФИО4 замещает должность следователя данного следственного отдела на основании служебных контрактов, подписанных с ГУ МВД России по Иркутской области.

В производстве следователя ФИО4 находилось уголовное дело Номер изъят, возбужденное по части 1 статьи 119 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении ФИО10, защитником которого является адвокат ФИО2

Дата изъята временно исполняющая обязанности начальника СО-10 СУ МУ МВД России "Иркутское" ФИО3 направила изготовленное на официальном бланке с полным и сокращенным наименованием МУ МВД России "Иркутское" обращение в Управление Минюста России по Иркутской области и Адвокатскую палату Иркутской области с просьбой рассмотреть вопрос о лишении ФИО2 статуса адвоката в связи с нарушением Кодекса профессиональной этики адвокатов (обращение Номер изъят, лист дела 58).

В обращении сообщается о жалобах ФИО2, направленных в МВД, в Прокуратуру Иркутской области и Иркутский областной суд в отношении следователя ФИО4, прокуроров и судей о совершении преступлений в виде изменения хода расследования и внесении изменений в материалы уголовного дела, основанных на аудиозаписи личной беседы ФИО2 со следователем ФИО4

В обращении указано, что «со слов следователя (ФИО4), мотивом написания указанных заявлений, порочащих ее честь и достоинство, а также достоинство должностных лиц, прокуроров и судей послужил ее отказ адвокату ФИО2 в его ухаживаниях».

К обращениям приложено заявление ФИО10 о совершении преступления сотрудниками ОП-10 МУ МВД России "Иркутское" и заместителем прокурора Иркутской района.

Управление Министерства юстиции Российской Федерации по Иркутской области письмом от Дата изъята Номер изъят уведомило временно исполняющую обязанности начальника СО-10 СУ МУ МВД России "Иркутское" ФИО3 о том, что не имеется сведений, однозначно подтверждающих факт совершения адвокатом ФИО2 нарушений законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре. В связи с этим обращение направлено в Адвокатскую палату Иркутской области для проведения проверки и установления доказательств, подтверждающих изложенные доводы, а также для принятия решения о возбуждении дисциплинарного производства в отношении адвоката ФИО2

Дата изъята Адвокатской палатой Иркутской области письмом Номер изъят в ответ на обращение ФИО3 направлено распоряжение об отказе в возбуждении дисциплинарного производства в отношении адвоката ФИО2

Распоряжением президента Адвокатской палаты Иркутской области от Дата изъята в возбуждении дисциплинарного производства в отношении адвоката ФИО2 отказано с указанием на то, что поступившее в адвокатскую палату Иркутской области обращение временно исполняющей обязанности СО-10 СУ МВД России "Иркутское" ФИО3 не является надлежащим поводом для возбуждения дисциплинарного производства.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что направление исполняющей обязанности начальника СО-10 СУ МУ МВД России "Иркутское" ФИО3, в подчинении которой находится следователь ФИО4, в Управление Минюста России по Иркутской области и Адвокатскую палату Иркутской области для целей проведения проверки по выявленным фактам и принятия по ним решения в пределах полномочий управления и палаты обращения не может быть признано распространением сведений, порочащих честь и достоинство адвоката, а указанные в обращении сведения не содержат информации оскорбительного характера либо иных сведений, способных нанести ущерб чести и достоинству истца.

Оснований не согласиться с таким выводом суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку он соответствует нормам права, фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Согласно пункту 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (пункт 9 статьи 152 ГК РФ).

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснено, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 10 постановления от 24 февраля 2005 г. № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснил, что в случае, когда гражданин обращается в государственные органы и органы местного самоуправления с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 ГК РФ, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, каждый гражданин имеет право свободно и добровольно обращаться в государственные органы, органы местного самоуправления и к должностным лицам, в иные организации, на которые возложено осуществление публично значимых функций, в целях защиты своих прав и законных интересов либо прав и законных интересов других лиц. При этом гражданин может указать в обращении на известные ему факты и события, которые, по его мнению, имеют отношение к существу поставленного в обращении вопроса и могут повлиять на его разрешение. То обстоятельство, что изложенные в обращении сведения могут не найти своего подтверждения, само по себе не является основанием для привлечения заявителя к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 ГК РФ, если соответствующее обращение обусловлено его попыткой реализовать свои конституционные права.

Основанием для возникновения ответственности в таком случае может быть установленный судом факт того, что обращение не имело названных выше целей, а было подано гражданином исключительно с намерением причинить вред другому лицу.

Иное означало бы привлечение лица к гражданско-правовой ответственности за действия, совершенные им в пределах предоставленных ему конституционных прав, а равно при исполнении им своего гражданского долга.

Как следует из буквального толкования обращения, подготовленного Дата изъята исполняющей обязанности начальника СО-10 СУ МУ МВД России "Иркутское" ФИО3, целью ее обращения в адрес Управления Минюста России по Иркутской области и Адвокатской палаты Иркутской области являлось указать на необоснованность поданных адвокатом жалоб на следователя, прокуроров и судей о совершении ими противоправных деяний по уголовному делу, подготовленных с использованием аудиозаписи личной беседы адвоката ФИО2 со следователем ФИО4, на неэтичность такого поведения адвоката, который «действуя в собственных безнравственных интересах, используя недостоверные факты, высказанные молодым и неопытным следователем, если такое и было, что вызывает большое сомнение, … вопреки пункту 7 части 1 статьи 9 Кодекса профессиональной этики адвокатов умышленно опорочил честь и достоинство должностных лиц, прокуроров, судей, вызывая сомнение в их решениях, и распространил указанную информацию, не касающуюся его, добытую незаконным путем по высшим инстанциям, вызвав негативные последствия в отношении должностных лиц».

В силу пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" адвокатом является лицо, получившее в установленном настоящим Федеральным законом порядке статус адвоката и право осуществлять адвокатскую деятельность.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении Конституционного Суда РФ от 17.12.2015 № 33-П "По делу о проверке конституционности пункта 7 части второй статьи 29, части четвертой статьи 165 и части первой статьи 182 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан ФИО12, ФИО13 и других", будучи независимым профессиональным советником по правовым вопросам, на которого законом возложена публичная обязанность обеспечивать защиту прав и свобод человека и гражданина (в том числе по назначению судов), адвокат, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, осуществляет деятельность, имеющую публично-правовой характер, реализуя тем самым гарантии права каждого на получение квалифицированной юридической помощи.

В силу публичности характера деятельности адвоката, его действия могут быть обжалованы в органы, осуществляющие контроль за адвокатской деятельностью, каковыми являются Главное управление юстиции Иркутской области в силу подпункта 7 пункта 5 Положения о Главном управлении юстиции Иркутской области, утв. приказом Минюста РФ от 31.01.2000 № 20, и Адвокатская палата Иркутской области в силу пункта 4 статьи 29 Федеральный закон от 31.05.2002 № 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".

При установленных обстоятельствах, обращение временно исполняющей обязанности начальника СО-10 СУ МУ МВД России "Иркутское" ФИО3 в Управление Минюста России по Иркутской области и Адвокатскую палату Иркутской области о нарушении адвокатом ФИО2 адвокатской этики не несет в себе состава правонарушения, установленного пунктом 1 статьи 152 ГК РФ.

Такое обращение осуществлено в пределах полномочий, установленных законодательством, и имело целью реализацию права на обращение в уполномоченные органы, обязанные осуществлять проверку поступившей информации в соответствии с требованиями закона. Указанные действия не были направлены на распространение недостоверной информации, способной нанести ущерб чести и достоинству кого-либо.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что истцом не представлено допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что обращения не имели названных выше целей, а были поданы ответчиком ФИО3 исключительно с намерением причинить вред адвокату ФИО2, является законным и обоснованным.

Заявление об ухаживании ФИО2 за ФИО4, на которое указывает апеллянт, приведено в обращении ФИО3 в качестве предполагаемого мотива обращения адвоката ФИО2 с жалобами на действия следователя, прокуроров и судей, о котором ФИО3 стало известно со слов следователя ФИО4, которая, как она пояснила в суде апелляционной инстанции, пришла к такому убеждению, замечая и оценивая визуальные знаки внимания со стороны истца.

При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц").

Согласно позиции, изложенной в пункте 6 Обзора судебной практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016, при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо учитывать, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, если они не носят оскорбительный характер.

Обращение ФИО3, в том числе, касаемо предположительного мотива действий истца, не содержит информации оскорбительного характера либо иных сведений, приведение которых свидетельствует о намерении автора причинить истцу нравственные страдания.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, сведения об ухаживаниях ФИО2 за ФИО4 стали известны ФИО3 со слов самой ФИО4, которая допустила такое оценочное суждение, сформированное, как указала сама ответчик, в результате субъективного восприятия полученных от ФИО2 знаков внимания.

В связи с чем, поскольку сведения об ухаживаниях, об оказанных знаках внимания со стороны ФИО2 не являются утверждением о фактах, а представляют собой оценочное суждение ответчика ФИО4, переданное ответчику ФИО3, доводы подателя апелляционной жалобы об их голословности, о несоответствии их действительности судебной коллегией проверены быть не могут.

Сам по себе факт распространения в рассматриваемом обращении информации об истце, на что указано в апелляционной жалобе, без доказательств порочащего характера такой информации в силу пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" не может явиться основанием для удовлетворения иска ФИО2

Ссылка апеллянта на неэтичное поведение самой ФИО3 судебной коллегией отклоняется как не имеющая правового значения для рассмотрения настоящего спора.

То обстоятельство, что фактически жалобы, на которые указано в обращении ФИО3, были подписаны не ФИО2, а его подзащитным по уголовному делу ФИО10 выводов суда первой инстанции не опровергают, о наличии в действиях ответчиков правонарушения не свидетельствуют.

Руководствуясь нормами действующего гражданского законодательства, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства; данные обстоятельства подтверждены материалами дела и исследованными доказательствами; выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам; нормы материального права при разрешении данного спора судом применены верно.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, которые по смыслу статьи 330 ГПК РФ могли бы служить основанием для отмены обжалуемого решения, не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Кировского районного суда г. Иркутска от Дата изъята по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судья-председательствующий

Н.А. Игнатьева

Судьи

Е.А. Рябченко

Н.А. Дяденко

Мотивированное апелляционное определение изготовлено Дата изъята