Решение № 02-0120/2026 02-1584/2025 2-0120/2026 от 13 апреля 2026 г. по делу № 02-0120/2026

УИД 77RS0015-02-2024-004032-08

Дело № 2-0120/2026


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

адрес 14 апреля 2026 года

Люблинский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Кененова А. А., при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-0120/2026 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании договора займа с одновременным залогом (ипотекой) недвижимого имущества от 09 февраля 2022 года недействительным (ст. ст. 177 и 179 ГК РФ) с момента его заключения, применить последствия его недействительности путем снятия ограничения в виде залога на квартиру по адресу: адрес.

Требования мотивированы тем, что 09 февраля 2022 года между истцом и ответчиком был заключен Договор займа, по условиям которого в контексте Дополнительного соглашения к нему от 15 февраля 2022 года займодавец передал заемщику денежные средства в общем размере сумма, сроком возврата до 15 февраля 2023 года и уплатой процентов. В целях обеспечения надлежащего исполнения обязательств по возврату суммы займа, заемщик обеспечивает предоставление в залог жилого помещения по адресу: адрес. Залоговая стоимость передаваемого в залог имущества определена сторонами в сумма. При заключении Договора займа ФИО2 воспользовался нестабильным психическим состоянием ФИО1 с целью завладения квартирой и денежными средствами. При подписании оспариваемого Договора ФИО1 находилась в состоянии, при котором не была способна понимать значения своих действий и руководить ими.

Истец ФИО1 и её представитель по доверенности в судебном заседании на удовлетворении заявленных требований настояли по доводам, изложенным в исковом заявлении. Представитель истца помимо прочего заявила о недействительности оспариваемой сделки по причине её кабальности.

Ответчик ФИО2 в суд не явился, извещен.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы представленных возражений на иск, просили суд в удовлетворении заявленных требований отказать, в том числе по причине пропуска срока истцом исковой давности.

Финансовым управляющим ФИО1 – фио в ходе судебного разбирательства представлен письменный отзыв на иск с указанием на пропуск истцом срок исковой давности.

Третье лицо – Управление Росреестра по Москве явку своего представителя в суд не обеспечило, извещено.

В соответствии с принципом диспозитивности гражданского процесса стороны самостоятельно распоряжаются своими материальными и процессуальными правами. В отношении участия в судебном заседании это означает возможность вести свои дела как лично, так и через своего представителя (ч. 1 ст. 48 ГПК РФ), представлять доказательства, давать письменные объяснения (ст. 135 ГК РФ), а равно отказаться от участия в деле.

Принимая во внимание положения ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Заслушав объяснения участников процесса, изучив и исследовав материалы дела, и оценив представленные доказательства с учетом требований ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Исходя из положений ст. ст. 15, 17, 19, 55 Конституции Российской Федерации, руководствуясь принципом справедливости, защита права собственности и иных вещных прав, а также прав и обязанностей сторон в договоре должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота – собственников, сторон в договоре, третьих лиц.

В силу положений ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).

Согласно ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения. Исходя из положений ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Сделка – это юридический факт, влекущий возникновение, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей; волевой акт (действие), направленное на достижение определенного правового результата.

В соответствии с п.п. 1 и 2 ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Статьей 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами (п. 1 ст. 160 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Согласно положениям п. 1 ст. 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Согласно п. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Статьями 329 – 331 ГК РФ установлено, что исполнение обязательств может быть обеспечено способом, установленным в законе или договоре, в том числе и залогом.

Согласно п. 2 ст. 334 ГК РФ залог земельных участков, предприятий, зданий, сооружений, квартир и другого недвижимого имуществ, (ипотека) регулируется законом об ипотеке. Общие правила о залоге, содержащиеся в настоящем Кодексе, применяются к ипотеке в случаях, когда настоящим Кодексом или законом об ипотеке не установлены иные правила.

В соответствии с п. 1 ст. 348 ГК РФ взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя (кредитора) может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства по обстоятельствам, за которые он отвечает.

В силу п. 1 ст. 349 ГК РФ требования залогодержателя (кредитора) удовлетворяются из стоимости заложенного имущества по решению суда.

Положениями ст. 2 Федерального закона от 16 июля 1998 года № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» установлено, что ипотека может быть установлена в обеспечение обязательства по кредитному договору, по договору займа или иного обязательства, в том числе обязательства, основанного на купле-продаже, аренде, подряде, другом договоре, причинении вреда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 3 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» ипотека обеспечивает уплату залогодержателю основной суммы долга по кредитному договору или иному обеспечиваемому ипотекой обязательству полностью либо в части, предусмотренной договором об ипотеке. Ипотека, установленная в обеспечение исполнения кредитного договора, обеспечивает также уплату кредитору причитающихся ему процентов за пользование кредитом. Если договором не предусмотрено иное, ипотека обеспечивает также уплату залогодержателю сумм, причитающихся ему: в возмещение убытков и / или в качестве неустойки (штрафа, пени) вследствие неисполнения, просрочки исполнения или иного ненадлежащего исполнения обеспеченного ипотекой обязательства; в возмещение судебных издержек и иных расходов, вызванных обращением взыскания на заложенное имущество; в возмещение расходов по реализации заложенного имущества.

Также в п. 2 ст. 3 Закона об ипотеке указано, что если договором не предусмотрено иное, ипотека обеспечивает требования залогодержателя в том объеме, какой они имеют к моменту их удовлетворения за счет заложенного имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 19 Закона об ипотеке ипотека подлежит государственной регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее – государственный реестр) в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

В силу ст. 50 Закона об ипотеке залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества названных в ст. 3 Закона об ипотеке требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное.

В силу п. 1 ст. 56 Закона об ипотеке имущество, заложенное по договору об ипотеке, на которое по решению суда обращено взыскание, реализуется путем продажи с публичных торгов.

Положений ст. ст. 1 и 9 ГК РФ определено, что граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. По своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Статьями 10 и 11 ГК РФ предусмотрена судебная защита гражданских прав и ее способы, при этом не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Судом установлено, что 09 февраля 2022 года между ФИО2 (Займодавец) и ФИО1 (Заемщик) был заключен Договор займа, по условиям которого в контексте Дополнительного соглашения к нему от 15 февраля 2022 года займодавец передал заемщику денежные средства в общем размере сумма, сроком возврата до 15 февраля 2023 года и уплатой процентов. В целях обеспечения надлежащего исполнения обязательств по возврату суммы займа, заемщик обеспечивает предоставление в залог жилого помещения по адресу: адрес. Залоговая стоимость передаваемого в залог имущества определена сторонами в сумма.

Договор займа с ипотекой от 09 февраля 2022 года и Дополнительное соглашение к нему от 15 февраля 2022 года подписаны Сторонами в присутствии нотариуса адрес и удостоверены им.

Для подписания и нотариального удостоверения Договора займа с ипотекой ФИО1 были предоставлены медицинские справки: врачебное свидетельство о состоянии здоровья ФИО1, выданное 09 февраля 2022 года Филиалом № 1 ГБУЗ адрес «ПКБ № 13 ДЗМ», согласно которому на момент осмотра отсутствовали признаки психического заболевания, по сведениям филиала недееспособности судом не лишена; а также справка, выданная 09 февраля 2022 года Филиалом № 5 (Наркологический диспансер № 5) ГБУЗ «МНПЦ наркологии ДЗМ», согласно которой ФИО1 за лечебно-профилактической помощью не обращалась и на диспансерном наблюдении не находится.

Согласно доводам искового заявления при заключении Договора займа ФИО2 воспользовался нестабильным психическим состоянием ФИО1 с целью завладения квартирой и денежными средствами. При подписании оспариваемого Договора ФИО1 находилась в состоянии, при котором не была способна понимать значения своих действий и руководить ими.

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Из изложенного следует, что доказывать обратное должен тот, кто связывает с этим правовые последствия.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, применительно к рассматриваемому спору бремя доказывания обстоятельств недействительности сделки лежит на ФИО1

Принимая во внимание характер спорного правоотношения, объяснения сторон, судом в соответствии со ст. 79 ГПК РФ назначалась к проведению амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени фио» Министерства здравоохранения Российской Федерации.

Согласно представленному заключению комиссии экспертов № 864/а от 19 мая 2025 года в связи с неясностью клинической картины и различной квалификацией психического состояния ФИО1 в юридически значимый период (непсихотическое депрессивное расстройство в связи со смешанными заболеваниями, органическое эмоционально лабильное расстройство в связи со смешанными заболеваниями) решить экспертные и диагностические вопросы в амбулаторных условиях не представляется возможным. ФИО1 рекомендуется проведение стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы.

Указанный вопрос ставился на обсуждение сторон, и определением суда от 25 июля 2025 года по делу в отношении ФИО1 была назначена стационарная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой также было поручено экспертам ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени фио» Министерства здравоохранения Российской Федерации.

Согласно представленному заключению комиссии экспертов № 760 от 16 октября 2025 года установленные Комиссией и указанные в заключении индивидуально-психологические особенности личности ФИО1 не оказывали какого-либо существенного влияния на её создание и деятельность в исследуемой ситуации (заключение Договора займа от 09 февраля 2022 года), не ограничивали способность к восприятию и пониманию событий и не лишали возможности правильно (адекватно) воспринимать имеющие значение для настоящего гражданского дела обстоятельства событий, дать им оценку и соотносить свои действия с объективными требованиями ситуаций. Психологический анализ материалов гражданского дела, данные направленной беседы с подэкспертной позволяют сделать вывод о том, что в момент заключения договора от 09 февраля 2022 года ФИО1 не находилась в каком-либо выраженном эмоциональном состоянии, которое могло бы существенно повлиять на её создание и деятельность, ограничить способность к саморегуляции. Об этом свидетельствует отсутствие характерной динамики течения эмоциональных реакций, специфических изменений сознания и восприятия.

В юридически значимый период, при заключении Договора займа с ипотекой 09 февраля 2022 года, у ФИО1 имелись признаки органического эмоционально-лабильного расстройства в связи со смешанными заболеваниями (F 06.68 по МКБ-10). Указанное психическое расстройство ФИО1 не сопровождалось грубыми нарушениями мышления, интеллектуально-мнестической и эмоционально-волевой сферы, выраженными личностными изменениями, какой-либо психотической симптоматикой, она была социально адаптирована, сохраняла коммуникативные навыки, в юридически значимый период не обращалась за помощью к психиатру, совершала ряд последовательных, целенаправленных юридически значимых действий. Поэтому в период подписания и заключения Договора займа с ипотекой 09 февраля 2022 года она могла понимать значение своих действий и руководить ими.

В соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Применительно к ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, устанавливающих критерии относимости и допустимости доказательств, суд находит данное заключение допустимым доказательством, поскольку экспертом дан ответ на все поставленный перед ним вопрос, что необходимо для полного и всестороннего рассмотрения настоящего гражданского дела.

Суд принимает во внимание выводы экспертов, являющихся специалистами с многолетним опытом работы по специальности и соответствующие квалификационные категории в области психиатрии, сомневаться в компетентности которых у суда оснований не имеется. Суд также отмечает, что экспертное заключение выполнено в соответствии с положениями действующего законодательства – Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Эксперты являются независимыми, были предупреждены об уголовной ответственности в предусмотренном законом порядке. Оснований сомневаться в правильности и обоснованности экспертного заключения не имеется.

При проведении судебной экспертизы в распоряжение экспертов предоставлены все имеющиеся в материалах дела доказательства и медицинская документация, которые ими учитывались, что следует из текста заключения. Эксперты конкретно и точно ответили на все поставленные судом вопросы. Заключение является последовательным, понятным и разъяснений не требует, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы. Выводы экспертов соответствуют проведенному исследованию. Доказательств несостоятельности выводов экспертизы или некомпетентности экспертов ее проводивших и предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, сторонами по делу не представлено.

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 настоящего Кодекса отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами. Однако это не означает право суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Таким образом, экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Проведение экспертизы с использованием методик и специальной литературы является прерогативой экспертов. Экспертами даны аргументированные ответы на все поставленные вопросы, в заключении полно и всесторонне описан ход и результаты исследования.

Применительно к положениям ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд может отвергнуть заключение экспертизы лишь в том случае, если бы это заключение явно бы находилось в противоречии с остальными доказательствами по делу, которые бы каждое в отдельности и все они в своей совокупности бесспорно подтверждали бы то обстоятельство, что истец при заключении сделки находилась в состоянии, которое не позволило ей понимать значение своих действий и руководить ими. Представитель истца, оспаривая выводы судебной экспертизы, доказательств обратного в соответствии со ст. 56 ГПК РФ суду не представила.

Под заключением эксперта в процессуальном праве понимается документ, содержащий вывод по результату проведенной экспертизы, назначаемой судом по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. При этом такой документ, как рецензия на заключение эксперта, в процессуальном законодательстве не предусмотрен.

Назначение экспертизы и порядок участия эксперта в гражданском процессе регулируются ст. ст. 79 - 87, 168, 171 ГПК РФ и др.

Соответственно, рецензия на заключение эксперта имеет целью оценку выводов эксперта и, как следствие, возможное назначение судом повторного проведения экспертизы, чтобы соблюсти равные права всех участников процесса.

Возникающая потребность в привлечении лиц, обладающих специальными познаниями, может быть реализована в том числе путем составления рецензии на заключение эксперта.

Верховный Суд Российской Федерации одобрил практику применения заключений специалиста (рецензий) на ранее выполненные судебные экспертизы в гражданском и арбитражном процессе, подтвердила правомерность такого рецензирования, при этом указал:

- на допустимость представления стороной заключения специалиста, составленного с целью опровержения выводов экспертизы, проведенной по рассматриваемому судом делу;

- допустимость представления стороной такого заключения специалиста, которое фактически представляет собой мотивированные объяснения стороны относительно дефектов судебной экспертизы, а для таких объяснений стороны требования по оформлению законом не установлены;

- отсутствие у суда законных оснований для отказа принимать к рассмотрению такое заключение специалиста, которое фактически представляет собой мотивированные объяснения относительно дефектов судебной экспертизы стороны, реализующей таким образом свое законное право на состязательность сторон как принцип правосудия.

К непосредственной компетенции специалиста-рецензента, который готовит заключение специалиста (рецензию) на ранее выполненную судебную экспертизу, должны относиться такие вопросы:

- анализ перечня использованной экспертом литературы, который должен охватывать исследованные в рамках экспертизы вопросы;

- отслеживание по тексту рецензируемого заключения указания на конкретные методики, использованные при производстве экспертизы, и на условия их применения;

- анализ проведения экспертного исследования с использованием конкретных методик, учитывая полноту и точность их применения, а также обоснованность и достоверность получаемых результатов, отражаемых в промежуточных и итоговых выводах эксперта;

- детальный анализ полноты и объективности проведенного исследования с использованием всех информативных исходных данных (материалов дела), предоставленных в распоряжение эксперта;

- детальный анализ обоснованности и достоверности выводов эксперта по поставленным вопросам, достаточности их мотивировки с учетом промежуточных выводов, сделанных в процессе экспертного исследования.

При этом в случае представления стороной истца рецензии на заключение судебной психиатрической экспертизы, составленной специалистами, следует обратить внимание на то, что рецензия экспертным заключением не является, представляет собой не самостоятельное исследование, а, по своей сути, сводится к критическому частному мнению специалиста относительно выводов заключения комиссии экспертов.

Предоставленная в материалы дела стороной истца рецензия (заключение специалиста) фио «Центр независимой судебной экспертизы «ГАРАНТ» относительно заключения судебной экспертизы, по мнению суда, не подтверждает доводы истца о недопустимости судебной экспертизы по следующим основаниям.

Статья 23 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Комиссия экспертов разных специальностей.

При производстве стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы экспертами разных специальностей (далее - комплексная экспертиза) каждый из них проводит исследования в пределах своих специальных знаний. В заключении экспертов, участвующих в производстве комплексной экспертизы, указывается, какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, какие факты он установил и к каким выводам пришел. Каждый эксперт, участвующий в производстве комплексной экспертизы, подписывает ту часть заключения, которая содержит описание проведенных им исследований, и несет за нее ответственность.

Общий вывод делают эксперты, компетентные в оценке полученных результатов и формулировании данного вывода. Если основанием общего вывода являются факты, установленные одним или несколькими экспертами, это должно быть указано в заключении. В случае возникновения разногласий между экспертами результаты исследований оформляются в соответствии с частью второй статьи 22 настоящего Федерального закона.

Основным признаком комплексной экспертизы является участие в ее производстве представителей разных экспертных специальностей или узких специализаций (профилей), неодинаковость их компетенции. Поэтому и их функции в процессе исследования различны, здесь имеет место своего рода разделение труда. Широкое распространение комплексной экспертизы на практике обусловлено, с одной стороны, постоянным усложнением и увеличением числа экспертных методик и вытекающей отсюда все более узкой специализацией экспертов, а с другой – тем, что комплексность экспертного исследования значительно расширяет возможности судебной экспертизы и повышает надежность выводов эксперта.

Разграничение функций экспертов при производстве комплексной экспертизы выражается в том, что каждый эксперт проводит исследования только в рамках своей компетенции, т.е. исследует те объекты и в тех пределах, в которых он компетентен, и применяет те методы, которыми владеет.

Каждый эксперт, принимавший участие в производстве комплексной экспертизы, несет ответственность только за те исследования, которые он лично проводил, и за те выводы, в формулировании которых он участвовал.

В связи с указанными особенностями комплексной экспертизы существенную специфику имеет и содержание даваемого экспертами заключения. В его исследовательской части отдельно излагаются каждый вид исследования, проведенный отдельным экспертом (экспертами) определенной специальности, и сформулированные по итогам этого исследования промежуточные выводы. Эта часть заключения подписывается тем экспертом (экспертами), который провел данное исследование и сформулировал эти выводы. После описания всех видов исследований, проведенных различными экспертами, следует так называемая синтезирующая часть (такое наименование она получила на практике). В ней дается общий анализ итогов исследования и обосновываются общие (конечные) выводы. Эта часть составляется и подписывается только теми экспертами, которые принимают участие в формулировании общих выводов. Общие выводы также подписывают только те эксперты, которые участвовали в их подготовке. При этом не исключено, что отдельные выводы формулируются (и, соответственно, подписываются) различным составом экспертов.

При проведении судебно-психиатрической экспертизы основное значение для заключения о наличии или отсутствии юридически значимого психического состояния обследуемого лица имеет диагностика наличия или отсутствия у него психических расстройств, их квалификация применительно к конкретному правовому событию. При этом большую роль играет оценка текущего и прошлого психического состояния пациента, прогноз течения психических расстройств, выяснение влияния нарушений психики на его поведение в исследуемой ситуации. В связи с этим главным при проведении судебно-психиатрической экспертизы является диагностический процесс. То или иное экспертное решение зависит от правильности и достоверности диагноза. Следует отметить, что в отличие от диагностического процесса в общей психиатрии и медицине в целом в случае экспертной диагностики обязательными являются два этапа оценки психического состояния пациента (подэкспертного).

Первый этап заключается в установлении психического расстройства и его нозологической принадлежности (диагноз и психический статус имеющегося заболевания).

Второй этап состоит в сопоставлении выявленных у подэкспертного расстройств с юридическими критериями правовой нормы, в соответствии с которой была назначена экспертиза (судебно-психиатрическая экспертная оценка). При этом могут выявляться психические расстройства, исключающие дееспособность либо сделкоспособность в гражданском процессе.

Экспертиза считается оконченной, когда по ее результатам составлено письменное экспертное заключение или иной документ, указанный ниже (подготовка и написание экспертного заключения врачом судебно-психиатрическим экспертом при проведении однородной СПЭ). При этом составленный документ должен быть в напечатанном виде, подписан, удостоверен печатью экспертного учреждения и полностью готов к отправке или вручению органу (лицу), назначившему экспертизу.

Заключение экспертизы составляется в случаях, когда эксперты дают ответы на экспертные вопросы или хотя бы на часть экспертных вопросов. Под экспертными вопросами понимаются вопросы, сформулированные в постановлении или определении о назначении экспертизы, а также вопросы, решаемые экспертами в порядке реализации права экспертной инициативы.

То обстоятельство, что в заключении комиссии экспертов № 760 от 16 октября 2025 года не указан список использованной экспертами литературы и методик не является основанием для признания данного доказательства не допустимым.

Суд приходит к выводу, что экспертное заключение подготовленное по определению суда соответствует выше указанным требованиям.

Фактически в рецензии № 349.РЕЦ.2025 от 02 февраля 2026 года специалиста фио дается оценка заключению комиссии экспертов ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени фио» Министерства здравоохранения Российской Федерации, однако согласно положениям статьи 5, части 1 статьи 67, части 1 статьи 196 ГПК РФ только суду принадлежит право оценки доказательств при разрешении гражданских дел и принятии решения. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд не усмотрел какой-либо неполноты и противоречивости в заключении судебной экспертизы, проведенной комиссией экспертов ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени фио» Министерства здравоохранения Российской Федерации, и, приобщив к материалам дела заключение специалиста (рецензию) № 349.РЕЦ.2025 от 02 февраля 2026 года специалиста фио «Центр независимой судебной экспертизы «ГАРАНТ» фио, приходит к выводу о том, что истец не опроверг выводы судебной экспертизы.

Таким образом, оснований для исключения судебной экспертизы из числа доказательств суд не усматривает.

При таких данных, оценивая заключение комплексной стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизы, суд признает его относимым, допустимым и достоверным доказательством, подтверждающим, что в момент заключения Договора займа с ипотекой 09 февраля 2022 года ФИО1 могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Таким образом, доводы истца о совершении ею сделок в таком состоянии, при котором она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, не нашли своего объективного подтверждения.

Вместе с тем, ФИО1 в обоснование своих требований о признании сделки недействительной также указала в иске на то, что она находилась под влиянием обмана (п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Согласно п. 3 ст. 179 ГК РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обман представляет собой умышленное (преднамеренное) введение другого лица в заблуждение в целях формирования его воли на вступление в сделку, путем ложного заявления, обещания, либо умолчания о качестве, свойствах предмета, иных частей сделки, действительных последствиях совершения сделки, об иных фактах и обстоятельствах, имеющих существенное значение, могущих повлиять на совершение сделки, которые заведомо не существуют и наступить не могут, о чем известно этому лицу в момент совершения сделки.

Порок воли при совершении сделок (п. 1 ст. 177, п. 1 ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ) может быть обусловлен как отсутствием воли, так и неправильным формированием ее или несоответствием волеизъявления внутренней воле лица, заключающего сделку.

Для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом на крайне невыгодных для него условиях, совершена вынужденно вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства. Только при наличии в совокупности указанных выше признаков сделка может быть оспорена по мотиву ее кабальности. Взятый в отдельности каждый из этих факторов не порождает недействительности сделки по спорному основанию.

Для признания недействительным договора, заключенного в период стечения тяжелых обстоятельств для одной из сторон, необходимо два условия: заключение сделки под влиянием таких обстоятельств на крайне невыгодных, а не просто невыгодных условиях; наличие действий другой стороны, свидетельствующих о том, что она такими тяжелыми обстоятельствами воспользовалась.

Бремя доказывания признаков кабальности сделки лежат на лице, обратившемся с требованием о признании недействительной сделки по указанному основанию.

ФИО1 в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено относимых и допустимых доказательств, объективно и достоверно свидетельствующих о наличии вышеописанных обстоятельств, которые необходимы для признания недействительной сделки по причине ее кабальности.

Доказательств того, что истец не была свободна в своем выборе и не имела возможности не заключать договор займа, в материалы дела не представлено.

Заключая 09 февраля 2022 года Договор займа с ипотекой и 15 февраля 2022 года Дополнительное соглашение к нему ФИО1 действовала по своему усмотрению, своей волей и в своем интересе, согласившись на заключение договора займа и ипотеки по указанным в них условиям.

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Таких доказательств в соответствии со ст. 56 ГПК РФ ФИО1 в ходе судебного разбирательства также не представлено.

В ходе судебного разбирательства ФИО2 заявлено ходатайство о применении последствий пропуска сроков исковой давности.

В силу положений ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (ст. 196 ГК РФ).

Согласно п. п. 1 и 2 ст. 197 ГК РФ для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Правила статьи 195, пункта 2 статьи 196 и статей 198 - 207 настоящего Кодекса распространяются также на специальные сроки давности, если законом не установлено иное.

В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Момент начала течения срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности определяется судом исходя из фактических обстоятельств дела.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 102 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу п. 2 ст. 181 ГК РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из разъяснений, изложенных в абз. 2 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», следует, что, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что регулирование сроков для обращения в суд, включая их изменение и отмену, относится к компетенции законодателя и что установление этих сроков обусловлено необходимостью обеспечить стабильность правоотношений и не может рассматриваться как нарушение права на судебную защиту (определения от 14 декабря 1999 года № 220-О, от 15 ноября 2007 года № 796-О-О, от 29 мая 2012 года № 894-О, от 2 декабря 2013 года № 1908-О и др.). Данный вывод, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, в полной мере распространяется на гражданско-правовой институт исковой давности (определения от 24 июня 2008 года № 364-О-О, от 15 июля 2008 года № 563-О-О, от 23 сентября 2010 года № 1154-О-О и др.) и, в частности, на регулирование законодателем момента начала течения указанного срока (определения от 16 февраля 2012 года № 313-О-О, от 29 мая 2012 года № 894-О и др.).

Кроме того, пункт 2 статьи 181 ГК РФ сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года № 600-О-О и от 29 мая 2012 года № 894-О).

Интересы защиты права собственности и стабильности гражданского оборота предопределяют не только установление судебного контроля за обоснованностью имущественных притязаний одних лиц к другим, но и введение в правовое регулирование норм, которые позволяют одной из сторон блокировать судебное разрешение имущественного спора по существу, если другая сторона обратилась за защитой своих прав спустя значительное время после того, как ей стало известно о том, что ее права оказались нарушенными.

Применительно к рассматриваемому спору суд приходит к выводу о том, что ФИО1 пропущен срок исковой давности, поскольку оспариваемая сделка заключена 09 февраля 2022 года, тогда как исковое заявление направлено в адрес суда только 12 февраля 2024 года. При этом суд отмечает, что в сентябре 2022 года ФИО1 обратилась в Арбитражный суд адрес с заявлением о признании несостоятельной (банкротом) и определением Арбитражного суда адрес от 08 ноября 2022 года в отношении неё введена процедура реструктуризации долгов.

Разрешая спор, оценивая относимость, допустимость и достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а равно достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, исходя из правового анализа вышеприведенных норм в их взаимосвязи, а также с учетом установленных обстоятельств дела, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Люблинский районный суд адрес в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья

Мотивированное решение изготовлено 23 июля 2026 года