Решение № 2-1098/2018 2-1098/2018 (2-9152/2017;) ~ М-8809/2017 2-9152/2017 М-8809/2017 от 6 февраля 2018 г. по делу № 2-1098/2018

Дело № 2-1098/18


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

7 февраля 2018 года город Владивосток

Фрунзенский районный суд города Владивостока Приморского края в составе председательствующего Храмцовой Л.П., при секретаре Лысенко Н.М., с участием помощника прокурора Фрунзенского района г. Владивостока Коломеец Ю.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5, ФИО6, ФИО7 ФИО8 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», СПАО «Ингосстрах» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда в связи со смертью несовершеннолетних,

установил:

Истцы обратились с указанным иском к ОАО «Российские железные дороги», СПАО «Ингосстрах» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда в связи со смертью несовершеннолетних детей, указав в обоснование своих требований, что 10.06.2017 года их сын, внук и племянник ФИО1, дата года рождения; а также дочь, внучка и племянница ФИО2, дата года рождения были смертельно травмированы маневровым тепловозом «ТЭМ-2К № 3078» на 3 ПК 9246 км, следующим по нечетному пути перегона станций «Амурский Залив - Надеждинская» Дальневосточной железной дороги (ДВЖД). По данному факту 10.06.2017 г. было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 263 УК РФ. Постановлением от 10.10.2017 года Дальневосточного следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации данное уголовное дело было прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в деяниях лиц составов преступлений.

Согласно заключению эксперта (экспертиза трупа) № 19-8/774/2017 смерть ФИО1, дата года рождения «...наступила в срок около 2-3 суток на момент исследования в результате ушиба головного мозга вследствие множественных переломов костей свода и основания черепа; 5. Между ушибом головного мозга и смертью имеется прямая причинно-следственная связь...»

Согласно заключению эксперта (экспертиза трупа) № 19-8/773/2017 смерть ФИО2, дата года рождения «...наступила в результате сочетанной травмы головы и живота, вследствие полного травматического отчленения туловища на уровне живота с повреждением внутренних органов, сразу же после получения данных телесных повреждений в срок до нескольких минут...»

В рамках расследования данного уголовного дела были установлены обстоятельства, способствовавшие травмированию несовершеннолетних - не оборудование оградительными приспособлениями мест, не являющихся пешеходным переходом. В связи с данным обстоятельством в п. п. 1 п. 2 требований представления следователя от 20.06.2017 г. указано на необходимость оборудования указанного участка железной дороги оградительными приспособлениями, препятствующими свободному выходу граждан на ж/д пути. Считают, что, смерть несовершеннолетних детей наступила вследствие неисполнения работниками ОАО «РЖД» требований нормативных актов и своих обязанностей.

Утрата малолетних детей, внуков и племянников принесла им физические и нравственные страдания, является невосполнимой потерей, наполнившей их жизнь горем и страданием. Страшнее трагедии в жизни, чем пережить смерть малолетнего ребенка, а тем более, когда погибают сразу двое малолетних детей, нет и быть не может. Глубокие моральные переживания пагубно влияют на физическое состояние всех истцов, но, особенно: матери и бабушки, в связи с чем мама и бабушка периодически обращаются к врачам. ФИО5 - мать погибших детей обращалась за медицинской помощью к психотерапевту, затем по месту жительства к терапевту, который определил диагноз: астено-депрессивный синдром и определил дальнейшее лечение ФИО5 уже у психиатра. Астено-депрессивный синдром - это вид психоэмоционального расстройства, при котором отмечается потеря интереса к жизни и трудности в решении даже простых повседневных задач. В связи с гибелью двоих детей и внуков мама и бабушка погибших находятся постоянно в состоянии сильнейшего переживания, влекущего состояние субъективного дистресса, то есть психологического состояния, выражающегося в личностном ощущении истощения адаптационных возможностей человека, а также эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам. К тому же мать погибших по медицинским показателям больше не сможет никогда иметь детей.

Просят взыскать с ОАО «РЖД» за смерть ФИО1 и ФИО2 компенсацию моральною вреда по 10 000 000 рублей каждому из заявителей в отношении каждого погибшего ребенка, и с СПАО «Ингосстрах» в размере по 100 000 рублей пропорционально каждому из заявителей на каждого погибшего ребенка.

Кроме того, смертью детей причинен и материальный ущерб, связанный с расходами на погребение двоих детей в сумме 263 200 рублей, который подлежит возмещению в соответствии со ст. 1094 ГК РФ.

По обращению ФИО5, СПАО «Ингосстрах» не произвел выплат по возмещению материального и морального вреда.

Просят взыскать СПАО «Ингосстрах» расходы на погребение в пользу ФИО5 на двоих детей 50 000 рублей, взыскать с ОАО «РЖД» расходы на погребение в пользу ФИО5 213 200 рублей, а также взыскать с ответчиков расходы на представителя 100 000 рублей.

В судебном заседании представитель истцов ФИО9, действующий по доверенности, увеличил исковые требования в части расходов на погребения, а именно расходы на установку памятника 147 000 рублей, просит взыскать с ОАО «РЖД» расходы на погребение в общей сумме 290 290 рублей, в остальной части поддержал иск в полном объеме, настаивает на том, что ОАО «РЖД» виновно в смерти детей, поскольку не приняло должных мер безопасности эксплуатации железной дороги, в том числе по установке ограждений железнодорожных путей, что привело к массовой гибели детей. Просит иск удовлетворить в полном объеме. Также указал, что ответчик, согласно статистическим данным, имеет стабильную высокую прибыль, что позволяет ответчику компенсировать моральный вред истцам в заявленном размере.

Истица, ФИО5, мать погибших детей, исковые требования поддержала, пояснила, что все они проживали в одной квартире, одной семьей, все были очень близки с погибшими детьми, бабушка с самого рождения нянчила и растила внуков, заботилась о них, тетя и дядя были для них как вторые мама и папа, отношения с детьми были эмоционально близкими, доверительными. Сын был для нее первенцем, она очень ждала его появления, мальчик рос спокойным ласковым, у них были доверительные близкие отношения, он всегда переживал за нее, интересовался как прошел рабочий день, он был ее опорой и надеждой. Когда родилась дочь, она ей дала красивое имя – ФИО2 С дочерью у нее также была очень сильная эмоциональная связь, дочь не отходила от нее, всегда была рядом, они были очень близки. Поскольку она работает в школе, то они с детьми вместе ходили в школу, дети заходили к ней на перемене, вечером они всей семьей собирались дома, много общались, строили планы на будущее. Дети всегда были под ее присмотром, гуляли на детской площадке, дочь постоянно звонила ей. В день их гибели она поехала в г. Спасск-Дальний купить клубники, детей оставила с дедушкой, в 19 час. 33 мин. дочь позвонила ей и сказала, что они гуляли и уже идут домой, а в 19 час. 48 мин. произошла эта страшная трагедия. Со смертью детей ее жизнь наполнена горем и скорбью, утерян смысл в жизни, она до сих пор разговаривает с ними, как если бы они были живы, не может поверить в их смерть, ее скорбь безмерна, жизнь опустошена, по медицинским показаниям у нее уже не может быть детей. Только забота родных и близких и работа возвращает ее к жизни.

Дополнительно пояснила, что с отцом детей они были в разводе, отец детей проживает отдельно, но оказывал материальную помощь, общался с детьми. Дети проживали с ней. Детям всегда разъяснялись правила безопасности, никогда они не переходили с детьми железнодорожные пути в неустановленном месте, в школе с детьми также велась большая работа по безопасности, в том числе на железнодорожном транспорте, выходить на железнодорожные пути им запрещалось.

Истица, ФИО7, тетя погибших детей, пояснила, что они проживали одной большой семьей в одной квартире, она их нянчила и растила как своих детей, с племянниками у нее были доверительные, теплые отношения, когда у нее родился сын, племянники играли с ним, дети вместе росли. Утрата племянников, стала большой трагедией, психологической травмой, у нее пропало грудное молоко, младшую дочь пришлось переводить на искусственное вскармливание. Для всей семьи это стало безмерным горем, брат также очень страдает, они вместе растил детей, их страдания не передать словами.

Истица, ФИО8, бабушка погибших детей, исковые требования поддержала, пояснила, что они жили одной семьей, она была очень привязана к внукам, она их нянчила, растила, любила их, они росли ласковыми, заботливыми детьми, хорошо учились в школе, помогали ей на даче. Передать боль утраты словами не возможно, она до сих пор принимает лекарства.

Представитель истца ФИО6, дяди погибших детей, действующий по доверенности ФИО9, пояснил, что сам истец находится в море, в связи с чем не смог явится в судебное заседание. Представитель пояснил, что ФИО6 постоянно проживал вместе с матерью, сестрами и племянниками в одной квартире, что подтверждается справкой формы- 10. Он также растил племянников, был с ними в доверительных близких отношениях, очень любил их. Смерть погибших племянников стала для него сильным ударом, после их смерти он переехал жить в другое место, до настоящего времени боль утраты не отпускает его, что также подтверждают его родные. Просит иск удовлетворить в полном объеме.

Представители ответчика ОАО «РЖД» - ФИО10, действующая по доверенности, иск не признала, представила отзыв, ссылаясь на грубое нарушение самими потерпевшими Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнение в этих зонах работ, проезда и прохода через железнодорожные пути, которые устанавливают запрет на нахождение на железнодорожных путях и хождения по ним. Смерть несовершеннолетних ФИО1 и ФИО2 наступила в ввиду их грубой неосторожности, поскольку они находились на железнодорожных путях в запретной зоне, которая не являлась пешеходным переходом, дети шли по железнодорожным путям, пренебрегая правилами безопасности, в связи с чем, в возмещении вреда истцам должно быть отказано в соответствии со ст. 1083 ГК РФ. Вина работников ответчика в происшествии отсутствует. На поданные машинистом звуковые сигналы дети не реагировали. ОАО "Российские железные дороги" регулярно информирует граждан об опасности выхода на железнодорожные пути, проводит соответствующие разъяснения в школах и иных общественных организациях. По представлению следователя ими приняты меры в соответствии с действующим законодательством. Обязанности возводить ограждения железнодорожных путей у ответчика не имеется. Размер компенсации считает завышенным, не отвечающим требованиям разумности и справедливости, сумму расходов на оплату услуг представителя необоснованной. Расходы на погребения, понесенные после захоранения тел, в том числе на установку памятника считают необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Представила на обозрение судебную практику. Просит в иске отказать.

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явилась, представила возражения на иск, указав, что при наступлении страхового случая, страховая компания несет ответственность в размере установленного лимита по договору страхования.

Давая заключение по делу, помощник прокурора Фрунзенского района г. Владивостока Коломеец Ю.С., указала, что ОАО «РЖД» не зависимо от отсутствия вины, несет ответственность как владелиц источника повышенной опасности. При этом считает, что действия ОАО «РЖД» способствовали гибели детей, поскольку, на участке дороги с ограниченной видимостью, где погибли несовершеннолетние дети, на протяжении многих лет существовала народная тропинка, иного пешеходного перехода в населенном пункте не имелось. Между тем, дополнительных средств безопасности ответчиком не принято. Поскольку, дети не достигли возраста 14 лет, то ст. 1083 ГК РФ не подлежит применению. В то же время с учетом, того что надзор за несовершеннолетними обязаны осуществлять их родители, считает, заявленный размер компенсации морального вреда подлежит уменьшению до разумных пределов. Страховая компания несет ответственность за страхователя в размере установленных лимитов.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, показания свидетеля, представленные доказательства по делу, приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса

Пунктом 1 ст. 931 ГК РФ предусмотрено, что по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

Судом установлено, что 10.06.2017 г. на перегоне станций Амурский залив - Надеждинская 9246 км ПКЗ маневровым тепловозом ТЭМ 2К № 3078 был смертельно травмированы малолетние ФИО1, дата года рождения; ФИО2, дата года рождения.

Из акта служебного расследования от 11.06.2017 г. № 8, 9 установлено, что наезд на пострадавших был совершен одиночным тепловозом ТЭМ2К № 3078, следовавшим со ст. Амурский залив на ст. Надеждинская. В районе 9246 км, следуя по участку со сложными условиями видимости в кривой, помощник машиниста за 50 метров увидел группу детей и дал команду машинисту на остановку. Машинистом было применено экстренное торможение, однако из-за малого расстояния предотвратить наезд на детей не удалось. После остановки поезда и осмотра состояния пострадавших, локомотивной бригадой были предприняты все необходимые действия, было сообщено о случившемся дежурной по станции Надеждинская, которая вызвала бригаду «Скорой помощи».

Согласно справке по расшифровке электронного носителя информации тепловоза ТЭМ2К № 3078 тепловоз двигался со скоростью 56 км/ч (при допустимой на данном участке пути - 80 км/ч); зафиксировано применение экстренного торможения, фактический тормозной путь составил 141 м. Тепловоз ТЭМ2К № 3078 своевременно проходил технический осмотр, находился в исправном состоянии. В указанное время осадков или опасных погодных явлений не наблюдалось, видимость была хорошая.

Актом осмотра места происшествия, составленным 10.06.2017г., установлено: место, где были травмированы несовершеннолетние, пешеходным переходом не является. Ближайший пешеходный переход совмещенный с неохраняемым железнодорожным переездом находится на 9245 км ПК 10 перегона Надеждинская - Амурский залив.

Железнодорожные пути находятся на высокой насыпи высотой со стороны нечетного пути до 8 м, со стороны четного 2 м., участок пути относится к перечню мест со сложными и особо сложными видимости – кривая, опоры ж/б моста, протяженность. 700 метров, видимостью менее 300 метров.

В рамках предварительного расследования было установлено, что в школах, в которых обучались пострадавшие дети, на постоянной основе проводились инструктажи по правилам поведения и безопасности, в том числе на железной дороге, были организованы занятия с детьми с участием представителей МВД РФ, ОАО «РЖД» и др. Мать погибших также показала, что постоянно обучала детей правилам безопасности, запрещала ходить на железнодорожные пути.

Согласно заключению эксперта (экспертиза трупа) № 19-8/774/2017 смерть ФИО1, дата года рождения «...наступила в срок около 2-3 суток на момент исследования в результате ушиба головного мозга вследствие множественных переломов костей свода и основания черепа; 5. Между ушибом головного мозга и смертью имеется прямая причинно-следственная связь...»

Согласно заключению эксперта (экспертиза трупа) № 19-8/773/2017 смерть ФИО2, дата года рождения «...наступила в результате сочетанной травмы головы и живота, вследствие полного травматического отчленения туловища на уровне живота с повреждением внутренних органов, сразу же после получения данных телесных повреждений в срок до нескольких минут...»

Постановлением от 10.10.2017 года следователя по особо важным делам Дальневосточного следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации старшего лейтенанта юстиции ФИО3 данное уголовное дело было прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в деяниях лиц составов преступлений.

Вместе с тем, в ходе следствия установлены обстоятельства, способствовавшие совершению преступления. Так, в связи с тем, что в районе травмирования несовершеннолетних справа и слева от железнодорожной насыпи расположены необорудованные тропинки, что явилось одним из обстоятельств, способствовавших гибели подростков, органом следствия в порядке ч. 2 ст. 158 УПК РФ в адрес дистанции пути ДВЖД внесено представление о принятии мер по устранению указанных обстоятельств от 20.06.2017 г.

Из показаний свидетеля ФИО4 следует, что являясь <...> проводила расследование по факту травмирования железнодорожным составом несовершеннолетних детей 10.06.2016. Травмирование детей произошло на участке железнодорожного пути с особо сложными условиями видимости. При этом на данном участке проходила протоптанная гражданами тропа. При опросе граждан по данному факту, установлено, что данная тропа существует много лет (более 20лет), жители населенного пункта ходили через нее на озеро. Другого оборудованного пешеходного перехода в данном населенном пункте нет. Примерно в 300 метрах имелся железнодорожный переезд, также не оборудованный для пешеходов. Поскольку с данным участком рядом, расположен населенный пункт, детские учреждения, участок дороги является особо осложненным, в адрес ответчика внесено представление, на принятие дополнительных мер безопасности, в том числе установление ограждений, препятствующих свободному доступу к железной дороге на данном участке. Считает, что данные обстоятельства способствовали прохождению детей на железную дорогу, где они были смертельно травмированы.

Согласно ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 10.01.2003 № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации» (далее - Закон № 17-ФЗ) объекты железнодорожного транспорта, в том числе железнодорожные пути общего пользования являются зонами повышенной опасности.

В соответствии с названным законом Министерством транспорта РФ издан приказ от 08.02.2007 г. № 18, которым утверждены Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути.

Согласно пунктам 6 и 7 раздела 3 проезд и переход через железнодорожные пути допускается только в установленных и оборудованных для этого местах.

На основании п. 10 Правила устанавливается запрет на нахождение на железнодорожных путях и хождение по ним.

В силу п. 5 Правил с целью предупреждения случаев травмирования граждан при их нахождении в зонах повышенной опасности и недопущения гражданами действий, указанных в пунктах 10 и 12 настоящих Правил, владельцами инфраструктур предусматривается проведение работ по обеспечению установки соответствующих световых и звуковых сигналов, знаков, указателей, необходимой информации (посредством технических средств и (или) иных носителей информации).

Оценивая представленные доказательства по делу, суд приходит к выводу, что смерть несовершеннолетних ФИО1 и ФИО2 наступила в связи с травмированием их маневровым тепловозом ТЭМ 2К № 3078. Причинение травм находится в прямой причинно-следственной связи с нахождением погибших в запретной зоне на железнодорожных путях, что привело в неизбежному травмированию потерпевших, повлекшему их смерть. В сложившейся ситуации предотвратить травмирование ФИО1 и ФИО2 не представлялось возможным. Вина ответчика в травмировании ФИО1 и ФИО2 отсутствует, поскольку отсутствует причинно-следственная связь со смертью потерпевших и действиями ответчика.

В то же время, ответчик, как владелец источника повышенной опасности, в соответствии со статьями 1064, 1079, 1100 Гражданского кодекса РФ, обязан возместить моральный вред независимо от вины.

Тот факт, что погибшие в нарушения Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденным Приказом Минтранса РФ от 08 февраля 2007 г. N 18, находились на железнодорожных путях не может повлечь ограничение права истцов на возмещение морального вреда.

В соответствии с п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям п. 2 ст. 1083 ГК РФ являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.

По смыслу названных норм права понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, привлекшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

В данном случае нельзя говорить о наличии в действиях погибших вины в форме грубой неосторожности, поскольку погибшие являлись малолетними и не могли отдавать отчет своим действиям. Таким образом, правило о вине потерпевшего в этом случае не применяется (ст. 1083 ГК).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В соответствии с пунктом 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Определяя размер компенсации морального вреда в соответствии с приведенными положениями закона, суд учитывает фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, степень нравственных страданий каждого из истцов, их индивидуальные особенности.

При этом, судом учитывается отсутствие вины причинителя вреда, характер и степень нравственных страданий каждого из истцов, связанных с потерей малолетних, фактические обстоятельства, при которых наступила смерть ФИО1 и ФИО2, а именно то, что дети находились без присмотра на железнодорожных путях, что указывает об отсутствии должного контроля за их действиями со стороны взрослых. Судом также учтены установленные в ходе следствия обстоятельства, способствовавшие гибели малолетних, а именно нахождение справа и слева от железнодорожной насыпи необорудованных тропинок. Как установлено судом, данные тропинки существуют на протяжении многих лет, при этом, тропинки проходят в местах со сложными и особо сложными условиями видимости.

Так, по факту установленного обстоятельства, способствовавшего гибели подростков в адрес Дальневосточной дирекции инфраструктуры Центральной дирекции инфраструктуры филиала ОАО «РЖД» внесено представление в порядке ч.2 ст. 158 УПК РФ. Данное постановление не обжаловано ответчиком.

Оценивая степень нравственных страданий каждого из истцов, суд приходит к выводу, что смерть малолетних детей, безусловно, причиняет матери нравственные страдания, является невосполнимой потерей, осознание невозможности общаться с ним, радоваться их достижениям и успехам, получать от них ласку заботу, приводит к сильным душевным терзаниям, трагичность гибели детей усиливает ее страдания и душевную боль. Смерть детей стала для нее необратимым обстоятельством, нарушающим психологическое благополучие и неимущественные блага. Кроме того, ФИО11 получала медицинскую психиатрическую помощь и медицинское лечение, суд также учитывает, что ФИО11 по медицинским показаниям не может больше иметь детей. Ее страдания являются безмерно глубокими.

Судом также установлено, что истцов ФИО6 и ФИО7 с погибшими ФИО1., ФИО2. связывали тесные семейные узы, они жили одной семьей, были близки, между ними были хорошие доверительные отношения, дети росли окруженные вниманием и заботой. Утрата племянников безусловно причиняет им нравственные страдания. Суд также учитывает, что ФИО7 на день смерти племянников являлась кормящей матерью, в виду того, что перенесла стресс, у нее пропало грудное молоко.

ФИО8, отдавая свою любовь и заботу погибшим внукам, видела в них продолжение рода, заботилась о них, дети отвечали ей взаимной любовью, лаской и теплом, совместное проживание с внуками указывает на тесные семейные узы, смерть внуков является необратимым обстоятельством, нарушающим ее психологическое благополучие и неимущественные блага. ФИО8 также получала медицинскую помощь, до настоящего времени принимает успокоительные лекарства. Ее переживания обострены также состоянием здоровья ее дочери- матери детей, испытывающей тяжелое депрессивное состояние.

Учитывая требования разумности и справедливости, позволяющие максимально возместить причиненный истцам моральный вред, соответствующий объему наступивших для истцов негативных последствий и их индивидуальным особенностям, и при этом сохранить баланс интересов второй стороны, исходя из отсутствия вины причинителя вреда, обстоятельств способствовавших гибели потерпевшего, суд считает необходимым взыскать компенсацию морального вреда в пользу ФИО5 в размере 1000 000 рублей за причинение смерти сыну ФИО1 и 1000 000 рублей за причинение смерть дочери ФИО2; в пользу ФИО8 300 000 рублей за смерть внука ФИО1 и 300 000 рублей за смерть внучки ФИО2; в пользу ФИО7 125 000 рублей за смерть племянника ФИО1 и 125 000 рублей за смерть племянницы ФИО2, в пользу ФИО6 100 000 рублей за смерть племянника ФИО1 и 100 000 рублей за смерть племянницы ФИО2.

Доводы о высокой прибыли ответчика, позволяющие компенсировать заявленный истцами моральный вред, суд находит не состоятельными. Хорошее финансовое состояние ответчика не может послужить основанием для увеличения суммы денежной компенсации морального вреда истцов, поскольку, определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд, с учетом отсутствия вины ответчика исходил из принципа разумности и справедливости.

При этом следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

В силу п. 4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба (ст. 1072 ГК РФ).

14.09.2016 года между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» заключен договор № 2072681 страхования гражданской ответственности ОАО «РЖД», в силу которого СПАО «Ингосстрах» обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить третьим лицам (выгодоприобретателям) ущерб, возникший вследствие причинения вреда их жизни, здоровью, имуществу, а также ущерб, возникший вследствие причинения вреда окружающей природной среде.

Согласно пункту 3.3 договора страховая сумма в отношении причинения вреда выгодоприобретателям установлена 25 000 000 руб. по причинению вреда жизни и/или здоровью физических лиц и возмещению морального вреда, при этом, не более 300 000 руб. выгодоприобретателям в счет компенсации морального вреда с учетом ограничений, установленных подпунктом 8.1.1.3 настоящего договора.

Согласно пп. 8.1.1.3 договора в случае, если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком лицам, которым в случае смерти потерпевшего, страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред в размере не более 100 000 руб.

Учитывая, что по данному делу наступило два страховых случая, то лимит ответственности страхователя составляет 200 000 рублей.

Претензия истцов о выплате страхового возмещения от 01.12.2017 направленная в СПАО «Ингосстрах» до настоящего времени не удовлетворена ответчиком. При таких обстоятельствах суд считает, что требования о взыскании со страховой компании расходов на погребение и компенсации морального вреда в пределах установленных лимитов подлежат удовлетворению.

Таким образом, установленная судом сумма компенсации морального вреда в пользу каждого из истцов с учетом двух погибших детей ФИО1 и ФИО2 (двух страховых случаев) подлежит распределению между ответчиками в следующем порядке: с в СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО5 в размере 50 000 рублей, в пользу ФИО6 50 000 рублей, в пользу ФИО7 50 000 рублей, в пользу ФИО8 – 50 000 рублей.

С ОАО «Российские железные дороги» подлит взысканию компенсация морального вреда с учетом определенной судом компенсации на каждого их погибших детей и вычетом страховой суммы: в пользу ФИО5 в общей сумме за двоих детей 1950 000 (1000 000 + 1000 000 -50 000) рублей; в пользу ФИО8 за двух внуков 550 000 рублей (300 000 + 300 000 – 50 000); в пользу ФИО7 за двух племянников 200 000 (125 000 + 125 000 – 50 000) рублей, в пользу ФИО6 за двух племянников 150 000 (100 000 +100 000 – 50 000) рублей.

Согласно ст. 1094 ГК РФ установлено, что лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержатся в Федеральном законе от 12 января 1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле". В соответствии со ст. 3 данного Закона погребение определено как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Согласно рекомендациям о порядке похорон и содержания кладбищ в Российской Федерации (МДК 11.01.2002 года) в церемонию похорон входят, как правило, обряды: омовения и подготовки к похоронам; траурного кортежа (похоронного поезда); прощания, панихиды (траурного митинга); переноса останков к месту погребения; захоронения останков (праха после кремации); поминовения. Подготовка к погребению включает в себя: получение медицинского свидетельства о смерти; получение государственного свидетельства о смерти в органах ЗАГСа; перевозку умершего в патологоанатомическое отделение; приобретение и доставка похоронных принадлежностей; оформление счета-заказа на проведение погребения; омовение, постижерные операции и облачение с последующим уложением умершего в гроб; приобретение продуктов для поминальной трапезы или заказ на нее. Под поминальной трапезой подразумевается обед, проводимый в определенном порядке в доме усопшего или других местах (ресторанах, кафе и т.п.). Установление мемориального надмогильного сооружения и обустройство места захоронения (т.е. памятник, надгробие, ограда, скамья, цветы и др.) является одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям народа и православной вере. Затраты на погребение подлежат возмещению на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, т.е. размер возмещения не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте РФ или в муниципальном образовании. Вместе с тем, возмещению подлежат необходимые расходы, отвечающие требованиям разумности.

Судом установлено, что на погребение погибших детей ФИО1 и ФИО2, ФИО5 понесены расходы в сумме 290 290 рублей, из которых: по квитанции от 12.06.17 по захоронению тел – 38 700 рублей; по товарному чеку № 14 от 15.06.2017 расходы на поминальный обед – 56 240 рублей, по договору на изготовление и установку памятника от 16.09.2017 –147 000 рублей, по копии-чека от 28.08.2017 по благоустройству могилы 48 350 рублей. Несение данных расходов истцом подтверждены достоверными доказательствами.

Суд признает вышеуказанные расходы необходимыми для достойных похорон и разумными, поскольку доказательств их чрезмерности не представлено, и приходит к выводу о наличии правовых оснований для возмещения истцам вышеуказанных расходов на погребение.

Расходы на погребения подлежат распределению между ответчиками с учетом двух погибших детей в следующем порядке: с СПАО «Ингосстрах» по двум страховым случая в общем размере 50 000 рублей в пользу ФИО5, с ОАО «Российские железные дороги» 240 290 рублей в пользу ФИО5

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй ст. 96 настоящего Кодекса.

В соответствии с п.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По иску заявлено требование о взыскании судебных расходов на представителя в пользу ФИО5 в размере 100 000 рублей, в подтверждение доводов представлен договор на оказание юридических услуг и квитанция на оплату услуг 100 000 рублей.

В данном случае, с учетом разумности и справедливости, количества судебных заседаний в который участвовал представитель истца, объема оказанных им услуг, сложности и особенностей дела, суд полагает возможным частично удовлетворить требования заявителя и взыскать расходы на оплату юридических услуг представителя в разумных пределах в сумме 50 000 рублей, распределив данную сумму между ответчиками 10 000 и 40 000 рублей соответственно.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», СПАО «Ингосстрах» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда в связи со смертью несовершеннолетних, удовлетворить частично.

Взыскать с СПАО «Ингосстрах» по двум страховым случаям в пользу ФИО5 расходы на погребение в общем размере 50 000 рублей, компенсацию морального вреда 50 000 рублей, расходы на представителя 10 000 рублей.

Взыскать с СПАО «Ингосстрах» по двум страховым случаям компенсацию морального вреда в пользу ФИО6 в общей сумме 50 000 рублей, в пользу ФИО7 в общей сумме 50 000 рублей, в пользу ФИО8 в общей сумме 50 000 рублей.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» за причинение смерти двум несовершеннолетним детям в пользу ФИО5 расходы на погребение в размере 240 290 рублей, компенсацию морального вреда в общей сумме 1 950 000 рублей, расходы на представителя 40 000 рублей.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» за причинение смерти двум несовершеннолетним детям компенсацию морального вреда в пользу ФИО6 150 000 рублей, в пользу ФИО7 200 000 рублей, в пользу ФИО8 550 000 рублей.

Взыскать в доход Владивостокского городского округа государственную пошлину с СПАО «Ингосстах» 2000 рублей.

Взыскать в доход Владивостокского городского округа государственную пошлину с ОАО «РЖД 6 402 рублей.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Фрунзенский районный суд г. Владивостока в течение месяца со дня составления мотивированного решения – 12.02.2018.

Председательствующий Л.П. Храмцова