Апелляционное постановление № 22К-233/2025 от 12 марта 2025 г. по делу № 3/4-4/2025

Судья Безрукова Т.Н. № 22к-233/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Петропавловск-Камчатский 13 марта 2025 года

Камчатский краевой суд в составе:

председательствующей, судьи Елаховой В.А.,

при секретаре Ломан О.Г.,

с участием прокурора Водопьянова А.В.,

адвоката Яновского Р.С.,

обвиняемого ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе адвоката Яновского Р.С. на постановление Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 3 марта 2025 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>, не судимому,

продлен срок содержания под домашним арестом на 2 месяца 8 суток, а всего до 6 месяцев 8 суток, то есть до 14 мая 2025 года.

Заслушав доклад судьи Елаховой В.А. о содержании обжалуемого судебного решения, доводах жалобы, выступления адвоката Яновского Р.С., обвиняемого ФИО1 в поддержание доводов апелляционной жалобы и мнение прокурора Водопьянова А.В., просившего постановление оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

следователь по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Камчатскому краю с согласия руководителя следственного органа обратился в суд с ходатайством о продлении ФИО1, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, меры пресечения в виде домашнего ареста.

Рассмотрев ходатайство, суд удовлетворил его.

В апелляционной жалобе адвокат Яновский Р.С., считая, что принятое решение не соответствует положениям уголовно-процессуального закона, отмечает, что тяжесть предъявленного обвинения не может служить основанием для продления сроков меры пресечения. Обращает внимание, что судом не конкретизировано какие именно данные о личности ФИО1 свидетельствуют о необходимости продления меры пресечения, при этом отмечает, что последний имеет регистрацию и постоянное место жительства в Камчатском крае, проживает с семьей, имеет официальный источник дохода, впервые привлекается к уголовной ответственности, характеризуется исключительно положительно, занимается общественной деятельностью. Полагает, что факт дачи интервью журналисту не является, со стороны ФИО1, нарушением меры пресечения, поскольку при даче интервью средства связи не использовались, журналист участником дела не является. Кроме того, замечания по данному факту, как со стороны контролирующего органа, так со стороны следствия, в предыдущем ходатайстве, отсутствуют, данный факт являлся предметом оценки судами и также не признан нарушением условий домашнего ареста. Отмечает, что суд, ссылаясь на возможность ФИО1 угрожать свидетелям по делу, ссылается на показания свидетеля ФИО3. Вместе с тем, свидетель в своих показаниях не уточняет на кого и когда поступали угрозы, источник своей осведомленности, данные показания не имеют отношение к расследуемым событиям, носит предположительный характер. При этом полагает, что сведения, изложенные в рапорте оперуполномоченного ФСБ, о возможности ФИО1, имея обширные деловые связи, скрыться от органов предварительного следствия и суда, являются предположительными, поскольку документально не подтверждены. Отмечает, что доказательств тому, что ФИО1 предпринимал попытки воспрепятствовать производству по делу, не представлено, также не приведены объективные данные, что в отношении ФИО1 не может быть избрана более мягкая мера пресечения. Обращает внимание, что судом при принятии решения отвергаются доводы вступившего в законную силу судебного решения, из которого следует, что сведений о том, что ФИО1 предпринимал меры к уничтожению доказательств, воздействию на свидетелей, не имеется. При этом указывает, что ФИО1 сотрудничает со следствием, рассказывает обстоятельства получения им земельных участков, а также сведения о противоправных действиях ряда иных лиц. Опровергая выводы суда об особой сложности уголовного дела, отмечает, что постановления о назначении стоимостной судебной экспертизы по каждому из 26 земельных участков, фактически образуют одну экспертизу, а на разрешение экспертов поставлен один вопрос о стоимости участков. При этом экспертизы были назначены спустя 5 месяцев после возбуждения уголовного дела в отсутствие каких-либо препятствий к этому, с нарушением сроков установленных уголовно-процессуальным законодательством. Обращает внимание на неэффективность расследования уголовного дела, поскольку до настоящего времени не признан потерпевший, нет допросов ряда лиц, на которых, по мнению следователя, потенциально может воздействовать ФИО1, а также в обоснование ходатайства о продлении меры пресечения положены материалы идентичные тем, которые следствие представляло при избрании и продлении меры пресечения. Отмечает, что запланированные при предыдущем продлении следственные действия не выполнены, при этом в нарушение требований уголовно-процессуального законодательства настоящее ходатайство не содержит причин невыполнения ранее запланированных следственных действий. Судом проигнорированы доводы о том, что ФИО1 занимается общественно полезной деятельностью, связанной с помощью военнослужащим, требования уголовно-процессуального законодательства, касающиеся послаблений в отношении предпринимателей. Отмечает, что избранная в настоящее время мера пресечения не позволяет ФИО1 в полной мере заниматься предпринимательской деятельностью. На основании изложенного просит отменить постановление суда.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора Камчатского края ФИО2 просит оставить ее без удовлетворения.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, с учетом поданных возражений, суд апелляционной инстанции находит постановление подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1, 2 ст.107 УПК РФ, домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. При невозможности закончить предварительное следствие в установленный законом срок и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения срок домашнего ареста может быть продлён по решению суда в порядке, установленном ст.109 УПК РФ.

В силу ст.110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97, 98 УПК РФ.

По смыслу закона, продление срока содержания обвиняемого под домашним арестом может иметь место только при подтверждении достаточными данными предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для дальнейшего применения этой меры пресечения. При продлении срока содержания под домашним арестом судам необходимо проверять наличие предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами, а также учитывать, как указанные в ст. 99 УПК РФ, так и другие обстоятельства, обосновывающие продление срока применения меры пресечения.

Наличие обоснованного подозрения в совершении лицом преступления, наряду с тяжестью предъявленного обвинения и возможностью назначения по приговору наказания в виде лишения свободы на длительный срок, могут служить основанием для избрания обвиняемому домашнего ареста ввиду того, что он может скрыться, воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Однако по истечении времени эти обстоятельства перестают быть достаточными для продления срока действия данной меры пресечения, в связи с чем, при решении вопроса о продлении, суду надлежит устанавливать конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости дальнейшего нахождения обвиняемого под домашним арестом, для чего, при рассмотрении соответствующего ходатайства необходимо исследовать иные значимые обстоятельства: результаты расследования, личность обвиняемого, его поведение до и после задержания, другие конкретные данные, обосновывающие довод о том, что лицо может совершить действия, направленные на воспрепятствование расследованию преступления, оказать давление на свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, продолжить заниматься преступной деятельностью и скрыться.

Удовлетворяя ходатайство следователя о продлении обвиняемому срока нахождения под домашним арестом, суд учёл, что ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, что в совокупности с данными о его личности дает суду основания полагать, что он может оказать давление на свидетелей и тем самым воспрепятствовать производству по делу.

Однако какие конкретные данные о личности обвиняемого дают основание для вывода о возможности ФИО1 препятствовать производству по делу, в постановлении не приведено.

ФИО1 ранее не судим, характеризуется положительно, принимает активное участие в общественной жизни Камчатского края, воспитании молодёжи, оказывает помощь участникам СВО и их семьям, за что неоднократно отмечен грамотами, благодарностями, дипломами, имеет постоянное место жительства и регистрации на территории Камчатского края и проживает с родителями, осуществляет предпринимательскую деятельность.

Сведений о том, что ФИО1 угрожал ФИО3, либо кто-то другой по его поручению, протокол допроса свидетеля не содержит.

В обжалуемом постановлении не отражено, сохранилась ли вероятность совершения ФИО1 действий, перечисленных в ч. 1 ст. 97 УПК РФ, и подтверждается ли это представленными материалами, не указаны конкретные мотивы и данные, обосновывающие необходимость продления обвиняемому домашнего ареста.

Не учтено судом и отсутствие в ходатайстве следователя убедительных доводов, свидетельствующих, что избрание в отношении обвиняемого иной, более мягкой меры пресечения, не связанной с домашним арестом, не обеспечит его надлежащего поведения на данной стадии производства по уголовному делу. Сама по себе тяжесть преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, не может служить достаточным основанием для продления домашнего ареста.

При таких обстоятельствах постановление суда первой инстанции не может быть признано законным, обоснованным и мотивированным и подлежит отмене.

Учитывая продление срока расследования в установленном законом порядке, данные, характеризующие личность ФИО1, проживание обвиняемого по месту производства предварительного расследования, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что на данном этапе расследования, с учётом объёма следственных и процессуальных действий указанных в ходатайстве следователя, которые планируется произвести, необходимость в изоляции обвиняемого от общества утратила своё прежнее значение и избирает ему меру пресечения в виде запрета определённых действий, с возложением на него запретов, указанных в пп.1, 3-5 ч.6 ст.1051 УПК РФ.

При этом в силу ч.9 ст.1051 УПК РФ запрет, предусмотренный п.1 ч.6 ст.1051 УПК РФ, применяется до отмены меры пресечения в виде запрета определённых действий либо до истечения срока применения данного запрета, установленного судом. Запреты, предусмотренные пп. 3-5 ч.6 ст.1051 УПК РФ, применяются до отмены или изменения меры пресечения в виде запрета определённых действий.

Суд апелляционной инстанции считает, что применение меры пресечения в виде запрета определённых действий будет достаточной для обеспечения интересов уголовного судопроизводства и будет служить гарантией того, что обвиняемый ФИО1 не примет мер, препятствующих эффективному производству предварительного расследования по делу, а в дальнейшем и правосудию.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38913, 38920, 38926 и 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 3 марта 2025 года в отношении ФИО1 отменить.

Избрать ФИО1 меру пресечения в виде запрета определённых действий сроком на 2 месяца, то есть до 13 мая 2025 года.

На основании ст.105.1 УПК РФ на обвиняемого ФИО1 возложить следующие запреты:

запретить покидать жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> 22.00 до 06.00 часов без разрешения следователя, за исключением случаев посещения медицинских учреждений при наличии соответствующих оснований, обращений в правоохранительные органы и аварийно-спасательные службы, на срок применения меры пресечения;

запретить общение с участниками уголовного судопроизводства, лицами, имеющими отношение к уголовному делу, за исключением следователя, защитника и контролирующего органа;

запретить отправку и получение любой почтово-телеграфной корреспонденции;

запретить использование средств связи, включая стационарные и мобильные телефоны, электронную почту, сеть Интернет, а также запретить вести переговоры с представителями средств массовой информации по обстоятельствам расследуемого уголовного дела, за исключением обращений в неотложных случаях в медицинские учреждения, правоохранительные органы и аварийно-спасательные службы, а также общения с контролирующим органом, защитником и следователем; о каждом таком звонке обвиняемый должен информировать контролирующий орган;

обязать ФИО1 своевременно и самостоятельно являться по вызовам следователя и в суд.

Возложить осуществление надзора за соблюдением установленных на ФИО1 ограничений на ФИО4 ФКУ УИИ УФСИН России по Камчатскому краю.

Апелляционную жалобу адвоката Яновского Р.С. удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы ФИО1 вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Камчатского краевого суда В.А. Елахова