Решение № 2-2318/2019 2-247/2006 2-247/2020 2-247/2020(2-2318/2019;)~М-2562/2019 М-2562/2019 от 5 февраля 2020 г. по делу № 2-2318/2019

Дело № 2-247/20 06 февраля 2020 года


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дзержинский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Лавриненковой И.В.,

при секретаре Дундевой В.Г.

с участием прокурора Верещагина Д.Г.

с участием истца ФИО4, адвоката истца ФИО2, ответчика ФИО5, представителя Уполномоченного по правам ребенка в ЛО ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 о возвращении незаконно удерживаемого ребенка на территории Российской Федерации (на основании международного договора Российской Федерации),

установил:

Истец ФИО4 обратился в Дзержинский районный суд <адрес> с иском к ФИО5 о возвращении незаконно удерживаемого ребенка на территории Российской Федерации (на основании международного договора Российской Федерации), просил суд обеспечить возвращение несовершеннолетней ФИО9 рождения, являющейся гражданкой ФРГ в государство постоянного проживания в соответствии с международными договорами Российской Федерации, а именно в Федеративную Республику Германию и передать ребенка ее отцу ФИО4 (л.д. 4-10, том 1).

В обоснование заявленных требований истец указал, что является отцом ребенку ФИО4 ФИО10 **.**.**** года рождения, родившейся в <адрес>, ФРГ.

Ребенок и ее отец ФИО4 зарегистрированы и имеют постоянное место жительства в ФРГ с **.**.****.

ФИО4 ФИО11 **.**.**** года рождения на регулярной основе по месту жительства посещала детский садик с **.**.**** по **.**.****. Девочка зарегистрирована и принята в 1 –й класс начальной школы совместного обучения <адрес> «Школа имени Луизы Гензель», первый школьный день **.**.****. Ребенок должен посещать школу согласно документам включительно до **.**.****.

Ребенок на территории РФ никогда не проживал, детские дошкольные образовательные организации не посещал.

Вопросами организации досуга несовершеннолетней дочери занимался отец, который предоставил ребенку возможность посещения постоянного детского сада, а также записал ребенка в школу по месту жительства.

Таким образом, истец указывает, что ребенок обрел устойчивые социальные, дружеские и школьные связи в ФРГ.

Семья в полном составе, а именно: дочь – ФИО4 ФИО12, отец - ФИО4 и мать – ФИО5 - постоянно проживали на территории ФРГ.

Брак родителей ребенка был расторгнут в ФРГ в феврале 2019 года.

**.**.**** между отцом и матерью несовершеннолетней на территории ФРГ было заключено письменное соглашение, согласно которому отец дал согласие матери на выезд несовершеннолетнего ребенка в РФ в период с **.**.**** по **.**.****. В указанный срок мать обязалась вернуть несовершеннолетнего ребенка отцу.

Однако, по истечение указанного в соглашении срока мать ФИО5 ребенка отцу не вернула и посредством электронной почты сообщила, что не собирается возвращать дочь в ФРГ. После данного случая ФИО4 приезжал в Россию на период с **.**.**** по **.**.**** с целью увидеться с дочерью, однако получил отказ.

После указанных произошедших событий, связанных с невозвратом и незаконным удержанием матерью ребенка ФИО5 несовершеннолетнего ребенка, и поскольку истец не выражал своего согласия на изменение места жительства ребенка, отец ребенка (истец) обратился в семейный Суд <адрес> ФРГ с заявлением о передаче права места жительства ребенка ФИО13 ФИО4, **.**.**** года рождения, отцу ребенка, а также об обязании матери ребенка передать ребенка отцу.

По результатам рассмотрения данного семейного дела, судьей семейного суда <адрес> **.**.**** вынесено решение, согласно которому право на определение места жительства несовершеннолетнего ребенка передано отцу.

Этим же решением суда мать ребенка обязали незамедлительно передать ребенка ФИО4 ФИО14 **.**.**** года рождения, отцу или уполномоченному им лицу, а также мать предупреждена об ответственности за невыполнение данного решения суда.

Кроме того, согласно второму решению вышеуказанного суда от **.**.**** отцу ребенка было передано исключительное право опеки над несовершеннолетним ребенком. Мать ребенка повторно была обязана передать ребенка отцу.

То есть, как указывает истец, мать ребенка лишена на территории ФРГ родительских прав, поскольку исключительное право опеки передано отцу ребенка.

Однако, фактически мать ребенка отцу не передала и незаконно удерживает его на территории РФ.

Также истец указывает, что несовершеннолетнему ребенку ФИО4 ФИО15 **.**.**** года рождения поставлен клинический диагноз, который требует наблюдения у врачей – нейрохирургов. По этой причине девочке следует проживать в ФРГ, где такие обязательные с медицинской точки зрения условия имеются.

В качестве правового основания заявленных требований истец ссылается на присоединение Российской Федерации к Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей от **.**.****, которая вступила в силу для России **.**.****. Государство Федеративная <адрес> также присоединилось к указанной Конвенции, которая вступила в силу для ФРГ с **.**.****. Федеративная <адрес> признала присоединение Российской Федерации к Конвенции и между сторонами Конвенция действует с **.**.****.

Истец ФИО4, адвокат истца в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении, настаивали на их удовлетворении, дав аналогичные объяснения по иску.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, поддержав доводы письменного отзыва (л.д. 121-131, том 1).

Орган опеки и попечительства Тихвинского муниципального района <адрес> в назначенное судебное заседание своего представителя не направил, о времени и месте слушания дела извещены судом надлежащим образом, в материалы дела представили письменное заключение по иску, согласно которому ООиП полагает заявленные требования не соответствующими интересам малолетней ФИО4 ФИО16 поскольку девочка испытывает чувство привязанности к матери, а возврат ребенка отцу в ФРГ фактически повлечет разрыв отношений ребенка с матерью (отсутствие и/или нестабильность контактов), что отрицательно повлияет на ребенка и станет для девочки тяжелым потрясением. ООиП считает заявление ФИО4 не подлежащим удовлетворению.

Часть 1 ст. 167 ГПК РФ обязывает лиц, участвующих в деле, до судебного заседания известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин. Статья 169 ГПК РФ предусматривает отложение дела, если суд признает невозможным рассмотрение дела в этом судебном заседании вследствие неявки кого-либо из участников процесса.

Неявка в судебное заседание представителей Органа опеки и попечительства Тихвинского муниципального района <адрес>, представивших письменное заключение по иску, не препятствует рассмотрению дела и, принимая во внимание, что реализация участниками гражданского оборота своих прав не должна нарушать прав и охраняемых законом интересов других лиц, в том числе на быстрое и правильное рассмотрение споров в суде, суд, с учетом мнения сторон, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ рассматривает дело при настоящей явке.

Заслушав истца ФИО4, адвоката истца, объяснения ответчика ФИО5, изучив материалы дела, оценив представленные суду доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, мнение Уполномоченного по правам ребенка в <адрес>, полагавшего необходимым при рассмотрении настоящего иска изучить вопросы нежелания ответчика и ее возможности вернуться с ребенком в Германию, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 244.11 ГПК РФ, заявление о возвращении незаконно перемещенного в ФИО1 или удерживаемого в Российской Федерации ребенка или об осуществлении прав доступа в отношении такого ребенка на основании международного договора Российской Федерации подается в суд родителем или иным лицом, полагающим, что ответчиком нарушены его права опеки или права доступа.

При пребывании ребенка в пределах Северо-Западного федерального округа заявление о возвращении ребенка или об осуществлении прав доступа подается в Дзержинский районный суд <адрес>.

Конвенция о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей от **.**.**** регулирует вопросы незаконного перемещения ребенка из государства постоянного проживания, незаконного удержания ребенка вне государства постоянного проживания.

В соответствии со ст. 35 Конвенции, она применима между договаривающимися государствами только в отношении незаконных перемещений или удержаний, которые имели место после ее вступления в силу в этих государствах.

Указанная Конвенция вступила в силу между Российской ФИО1 и Германией с **.**.****.

Согласно ст. 12 Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей от **.**.****, судебный орган предписывает возвращение незаконно перемещенного или удерживаемого ребенка при соблюдении определенных Конвенцией условий:

– ребенок не достиг возраста 16 лет (ст. 4);

– непосредственно перед незаконным перемещением или удержанием ребенок постоянно проживал в государстве-участнике Конвенции (ст. 4);

– оба государства — государство постоянного проживания ребенка и государство, в котором рассматривается требование о возвращении, на дату незаконного перемещения или удержания ребенка были связаны взаимными обязательствами, вытекающими из Конвенции (ст. 35);

– перемещение или удержание являются незаконными.

Таким образом, для обеспечения возвращения ребенка в соответствии с положениями Конвенции необходимо доказать факт незаконного перемещения или удержания ребенка. Согласно ст. 3 Конвенции, перемещение или удержание ребенка рассматривается как незаконное, если, во-первых, осуществляется с нарушением прав опеки; во-вторых, во время перемещения или удержания эти права эффективно осуществлялись или осуществлялись бы, если бы не произошло перемещение или удержание.

Кроме того, Конвенция содержит и ряд ограничений на возвращение ребенка в страну его обычного проживания. Так, судебный или административный орган запрашиваемого государства может отказать в возвращении ребенка в следующих случаях:

1. С момента незаконного перемещения или удержания ребенка прошло более одного года, и ребенок адаптировался к новой среде (абз. 2 ст. 12 Конвенции).2. Родитель, выступающий против возвращения ребенка, смог доказать, что другой родитель фактически не осуществлял право опеки на момент перемещения или удержания ребенка (п. "а" ст. 13 Конвенции). В юридической литературе отмечается: такие обстоятельства, как частое отсутствие, связанное с профессиональной деятельностью и, например, помещение ребенка в интернат, не являются достаточными причинами, свидетельствующими о неисполнении права опеки. Необходимо доказать, что заявитель проявляет равнодушие по отношению к ребенку, ограничивается редкими контактами, не имея на это особых объективных причин.

3. Родитель дал согласие на перемещение либо удержание ребенка или впоследствии не выразил возражений против таковых (п. "а" ст. 13 Конвенции).

4. Имеется очень серьезный риск того, что возвращение ребенка создаст угрозу причинения ему физического или психологического вреда либо иным образом поставит его в невыносимые условия (абз. 1 п. "b" ст. 13 Конвенции).

5. Ребенок возражает против возвращения и уже достиг такого возраста и степени зрелости, при которых следует принять во внимание его мнение (абз. 2 п. "b" ст. 13 Конвенции).

6. Возвращение ребенка противоречит основополагающим принципам запрашиваемого государства, касающимся защиты прав человека и основных свобод (ст. 20 Конвенции).

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО4 и ФИО5, состоявшие в зарегистрированном браке, являются родителями несовершеннолетнего ребенка - ФИО4 ФИО17 **.**.**** года рождения, родившейся в <адрес>, ФРГ (л.д. 76, том 1).

Брак между истцом и ответчиком расторгнут **.**.****.

Семья постоянно проживала на территории ФРГ с декабря 2012 года. Истец ФИО4 и несовершеннолетняя ФИО4 ФИО18 с **.**.**** зарегистрированы в ФРГ по адресу: <адрес>, <адрес>. С момента рождения ребенок проживал в ФРГ, где посещал дошкольные учреждения, получал медицинское наблюдение и помощь.

**.**.**** между истцом и ответчиком на территории ФРГ было заключено письменное соглашение, согласно которому отцом ребенка ФИО4 было дано согласие на выезд малолетней дочери ФИО4 ФИО21 с матерью в ФИО1 в период с **.**.**** по **.**.**** (л.д. 85-86, том 1).

По истечении указанного в соглашении срока ответчик ФИО5 с дочерью в ФРГ не вернулась и сообщила истцу о своем намерении остаться в России.

Таким образом, с указанного периода ответчик ФИО5 вместе с несовершеннолетней дочерью проживает на территории Российской Федерации в <адрес> (Северо-Западный федеральный округ).

В связи с не возвращением ребенка отцу истец ФИО4 дважды обращался в семейный суд <адрес> в ФРГ.

Исходя из принятого семейным судом <адрес> решения от **.**.**** отцу в отношении ФИО22 ФИО4, **.**.**** г.р., передана часть родительского права на опёку – право на определение места жительства ребенка, а решением от **.**.**** – отцу уже передано исключительное право опеки ребенка, а мать фактически лишена родительских прав в отношении ФИО4 ФИО23 и обязана незамедлительно передать ребенка отцу (л.д. 18, 33, том 1).

Обращаясь в суд с настоящими требованиями, истец указал, что не возражал против перемещения ребенка и его временного выезда на территорию Российской Федерации, однако, имел договоренность с матерью ребенка о ее возвращении в ФРГ по истечении согласованного срока. Вместе с тем, оказавшись в России, ответчик сообщила истцу, что ее личные планы изменились, и она намеревается постоянно проживать в Российской Федерации вместе с ребенком. Таким образом, истец указывает, что хотя перемещение несовершеннолетней ФИО24 ФИО4, **.**.**** г.р., в ФИО1 и было с ним согласовано, но удержание дочери в Российской Федерации истец в соответствии с положениями Конвенции считает незаконным, поскольку он своего согласия на изменение постоянного места жительства ребенка не давал. Указанное решение было принято ответчиком самостоятельно без учета его мнения и без его согласия, тогда как до указанного события он эффективно осуществлял права опеки в отношении их дочери и осуществлял бы их и далее, если бы ответчик вернула ребенка.

Разрешая исковые требования ФИО4, исследовав представленные суду сторонами доказательства, суд учитывает следующее.

Конвенция о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей от **.**.****, вступившая в силу для Российской Федерации **.**.****, направлена на защиту детей в международном масштабе от вредных последствий их незаконного перемещения или удержания, на установление процедур, обеспечивающих их незамедлительное возвращение в государство их постоянного проживания, а также на обеспечение защиты прав доступа.

Одной из целей Конвенции является обеспечение незамедлительного возвращения детей, незаконно перемещенных в любое из Договаривающихся государств либо удерживаемых в любом из Договаривающихся государств (пункт "a" статьи 1). При этом в соответствии со статьей 4 Конвенции она применяется к любому ребенку, постоянно проживавшему в каком-либо Договаривающемся государстве непосредственно перед нарушением прав опеки. Применение Конвенции прекращается, когда ребенок достигает возраста 16 лет.

В соответствии с Конвенцией ФИО1 приняла на себя обязательство обеспечивать незамедлительное возвращение детей, незаконно перемещенных в любое из Договаривающихся государств либо удерживаемых в любом из Договаривающихся государств (ст. 12 Конвенции).

В иске о возвращении ребенка в государство постоянного проживания может быть отказано только по основаниям, предусмотренным Конвенцией.

По общему правилу, закрепленному в ст. 12 Конвенции, если на момент начала судебного разбирательства истек срок менее одного года со дня незаконного перемещения (удержания) ребенка, суд предписывает немедленно возвратить ребенка.

Исключения из этого правила предусмотрены в статьях 13 и 20 Конвенции, согласно которым судебный орган запрашиваемого государства не обязан предписывать возвращение ребенка в следующих случаях:

1) если будет доказано, что лицо осуществляющее заботу о ребенке, фактически не осуществляло свои права опеки на момент перемещения или удержания ребенка или дало согласие на его перемещение или удержание, или впоследствии не выразило возражений против таковых;

2) если будет доказано, что существует серьезный риск того, что возвращение ребенка создаст угрозу причинения ему физического или психологического вреда или иным образом поставит его в невыносимые условия;

3) если принимающий решение орган придет к заключению, что ребенок возражает против возвращения и уже достиг такого возраста и степени зрелости, при которых следует принять во внимание его мнение;

4) если возвращение ребенка противоречит основополагающим принципам запрашиваемого государства, касающимся защиты прав человека и основных свобод.

Обязанность доказать наличие обстоятельств, исключающих возвращение ребенка возлагается на лицо, выступающее против возвращения ребенка.

Оценивая доводы возражений ответчика, суд полагает установленным, что постоянным (обычным) местом жительства малолетней ФИО25 ФИО4, **.**.**** г.р., с учетом ее фактического проживания с момента рождения и до момента перемещения являлась Германия.

Конвенция о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей от 25.10.1980г. подразумевает возвращение детей, незаконно перемещенных из государства постоянного проживания. Однако, исходя из установленных по делу фактических обстоятельств, суд приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении заявленных исковых требований.

Как уже указывалось выше, пунктом "b" статьи 13 Конвенции 1980 года предусмотрено, что судебный или административный орган запрашиваемого государства не обязан предписывать возвращение ребенка, если лицо, учреждение или иная организация, выступающие против его возвращения, докажут, что имеется очень серьезный риск того, что возвращение ребенка создаст угрозу причинения ему физического или психологического вреда или иным образом поставит его в невыносимые условия.

В Пояснительном докладе к Конвенции отмечено, что интерес ребенка, состоящий в том, чтобы его не перемещали из места постоянного проживания без достаточных гарантий стабильности его жизни в новом окружении, отступает перед главным интересом любого индивида не подвергаться физической или психической опасности и не оказаться в нетерпимой ситуации.

Ответчик, возражая против возвращения ребенка в страну его постоянного проживания, ссылалась, в том числе, на наличие обстоятельств, предусмотренных пунктом "b" статьи 13 Конвенции 1980 года. В настоящем случае суд полагает доказанными данные обстоятельства и приходит к выводу об отказе в возвращении ребенка в государство его постоянного проживания.

Так, судом установлено, что после отказа ответчика (матери ребенка) вернуться в ФРГ истец ФИО4 обратился в суд <адрес>, ФРГ, которым были приняты следующие меры:

Исходя из принятого семейным судом <адрес> решения от **.**.**** отцу в отношении ФИО26 ФИО4, **.**.**** г.р., передана часть родительского права на опёку – право на определение места жительства ребенка, а решением от **.**.**** – отцу уже передано исключительное право опеки ребенка, а мать фактически лишена родительских прав в отношении ФИО4 ФИО27 и обязана незамедлительно передать ребенка отцу (л.д. 18, 33, том 1).

Таким образом, родительские права в отношении девочки предоставлены исключительно отцу.

В связи с принятием судом <адрес> указанных мер в виде передачи истцу единоличных родительских прав ребенок должен быть передан отцу, а мать в настоящее время фактически является похитителем ребенка, и, следовательно, имеется возможность уголовного преследования в отношении ответчика.

С учетом указанного суд приходит к выводу о том, что существует риск, что в случае удовлетворения требования ответчик не сможет последовать за своим ребенком и осуществлять опеку над ними ввиду наличия вступившего в силу решения семейного суда <адрес>, ФРГ, и угрозы уголовного преследования. Кроме того, ответчик на территории Германии, по сути, лишена родительских прав, которые переданы исключительно отцу, она не имеет права находиться со своим ребенком.

Между тем, как установлено при рассмотрении настоящего дела, ФИО28 ФИО4, **.**.**** г.р., имеет надежную эмоциональную привязанность к матери, отрыв от нее повлечет для нее серьезную психологическую травму, что подтверждается заключением Органа опеки и попечительства, показаниями ответчика. Переезд в Германию без матери станет для нее тяжелым потрясением. В силу своего малолетнего возраста ребенок нуждается в матери, девочка не владеет немецким языком, в настоящее время разговаривает на русском языке.

Декларацией прав ребенка, принятой Генеральной Ассамблеей ООН **.**.****, провозглашен Принцип 6, согласно которому малолетний ребенок не должен, кроме тех случаев, когда имеются исключительные обстоятельства, быть разлучаем со своей матерью.

Таким образом, по мнению суда, перемещение ребенка без матери недопустимо и будет идти вразрез с целями обеспечения наилучших интересов ребенка.

Принимая во внимание указанные выше обстоятельства, суд находит установленным факт наличия очень серьезного риска того, что возвращение ребенка в Федеративную Республику Германия создаст угрозу причинения ребенку физического и психологического вреда и поставит его в невыносимые условия, и в связи с этим отказывает в удовлетворении иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 167, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО4 к ФИО5 о возвращении ребенка (на основании международного договора Российской Федерации), - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение десяти дней со дня принятия решения суда в окончательной форме, через суд его постановивший.

Судья: Лавриненкова И.В.

Мотивированное решение изготовлено: **.**.****