Апелляционное постановление № 22-2247/2018 от 14 июня 2018 г. по делу № 22-2247/2018

Судья г/с <данные изъяты> Дело № 22-2247


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Кемерово 15.06.2018 г.

Судья Кемеровского областного суда Карасева Т.Д.

с участием прокурора Изотовой Е.В.,

представителя АО «<данные изъяты>» Ф1,

осужденного ФИО1 ,

адвоката Червовой Н.В.,

при секретаре Зубан Е.И.

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Червовой Н.В. и осужденного ФИО1 на приговор Гурьевского городского суда Кемеровской области от 23.03.2018 г., которым

ФИО1 , ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, работающий, не судимый

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы сроком 1 год с возложением ограничений: не изменять места жительства или пребывания, а также не выезжать за пределы территории Гурьевского муниципального района Кемеровской области без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности являться в специализированный государственный орган для регистрации два раза в месяц,

а также апелляционную жалобу Ф1 – представителя АО «<данные изъяты>» на частное постановление Гурьевского городского суда Кемеровской области от 23.03.2018 г., которым постановлено обратить внимание генерального директора АО «<данные изъяты>» Ф5 на изложенные в частном постановлении факты и обстоятельства.

Заслушав пояснения осужденного ФИО1 , адвоката Червовой Н.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб на приговор, Ф1, поддержавшей доводы апелляционной жалобы на частное постановление, мнение прокурора Изотовой Е.В., полагавшей приговор и частное постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л :

приговором суда ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Частным постановлением суда постановлено обратить внимание генерального директора АО «<данные изъяты>» Ф5 на изложенные в частном постановлении факты и обстоятельства, о принятом решении сообщить в Гурьевский городской суд Кемеровской области.

В апелляционной жалобе адвокат Червова Н.В. не согласна с приговором, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что материалы уголовного дела не содержат достаточных доказательств, подтверждающих вину ФИО1 в совершении преступления.

Считает, что выводы суда о нарушении осужденным требований п. 9. 1, п. 10. 1 ПДД РФ, и о том, что у него была возможность для определения состояние покрытия на месте ДТП – наличие колеи, выбрать соответствующую скорость движения для предотвращения ДТП, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Указывает на то, что показания свидетеля Ф6 о том, что по ее ощущениям скорость автомобиля УАЗ была 80 км/ч, что система ГЛОНАСС отключена и ее нет ни на одном автомобиле скорой помощи, должны были быть оценены судом критически, поскольку они опровергаются показаниями свидетеля Ф7 – механика ГБУЗ <данные изъяты>». В материалах уголовного дела имеются сведения системы ГЛОНАСС о том, что максимальная скорость автомобиля УАЗ под управлением ФИО1 составила 53,3 км/ч. К показаниям свидетеля Ф8 о том, что автомобиль заваливало то на правую пару колес, то на левую, также следует отнестись критически, поскольку они не согласуются с показаниям свидетеля Ф4, пояснившего о том, что он не видел, чтобы УАЗ таскало из стороны в сторону, все произошло резко и неожиданно, а также показаниям ФИО1 согласно которым столкновением произошло моментально, автомобиль резко развернуло.

Не согласна с утверждением суда о том, что ФИО1 было известно о состоянии дорожного покрытия.

В судебном заседании установлено, что были плохие погодные условия, шел снег, в утреннее время за небольшой промежуток времени произошло два ДТП. Согласно показаниям свидетеля Ф9 на следствии дорожное покрытие было плохое, на дороге были переметы, поземка, снег. На следствии Ф9 также пояснял, что на месте первого ДТП пока фельдшеры оказывали помощь пострадавшим, они с ФИО1 обсуждали какая плохая дорога, осужденный говорил, что ехать нужно очень медленно. В ходе судебного заседания свидетелем Ф9 этого не было сказано.

Также указывает на то, что согласно заключению эксперта № 31/04-1-19/17 от 20.03.2017 г. установить конкретную причину возникновения заноса не представляется возможным. Судом оставлены без внимания двоякие выводы указанного заключения относительно того, что если водитель УАЗ не имел возможность обнаружить колею заранее, то в его действиях не имеется правонарушений, предусмотренных п. 9.1, п. 10. 1 ПДД. У ФИО1 отсутствовала такая возможность, согласно его показаниям столкновение произошло моментально, заранее обнаружить колею он не мог.

Полагает, что между действиями ФИО1 и наступившими последствиями отсутствует причинно-следственная связь, просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе /основной и дополнительной/ осужденный ФИО1 не согласен с приговором и просит его отменить, вынести оправдательный приговор в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, нарушением требований уголовно-процессуального закона, неправильным применением закона. Выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, судом не учтены обстоятельства, которые существенно могли повлиять на выводы суда.

Указывает, что, суд, признавая его виновным в совершении преступления, пришел к выводу о том, он, нарушив требования п. 9. 1, п. 10. 1 ПДД РФ, произвел выезд на встречную полосу движения, где совершил столкновение с автомобилем ВАЗ. При этом выводы суда основаны на показаниях свидетелей, которые видели расположение автомобиля УАЗ после столкновения, экспертных заключениях от 20.03.2017 г. № 31/04-1-19/17 и от 18.01.2017 г. № 15/04-5-19/17, в которых сделан вывод о нарушениях ФИО1 требований п. 9.1 ПДД РФ.

Однако никто из свидетелей визуально не видел нахождение автомобиля ФИО1 в момент столкновения, никто из свидетелей не фиксировал положение автомобиля не проезжей части, в темное время суток невозможно визуально определить на какой полосе находился автомобиль. Кроме того, положение автомобиля после опрокидывания неоднократно менялось, сначала лежал на проезжей части на правом боку, и руками был передвинут в сторону, затем автомобиль с помощью техники поставлен на колеса, и после чего сдвинут с этого места.

Из показаний свидетелей ФИО2, ФИО3, Кофтун, ФИО4, фотографий, предоставленных стороной защиты, видеофайлов, исследованных в ходе судебного заседания следует, что еще до приезда сотрудников ГИБДД, составивших схему ДТП, автомобиль ФИО1 неоднократно двигали, конкретно установить его первоначальное месторасположение, т.е. в момент столкновения невозможно, положение УАЗ, указанное на схеме ДТП, не соответствует его положению на момент ДТП, ни после него. Однако автомобиль ВАЗ после столкновения не перемещали, его положение соответствует тому, которое он принял после столкновения. Учитывая что ширина проезжей части составляет 7 метров, ширина каждой из полос движения равна 3,5 метров, согласно схеме ДТП от левого переднего колеса автомобиля ВАЗ до места столкновения составляет 3,6 метра, значит место столкновения находится на полосе движения УАЗ.

Также считает, что судом оставлено без внимания то, что объектом экспертного исследования могут быть обстоятельства, связанные лишь с фактическими действиями водителя транспортного средства и других участников. Выводы экспертов о нарушении ФИО1 требований п. 9.1 ПДД РФ находятся за пределами их компетенции, так как они должны быть сделаны в области права, кроме того, являются голословными, поскольку сделаны без обоснования каким-либо техническим исследованием.

Кроме того, судом не было принято внимание то обстоятельство, что на ФИО1 , как на водителя автомобиля скорой медицинской помощи, выполняя неотложное служебное задание, и, двигающегося с включенным проблесковым маячком, не распространяются требования п. 9. 1 и п. 10. 1 ПДД РФ на момент происшествия.

Полагает, что суд, указав в описательно-мотивировочной части приговора на то, что ФИО1 двигался по автодороге с неустановленной следствием скоростью, заранее встал на сторону обвинения, чем нарушил принцип состязательности сторон, поскольку в ходе судебного заседания скорость автомобиля ФИО1 была установлена.

В апелляционной жалобе представитель Акционерного общества «<данные изъяты>» - Ф1 не согласна с частным постановлением и просит его отменить как незаконное и необоснованное, противоречащее требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Указывает на то, что постановление не содержит сведений, в чем конкретно нарушены требования федеральных законов и подзаконных актов Обществом при содержании участка автомобильной дороги <данные изъяты>., решение не содержит доказательств, на основании которых судом принято решение о вынесении частного постановления.

Полагает, что частным постановлением нарушены права и законные интересы Общества, поскольку судом сделан вывод о совершении Обществом действий /бездействия/, явившихся сопутствующими причинами совершения преступления, в отсутствии представителя организации. Кроме того, рассмотрение указанных вопросов допустимо исключительно в рамках административного производства. Наличие судебного акта дает основания для предъявления к Обществу требований имущественного характера со стороны заинтересованных лиц, что затрагивает права и законные интересы организации.

В возражениях на апелляционные жалобы адвоката Червовой Н.В. и осужденного ФИО1 на приговор, апелляционную жалобу заинтересованного лица Ф1 – представителя Акционерного общества «<данные изъяты>» на частное постановление прокурор просит оставить их без удовлетворения.

Проверив материалы дела, доводы жалоб и возражений, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалоб.

Вина ФИО1 в совершении преступления судом установлена, подтверждается приведенными в приговоре доказательствами, которым судом дана надлежащая оценка.

Из показаний осужденного на предварительном следствии следует, что направляясь от места первого ДТП в сторону г.Белово, он видел, что снег на проезжей части не был расчищен, высота снежного покрова составляла около 30 см, а под снегом была колея, в самой колее был лед. Переключив скорость на четвертую передачу, его резко развернуло под углом 90 градусов в направлении встречной полосы, в таком положении автомобиль продолжил движение юзом в направлении к автомобилю ВАЗ. В этот момент он сбросил педаль газа, на тормоз нажать не успел, рулевое колесо не крутил, столкновение произошло моментально.

Согласно показаниям свидетеля Ф6 она ехала в машине скорой помощи по вызову под управлением ФИО1 Они тронулись с места с большой скоростью, осужденный пояснял, что надо ехать быстрее, ФИО1 два раза проехал на красный свет светофора, на перекрестке у старого базара их занесло, Ф6 говорила ФИО1 - зачем он так быстро едет, по ее ощущениям скорость с которой они ехали, была большая, автомобиль начало качать, поняла, что ФИО1 включил третью, а потом четвертую скорость, после того, как сказала «куда он гонит» почувствовала удар, потеряла сознание, придя в сознание, увидела, что их автомобиль лежал на правом боку поперек дороги, относительно дороги он был посередине, автомобиль «Лада-Калина» на своей полосе движения.

Из показаний свидетеля Ф4 видно, что он вместе со Ф3 и Ф2 двигался на автомобиле «Лада-Калина» по трассе в сторону Гурьевска, машина скорой помощи двигалась во встречном направлении, каждый ехал в своей полосе, затем машина скорой помощи вышла из колеи, ее выкинуло, она пошла поперек, задней частью к его автомобилю, и произошел удар, автомобиль скорой помощи поставило поперек полосы, по которой двигался ВАЗ.

Из показаний потерпевшей Ф2 следует, что она ехала пассажиром в автомобиле ВАЗ под управлением Ф4, ехали тихо по своей полосе, она смотрела на дорогу, видела как прошла одна скорая, затем шла вторая, а потом в них въехала машина скорой помощи, ее занесло на их полосу движения частично, произошло столкновение.

Согласно показаниям потерпевшей Ф3 она находилась в машине «Лада-Калина» под управлением Ф4, двигались по своей полосе движения на небольшой скорости, когда посмотрела в лобовое стекло, то увидела, что на них летит автомобиль скорой помощи, затем произошло столкновение,

Вина ФИО1 также подтверждается показаниями других свидетелей, письменными доказательствами, в том числе протоколом осмотра места происшествия от 01.01.2017 г., из которого следует, что место дорожно-транспортного происшествия находится на <данные изъяты> автодороги <данные изъяты>, состояние дороги на момент осмотра заснеженное, ширина проезжей части 7 метров, автомобиль Лада находится по правой обочине параллельно обочине, автомобиль УАЗ расположен на проезжей части параллельно автомобилю Лада; заключением автотехнической экспертизы № 15/04-5-19/17 от 03.02.2017 г., согласно которого водитель автомобиля УАЗ <данные изъяты> г.п. <данные изъяты> ФИО1 должен был руководствоваться п. 9.1 ПДД. Водитель автомобиля ЛАДА <данные изъяты> г.п. <данные изъяты> Ф4 должен был руководствоваться ч. 2 п. 10. 1 ПДД. Действия водителя ФИО1 не соответствуют требованиям п. 9.1 ПДД. Несоответствия в действиях водителя ЛАДА Ф4 требованиям ч. 2 п. 10.1 ПДД, которые могут состоять в причинно-следственной связи с ДТП, не имеется; заключением дополнительной автотехнической экспертизы № 31/04-1-19/17 от 20.03.2017 г., из которого следует, что несоответствий в действиях водителя автомобиля ВАЗ правилам дорожного движения, которые могли бы состоять в причинно-следственной связи с ДТП, с технической точки зрения не усматривается при любом варианте. При условии наличия колеи на проезжей части, не соответствующей критическим параметрам ГОСТа, и если водитель имел объективную возможность заблаговременно ее обнаружить, в действиях водителя усматривается нарушение требований п.п. 9.1, п.10.1 ПДД РФ.

Тщательно проанализировав все имеющиеся доказательства по делу, суд дал им надлежащую оценку и обоснованно пришел к выводу о том, что столкновение автомобиля УАЗ и автомобиля ВАЗ произошло в результате выезда автомобиля УАЗ на встречную полосу движения, по которой двигался автомобиль ВАЗ.

При этом судом обоснованно в качестве доказательств приняты показания свидетелей, указанных в приговоре, поскольку они допрошены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и подтверждаются иными доказательствами по делу.

Доводы жалобы о том, что судом не установлена скорость, с которой двигался автомобиль УАЗ, а также в части оспаривания показаний свидетеля Ф6 о скорости движения автомобиля УАЗ и того, что автомобиль раскачивало по дороге перед ДТП, являются несостоятельными, поскольку ФИО1 не вменялось в вину превышение допустимой скорости.

Выводы суда в части оценки показаний свидетелей относительно расположения автомобиля УАЗ на проезжей части во время столкновения с автомобилем ВАЗ, подтверждаются совокупностью приведенных в приговоре доказательств, являются правильными и не вызывают сомнений у суда апелляционной инстанции.

Вопреки доводам жалобы суд обоснованно отверг версию защиты о том, что ФИО1 не было известно о состоянии дорожного покрытия, наличии на нем колеи, льда и снега, поскольку данные обстоятельства опровергаются показаниями свидетеля Ф9, который предупреждал осужденного о плохом состоянии дороги прежде чем тронуться с места первого ДТП, показаниями свидетеля Ф6, которая неоднократно просила ФИО1 снизить скорость, а также показаниями самого осужденного на предварительном следствии, который пояснял по прибытии к первому месту ДТП, что дорожное покрытие было в ужасном состоянии, на самом месте ДТП и далее по направлению в город, высота снежного покрова составляла около 30 см, под снегом была колея, а в самой колее был лед.

Сомневаться в объективности заключений судебных автотехнических экспертиз № 15/04-5-19/17 от 03.02.2017 г. и № 31/04-1-19/17 от 20.03.2017 у суда оснований не имелось, поскольку экспертизы проведены в установленном законом порядке, в соответствующем экспертном учреждении и лицами, обладающим необходимыми познаниями в этой области для дачи заключений.

Учитывая то, что судом достоверно установлено о том, что ФИО1 было заблаговременно известно о состоянии дорожного покрытия, которое он не учел при движении автомобиля, не принял мер к обеспечению безопасности дорожного движения, двигался со скоростью, не обеспечивающей возможности постоянного контроля за движением транспортного средства, не справился с управлением автомобиля, в результате чего допустил неуправляемый занос автомобиля УАЗ и его выезд на встречную полосу движения, где совершил столкновение с автомобилем ВАЗ.

Вопреки доводам жалоб выводы автотехнических экспертиз о несоответствии действий осужденного требованиям п.п. 9.1, 10.1 ПДД РФ являются правильными.

Доводы жалобы о том, что на ФИО1 , как на водителя транспортного средства с включенным проблесковым маячком не распространяются требования п. 9.1, п. 10.1 ПДД, являются не основанными на законе, поскольку согласно п. 3.1 ПДД, водители транспортных средств с включенными проблесковым маячком синего цвета и специальным звуковым сигналом, выполняя неотложное служебное задание, могут воспользоваться приоритетом, только убедившись в том, что им уступают дорогу.

Таким образом суд, исследовав все доказательства, обоснованно пришел к выводу о том, что ФИО1 в нарушение требований п.п. 9.1, 10.1 ПДД РФ при наличии возможности определить состояние дорожного покрытия и выбрать соответствующую скорость движения, не справился с управлением автомобиля, в результате чего допустил неуправляемый занос автомобиля и выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, где по собственной преступной небрежности совершил столкновение с движущимся во встречном ему направлении автомобилем марки LADA <данные изъяты> под управлением Ф4

Выводы суда о наличии причинно-следственной связи между действиями ФИО1 , допустившего нарушение требований п.п. 9.1, 10.1 ПДД РФ, и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшим Ф3 и Ф2, являются обоснованными.

Вопреки доводам жалобы при рассмотрении дела каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе и требований ст.15 УПК РФ, судом допущено не было.

Все другие доводы жалоб не опровергают выводы суда о доказанности вины осужденного в совершении преступления, в связи с чем являются несостоятельными.

Действия ФИО1 по ч.1 ст.264 УК РФ квалифицированы правильно.

Наказание назначено в соответствии с требованиями ст.60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности ФИО1 , влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также с учетом смягчающих обстоятельств.

Назначенное наказание соответствует содеянному, данным о личности и является справедливым.

Приговор является законным и обоснованным.

Приговором суда установлено, что состояние дорожного покрытия, на участке автомобильной дороги <данные изъяты> не соответствовало требованиям ГОСТа, на что судом в частном постановлении было обращено внимание генерального директора АО «<данные изъяты>».

Поскольку приговор суда представителем АО «<данные изъяты>» в этой части не обжалован, доводы апелляционной жалобы на частное постановление о несогласии с выводами суда о несоответствии состояния дорожного покрытия требованиям ГОСТа, являются несостоятельными, поскольку указанное обстоятельство установлено приговором суда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389-19, 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

приговор Гурьевского городского суда Кемеровской области от 23.03.2018 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Червовой Н.В. и осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Частное постановление Гурьевского городского суда Кемеровской области от 23.03.2018 г., которым постановлено обратить внимание генерального директора АО «<данные изъяты>» Ф5 на изложенные в частном постановлении факты и обстоятельства, оставить без изменения, апелляционную жалобу Ф1 – представителя Акционерного общества «<данные изъяты>» - без удовлетворения.

Председательствующий подпись Т.Д. Карасева

.
.