Решение № 2-704/2017 2-704/2017~М-623/2017 М-623/2017 от 9 октября 2017 г. по делу № 2-704/2017

дело № 2-704/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 октября 2017 года п. Шушенское

Шушенский районный суд Красноярского края в составе:

Председательствующего судьи Кононова С.С.,

с участием старшего помощника прокурора Шушенского района Красноярского края Сажиной А.В.,

истца ФИО1, представителя истца – адвоката Фроловой Н.Н.,

представителей ответчика: муниципального унитарного предприятия Шушенского района «Тепловые и электрические сети» (далее – МУП «ШТЭС») ФИО2, ФИО3

при секретаре Черемных Т.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к МУП «ШТЭС», администрации Шушенского района Красноярского края, администрации Ильичевского сельсовета Шушенского района Красноярского края о компенсации морального вреда, расходов на погребение,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к МУП «ШТЭС», обосновывая тем, что 04.03.2015 года около 04 часов 10 минут ФИО4, в связи с отсутствием периметрального ограждения котельной, которой владеет ответчик, расположенной на расстоянии 250 метров в северном направлении от <...> путем свободного доступа, прошел на территорию указанной котельной, где ввиду наличия комплекса неблагоприятных факторов — отсутствия ограждения зольной ямы, нахождения в ней золы, имеющей высокую температуру, недостаточного освещения зольной ямы, ставшего возможным ввиду ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязанностей по обеспечению производственной безопасности указанной котельной, упал в зольную яму, где в результате воздействия высокой температуры, получил термические ожоги 2-3 степени, от которых наступила смерть ФИО4 По данному факту было возбуждено уголовное дело, проведено расследование, в рамках которого она была признана потерпевшей, поскольку являлась родной сестрой погибшего ФИО4 В ходе расследования было установлено, что смерть ее брата стала возможной ввиду невыполнения ответчиком обязанностей по обеспечению производственной безопасности объекта. В частности было установлено, что вывоз из здания котельной и складирование в яме, выгребаемой из топок золы, имеющей высокую температуру, без пролива водой, до ее полного тушения, являлось нарушением установленного в МУП «ШТЭС» противопожарного режима. Складирование золы, имеющей высокую температуру, в яму, при отсутствии периметрального ограждения, создало опасность для жизни и здоровья неограниченного круга лиц. Приказом Министерства энергетики РФ от 24 марта 2003 № 115 были утверждены Правила технической эксплуатации тепловых энергоустановок, из которых следует, что руководитель организации и ответственный за исправное состояние и безопасную эксплуатацию тепловых энергоустановок несут ответственность за создание безопасных условий труда и организационно-техническую работу по предотвращению несчастных случаев. Для обеспечения надлежащего эксплуатационного и санитарного состояния территории, зданий и сооружений организации для размещения тепловых энергоустановок выполняют и содержат в исправном состоянии: - ограждение соответствующей части территории. Кроме того, считает, что зольная яма, является источником повышенной опасности. И вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. Гибель брата стада для нее трагедией, она очень сильно переживала из-за этого, у нее было расстройство сна, мысли о смерти брата причиняют ей тяжелые нравственные страдания. Поскольку смерть ФИО4 наступила от воздействия источника повышенной опасности, которым владеет ответчик, то считает, что ответчик обязан выплатить ей компенсацию морального вреда. Кроме того, ею понесены расходы на погребение брата в размере 28208 рублей 40 копеек, которые подлежат взысканию с ответчика согласно ст. 1094 ГК РФ. ФИО1 просила суд взыскать с МУП «ШТЭС» в ее пользу 3000000 рублей в счет компенсации морального вреда, 28208 рублей 40 коп. в счет возмещения расходов на погребение.

Определением Шушенского районного суда от 31 августа 2017 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены администрации Шушенского района и Ильичевского сельсовета.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержала, в дополнение к иску пояснила суду, что ее брат ФИО4 проживал вместе с ней в д. Ермолаево, он был инвалид с детства по психическому заболеванию, ему была установлена 2 группа. Постоянно не работал, бывали случайные заработки. Бюджет у них был общий. Брат периодически употреблял спиртное. После смерти отца она тоже выпивала, но сейчас не пьет. Вечером 04 марта 2015 года брат пошел за спиртным в п. Зарничный, но не вернулся. На местности он ориентировался хорошо. Он постоянно уходил в Зарничный. В котельную п.Зарничный ходил к друзьям, мог с ними выпивать. Он ей постоянно говорил, чтобы она его не опекала и не контролировала. Он ей помогал по хозяйству, мог принести воды, вспахать огород. По характеру он был спокойный, врагов у брата не было. Считает, что если бы зольная яма была бы огорожена, ее брат бы не погиб. С братом у нее были тесные, доверительные отношения, ей его не хватает, она постоянно плакала, не могла находиться в доме. В связи с похоронами, она понесла расходы, которые подтверждены квитанциями на приобретение ритуальных услуг и принадлежностей, а также продуктов питания, кроме спиртного. Просит суд удовлетворить требования в полном объеме.

Представитель истца – адвокат Фролова Н.Н. исковые требования ФИО1 поддержала, пояснила суду, что постановление о прекращении уголовного дела вступило в законную силу и не обжаловано ответчиком. Обстоятельства, при которых произошел несчастный случай, установлены. Исследованные материалы дела подтверждают, что ответчик не принял мер для эксплуатации данного места. Отходы должны храниться на бетонированном участке, должны быть ограждены. На момент несчастного случая были нарушения, не было достаточного освещения. Вина ответчика установлена, требования о возмещении морального вреда подлежат удовлетворению.

Представители ответчика МУП «ШТЭС» ФИО2 и ФИО3 исковые требования не признали по основаниям, указанным в отзыве на иск, при этом, пояснили суду, что вины МУП нет, предприятие эксплуатирует объекты в соответствии с нормативной документацией. Нормативные документы предприятия не нарушены. Факт того, что нашли в яме обгорелого человека, не подтверждает того, что он сгорел в яме. Судом не было определено, какая температура была в яме. Не понятно, какие у истца и ФИО4 были взаимоотношения, т.к. сестра его отпустила в ночь в другую деревню за спиртным. Согласно медицинскому освидетельствованию, у ФИО4 была установлена доля алкоголя. Должностное лицо не оспорило постановление о прекращении уголовного дела, и это его право.

Представители соответчиков администраций Шушенского района и Ильичевского сельсовета, третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены судом надлежащим образом.

И.о. главы Ильичевского сельсовета ФИО6 в отзыве на иск указала, что администрации сельсовета известен факт смерти ФИО4 от термических ожогов, а также факт захоронения ФИО4 его сестрой ФИО1 на кладбище д. Ермолаево. Иной информации по данному факту администрация сельсовета не обладает.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы настоящего дела, материалы уголовного дела № 1-8/2017, заслушав заключение старшего помощника прокурора Сажиной А.В., полагавшей необходимым удовлетворить заявленные требования с учетом принципов разумности, суд приходит к следующему.

В силу положений статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренными, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

Постановлением Шушенского районного суда Красноярского края от 24 марта 2017 года, вступившим в законную силу 04.04.2017, уголовное дело в отношении мастера котельной п.Зарничный МУП «ШТЭС» ФИО5 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Постановлением от 24.03.2017 установлено, что мастер Казанцевского участка котельных МУП «ШТЭС» ФИО5, как лицо ответственное за осуществление производственного контроля, то есть проведение комплекса мероприятий, направленных на обеспечение безопасного функционирования объекта - котельной п.Зарничный Шушенского района, а также как лицо ответственное за соблюдение противопожарного режима в здании котельной, в период с февраля 2015 года по 04 марта 2015 года ненадлежащим образом выполняя свои профессиональные обязанности, связанные с осуществлением систематического контроля за зданиями и сооружениями котельной и объектов котельной, используемых в производственных целях, после возникновения указанного опасного производственного фактора – отсутствия ограждения части территории котельной п.Зарничный Шушенского района вокруг ямы для складирования золы, с учетом отсутствия полного периметрального ограждения котельной п.Зарничный Шушенского района, а также с учетом складирования в указанную яму золы, выгребаемой из топок котельной, имеющей высокую температуру, не организовал установку ограждения соответствующей части территории котельной, а также пролитие водой складируемой в вышеуказанную яму золы, имеющей высокую температуру, до ее полного тушения, также как и не выполнил какие-либо иные меры направленные на устранение возможности наступления несчастного случая, связанного с отсутствием ограждения зольной ямы и с опасностью падения человека в данную зольную яму, в том числе закрытия зольной ямы металлической решеткой, организации временного ограждения зольной ямы, установки дополнительного освещения зольной ямы в ночное время.

В результате, производственные работы в котельной п.Зарничный Шушенского района продолжались при наличии вышеуказанного опасного производственного фактора, зола, имеющая высокую температуру, продолжала складироваться в указанную зольную яму без ее пролития водой до ее полного тушения.

04 марта 2015 года около 04 часов 10 минут ФИО4, будучи в состоянии алкогольного опьянения, в связи с отсутствием периметрального ограждения котельной, расположенной на расстоянии 250 метров в северном направлении от <...> путем свободного доступа, прошел на территорию указанной котельной, где ввиду наличия комплекса неблагоприятных факторов - отсутствия ограждения зольной ямы, нахождения в ней золы, имеющей высокую температуру, недостаточного освещения зольной ямы, ставшего возможным ввиду ненадлежащего исполнения мастером Казанцевского участка котельных МУП «ШТЭС» ФИО5 своих профессиональных обязанностей по обеспечению производственной безопасности и противопожарного режима указанной котельной, упал в зольную яму, где в результате воздействия высокой температуры последовала смерть ФИО4

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы №76 от 08.04.2015 у ФИО4 были выявлены телесные повреждения в виде термических ожогов 2-3 степени тела, с площадью поражения 100 % поверхности тела, которые согласно п.6.1.28 приказа МЗиСР РФ №194н от 24.04.2008 отнесены к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда опасного для жизни человека и по указанному признаку, согласно Правилам определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным Постановлением Правительства РФ №522 от 17.08.2007, квалифицируются как тяжкий вред здоровью.

Смерть ФИО4 наступила от термических ожогов 2-3 степени, осложнившихся развитием ожогового шока.

Между ненадлежащим выполнением мастером Казанцевского участка котельных МУП «ШТЭС» ФИО5 своих профессиональных обязанностей, выразившихся в нарушении им пп.2.1, 2.3, 2.11, 2.16 Должностной инструкции, пп. 3.1.2, 3.2.1 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок, утвержденных Приказом Министерства энергетики России №115 от 24.03.2003, пп.19 и 85 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ №390 от 25.04.2012, пп.1.3, 1.4 Инструкции по действиям персонала в случае возникновения пожара МУП Шушенского района «Тепловые и электрические сети – МУП «ШТЭС», утвержденной директором МУП «ШТЭС» в 2014 году (без даты) и пп.1.4, 1.12 и 4.4 Инструкции по мерам пожарной безопасности МУП Шушенского района «Тепловые и электрические сети – МУП «ШТЭС», утвержденной директором МУП «ШТЭС» в 2014 году (без даты), связанных с тем, что ФИО5, при наличии опасного производственного фактора - наличия неогражденной зольной ямы с золой, имеющей высокую температуру, не были предприняты какие-либо меры по установке ограждения соответствующей части территории котельной, тушению золы, выгребаемой из топок, либо какие-либо другие меры по обеспечению безопасности котельной, и последствиями в виде наступления смерти ФИО4 имеется прямая причинно-следственная связь.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Установленная указанной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить ответчик, на истце же лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер и причинную связи между действиями (бездействием) ответчика и его причинением.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

На основании договора №01 от 23.01.2015, заключенного между комитетом по управлению муниципальным имуществом администрации Шушенского района и МУП «ШТЭС», МУП «ШТЭС» было передано в хозяйственное ведение здание котельной в п.Зарничный Шушенского района, расположенное в пределах указанного поселения на расстоянии 250 метров в северном направлении от д.42 по ул.Зеленая указанного поселка.

В соответствии с Проектом нормативов образования отходов и лимитов на их размещение, основным и определяющим видом деятельности МУП «ШТЭС» является производство пара и горячей воды (тепловой энергии) котельными. Производственный участок, в том числе и котельная п. Зарничный входит в состав МУП «ШТЭС». На предприятии образуется 23 вида отходов производства и потребления, в том числе золошлаковые отходы (соответствующие 4-му и 5-му классам опасности). На территориях производственных участков имеются временные накопления (хранения) отходов, образующихся в результате производственной деятельности предприятия и подлежащих вывозу.

Техническая эксплуатация указанной котельной п.Зарничный Шушенского района, как комплекса технологически связанных тепловых энергоустановок, расположенных в обособленных производственных зданиях, встроенных, пристроенных или надстроенных помещениях с котлами, водонагревателями и котельно-вспомогательным оборудованием, предназначенных для выработки теплоты, в соответствии с п.1.1 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок, утвержденных Приказом Министерства энергетики России №115 от 24.03.2003, должна осуществляться на основании указанных Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок.

Пункт 3.1.2 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок содержит обязанность осуществления лицами из числа управленческого персонала и специалистов, назначенных приказом, систематического контроля за зданиями и сооружениями при эксплуатации тепловых энергоустановок.

Для обеспечения надлежащего эксплуатационного и санитарного состояния территории, зданий и сооружений организации для размещения тепловых энергоустановок выполняют и содержат в исправном состоянии ограждение соответствующей части территории (пункт 3.2.1).

В соответствии с п.19 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ №390 от 25.04.2012 запрещается на территориях поселений устраивать свалки горючих отходов. Также в соответствии с п.85 указанных Правил противопожарного режима, зола и шлак, выгребаемые из топок, должны быть залиты водой и удалены в специально отведенное для них место.

В соответствии с п.п.1.3, 1.4 Инструкции по действиям персонала в случае возникновения пожара МУП «ШТЭС», ответственные за обеспечение пожарной безопасности обязаны обеспечить соблюдение на вверенных им участках работы установленного противопожарного режима. Каждый работник независимо от занимаемой должности обязан четко знать и строго выполнять установленные правила пожарной безопасности, не допускать действий, могущих привести к пожару или возгоранию.

Также в соответствии с п.п.1.4, 1.12 Инструкции по мерам пожарной безопасности МУП «ШТЭС», должностные лица организаций, лица в установленном порядке назначенные ответственными за обеспечение пожарной безопасности, должны обеспечивать своевременное выполнение требований пожарной безопасности. Работники организации должны соблюдать и поддерживать противопожарный режим. В соответствии с требованием п.4.4 указанной Инструкции по мерам пожарной безопасности, зола и шлак, выгребаемые из топок, должны быть пролиты водой и удалены в специально отведенное для них безопасное место.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 04.03.2015 (л.д. 10-17 тома 1 уголовного дела № 1-8/2017): «На левом углу стены помещения котельной висит фонарь, который освещает только район входа в помещение котельной. На расстоянии 9,5 метров от входа в помещение котельной в земле имеется зольная яма, 3,3 х 3,3 метра, глубиной 1,8 метров, по 3 концам данной ямы имеется 3 металлических столбика, на одном из них имеются фрагменты металлического троса. На территории, на которой расположена указанная яма, какое-либо ограждение отсутствует. В сумерках яма трудноразличима. Внутри данная яма оснащена бетонными лотками, на треть заполнена золой, от которой поднимается дым».

Поскольку учредителем МУП «ШТЭС» является муниципальное образование Шушенский район, однако МУП «ШТЭС» является юридическим лицом и имеет самостоятельный баланс, территория котельной в <...> находится в границах населенного пункта, кроме того, котельная и прилегающая к ней территория используется МУП «ШТЭС» в связи с производственно-хозяйственной деятельностью, суд считает, что администрации Шушенского района и Ильичевского сельсовета не являются надлежащими ответчиками по данному делу.

Принимая во внимание обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, учитывая, что ФИО5 находится в трудовых отношениях с МУП «ШТЭС», вред причинен в связи с ненадлежащим исполнением ФИО5 своих профессиональных обязанностей, непредставление ответчиком доказательств отсутствия их вины в причинении вреда, принятию исчерпывающих и объективно возможных мер к исключению случайного падения людей в место временного хранения золошлаковых отходов ввиду его недостаточного ограждения и освещения, суд приходит к выводу, что причиненный вред подлежит возмещению с МУП «ШТЭС».

Согласно статье 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд не может согласиться с доводами ответчика, что смерть брата не была для истца трагедией и каких-либо физических или нравственных страданий ФИО1 не переносила.

Свидетель св.1 пояснила суду, что брат и сестра Г-вы проживали вместе, они друг за друга переживали, делали все по дому вместе. ФИО4 подрабатывал у С.. ФИО4 получал пенсию, умственно он все соображал. У него семьи своей не было, злоупотреблял спиртным. По характеру был спокойный. По слухам, ФИО4 ходил в котельную, и он сам лично ей говорил это. ФИО4 часто ночью уходил куда-нибудь, и ФИО1 его постоянно искала. Похоронами занималась она, ФИО1 не могла заниматься похоронами в связи с её психическим состоянием, связанным с утратой брата. На похороны, ФИО1 занимала деньги, было потрачено около 30000 рублей.

Свидетель св.2 пояснил в суде, что взаимоотношения между ФИО1 и ее братом были нормальные. Он был психически больной. ФИО1 ухаживала за ним, содержала дом, работала, хозяйством занималась только она. ФИО4 был безобидным, его никто не трогал. Считает, что он не мог бы без сестры прожить. Он выпивал, у него менялась походка, поднимал колени высоко, когда шел. В темное время суток ФИО4 нормально ориентировался, он иногда приходил к нему в 11-12 часов ночи. Ему известно, что он ходил на территорию котельной. Яму, где складируется зола, он не видел, ходил туда днем, приезжал на машине несколько раз, освещение не видел. Когда ФИО1 узнала, что брат погиб, у нее была истерика. Деньги на похороны занимала ФИО1, у него также занимала 2000 рублей, знает, что занимала у св.3, С. ей помогали, долг ему вернула.

Свидетель св.3 пояснила, что ФИО1 с братом ФИО4 проживали вместе, сперва жили с отцом, потом отец умер. Она занимала ФИО1 деньги на похороны 3500 рублей, которые она вернула за два раза. Яму около котельной видела, там идет тропинка, через которую ходят через поля в Ермолаево мимо котельной.

Исходя из характера причиненных истцу нравственных страданий, индивидуальных особенностей потерпевшего ФИО4 и его психического состояния, учитывая, что ФИО1 лишилась близкого человека – брата, с которым проживали вместе, за которым она осуществляла уход после смерти родителей, тем самым претерпела глубокие нравственные страдания, а также обстоятельства причинения вреда связанные с ненадлежащим исполнением работниками ответчика своих профессиональных обязанностей, степени вины потерпевшего и причинителя вреда, суд считает обоснованным и соразмерным степени нравственных страданий истца размер компенсации морального вреда в сумме 350 000 рублей.

При определении размера компенсации морального вреда суд не усматривает оснований для его снижения в соответствии с положения п.2 ст.1083 ГК РФ, поскольку в действиях потерпевшего отсутствует грубая неосторожность, учитывая психическое заболевание потерпевшего, нахождение зольной ямы в открытом доступе на территории поселения, без достаточного ограждения и освещения, при этом, само по себе нахождение ФИО4 в алкогольном опьянения при падении в ямы, в силу приведенных выше доводов, не свидетельствует об обратном.

Согласно ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

В соответствии с Федеральным законом от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», погребение определено как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Возмещению подлежат расходы, связанные с оформлением документов, необходимых для погребения: расходы по изготовлению и доставке гроба, приобретение одежды и обуви для умершего, а также других предметов, необходимых для погребения; расходы по подготовке и обустройству захоронения (могилы, места в колумбарии); расходы по перевозке тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); расходы непосредственно по погребению либо кремации с последующей выдачей урны с прахом.

Суд не соглашается с доводами ответчика, что денежные средства, полученные от жителей села и пенсионного фонда не могут подтверждать понесенные расходы истцом.

Свидетели св.1, св.2 и св.3 подтвердили, что похоронами ФИО4 занималась св.1, т.к. у ФИО1 была истерика, а деньги на похороны занимала сама ФИО1.

Доказательств, что данные расходы не связаны с расходами на погребение, ответчиком не представлены.

В материалах уголовного дела № 1-8/2017 на л.д. 50-55 имеются оригиналы квитанций, подтверждающих расходы на погребение ФИО4 (вещи, ритуальные принадлежности, продукты) на общую сумму 23438,40 рублей, которые подлежат возмещению истцу в полном объеме, при этом, испрашиваемая истцом сумма расходов на погребение в размере 28208, 40 руб., не подтверждается представленными доказательствами, определена истцом в результате арифметической ошибки в расчетах при сложении сумм согласно квитанциям от 05 марта 2015 года №000037 и №000038, поскольку из их содержания следует, что квитанция №000038 является продолжение квитанции №000037, общая сумма по которым составляет 13650 руб. и не подлежит сложению с суммой в размере 4770 руб., указанной в квитанции №000037, поскольку уже входит в общую сумму 13650 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Принимая во внимание, что истец был освобожден от уплаты государственной пошлины по данному делу (п. 4 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ), с ответчика в соответствии со ст. 333.19 НК РФ, в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 1203,15 рубля.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с муниципального унитарного предприятия Шушенского района «Тепловые и электрические сети» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей, расходы на погребение ФИО4 в сумме 23438, 40 руб., а всего в общей сумме 373408, 40 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия Шушенского района «Тепловые и электрические сети» в доход государства государственную пошлину в размере 1203,15 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда с подачей жалобы через Шушенский районный суд.

Председательствующий С.С. Кононов

Решение в окончательной форме изготовлено 16 октября 2017 года.

Решение на 17.10.2017 не вступило в законную силу.