Решение № 2-688/2020 2-688/2020~М-683/2020 М-683/2020 от 1 октября 2020 г. по делу № 2-688/2020

Дело №2-688/2020


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«02» октября 2020 года город Оха

Охинский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи – Абрамовой Ю.А.,

при секретаре – Безызвестных М.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Охинского городского суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью <данные изъяты> о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда

у с т а н о в и л:

25 августа 2020 года ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью <данные изъяты> (далее ООО <данные изъяты>) о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указал, что решением Охинского городского суда от 06 февраля 2019 года по исковому заявлению Охинского городского прокурора в его интересах к ООО <данные изъяты> о взыскании задолженности по заработной плате, денежной компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, с ООО <данные изъяты> в его пользу взыскана задолженность по заработной плате в размере 497 640 рублей 00 копеек, денежная компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 79 987 рублей 12 копеек. Разрешая исковые требования, суд пришел к выводу о том, что размер денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы за периоды с 01 апреля 2017 года по 31 октября 2017 года, с 01 декабря 2017 года по 31 декабря 2017 года и с 01 июля 2018 года по 30 сентября 2018 года по состоянию на 22 октября 2018 года составляет 89 935 рублей 46 копеек. Вместе с тем, руководствуясь принципом недопустимости выхода за пределы заявленных исковых требований (часть 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), суд удовлетворил исковые требования о взыскании денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы в заявленном к взысканию объеме - в размере 79 987 рублей 12 копеек. Кроме того, указал, что судом не рассматривался и не разрешался вопрос о взыскании компенсации морального вреда, поскольку такие требования не заявлялись прокурором. Просит суд взыскать с ответчика компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 9 948 рублей 34 копейки, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, а также расходы на оплату юридических услуг в размере 7 000 рублей.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме. Директор ООО <данные изъяты> ФИО3 возражал относительно удовлетворения исковых требований, полагал, что истцом пропущен срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Суд, выслушав участников судебного разбирательства, изучив материалы дела и исследовав в совокупности все доказательства, приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 14 декабря 2018 года Охинский городской прокурор в интересах ФИО1 обратился в суд с иском к ООО <данные изъяты>, в котором просил суд взыскать с ответчика в пользу ФИО1 задолженности по выплате заработной плате за период с 01 апреля 2017 года по 30 сентября 2018 года в размере 510 000 рублей, денежную компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 01 апреля 2017 года по 30 сентября 2018 года в размере 79 987 рублей 12 копеек, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 80 283 рублей 70 копеек.

Определением суда от 06 февраля 2019 года производство по гражданскому делу, в части исковых требований о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск в размере 80 283 рублей 70 копеек прекращено в связи с отказом истца от данных исковых требований и принятием отказа судом.

Решением Охинского городского суда от 06 февраля 2019 года с ООО <данные изъяты> в пользу ФИО1 взыскана задолженность по заработной плате в размере 497 640 рублей 00 копеек, денежная компенсация за задержку выплаты заработной платы в размере 79 987 рублей 12 копеек.

При этом, как следует из описательно-мотивировочной части решения, суд, разрешая исковые требования, пришел к выводу о том, что размер денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы за периоды с 01 апреля 2017 года по 31 октября 2017 года, с 01 декабря 2017 года по 31 декабря 2017 года и с 01 июля 2018 года по 30 сентября 2018 года по состоянию на 22 октября 2018 года составляет 89 935 рублей 46 копеек. Вместе с тем, руководствуясь принципом недопустимости выхода за пределы заявленных исковых требований, удовлетворил исковые требования о взыскании денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы в заявленном к взысканию объеме - в размере 79 987 рублей 12 копеек.

В силу пункта 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Учитывая, что прокурор не является истцом в материально-правовом смысле, интерес к делу определяется его должностным положением и полномочиями по обеспечению законности, суд полагает, что в силу положений приведенной выше нормы обстоятельства, установленные вышеуказанным решением суда, являются преюдициально установленными для разрешения настоящего спора, и не подлежат повторному доказыванию.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

При таких основаниях, учитывая, что вступившим в законную силу судебным решением установлено право истца на компенсацию за задержку выплаты заработной платы в спорной сумме, то суд приходит к выводу о правомерности требований истца в данной части.

Вместе с тем, разрешая заявление представителя ответчика о пропуске срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, суд приходит к следующему.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления (абзацы первый и второй части 1 статьи 5).

Статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации к основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений относит в том числе обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное для человека существование и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

В части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (часть 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как было указано выше, решением Охинского городского суда от 06 февраля 2019 года исковые требования истца были удовлетворены в полном объеме из размера заявленных требований. Мотивированное решение изготовлено 11 февраля 2019 года.

Судом установлено, что 16 февраля 2019 года копия указанного решения была направлена всем участвующим в деле лицам и получена истцом, о чем имеется его подпись на сопроводительном письме.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что получил указанное мотивированное решение не позже двух недель с момента его изготовления.

В силу части 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, они могут быть судом восстановлены.

Согласно абзаца 5 пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Истец в обоснование уважительности пропуска срока обращения в суд с указанными требованиями ссылался на юридическую неграмотность и отсутствие юридического образования.

Оценивая уважительность причин пропуска срока обращения в суд и разрешая ходатайство стороны истца о восстановлении такого срока, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 поскольку утверждение истца о неграмотности в юридических делах не является уважительной причиной для восстановления срока, данное обстоятельство не создавало объективных препятствий для своевременного обращения в суд в установленный законом срок, который является вполне достаточным для реализации права на судебную защиту при любом уровне образования.

Доказательств наличия уважительных причин пропуска срока обращения в суд, которые объективно препятствовали своевременному обращению в суд, истцом не представлено.

Таким образом, срок для разрешения индивидуального трудового спора при самом благоприятном для истца исчислении, необходимо исчислять не позже чем с 01 марта 2019 года (11 февраля 2019 года + примерно 2 недели), а с настоящим иском истец обратился в суд только 25 августа 2020 года.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что срок для предъявления данного иска истцом пропущен, что, в силу положений статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворение исковых требований.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон в трудовом договоре.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснений, содержащихся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку указанные истцом факты нарушения работодателем трудовых прав работника, неправомерными действиями работодателя нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела по исковому заявлению Охинского городского прокурора в интересах ФИО1 и разрешенного судом по существу 06 февраля 2019 года, то данное требование является правомерным.

Согласно разъяснениям, содержащиеся в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10»"Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», согласно которым в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

Учитывая, что требование истца о взыскании компенсации морального вреда обусловлены нарушением его имущественного права на получение заработной платы, суд приходит к выводу о том, что на данное требование распространяется установленный частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, о пропуске которого было заявлено ответчиком.

В настоящее время нормами трудового законодательства не урегулирован вопрос об исчислении срока обращения в суд с дополнительными требованиями в тех случаях, когда основное право работника защищается в судебном порядке по его обращению, состоявшемуся в пределах установленных сроков.

На данный пробел в правовом регулировании в настоящее время указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2020 № 35-П.

Данным Постановлением часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (часть 1) и 46 (часть 1), в той мере, в какой она не содержит указания на сроки обращения в суд с требованием о компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых (служебных) прав в тех случаях, когда требование о компенсации морального вреда заявлено в суд после вступления в законную силу решения суда, которым нарушенные трудовые (служебные) права восстановлены полностью или частично.

В соответствии с пунктом 2 резолютивной части Постановления предусмотрено, что впредь до внесения соответствующих изменений требование о компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых (служебных) прав, может быть заявлено одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав с соблюдением сроков, предусмотренных частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, либо в течение трехмесячного срока с момента вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично.

При этом в мотивировочной части Постановления обращено внимание на то, что действующим законодательством не исключается обращение работника или государственного служащего с иском о компенсации морального вреда, причиненного нарушением его трудовых прав, уже после разрешения судом индивидуального трудового (служебного) спора, в том числе и после вступления в законную силу решения суда, которым требование работника (государственного служащего) о восстановлении нарушенных трудовых (служебных) прав было удовлетворено.

Как указано в Постановлении № 35-П от 14 июля 2020 года, предоставление работнику права требовать компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя, будучи направленным на достижение социально необходимого результата, не должно нарушать баланс прав и законных интересов работников и работодателей. Реализация такого права без установления разумных сроков обращения в суд, тем более после того, как нарушенные трудовые права восстановлены в судебном порядке, вела бы к несоразмерному ограничению прав работодателя как стороны в трудовом договоре и субъекта экономической деятельности.

Именно это послужило основанием для признания не соответствующей Конституции Российской Федерации части первой статьи 392 Трудового кодекса РФ (в той мере, в какой она не содержит указания на сроки обращения в суд с требованием о компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых (служебных) прав в тех случаях, когда требование о компенсации морального вреда заявлено в суд после вступления в законную силу решения суда, которым нарушенные трудовые (служебные) права восстановлены полностью или частично), и для установления Конституционным Судом в рамках его полномочий порядка исчисления соответствующего срока на период до внесения изменений в действующее законодательства.

Как указано в части 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм разрешает дело, исходя из общих начал и смысла законодательства (аналогия права).

Принимая во внимание изложенное, суд полагает, что истец с требованием о взыскании компенсации морального вреда в связи с нарушением его права на получение заработной платы, имел право обратиться в суд в течение одного года с момента вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 09 июля 2019 года, решение Охинского городского суда от 06 февраля 2019 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба представителя ООО <данные изъяты> ФИО3 – без удовлетворения.

Таким образом, именно с 09 июля 2019 года началось течение годичного срока.

С настоящим исковым заявлением истец обратился 25 августа 2020 года, то есть с пропуском установленного законом срока.

Учитывая, что требование истца о взыскании компенсации морального вреда в данном случае является самостоятельным требованием, доказательств, подтверждающих наличие у истца уважительных причин пропуска данного срока, в материалы дела не представлено, обстоятельств, свидетельствующих об уважительности пропуска установленного законом срока судом в ходе судебного разбирательства не установлено, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в данной части в связи с пропуском срока обращения.

Доводы стороны истца относительно того, что срок на обращение в суд пропущен истцом в связи с его юридической неграмотностью не могут служить основанием для восстановления пропущенного срока и признания причин пропуска срока уважительными.

Отказ в удовлетворении исковых требований не дает оснований для возмещения истцу судебных расходов на оплату услуг представителя.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

исковое заявление ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью <данные изъяты> о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Охинский городской суд Сахалинской области в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 09 октября 2020 года.

Председательствующий судья Ю.А. Абрамова

Копия верна:

Председательствующий судья Ю.А. Абрамова