Решение № 2-800/2017 от 29 июня 2017 г. по делу № 2-800/2017

Дело № 2-800/2017 г. Иваново


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Ивановский районный суд Ивановской области в составе:

председательствующего судьи Смирновой Н.В.

при секретаре Котиной М.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Иваново 30 июня 2017 г. гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, штрафа и судебных издержек,

установил:

Истец просит суд взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 339900 руб., стоимость услуг эксперта в размере 6500 руб., услуг по изготовлению копии отчета в размере 1000 руб., нотариальных услуг в размере 1860 руб., расходы по составлению претензии в размере 1500 руб., по оплате услуг представителя в размере 18000 руб., в счет компенсации морального вреда 3000 руб., штраф.

Требования обоснованы тем, что 18 июня 2016 г. на а.д. Быстри-Семигорье 3 км.-200м. произошло столкновение 2-х ТС без пострадавших с материальным ущербом по вине водителя ФИО2, управлявшего ТС ГАЗ2704Е6, <данные изъяты>. В результате ДТП был поврежден Мицубиси <данные изъяты>, принадлежащий истцу. Гражданская ответственность виновника застрахована в ПАО СК «Росгосстрах», истца – в АО СК «Инвестиции и Финансы», у которой 18 октября 2016 г. отозвана лицензия. АО СК «Инвестиции и Финансы» была вызвана истцом на осмотр ТС, однако, представитель страховщика на осмотр не явился. Истец обратился к независимому эксперту ИП ФИО3, в соответствии с заключением которого, стоимость ущерба с учетом износа составляет 339900 руб. В настоящее время ТС продано, представить его на осмотр не представляется возможным. Истец обратился в ПАО СК «Росгосстрах», однако, страховое возмещение выплачено не было.

Истец ФИО1, извещенная в порядке гл.10 ГПК РФ, в судебное заседание не явилась, доверила представление своих интересов представителю по доверенности ФИО4, которая исковые требования своей доверительницы поддержала по выше изложенным основаниям, выразила несогласие с заключением судебной экспертизы. Свою позицию мотивировала тем, что эксперт сделал вывод о том, что металлический отбойник на момент ДТП уже имел повреждение, при этом, повреждение отбойника до ДТП не исследовал; эксперт исключил возможность срабатывания подушек безопасности, поскольку ткань не может разрываться идентично, однако, она полагает, что подушка безопасности всегда рвётся идентично (по шву), что имело место и при предыдущем, и при исследуемом ДТП; синий и розовый маркеры действительно имеются на подушках безопасности, поврежденных при ДТП от 25 апреля 2016 г., однако, по её мнению, след не идентичен; верхняя угловая часть слева на фотографиях АО Технэкспро загнута, а на фотографиях ИП ФИО3 - краска отогнулась без загиба металла, соответственно, повреждения не идентичны; эксперт не установил скорость ТС истца после торможения и контакта с ТС виновника, т.е. не исследовал скоростной режим; эксперт говорит, что какие-то повреждения могли образоваться при столкновении данных ТС, при этом, не определяет, какие именно это повреждения, поскольку рассматривает их в комплексе, с чем она не согласна; не исследовав протектор шин, эксперт утверждает, что судя по следу на земле автомобиль подъехал к отбойнику под иным углом; исследованные им фотографии к экспертному заключению эксперт в электронном виде не приложил. Она не является специалистом в данной области.

В судебном заседании представитель ответчика по доверенности ФИО5 исковые требования не признал, поскольку, во-первых, по заключению эксперта ДТП сфальсифицировано, соответственно, страховой случай не наступил, а доказательств, опровергающих выводы эксперта, не представлено; во-вторых, истец ТС на осмотр ПАО СК «Росгосстрах» не представила, продала его до осмотра страховщиком, т.е. лишила СК возможности осуществить осмотр ТС, оценить размер ущерба, определить относимость повреждений к данному ДТП, что говорит о злоупотреблении правом.

Третье лицо ФИО2 подтвердил факт ДТП, поддержал свои объяснения, имеющиеся в административном материале, а также пояснил, что заметил опасность в виде автомобиля истца за 2 метра до своего автомобиля. Не обратил внимания, были ли включены на автомобиле истца фары, не знает, с какой скоростью двигался автомобиль истца. Он нажал на тормоз после столкновения и при ударе с ТС истца остановился. После этого ТС истца врезалось в отбойник. В результате ДТП у его ТС были повреждены: бампер, решетка, усилитель, крыло. Бампер оторвался, одна из его частей висела на машине, а решетка отлетела на один метр. Через месяц после ДТП он приобрел указанные запчасти и сам отремонтировал ТС, соответственно, не мог представить на осмотр эксперта ТС в не отремонтированном виде.

Суд, выслушав участников процесса, эксперта, допросив свидетеля, исследовав письменные доказательства, приходит к следующему.

Согласно понятия, данного договору обязательного страхования в Законе об ОСАГО, страховщик обязан возместить потерпевшему вред, причиненный его имуществу вследствие страхового случая.

Страховой случай - это наступившее событие, в результате которого возникает гражданская ответственность страхователя и иных лиц, риск ответственности которых застрахован по договору обязательного страхования за причинение вреда жизни, здоровью и/или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства (абзац 11 статьи 1 Закона об ОСАГО).

Как следует из справки о ДТП, 25 апреля 2016 г. в 23.20 часов транспортное средство Мицубиси <данные изъяты>, принадлежащее на момент ДТП истцу, принимало участие в ДТП, в результате которого получило механические повреждения (л.д.111), 16 мая 2016 г. было осмотрено по направлению страховщика ПАО СК «Росгосстрах» Ивановским филиалом АО Технэкспро (л.д.112).

Как следует из рапорта, содержащегося в административном материале, 18 июня 2016 г. в 21.30 часов МО МВД России «Вичугский» поступило сообщение от ФИО6 о том, что у д. Семигорье произошло ДТП.

18 июня 2016 г. в 22.20 ч. ИДПС ОГИБДД МО МВД России «Вичугский» осуществлен осмотр места ДТП, произведено фотографирование, составлена схема, опрошены участники.

На основании полученных на месте ДТП и от его участников данных, инспектором ДПС того же числа вынесено постановление, которым установлено, что 18 июня 2016 г. в 21.20 ч. ФИО2 в нарушение п.8.3 ПДД РФ на автодороге Быстри-Семигорье 3 км.-200м. управляя автомобилем ГАЗ 2704Е6, <данные изъяты>, при выезде на дорогу с прилегающей территории не уступил дорогу автомобилю Мицубиси <данные изъяты>, имеющему преимущество, под управлением <данные изъяты>, чем совершил ДТП.

Как следует из карточки учета ТС, собственником Мицубиси <данные изъяты>, на 18 июня 2016 г. являлась истец ФИО1 (л.д.84).

Согласно справке о ДТП, автогражданская ответственность при управлении Мицубиси <данные изъяты>, на 18 июня 2016 г. была застрахована в СК «Инвестиции и финансы», при управлении ГАЗ <данные изъяты> – в ПАО СК «Росгоссстрах» (л.д.45).

Как следует из положений ст. 14.1 ФЗ «Об ОСАГО», урегулирование по прямому возмещению убытков (в своей компании) возможно, если: ДТП произошло в результате столкновения двух транспортных средств, оба водителя застрахованы по ОСАГО, вред причинен только этим двум транспортным средствам.

05 июля 2016 г. истец направила в СК «Инвестиции и финансы» телеграмму об организации ею осмотра транспортного средства 12 июля 2016 г. (л.д.92).

12 июля 2016 г. транспортное средство было осмотрено <данные изъяты>.

Как следует из карточки учета ТС, 02 сентября 2016 г. истец совершила отчуждение транспортного средства А.Г..

В материалы дела представлено заявление истца о страховой выплате, датированное 07 сентября 2016 г., адресованное в СК «Инвестиции и финансы» (л.д.93).

При причинении вреда имуществу потерпевший в течение пяти рабочих дней с даты подачи заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и прилагаемых к нему документов обязан представить поврежденное транспортное средство или его остатки для осмотра и (или) независимой технической экспертизы.

В случае непредставления потерпевшим поврежденного имущества или его остатков в согласованную со страховщиком дату страховщик согласовывает с потерпевшим новую дату осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества или его остатков (п. 3.11 Положения о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств).

Согласно п. 3.12 указанных Правил, если страховщик в установленный пунктом 3.11 срок не провел осмотр поврежденного имущества и (или) не организовал его независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку), то потерпевший вправе обратиться самостоятельно за такой технической экспертизой или экспертизой (оценкой), не представляя поврежденное имущество или его остатки страховщику для осмотра.

В таком случае результаты самостоятельно организованной потерпевшим независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) принимаются страховщиком для определения размера страховой выплаты.

Т.о., СК «Инвестиции и финансы» было обязано организовать осмотр и/или независимую техническую экспертизу в течение пяти рабочих дней с даты получения заявления потерпевшего, а ФИО1 была обязана в течение этого срока предоставить ТС страховщику.

Как следует из материалов дела, истец самостоятельно организовала осмотр транспортного средства до обращения в страховую компанию, т.е. до возникновения у страховщика обязанности по осмотру транспортного средства, а затем совершила отчуждение транспортного средства до направления страховщику заявления о страховой выплате, чем лишила его возможности осуществить осмотр транспортного средства.

Невозможность осмотра транспортного средства как страховщиком, так и экспертом в связи с его отчуждением подтвердила представитель истца в судебном заседании.

Приказом Банка России от 20 октября 2016 г. № ОД-3601, у СК «Инвестиции и финансы» отозвана лицензия на осуществление обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, о чем имеются сведения на общедоступном сайте РСА.

Как следует из п.9 ст.14.1 ФЗ «Об ОСАГО», в случае признания страховщика потерпевшего банкротом и открытии конкурсного производства, или в случае отзыва у него лицензии, потерпевший предъявляет требование о страховом возмещении страховщику, который застраховал гражданскую ответственность виновника.

06 февраля 2017 г. истец направила в ПАО СК «Росгосстрах» заявление о страховой выплате (л.д.12,13,97), которое было получено адресатом 07 февраля 2017 г. (л.д.88,89).

В материалы дела представителем ПАО СК «Росгосстрах» представлены телеграммы от 10 февраля 2017 г. и от 16 февраля 2017 г. об организации осмотра ТС истца (л.д.99-100), однако, сведений об отправке данных телеграмм в материалы дела не представлено.

01 марта 2017 г. ПАО СК «Росгосстрах» возвратил без рассмотрения представленное истцом заявление со ссылкой на непредставление ею ТС на осмотр (л.д.101-104).

27 февраля 2017 г. ПАО СК «Росгосстрах» получена претензия истца (л.д.14-16,105), на которую страховщик ответил предложением представить ТС на осмотр (л.д.106).

В связи с неосуществлением ПАО СК «Росгосстрах» страхового возмещения 25 апреля 2017 г. истец обратилась с настоящим иском в суд.

В ходе рассмотрения дела представителем ответчика было заявлено ходатайство о проведении судебной комплексной экспертизы.

Учитывая тот факт, что транспортное средство участвовало в ДТП 25 апреля 2016 г., т.е. за 2 месяца до исследуемого, а также отсутствие документов об осуществлении ремонта ТС в период между ДТП, ходатайство ответчика было признано обоснованным, назначена судебная комплексная экспертиза, проведение которой поручено <данные изъяты>.

По заключению судебной экспертизы, повреждения Мицубиси <данные изъяты>, по причине их возникновения можно разделить на две группы: возникшие в результате контактирования с ГАЗ <данные изъяты> и возникшие в результате контактирования с отбойником.

Рассматривая повреждения первой группы, учитывая схему места ДТП и объяснения, содержащиеся в административном материале, эксперт пришел к выводу, что движение ТС было перекрестным, столкновение – касательным, при котором на следовоспринимающих поверхностях Мицубиси <данные изъяты> характерно образование продольных, параллельных опорной поверхности, направленных от передней части ТС к задней царапин, наслоения вещества, продольных деформаций. Исследуя повреждения первой группы, эксперт пришел к выводу, что повреждения крыла переднего правого, фары правой и бампера переднего в правой части по высоте, характеру образования, направлению и локализации могли быть получены при заявленных обстоятельствах.

Для установления образования повреждений второй группы деталей эксперт рассматривал повреждения, отраженные в актах осмотра АО Технэкспро от 16 мая 2016 г. и <данные изъяты> от 12 июля 2016 г. и фотоматериалах к ним. В частности, при сравнительном анализе экспертом установлено присутствие на фаре левой не устраненных повреждений, имевших место на момент осмотра АО Технэкспро. На момент осмотра <данные изъяты> не устранены повреждения капота, зафиксированные ранее специалистами АО Технэкспро. Место крепления усилителя к лонжерону имеет складки металла, по направлению, форме и глубине идентичные при осмотре обоих специалистов. Повреждения верхней поперечины рамки радиатора, конденсатора кондиционера, фары противотуманной, переднего бампера на момент осмотра <данные изъяты> также устранены не были. Установленные в обоих случаях трещины на ветровом стекле имеют идентичную форму и характер образования. Повреждения системы пассивной безопасности на момент осмотра <данные изъяты> устранены не были, поскольку форма разрыва облицовки подушки безопасности водителя идентична в обоих случаях, присутствуют следы схожего красного вещества и остатки синего следового маркера.

Согласно объяснений водителя Мицубиси <данные изъяты>, содержащихся в административном материале, автомобиль под её управлением двигался со скоростью 70 км.ч., столкнулся с выезжавшим автомобилем ГАЗ2704Е6, после чего Мицубиси <данные изъяты> «отбросило» влево, где он столкнулся с дорожным ограждением.

Согласно объяснений водителя Мицубиси <данные изъяты> и схеме места ДТП, торможение ею не применялось.

Исходя из объяснений водителя ФИО6 и схемы места ДТП эксперт классифицировал столкновение ТС как касательное, следовательно, после столкновения Мицубиси <данные изъяты> без существенного снижения скорости столкнулся с металлическим ограждением. Для столкновения транспортного средства, движущегося со скоростью 70 км.м., с неподвижным металлическим ограждением, на транспортном средстве характерно образование объемных деформаций, повреждения элементов жесткости конструкции кузова (усилителя, рамки радиатора, передних лонжеронов, арки переднего левого колеса). Однако, при проведенных исследованиях данных деформаций не установлено.

Из фотографий, выполненных сотрудниками ДПС, видно, что управляемое правое переднее колесо расположено прямо (по ходу движения автомобиля по прямой траектории), за колесом (по ходу вращения) присутствует след подъезда колеса переднего правого к месте полной остановки. Данная траектория подъезда не соответствует заявленной траектории движения ТС.

Экспертом также было осмотрено место ДТП, в т.ч. металлическое ограждение, и фотографии данного места, представленные сервисом Google на июнь 2013 г., из которых следует, что указанный отбойник на 2013 г. имел деформацию.

Экспертном сделан вывод о том, что повреждения Мицубиси Лансер 1.5 не соответствуют заявленным обстоятельствам, на автомобиле имеются повреждения идентичные, пересекающиеся с повреждениями, полученными в результате ДТП от 25 апреля 2016 г., имеются признаки фальсификации ДТП.

Свидетель Б.Н. (водитель Мицубиси <данные изъяты>) пояснила, что ДТП произошло летом, или в сентябре 2016 г., дату не помнит. Она возвращалась на автомобиле двоюродной сестры с р. Волга, было 21-22 часа вечера. До ДТП на автомобиле внешних повреждений не имелось. Не помнит, были ли включены фары. Дорога, по которой двигалась Газель, просматривалась. Когда она двигалась по трассе со скоростью 60-70 км.м., справа резко выехал автомобиль Газель. Опасность в виде данного ТС она увидела за 3-4 метра и сразу же нажала на тормоз и одновременно вывернула руль вправо, но, врезалась в ограждение левой стороной автомобиля. Не помнит, было ли столкновение с автомобилем Газель, возможно, было. На момент контакта с Газелью её скорость была 60-70 км.ч., до какой скорости снизилась после торможения – не знает, но, столкнулась с отбойником быстро и под углом. Сработали две подушки безопасности. Не помнит ни изменения запаха, ни наличия порошка при срабатывании подушек. Кроме повреждений крыла иных повреждений не помнит.

После оглашения объяснений, данных 18 июня 2016 г. непосредственно после ДТП, свидетель пояснила, что при даче показаний суду перепутала, в какую сторону она вывернула руль и с какой стороны были повреждения.

Оценивая показания свидетеля Б.Н., суд относится к ним критически, поскольку о допросе данного свидетеля представитель истца заявила ходатайство после ознакомления с результатами экспертизы и, при этом, её показания в суде противоречат её же объяснениями, данным непосредственно после ДТП, и схеме места ДТП. В частности, свидетель путалась в показаниях относительно того, в какую сторону вывернула руль и на какой стороне ТС имелись повреждения, на многие вопросы отвечала «не помню». Свидетель пояснила, что применила торможение, однако, в её объяснениях, данных непосредственно после ДТП, не имеется сведений о торможении, на схеме места ДТП следов торможения не отображено. Кроме того, по пояснениям эксперта <данные изъяты>, срабатывание подушек безопасности сопровождается сильным хлопком, запахом и разбрасыванием талька. При этом, свидетель не помнит, чтобы срабатывание подушек сопровождалось какими-либо изменениями в окружающей обстановке. Суд также учитывает, что свидетель приходится истцу двоюродной сестрой и, соответственно, может быть заинтересована в положительном для неё исходе дела.

К пояснениям третьего лица ФИО2 суд также относится критически, поскольку по его пояснениям бампер оторвался, одна из его частей висела, однако, по фотографиям с места ДТП – бампер не смещался. По его же пояснениям решетка отлетела на метр, однако, на схеме места ДТП при отражении вещной обстановки этого не зафиксировано. После замечаний эксперта относительно данных противоречий в пояснениях третьего лица, последний пояснил, что убрал решетку с места ДТП до приезда сотрудников ГИБДД. Однако, повреждение данной детали в справке о ДТП вовсе не зафиксировано.

В судебном заседании эксперт <данные изъяты> дал подробные и обоснованные ответы на все поставленные вопросы по поводу заключения и проведенных им исследований, подтвердив выводы, изложенные им в экспертном заключении.

Эксперт отметил, что наличие на отбойнике в 2013 г. схожего повреждения (идентичность он в заключении не устанавливал) не является ключевым моментом в его исследовании, поскольку вне зависимости от наличия/отсутствия данного повреждения он в заключении пришел к выводу, что заявленные истцом повреждения не относятся к исследуемому ДТП. Кроме того, если исходить из показаний свидетеля Б.Н., данных в суде, то при замедлении ТС и скорости 20-40 км.ч. отбойник не мог получить такие повреждения, а при скорости 60-70 км.ч. и отсутствии торможения (т.е. если исходить из её объяснений в административном материале) на транспортном средстве должны были образоваться объемные деформации, повреждения элементов жесткости конструкции кузова, которых не имеется. Судя по фотографиям с места ДТП, автомобиль подъехал к отбойнику под иным углом, нежели указано участниками, а в том случае, если эти следы уже были на данном месте до исследуемого ДТП, то имело бы место наслоение следов, однако, наслоения, изменения следов не имеется. ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» не обязывает эксперта прикладывать к заключению на электронном носителе исследованные фотографии, объекты исследования и источник их получения в заключении им указаны.

Эксперт также отметил, что тот факт, что первая часть повреждений могла образоваться при контакте данных транспортных средств не является основанием для определения стоимости их восстановительного ремонта, поскольку они могли образоваться не при заявленных обстоятельствах, а при иных, отличных от исследуемого ДТП, т.е. не относятся к заявленному страховому событию. Повреждения следует исследовать в комплексе, т.к. истцом заявлен весь комплекс повреждений, как полученный именно в результате исследуемого ДТП.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Представитель истца с результатами судебной экспертизы не согласилась, однако, доказательств, подтверждающих её доводы, суду не представила.

Оценивая заключение эксперта в совокупности с другими доказательствами по делу, суд приходит к выводу, что оснований сомневаться в экспертном заключении не имеется.

Эксперт при даче заключения и пояснений был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ. Заключение по содержанию соответствует ФЗ 31мая2001года N73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», содержит подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате выводы и ответы на поставленные судом вопросы, является ясным, полным, сомнений в его правильности и обоснованности у суда не возникает, противоречий в заключении не имеется. Экспертом приняты во внимание все материалы, представленные на экспертизу, им сделан соответствующий анализ.

Заключение <данные изъяты> о стоимости восстановительного ремонта транспортного средства доказательством наличия страхового случая не является, поскольку при его составлении трасологического исследования, исследования механизма и обстоятельств ДТП не производилось.

Тот факт, что постановлением ИДПС ОГИБДД МО МВД России «Вичугский» от 18 июня 2016 г. установлено нарушение Иудиным АВ п.8.3 ПДД РФ, на выводы суда не влияет, поскольку сотрудник ДПС очевидцем ДТП не является и, в отличие от эксперта, специальными познаниями в области трасологии и автотехники не обладает, при вынесении постановления исследований в данной области не проводил.

Оценивая собранные по делу доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что исковые требования являются не обоснованными и удовлетворению не подлежат за отсутствием доказательств наступления страхового случая.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, штрафа и судебных издержек.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ивановский областной суд через Ивановский районный суд Ивановской области в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья:

Решение в окончательной форме принято 05 июля 2017.