Апелляционное определение № 33-3511/2026 от 4 мая 2026 г.Пермский краевой суд (Пермский край) - Гражданское УИД 59RS0006-02-2025-002964-81 Дело № 33-3511/2026 (номер дела в суде первой инстанции 2-3516/2025) Мотивированное изготовлено 05 мая 2026 года АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ город Пермь 23 апреля 2026 года Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего судьи Хузяхралова Д.О., судей Смирновой М.А., Мехоношиной Д.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Балуевой Ю.О., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка, по апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2 на решение Орджоникидзевского районного суда города Перми от 13 января 2026 года. Заслушав доклад судьи Хузяхралова Д.О., изучив материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда установила: ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3 о признании договор купли-продажи от 9 июня 2023 года земельного участка площадью 638 кв.м. кадастровый номер **:166, расположенного по адресу: ****, недействительным; применении последствия недействительности сделки в виде аннулирования записи о регистрации права собственности; взыскании с ответчика уплаченной государственную пошлины в размере 45 000 рублей (л.д. 91-93). Требования мотивированы тем, что между ними (продавцы) и ФИО3 (покупатель) 9 июня 2023 года заключен договор купли-продажи указанного земельного участка. Стоимость земельного участка по договору составила 100 000 рублей. На момент заключения договора купли-продажи ФИО3 состояла в браке с К1., который в свою очередь является их (истцов) сыном. Подписывая договор купли-продажи от 9 июня 2023 года, они руководствовались тем, что в соответствии с части 3 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, предмет заключенного договора перейдет в совместную собственность сына и ответчика. Вскоре после подписания договора купли-продажи 11 ноября 2023 года между К1. и ФИО3 брак был расторгнут. В результате раздела совместного имущества стало известно, что на момент заключения договора купли-продажи земельного участка от 9 июня 2023 года между сыном истцов и ФИО3 заключен брачный договор, по условиям которого имущество, нажитое супругами во время брака, является общей совместной собственностью супругов, за исключением имущества, лично принадлежащего по закону одному из супругов. Таким образом, земельный участок остался полностью в собственности ФИО3, и в результате сделки не произошло того, на что рассчитывали истцы. На момент заключения договора купли-продажи от 9 июня 2023 года, истцы не располагали информацией о наличии брачного договора, устанавливающего раздельный режим собственности. ФИО3 в момент подписания договора наличие брачного договора скрыла. Более того, ФИО3 незадолго до расторжения брака лично инициировала подписание договора купли-продажи, уверяя, что земельный участок перейдет в ее совместную собственность с сыном истцов. Фактически денежная сумма в размере 100 000 рублей за земельный участок истцам не передавалась. Более того, согласно ответу об оценке рыночной стоимости земельного участка от 1 июля 2024 года, по состоянию на 20 июня 2024 года рыночная стоимость земельного участка составляла 3 000 000 рублей, что в 30 раз превышает стоимость, указанную в договоре купли-продажи. Учитывая изложенное, считают, что договор купли-продажи земельного участка от 9 июня 2023 года заключен под влиянием обмана на заведомо невыгодных и ущемляющих права продавца условиях (часть 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, истцы под влиянием обмана заключили сделку на значительно невыгодных для себя и своего сына условиях, ФИО3 не могла быть не осведомлена о существенно заниженной стоимости приобретаемого по договору имущества, в связи с чем усматриваются признаки недобросовестного ее поведения при заключении сделки. Решением Орджоникидзевского районного суда города Перми от 13 января 2026 года в удовлетворении исковых требований отказано. Не согласившись с постановленным решением, истцы ФИО1, ФИО2 обратились в суд с апелляционной жалобой, в которой просили решение суда первой инстанции отменить, принять новое решение об удовлетворении иска. В обоснование доводов жалобы указывают на то, что сделка купли-продажи заключена под влиянием обмана на невыгодных условиях для истцов. Полагают, что суд не учел, что истцы не являлись сторонами брачного договора, связи с чем не обладали сведениями о раздельном режиме собственности. Относительно доводов апелляционной жалобы от ФИО3 поступили письменные возражения, в которых указано на отсутствие оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам жалобы. Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения жалобы извещены своевременно и надлежащим образом с учетом положений статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции принято решение о рассмотрении дела при данной явке. Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с положениями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу. Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что 8 августа 2008 года между К1. и Л. С.П. заключен брак, после заключения брака жене присвоена фамилия «Коновалова». От брака у сторон имеются совместные дети: К2., дата года рождения, К3., дата года рождения, К4., дата года рождения (том 1 л.д. 124-125 гр.дело № **/2025). 2 сентября 2020 года между К1. и ФИО3 заключен брачный договор, которым определен режим совместно нажитого имущества, в соответствии с пунктом 1.3 которого, нажитое супругами во время брака, является общей совместной собственностью супругов, за исключением имущества, лично принадлежащего по закону одному из супругов, а также за исключением случаев, предусмотренных в настоящем договоре (л.д. 15-16). Любое имущество, не изъятое из гражданского оборота, в том числе движимое или недвижимое имущество (квартиры, земельные участки, дома, гаражи, транспортные средства, яхты и тому подобное), имущественные права, приобретенные каждым из супругов после заключения настоящего договора, являются в период брака, в случае его прекращения, собственностью того из супругов, кем или на чье имя имущество или имущественные права были приобретены и, в случаях установленных законом зарегистрированы. В отношении этого имущества или имущественных прав действует режим раздельной собственности. Для приобретения в личную собственность имущества и имущественных прав, распоряжения ими, в том числе отчуждения, залога, государственной регистрации прав или перехода прав в отношении имущества, находящегося в раздельной собственности, согласия второго супруга не требуется (п. 2.1 Договора). Данные о расторжении или изменении брачного договора отсутствуют (л.д. 119). 3 сентября 2020 года между Г. и ФИО3, действующей за себя и своих несовершеннолетних детей: К3., К4., К2. заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка (том 2 л.д. 78-80 гр.дело № **/2025). Согласно п. 1 Договора Продавец обязан передать в долевую собственность Покупателей, ФИО3 - 31/100 доли в праве, К3.– 7/100 доли в праве, К4., – 7/100 доли в праве, К2.– 55/100 доли в праве, а покупатель обязан принять и оплатить за счет собственных денежных средств следующее недвижимое имущество: земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: занимаемый индивидуальным жилым домом, общая площадь 450+/-4.27 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: ****, кадастровый номер **, здание, назначение: жилой дом, одноэтажный, общая площадь 33 кв.м., адрес (местонахождения объекта): ****, кадастровый номер **, далее по тексту вместе именуемые объект недвижимости. 4 сентября 2020 года между Г. и ФИО1 заключен договор купли-продажи земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: занимаемый индивидуальным жилым домом, общая площадь 638+/-5.08 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: ****, кадастровый номер ** (том 1 л.д. 218-219, том 2 л.д. 81-82 гр.дело № **/2025). 9 июня 2023 года между ФИО1, ФИО2 (продавцы) и ФИО3 (Покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под индивидуальный жилой дом, для индивидуальной жилой застройки, общая площадь 638 кв.м, кадастровый номер **, адрес объекта: **** (л.д. 13-14; том 1 л.д. 10-12 гр.дело № **/2025). Согласно п. 1.3 договора цена земельного участка определена сторонами в размере 100 000 рублей. 17 октября 2023 года на основании решения мирового судьи судебного участка №3 Орджоникидзевского судебного района г.Перми от 14 сентячбря 2023 года прекращен брак между К1. и ФИО3 (л.д. 86; том 1 л.д. 184 гр.дело № **/2025). В материалы дела представлен отчет № 289/Ч-24 об оценке рыночной стоимости земельного участка с кадастровым номером **, общей площадью 638 кв.м, расположенного по адресу: ****, согласно которому рыночная стоимость объекта недвижимости по состоянию на 20 июня 2024 года составляет 3 000 000 рублей (л.д. 19-82). Кроме того, по запросу суда представлены сводки по исполнительным производствам в отношении третьего лица К1., согласно которым установлено, что у него имеется задолженность по кредитным договорам, по уплате налогов/сборов, а также задолженность по возмещению причиненного ущерба и уголовного штрафа, взысканных на основании приговора Краснокамского городского суда по делу № **/2019, размер ущерба 1 456 279 рублей, размер штрафа 300 000 рублей (л.д. 140-217). Решением Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 14 апреля 2025 года постановлено: «Исковые требований К1. к ФИО3 о разделе совместно нажитого имущества, признании брачного договора недействительным - оставить без удовлетворения». Истцы полагая, что спорная сделка является недействительной по причине того, что они полагали, что земельный участок будет находиться в собственности их сына и снохи, однако в результате сделки не произошло того, на что рассчитывали истцы, поскольку между их сыном и снохой был заключен брачный договор, по которому имущество перешло снохе; и указанный договор заключен на крайне невыгодных условиях, обратились в суд с настоящим иском. Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств, что оспариваемый истцами договор купли-продажи земельного участка заключен под влиянием обмана со стороны покупателя или третьих лиц. Отсутствуют сведения как о факте существования такого обмана, находящегося в причинной связи с решением истцов о заключении сделки, так и о существе обмана. Кроме того, судом первой инстанции применен срок исковой давности. Изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. Согласно пункту 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки. В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки. Для разрешения споров, связанных с оспариванием сделки по мотиву ее заключения под влиянием обмана (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), юридически значимым является содержание волеизъявления лица относительно решения заключить ее, представление о ее участниках, предмете и иных существенных условиях, достоверность сведений, из которых сторона исходила при принятии решений, а также характер действий иных участников сделки, повлиявший на волеизъявление лица. Указанные обстоятельства устанавливаются судом с учетом условий ее заключения, поведения сторон, имевшейся у них информации, иных обстоятельств возникновения спорных правоотношений в их совокупности. Отклоняя аналогичные доводы заявителя, суд первой инстанции исходил из недоказанности совершения оспариваемых сделок под влиянием обмана. С указанными выводами соглашается суд апелляционной инстанции, отмечает, что отсутствие осведомленности о наличии у покупателя брачного договора, заключенного с супругом, не влечет признанию недействительным договора по указанному основанию. На основе анализа установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что действия истцов были направлены на реализацию принадлежащего им на праве собственности имущества. Договор купли-продажи заключен в письменной форме, соответствует требованиям, предъявляемым к форме и содержанию договора, подписан сторонами, при его исполнении стороны достигли правового результата, характерного для данной сделки. Вопреки доводам апелляционной жалобы, не установлена и кабальность оспариваемой сделки (пункт 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), с учетом непредставления истцом доказательств осведомленности другой стороны о наличии у потерпевшего тяжелых обстоятельств и совершение им сделки на крайне невыгодных для него условий. Более того, в принципе не приведены тяжелые обстоятельства, которые могли бы указывать на заключение сделки на крайне невыгодных условиях. При таких обстоятельствах, в отсутствие доказательств незаконности действий со стороны покупателя, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований. Также суд первой инстанции, исходя из положений статей 181, 195, 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, и заявления ответчика о применении срока исковой давности, указал, что истцами пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске, поскольку договор купли-продажи земельного участка был заключен 09 июня 2023 года, однако исковое заявление подано 7 августа 2025 года, то есть за пределами срока исковой давности. С указанными выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они соответствуют обстоятельствам дела и требованиям закона. Суд апелляционной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств судебная коллегия не усматривает. С учетом изложенного, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным. Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь изменение или отмену решения суда первой инстанции. Таким образом, решение суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения. Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда определила: решение Орджоникидзевского районного суда города Перми от 13 января 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения. Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в соответствии с главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в кассационном порядке в течение трех месяцев в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (город Челябинск) через суд первой инстанции. Председательствующий подпись Судьи подписи Суд:Пермский краевой суд (Пермский край) (подробнее)Судьи дела:Хузяхралов Дмитрий Олегович (судья) (подробнее)Судебная практика по:Признание договора купли продажи недействительнымСудебная практика по применению норм ст. 454, 168, 170, 177, 179 ГК РФ
|