Решение № 2-1659/2019 2-1659/2019~М-1460/2019 М-1460/2019 от 12 августа 2019 г. по делу № 2-1659/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 августа 2019 г. г. Усть-Илимск, Иркутская область

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе

председательствующего судьи Банщиковой Н.С.,

при секретаре судебного заседания Попик А.А.,

с участием помощника Усть-Илимского межрайонного прокурора Иркутской области Назаровой Ю.Г.,

в присутствии:

истца ФИО3,

представителя истца ФИО4, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от 19.06.2019 № 38/98-н/38-2019-3-1707 с полным объемом процессуальных прав сроком на один год,

представителя ответчика ООО «Илим Тимбер Индастри» ФИО5, действующей на основании доверенности от 26.02.2018 № 20 с полным объемом процессуальных прав сроком до 31.12.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1659/2019

по иску ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Илим Тимбер Индастри» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование иска истец указал, что с 16.06.2014 по 23.08.2018 осуществлял трудовую деятельность в ОАО «УИ ЛДЗ», ООО «Илим Тимбер Индастри» в должности машиниста рубительной машины. В 2017 году медицинским заключением ему установлены профессиональные заболевания, которые согласно актам о случае профессионального заболевания от 11.10.2018 возникли в результате длительного воздействия вредных производственных факторов. По заключениям учреждения МСЭ ему установлено 30% и 10% утраты профессиональной трудоспособности на срок с 18.12.2018 по 01.01.2020. Профессиональные заболевания ограничивают его трудоспособность, причиняют ему физические и нравственные страдания, вызванные недугом и невозможностью продолжать активную полноценную жизнь. Нарушение сна и полноценного отдыха приводит к депрессивным состояниям и настроениям. Его мучают постоянный сухой кашель, одышка, першение в горле, боли колющего характера в грудной клетке. Все свои нравственные и физические страдания он оценивает в 500 000 рублей. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО3, представитель истца ФИО4 заявленные требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. Просили иск удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «Илим Тимбер Индастри» ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала по доводам письменных возражений от 12.08.2019. Дополнительно суду пояснила, что ответчик свою обязанность по выплате компенсации морального вреда работнику исполнил, произведя выплату в размере 50 000 рублей в соответствии с условиями Коллективного договора. Взыскание повторной компенсации морального вреда действующим законодательством не предусмотрено. Просила в иске отказать.

Выслушав пояснения сторон, показания свидетелей, заключение прокурора, исследовав и оценив с учетом положений статей 67, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) представленные сторонами доказательства, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, наступившего в результате профессионального заболевания, суд исходит из следующего.

В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно части 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в части 2 статьи 37 Конституции РФ. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (статья 212 ТК РФ).

В силу статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно статье 237 ТК РФ работник вправе требовать компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, на обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 ТК РФ).

В силу части 1 статьи 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно статье 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред, физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу части 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Согласно части 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с абзацем вторым статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей истца.

В ходе судебного заседания установлено, что стороны находились в трудовых отношениях. 19.06.2014 ФИО3 был принят в АО «Усть-Илимский лесопильно-деревообрабатывающий завод» на основании приказа от 16.06.2017 № 407 в производство пиломатериала (лесопиление) машинистом рубительной машины, с 09.08.2014 ему присвоен 4 разряд машиниста рубительной машины на основании приказа от 22.08.2014 № 537-к, с 09.08.2014 переведен в том же производстве машинистом рубительной машины 4 разряда на основании приказа от 26.08.2014 № 655, 23.08.2018 трудовой договор с ФИО3 расторгнут за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – прогул по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ на основании приказа от 23.08.2018 № 593.

Сведения о трудовой деятельности истца подтверждаются представленными: копией трудовой книжки от 07.04.2003 серии №, копией приказа о приеме работника на работу от 16.06.2014 № 00000000407, трудовым договором от 16.06.2014 № 0000148 и дополнительными соглашениями к нему от 19.06.2014, 09.08.2014, 29.06.2016, 01.01.2015, 26.10.2016, приказом об увольнении от 23.08.2018 № 620к, от 23.08.2018 № 593.

В судебном заседании установлено, что ОАО «Усть-Илимский лесопильно-деревообрабатывающий завод» прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Илим Тимбер Индастри». Установленные судом обстоятельства подтверждаются выпиской из единого государственного реестра юридических лиц, свидетельством о государственной регистрации юридического лица, свидетельством о постановке на учет в налоговом органе. При таких обстоятельствах ООО «Илим Тимбер Индастри» является правопреемником всех обязательств ОАО «Усть-Илимский лесопильно-деревообрабатывающий завод».

Наличие у ФИО3 профессионального заболевания подтверждается актами о случае профессионального заболевания от 11.10.2018 № 13 и № 14, согласно которым стаж его работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 7 лет 6 месяцев, из них 4 года 4 месяца на предприятии ООО «Илим Тимбер Индастри». Актами установлено, что заболевания являются профессиональным, возникли в результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов: древесной пыли. Наличие вины пострадавшего не установлено.

Установленные ФИО3 диагнозы подтверждаются медицинскими заключениями № 1219, 877 Клиники НИИ медицины труда и экологии человека г. Ангарск.

ФИО3 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 % с 18.12.2018 по 01.01.2020 на основании акта о случае профессионального заболевания № 14 от 11.10.2018, что подтверждается справкой МСЭ-2017 № 0042782 от 18.12.2018, а также справкой МСЭ-2017 № 0042781 от 18.12.2018, согласно которой ФИО3 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10 % с 18.12.2018 по 01.01.2020 на основании акта о случае профессионального заболевания № 13 от 11.10.2018.

Кроме того, данные обстоятельства подтверждаются также исследованными в ходе судебного разбирательства подлинным делом освидетельствования во МСЭ на имя ФИО3, медицинскими картами амбулаторного больного №, №, историями болезни от 13.05.2019 №, от 21.05.2018 №, от 26.06.2018 №.При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что представленными суду доказательствами подтверждается наличие у истца ФИО3 профессионального заболевания.

Доводы стороны ответчика по обстоятельствам возникновения профессиональных заболеваний у истца, в силу его работы в период с 07.04.2003 по 21.12.2005 в лесопильном цехе ГУ «Эдучанский лесхоз», суд находит несостоятельными, поскольку согласно медицинским картам амбулаторного больного на имя ФИО3 при прохождении медицинского обследования в 2014 году в связи с трудоустройством на предприятие ответчика, как и в период работы на предприятии ответчика в 2017 году, ФИО3 был признан годным к работе во вредных условиях, каких-либо заболеваний диагностировано не было.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО1, ФИО2 показали, что после получения ФИО3 профессионального заболевания последний испытывает постоянный кашель, одышку, першение в горле, боли колющего характера в грудной клетке, из-за чего ограничен в трудоспособности, что причиняет ему сильные душевные переживания.

Суд принимает во внимание показания свидетелей, поскольку не усматривает их заинтересованности в исходе дела, их показания не противоречат пояснениям истца и письменным доказательствам.

Медицинскими документами в отношении ФИО3 подтверждаются факты обращения истца за медицинской помощью с 2015 года по поводу одышки при физической нагрузки, кашля с отделением слизистой мокроты, приступов удушья.

Возражая против удовлетворения исковых требований, представитель ответчика в судебном заседании пояснила, что работодатель в бесспорном порядке выплатил истцу компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей во исполнение условий Коллективного договора.

В силу ч. 2 ст. 5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и в случае их предоставления.

Как следует из пункта 2.6.1.14 Коллективного договора на 2016-2019 гг., работник имеет право на возмещение вреда, причиненного работнику в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсацию морального вреда в случае установления впервые работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессиональных заболеваний. В счет возмещения морального вреда работнику работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 10% среднемесячного заработка за последний год работы за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда Социального Страхования РФ), но не более 100 000 рублей. В случае установления работнику профессиональных заболеваний при отсутствии утраты профессиональной трудоспособности работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации в размере не более 50 000 рублей. При расчете единовременной выплаты компенсации морального вреда количество профессиональных заболеваний не влияет на сумму компенсации. Выплата единовременной компенсации производится в случае отсутствия вины работника при получении профессионального заболевания, на основании приказа работодателя.

В соответствии с приказом от 09.11.2018 № 167 ФИО3 в счет возмещения морального вреда, связанного с установлением профессионального заболевания, работодателем принято решение о выплате единовременной компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей с удержанием налога на доходы физических лиц.

Платежным поручением от 13.11.2018 № 5568 подтверждается зачисление на счет ФИО3 в счет компенсации морального вреда суммы в размере 43 500 рублей с учетом удержания налога на доходы физических лиц.

Выплата указанной суммы была произведена работодателем без учета степени утраты трудоспособности, установленной ФИО3 Факт получения указанной суммы истцом не оспаривается.

Однако из пояснений истца и его представителя следует, что выплаченная ответчиком сумма в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате профессиональных заболеваний, не достаточна и не покрывает в полном объеме всех перенесенных истцом нравственных и физических страданий, поскольку он ежедневно испытывает трудности в быту в результате вреда, причиненного здоровью по вине ответчика, как в настоящее время, так и в будущем вынужден ежегодно ездить на переосвидетельствование, что причиняет истцу дополнительные страдания, возможны негативные последствия, которые могут быть перенесены истцом в будущем, на протяжении всей дальнейшей жизни истцу требуется регулярное лечение. Оспаривая размер выплаченной ответчиком компенсации морального вреда, истец полагает, что он вправе требовать в судебном порядке полного возмещения морального вреда, причиненного повреждением здоровья.

Возражая против данного довода истца, представитель ответчика указала, что выплатив сумму в счет компенсации морального вреда согласно условиям Коллективного договора, истцом было реализовано право на компенсацию морального вреда, предусмотренное ч. 1 ст. 21 ТК РФ, а ответчиком выполнена обязанность по компенсации морального вреда работнику, установленная ч. 2 ст. 22 ТК РФ, взыскание повторной компенсации морального вреда действующим законодательством не предусмотрено.

С данным утверждением представителя ответчика суд не может согласиться по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Довод представителя ответчика о том, что работник не вправе требовать, а суд не вправе взыскивать компенсацию морального вреда в размере большем, чем это установлено коллективным договором, противоречит приведенным нормам материального права и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает вышеуказанные обстоятельства причинения вреда, степень вины работодателя, не исполнившего обязанность по обеспечению безопасности работника при осуществлении им трудовой функции, отсутствие вины работника, характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, которые испытывает истец в связи с профессиональным заболеванием, установление 30% и 10% утраты профессиональной трудоспособности, индивидуальные особенности истца, его возможность продолжать вести социально активный образ жизни, выплату ответчиком в бесспорном порядке согласно условиям коллективного договора в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей, требования разумности и справедливости, а также то, что ответчик является юридическим лицом и имеет финансовую возможность выплатить денежную сумму, отвечающую по своему размеру целям и задачам компенсации причиненных истцу нравственных и физических страданий, полагает, что разумным и справедливым возмещением причиненного истцу морального вреда будет являться сумма в размере 150 000 рублей.

При этом суд полагает необходимым отметить, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного денежного выражения и полного возмещения, а, следовательно, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При принятии решения суд также учитывает правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Верховного суда РФ от 26 октября 2016 года № 6-ПВ16, согласно которой при определении размера компенсации морального вреда, причиненного по вине работодателя, не должно быть ограничено исключительно размером, установленным коллективным договором, а потому – может превышать установленный такими документами размер компенсации.

Суд отклоняет доводы ответчика об увольнении истца с предприятия ответчика в связи с нарушением им трудовой дисциплины, поскольку данное обстоятельство на право полного возмещения вреда здоровью истца, как и размер компенсации морального вреда, не влияет.

В соответствии со статьей 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход муниципального образования город Усть-Илимск в размере 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Илим Тимбер Индастри» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Илим Тимбер Индастри» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Илим Тимбер Индастри» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в большем размере отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Илим Тимбер Индастри» в доход муниципального образования город Усть-Илимск государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционной жалобы, представления через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Н.С. Банщикова