Постановление № 44Г-91/2019 4Г-1490/2019 от 13 мая 2019 г. по делу № 2-3075/2018

44Г- 91

Жалоба поступила 14 мая 2019 года

Судья 1 инстанции Рыбакова Т.Г.

Судья 2 инстанции Дмитриева Л.А.


Постановление

город Новосибирск 24 июля 2019 года

Президиум Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Рытиковой Т.А.,

членов президиума Сажневой С.В., Галаевой Л.Н.,

ФИО1, ФИО2,

ФИО3, ФИО4

при секретаре Макаркиной А.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу представителя ФИО5, действующей от своего имени и от имени несовершеннолетней ФИО6, - ФИО7 на решение Новосибирского районного суда Новосибирской области от 03 декабря 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 12 марта 2019 года по делу по иску ФИО5, ФИО8, ФИО9 к ФИО10 об устранении препятствий в пользовании общими помещениями и по встречному иску ФИО10 к ФИО5, ФИО8, ФИО9 о признании права пользования подсобным помещением как жилым.

Заслушав доклад судьи Слядневой И.В., объяснения представителя ФИО5-ФИО7, возражения ФИО10, президиум

У С Т А Н О В И Л:

ФИО5, ФИО8 и ФИО9 обратились в суд с иском к ФИО10 об устранении препятствий в пользовании общими помещениями вспомогательного назначения.

В обоснование иска указали, что многоквартирный <адрес> в д.<адрес>, в котором они проживают и имеют на праве собственности жилые помещения, ранее являлся общежитием секционного типа. После снятия с него статуса специализированного жилья стороны оформили в собственность занимаемые ими комнаты, которые расположены в одной секции, состоящей из четырех жилых комнат, двух санузлов, двух маленьких коридоров, общего коридора, кухни, подсобного помещения (сушилки) и балкона. Однако ответчик заняла общую кухню своей мебелью и бытовой техникой таким образом, что создала препятствия остальным жильцам в пользовании ею. Кроме того, в секции имеется подсобное помещение (сушилка) площадью <данные изъяты> кв.м, которую ответчик заняла единолично, закрыв ее на замок и разместив там свои вещи со ссылкой на то, что у нее самая маленькая жилая комната и она нуждается в дополнительной площади. Также она установила ограничитель открывания двери душевой комнаты, что создает препятствия ФИО8 и ФИО9 в пользовании этим общим для них помещением.

Уточнив в ходе рассмотрения дела свои требования, истцы просили обязать ФИО10 не чинить им всем препятствия в пользовании подсобным помещением площадью <данные изъяты> кв.м (сушилкой), демонтировав свой замок с двери этого помещения.

Кроме того, ФИО9 и ФИО8 просили обязать ответчика не чинить им препятствия в пользовании кухней площадью <данные изъяты> кв.м, убрав из нее холодильник, а также помещением душевой, демонтировав установленный ответчиком ограничитель открывания двери.

ФИО10 обратилась к ФИО8, ФИО9 и ФИО5, действующей от своего имени и в интересах несовершеннолетней ФИО6, со встречным иском о признании права пользования подсобным помещением (сушилкой) площадью <данные изъяты> кв.м как жилым.

В обоснование иска указала, что поскольку у нее в пользовании на условиях социального найма находится самая маленькая комната в квартире, площадью <данные изъяты> кв.м, то все эти годы с устного разрешения бывшего главы местной администрации она дополнительно пользовалась подсобным помещением (сушилкой) площадью <данные изъяты> кв.м. Документы о присвоении данному помещению статуса жилого и о выделении его в пользование ФИО10 отсутствуют, однако фактически она им пользуется почти двадцать лет. В связи с этим просила признать за ней право пользования этим помещением как жилым.

Решением Новосибирского районного суда Новосибирской области от 03 декабря 2018 года исковые требования ФИО5(об устранении в пользовании ею подсобным помещением площадью <данные изъяты> кв.м) оставлены без удовлетворения. Исковые требования ФИО8 и ФИО9 удовлетворены частично, на ФИО10 возложена обязанность не чинить им препятствия в пользовании подсобным помещением, демонтировав на нем замок, а также помещением душевой, демонтировав ограничитель открывания двери. В удовлетворении встречного иска ФИО10 о признании права пользования спорным подсобным помещением как жилым отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 12 марта 2019 года решение суда 1-ой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе представитель ФИО5, действующей от своего имени и от имени несовершеннолетней ФИО6, - ФИО7 просит отменить указанные судебные постановления в части отказа в удовлетворении требований ФИО5, ссылаясь на существенное нарушение судами обеих инстанций норм материального и процессуального права.

Определениями судьи Новосибирского областного суда от 23 мая 2019 года и от 25 июня 2019 года для проверки доводов жалобы истребовано настоящее гражданское дело и дело № 2-1734/2018-6 мирового судьи 6-го судебного участка Новосибирского судебного района Новосибирской области по спору между теми же сторонами о правах на спорное помещение. Определением того же судьи от 04 июля 2019 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

В судебное заседание президиума Новосибирского областного суда явились представитель ФИО5 ФИО7 и ответчик ФИО10, дали соответствующие пояснения..

Не явились ФИО5, ФИО8 и ФИО9, были извещены заказной корреспонденцией с уведомлением, телефонограммами. О причинах неявки не сообщили, об отложении рассмотрения дела не просили.

Руководствуясь положениями ч.3 ст. 167 ГПК РФ, ч.2 ст. 385 ГПК РФ, а также ст.165.1 ГК РФ, президиум пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, извещение которых следует считать надлежащим.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум Новосибирского областного суда находит, что имеются основания для отмены обжалуемых судебных актов в части отказа в удовлетворении требований ФИО5 по следующим мотивам.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (ст.387 ГПК РФ).

При вынесении судебных постановлений в обжалуемой части такие нарушения норм материального и процессуального права были допущены судами обеих инстанций.

Как следует из ст.247 ГК РФ, владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Отказывая ФИО5 в требованиях об устранении препятствий в пользовании общим имуществом - подсобным помещением площадью <данные изъяты> кв.м в секции здания по адресу: <адрес>, д.<адрес>, в которой расположены жилые помещения ФИО12, ФИО8 и ФИО9, а также ФИО10, суды обеих инстанций пришли к выводу, что по данным технических паспортов на помещения Б-вых и ФИО8 с ФИО9 усматривается, что подсобное помещение площадью <данные изъяты> кв.м (№2 на плане БТИ от ДД.ММ.ГГГГ) учтено в составе квартиры № <данные изъяты>, а помещения Б-вых по сведениям БТИ от 04.12.2015 учтены как квартира №<данные изъяты>. Исходя из этого, суды сделали вывод, что поскольку техническим паспортом не предусмотрено право пользования Б-выми спорным помещением, а также кухней площадью <данные изъяты> кв.м, которые по данным БТИ учтены как помещения общего пользования квартиры № <данные изъяты>, постольку иск ФИО5 об устранении препятствий в пользовании этим имуществом является необоснованным.

При этом суды не учли и не применили положения ЖК РФ о том, что является квартирой (в том числе коммунальной), и на основании каких документов у граждан возникает право пользования помещениями в многоквартирных домах.

В частности, согласно ст.4 ЖК РФ жилищное законодательство регулирует отношения по поводу пользования общим имуществом собственников помещений; отнесения помещений к числу жилых помещений и исключения их из жилищного фонда; учета жилищного фонда; переустройства и перепланировки помещений в многоквартирном доме и т.п.

Соответственно, отношения по учету жилищного фонда и отношения по поводу пользования общим имуществом, в том числе в связи с изменением состава собственников или состава общего имущества - это разные по своей природе отношения, которые порождают разные правовые последствия.

Технический учет жилищного фонда, в рамках которого оформляются технические паспорта жилых помещений, согласно ст.12 ЖК РФ, Постановления Правительства РФ от 13.10.1997 N 1301 "О государственном учете жилищного фонда в Российской Федерации" и Приказа Минземстроя РФ от 04.08.1998 N 37 "Об утверждении Инструкции о проведении учета жилищного фонда в Российской Федерации", осуществляется специализированными государственными и муниципальными организациями технической инвентаризации - унитарными предприятиями, службами, управлениями, центрами, бюро (БТИ). Согласно п.6.1 Инструкции о проведении учета жилищного фонда в Российской Федерации, принадлежность домовладения, здания (строения), жилого помещения только учитывается в соответствующем разделе технического паспорта. Соответственно, он не является правоустанавливающим документом и не регулирует отношения по поводу пользования общим имуществом собственников помещений, как ошибочно посчитали суды обеих инстанций.

При этом следует учесть, что к жилым помещениям, согласно ст.16 ЖК РФ, относятся не только квартиры, но и части квартир, а также комнаты, поэтому вопрос о составе общего имущества собственников таких помещений в многоквартирных домах должен решаться исходя из того, на основании каких правоустанавливающих документов возникло право пользования лица его жилым помещением, к какому типу относится здание, в котором оно расположено, как использовалось спорное имущество и каково его назначение.

Из материалов дела усматривается и это не получило никакой оценки в судебных постановлениях, что здание, в котором расположены спорные помещения, было построено и введено в эксплуатацию как общежитие секционного типа. На листе дела 129 имеется копия поэтажного плана здания по состоянию на 23.09.1992, из которой следует, что жилые помещения, которые занимают истцы и ответчик, находятся в одной секции, имеющей общий для жильцов этих комнат коридор, кухню и подсобное (спорное) помещение сушилки.

Отказывая ФИО5 в иске, суды руководствовались исключительно двумя техническими паспортами – от 13.11.2014 и от 04.12.2015, сделав вывод, что из этих паспортов следует, что помещения ФИО11 (две жилые комнаты, санузел и маленький коридор) технически учтены как квартира № <данные изъяты>, а спорные помещения сушилки и кухни учтены в составе квартиры № <данные изъяты>.

При этом никем из участников дела не оспаривалось, что спорные помещения всегда были общими. В секции не осуществлялась перепланировка или реконструкция, в результате которой из нее в натуре было бы выделено две отдельные и изолированные друг от друга квартиры № <данные изъяты> и №. Более того, ФИО10 признавала в суде, что истцы совместно с ней продолжают пользоваться общими помещениями коридора и кухни и что подсобным помещением сушилки они перестали пользоваться после того, как она его заняла, полагая, что имеет право на улучшение жилищных условий таким способом.

Из дела также усматривается, что Б-вы занимают две комнаты общей площадью <данные изъяты> кв.м, к которым примыкают санузел и коридор площадью <данные изъяты> кв.м и выход из которых осуществляется в коридор площадью <данные изъяты> кв.м, являющийся общим для данной секции. В тот же коридор выходят комнаты ФИО8 и ФИО9, площадью <данные изъяты> кв.м, и ФИО10, площадью <данные изъяты> кв.м, к которым примыкают второй санузел и еще один коридор площадью <данные изъяты> кв.м. Из общего коридора для всех жильцов секции осуществляется вход в помещения кухни и сушилки.

При этом, как видно из указанных выше технических паспортов (л.д. 28-35), из помещений Б-вых, учтенных в БТИ как квартира № <данные изъяты>, не имеется выхода на лестничную клетку. Эти помещения имеют выход, так же, как и помещения остальных участников спора, в помещение, обозначенное технически как часть квартиры № <данные изъяты> (то есть квартира № <данные изъяты> имеет выход в квартиру № <данные изъяты>).

Более того, технический паспорт от 13.11.2014, которым руководствовался суд, составлен не в отношении квартиры №<данные изъяты>, а в отношении комнаты С.Р.ВБ. и ФИО9 (лд. 33-35). Однако из его графической части в совокупности с иными документами технического учета, представленными в дело, также следует, что в составе объекта, учтенного как квартира №<данные изъяты>, имеются помещения, учтенные как квартира № <данные изъяты>

В связи с этим суду 1 инстанции следовало проверить, не отвечает ли объект, учтенный как квартира № <данные изъяты>, признакам коммунальной квартиры, к которой относятся и помещения Б-вых, так как согласно графической части технических планов жилые и подсобные помещения всех истцов и ответчика входят в состав единого объекта.

Понятия «коммунальная квартира» в ЖК РФ нет, однако к таким объектам, согласно ст.41,57,59 ЖК РФ, относятся квартиры, в которых проживают несколько нанимателей и (или) собственников. Собственникам комнат в коммунальной квартире принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данной квартире, используемые для обслуживания более одной комнаты (общее имущество в коммунальной квартире).

С учетом положений п.51 Постановления Правительства РФ от 06.05.2011 N 354 "О предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов" (вместе с "Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов"), можно говорить о том, что помещения секций в бывших общежитиях секционного типа (с наличием на этажах (в секциях) общих кухонь, туалетов или блоков душевых) являются по своей сути коммунальными квартирами.

Не установив причину противоречий в технических паспортах относительно учета помещений в одной секции одновременно как квартиры № <данные изъяты> и как комнат в квартире № <данные изъяты> и не прибегнув к помощи специалиста для разъяснения данного вопроса, а также не поставив при необходимости вопрос о проведении по делу соответствующей экспертизы, суды нарушили требования ст.195ГПК РФ о законности и обоснованности решения.

Одновременно в судебных актах отсутствует оценка целого ряда доказательств, имеющихся в деле – акта обследования квартир № <данные изъяты> (помещений истцов и ответчика), составленного 15.05.2018 администрацией Кудряшовского сельсовета совместно с Советом депутатов (л.д.42), из которого следует, что для этих помещений (квартир) коридор, подсобное помещение (сушилка) и кухня являются местами общего пользования; договора найма с ответчиком ФИО10 на комнату площадью <данные изъяты> кв.м в двухкомнатной квартире № <данные изъяты> площадью <данные изъяты> кв.м (то есть без учета площади помещений, являющихся местами общего пользования), технического плана здания от 1992 года (л.д.129), на которые ссылались истцы.

Также из материалов дела усматривается, что параллельно с настоящим делом в производстве мирового судьи 6-го судебного участка Новосибирского судебного района Новосибирской области находилось на рассмотрении дело № 2-1734/2018-6 по спору между теми же сторонами о правах на то же помещение (сушилку). В рамках данного спора мировым судьей было постановлено решение от 25.10.2018, которым установлено, что коридор, кухня и подсобное помещение (сушилка) являются общими помещениями вспомогательного характера как для Б-вых, так и для ФИО10,ФИО8 и ФИО9, с учетом проекта данного здания и секции, в которую входят все помещения сторон.

Решение мирового судьи от 25.10.2018 вступило в законную силу 04.12.2018, то есть на следующий день после вынесения судом 1 инстанции решения по настоящему делу. Истцы просили суд 1 инстанции приостановить производство по данному иску до вступления в силу указанного решения, однако получили отказ с его стороны, мотивы которого не указаны в определении суда.

В результате в указанных судебных постановлениях содержатся взаимоисключающие выводы относительно принадлежности одних и тех же помещений сторонам спора, о чем было указано в апелляционной жалобе ФИО5 Однако данный довод апелляционной жалобы не получил никакой оценки суда 2-й инстанции в обжалуемом судебном акте, тогда как согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в его Постановлении от 21.12.2011 N 30-П, судебное решение должно быть направлено на обеспечение стабильности и правовой определенности с целью исключения возможного конфликта судебных актов, содержащих выводы об одних и тех же фактах.

По изложенным основаниям президиум Новосибирского областного суда находит, что допущенные судами нижестоящих инстанций нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, так как они повлияли на исход дела, и их устранение возможно только путем отмены судебных постановлений в обжалуемой части с направлением дела на новое рассмотрение в суд 1 инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, распределить между сторонами бремя доказывания и установить юридически значимые обстоятельства, прибегнув при необходимости к помощи специалистов, после чего, оценив представленные доказательства, постановить законное и обоснованное решение.

Руководствуясь ст.387, 390 ГПК РФ, президиум

постановил:

решение Новосибирского районного суда Новосибирской области от 03 декабря 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 12 марта 2019 года в части отказа в удовлетворении иска ФИО5 к ФИО10 об устранении препятствий в пользовании общими помещениями отменить.

Направить дело в этой части на новое рассмотрение в Новосибирский районный суд Новосибирской области.

Кассационную жалобу представителя ФИО5, действующей от своего имени и от имени несовершеннолетней ФИО6, - ФИО7 удовлетворить.

Председательствующий: