Решение № 2-3671/2019 2-3671/2019~М-2635/2019 М-2635/2019 от 26 августа 2019 г. по делу № 2-3671/2019

Дело №

Поступило в суд 24.05.2019 года


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

Центральный районный суд <адрес>

в составе:

председательствующего Л.В. Поротиковой,

при секретаре К.С. Рыжкиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГУ МВД России по НСО о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями сотрудников государственных органов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГУ МВД России по НСО о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями сотрудников государственных органов.

В обоснование исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ в результате дорожно-транспортного происшествия погиб ее сын ФИО2

Вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда <адрес>, виновным в совершении преступления был признан ФИО3, которому было назначено наказание за совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ.

По мнению истца, из описательной части приговора суда следует, что свидетель ФИО4, являющийся вторым участником происшествия, дал суду недостоверные показания, а учитывая, что суд не обладает полномочиями уголовного преследования, ей, как потерпевшей было разъяснено право на обращение в правоохранительные органы в порядке ст.ст. 141,144 УПК РФ с заявлением о привлечении свидетеля ФИО4 к уголовной ответственности.

Считая, что свидетель ФИО4, наряду с осужденным ФИО3, виновен в совершении преступления, повлекшего смерть ее сына, ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в УМВД России по <адрес> с заявлением о возбуждении в отношении ФИО4 уголовного дела по ч.3 ст. 264 УК РФ.

До настоящего времени уголовное дело так и не возбуждено, следователем УМВД России по <адрес> неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, которые отменялись начальствующим составом УМВД России по <адрес> как незаконные и необоснованные.

В связи с этим, истица просила взыскать компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, обосновывая его перенесенными нравственными страданиями, вызванными длительным незаконным бездействием сотрудников правоохранительных органов.

В судебное заседание истец не явилась, извещена.

Представитель истца в судебном заседании уточнив исковые требования, пояснил, что моральный вред, который истец просит взыскать с ответчика основан именно на перенесенных нравственных страданиях, вызванных длительным незаконным бездействием сотрудников правоохранительных органов, не связан с причинением вреда здоровью истца и не связан с нарушением разумных сроков уголовного судопроизводства. Доказательство вины сотрудников правоохранительных органов, по его мнению является факт того, что постановления об отказе в возбуждении уголовного дела были отменены руководством УМВД России по <адрес> как незаконные. Настаивал на удовлетворении заявленных требований.

Представитель ответчика ГУ МВД России по НСО в судебном заседании, поддержав доводы, изложенные в отзыве, считал, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется.

Представитель третьего лица УМВД России по <адрес> в судебном заседании, поддержав доводы, изложенные в отзыве, считал, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется.

Представитель третьего лица Министерства Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по <адрес> в судебное заседание не явился, извещен.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему выводу.

Статья 53 Конституции РФ гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п. 1 указанной статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 ГК РФ.

Согласно ст. 1069 ГК РФ, вред причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет, соответственно, казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Следовательно, данным законом регламентированы специальные условия и порядок возмещения вреда, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу указанных норм, а также ст. 16 Гражданского кодекса РФ, истец, полагавший, что незаконными действиями (бездействием) должностных лиц прокуратуры, органов дознания и следствия, ему причинен вред, обязан, в силу положений ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, доказать ряд обстоятельств: факт причинения ему вреда, размер вреда, неправомерность (незаконность) действий (бездействия) причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом. Отсутствие одного из названных элементов является основанием для отказа в иске.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в результате дорожно-транспортного происшествия погиб сын истца ФИО2

Вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда <адрес>, виновным в совершении преступления был признан ФИО3, которому было назначено наказание за совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ (л.д.46-54,71-78).

По мнению истца, из описательной части приговора суда следует, что свидетель ФИО4, являющийся вторым участником происшествия, дал суду недостоверные показания, а учитывая, что суд не обладает полномочиями уголовного преследования, ей, как потерпевшей было разъяснено право на обращение в правоохранительные органы в порядке ст.ст. 141,144 УПК РФ с заявлением о привлечении свидетеля ФИО4 к уголовной ответственности.

В апелляционной жалобе на приговор суда, ФИО1 указывала о необходимости принятия решения о виновности свидетеля ФИО4 (л.д.79,78).

Апелляционным постановлением Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, жалоба ФИО1 была оставлена без удовлетворения, при этом указано, что вопреки доводам жалобы, оснований делать вывод о виновности в совершении преступления иного лица не имеется (л.д.79-91).

Считая, что свидетель ФИО4, наряду с осужденным ФИО3, виновен в совершении преступления, повлекшего смерть ее сына, ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в УМВД России по <адрес> с заявлением о возбуждении в отношении ФИО4 уголовного дела по ч.3 ст. 264 УК РФ (л.д.44,45).

Постановлением СУ УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 было отказано на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО4 состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ (л.д.6,56,8,60).

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ постановление об отказе в возбуждении уголовного дела было отменено руководителем следственного органа для проведения дополнительной проверки по материалу, выполнения указаний следственного органа в порядке ч.6 ст. 148 УПК РФ (л.д.7,59,9,70).

ДД.ММ.ГГГГ после выполнения указаний, постановлением СУ УМВД России по <адрес> в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 было отказано. Отказ в возбуждении уголовного дела,, в том числе, был основан на требованиях ст. 90 УПК РФ, т.к. обстоятельства совершения преступления, в результате которого погиб сын истца, были установлены приговором суда, вступившим в законную силу. В данном постановлении также было указано, что в действиях ФИО4 усматривается нарушение ПДД РФ, однако данные нарушения не состоят в прямой причинно-следственной связи с причинением смерти ФИО2, в связи с чем состав преступления, предусмотренный ст. 264 УК РФ в действия ФИО4 отсутствует (л.д.10,11,92,93).

Ввиду принятия постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, ФИО1 обращалась с жалобами на действия (бездействия) следователя СУ УМВД России по <адрес> в различные инстанции.

Так, рассмотрев жалобу ФИО1, прокуратура <адрес> сочла ее не обоснованной и не подлежащей удовлетворению, а действия сотрудников правоохранительных органов законными, при этом отметила, что из апелляционного постановления Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ следует, что оснований делать вывод о виновности в совершении преступления иного лица, кроме осужденного, не имеется (л.д.12,13).

Так, рассмотрев жалобу ФИО1, прокуратура <адрес> сочла ее не обоснованной и не подлежащей удовлетворению, а действия сотрудников правоохранительных органов законными (л.д.14-16).

Производство по жалобе ФИО1, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ постановлением Железнодорожного районного суда <адрес> на действия сотрудников правоохранительных органов было прекращено, а в части нарушения требований ст. 6.1 УПК РФ жалоба ФИО1 была оставлена без удовлетворения (л.д.17-19).

В дальнейшем, ДД.ММ.ГГГГ постановлением заместителя прокурора <адрес> постановление об отказе в возбуждении уголовного дела было отменено (л.д.94,95).

ДД.ММ.ГГГГ постановлением СУ УМВД России по <адрес> в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 было отказано, в связи с отсутствием в действиях ФИО4 состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ (л.д.8,60).

Ввиду принятия данного постановления, ФИО5 обратилась с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ в Железнодорожный районный суд <адрес>, где ДД.ММ.ГГГГ постановлением суда производство по ее жалобе было прекращено.

ДД.ММ.ГГГГ руководителем следственного органа постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ было отменено, ДД.ММ.ГГГГ материал по заявлению ФИО1 передан руководителю следственного управления СК РФ по НСО.

Разрешая спор по существу заявленных требований, оценив в совокупности доказательства, собранные по делу, установленные в процессе разбирательства фактические обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, поскольку каких-либо доказательств, подтверждающих причинение истцу морального вреда, подлежащего возмещению в денежном эквиваленте, в связи с бездействием органа следствия, допущенного при проведении проверки ее заявления о преступлении, не предоставлено.

Доводы истца о том, что нарушение государственными органами действующего законодательства подрывает авторитет органов полиции в целом, ставит под угрозу соблюдение законов, чем нарушаются ее права, гарантированные законодательством, отклоняются судом в связи со следующим.

Действующее законодательство не предусматривает возможности компенсации морального вреда потерпевшему в случае признания бездействия (действий) следователя, дознавателя незаконными в порядке уголовно-процессуального законодательства, и сам по себе факт признания незаконным бездействия (действий, решений) правоохранительных органов безусловным основанием для компенсации морального вреда не является.

Органы дознания и следствия вправе самостоятельно определять направление расследования, проведения проверки по сообщению о преступлении и совершать определенные процессуальные действия, а потерпевший (заявитель) в случае несогласия с действиями (бездействием) следователя, дознавателя вправе их обжаловать. Иного способа защиты прав заявителя, потерпевшего в данном случае УПК РФ не предусматривает. Вынесение постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, равно как и принятие решений об их отмене, относятся к процессуальным полномочиям соответствующих должностных лиц.

Из ст. 151 ГК РФ, следует, что законодатель установил ответственность в виде компенсации морального вреда лишь за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

К нематериальным благам пунктом 1 статьи 150 ГК РФ отнесены жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемые и непередаваемые иным способом.

В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе. В частности, статьей 1100 ГК РФ предусмотрена компенсация морального вреда в результате незаконного осуждения гражданина, незаконного привлечения его к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В силу ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Следовательно, обязанность доказывания возлагается на ту сторону, которая ссылается на соответствующие обстоятельства.

Между тем, доказательств причинения истцу морального вреда в результате незаконного бездействия органа следствия в процессе проверки заявления истца о возбуждении уголовного дела, как обязательного элемента условия наступления деликтной ответственности, истцом суду не представлено.

В настоящее время проводится дополнительная проверка по заявлению истца о возбуждении уголовного дела, окончательного процессуального решения до настоящего времени не принято.

Таким образом, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленных исковых требований ФИО1 Следует отметить, что доводы истца фактически сводятся к несогласию с той оценкой, которую исследованным доказательствам дал суд первой и апелляционной инстанции при рассмотрении уголовного дела по обвинению ФИО3 в совершении преступления, повлекшего смерть сына истца. Оснований для переоценки установленных по делу обстоятельств не имеется.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" от ДД.ММ.ГГГГ N 10 (в ред. постановлений Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10, от ДД.ММ.ГГГГ N 1, от ДД.ММ.ГГГГ N 6) следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и другие.

Жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 1 ст. 150 ГК РФ).

Таким образом, из положений вышеприведенных норм закона следует, что истец, полагавший, что незаконными действиями (бездействием) государственного органа ему причинен вред обязан доказать обстоятельства причинения вреда, неправомерность (незаконность) действий (бездействия) причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом (статья 56 ГПК РФ). Отсутствие одного из названных элементов является основанием для отказа в иске.

При этом, следует учесть, что наличие у гражданина установленного законом права на возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями органов государственной власти и управления, дознания, следствия, прокуратуры и суда, не освобождает его от обязанности приводить в исковом заявлении либо при рассмотрении дела по существу обоснование тому, в чем конкретно выразилось нарушение его прав, свобод и законных интересов, а также представлять доказательства, подтверждающие нарушение такого права.

Суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не представлены доказательства того, что в результате действий сотрудников следственного органа, связанных с рассмотрением заявления истца, было допущено нарушение личных неимущественных прав истца, а также причинение ей нравственных переживаний.

Оснований полагать, что нематериальные блага ФИО1 нарушены, суд не находит, так как ФИО1 фактически реализовывала свое процессуальное право на обжалование процессуальных решений следователя в порядке УПК РФ.

Имеющиеся же у ФИО1 заболевания также не свидетельствуют о причинении ей морального вреда, поскольку доказательств их возникновения в связи действиями сотрудников полиции не представлено. Из приложенной к иску справки МБУ «КЦСОН <адрес>» (л.д.32) не следует с чем связано ухудшение состояния здоровья истца.

Каких-либо доказательств нарушения должностными лицами УМВД России по <адрес>, ГУ МВД России по НСО личных неимущественных прав истца материалы дела не содержат.

Субъективное мнение истца о наличии в действиях ФИО4 признаков преступления, также не может служить правовым основанием для привлечения последнего к уголовной ответственности и как следствие отказ в возбуждении уголовного дела не может причинять истцу физические и нравственные страдания. Действующим законодательством также не предусмотрено возмещение морального вреда в случае признания незаконными постановлений должностных лиц органов следствия, прокуратуры об отказе в возбуждении уголовных дел.

В соответствии с вышеуказанными положениями закона, а также положениями ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, материалами дела не подтверждено причинение истцу каких-либо нравственных страданий действиями ответчика, а сам по себе факт неоднократной отмены постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, при том, что уголовное дело по заявлению истца так и не возбуждено, безусловным основанием для привлечения ответчика к ответственности в виде возмещения денежной компенсации морального являться не может.

Таким образом, требования ФИО1 удовлетворению не подлежат в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-197 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГУ МВД России по НСО о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями сотрудников государственных органов отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд через Центральный районный суд <адрес> в течение месяца с даты подготовки решения в окончательной форме.

Решение изготовлено в окончательной форме 30.08.2019

Судья Л.В. Поротикова