Апелляционное постановление № 22-4173/2020 от 20 августа 2020 г. по делу № 1-265/2020

Председательствующий: Груздев С.В. Дело № 22-4173/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск 20 августа 2020 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Колегова П.В.,

при секретаре судебного заседания Браун Н.В.,

с участием прокурора уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края Солдатихина А.С., потерпевшей НАО, защитника обвиняемой Поляковой Н.А. – адвоката филиала МРКА «Адвокатская консультация № 95» г. Новосибирска Бурлак В.Г., представившего удостоверение № 2226 и ордер № 58 от 20 августа 2020 года, защитника обвиняемого Кобзева А.С. - адвоката Центральной коллегии адвокатов г. Красноярска Красноярского края Шохина Ю.А., представившего удостоверение № 2251 и ордер № 009205 от 19 августа 2020 года,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление заместителя прокурора Октябрьского района г. Красноярска Андреева Д.В. на постановление Октябрьского районного суда города Красноярска от 21 мая 2020 года, которым возвращено прокурору Октябрьского района г. Красноярска уголовное дело в отношении:

- Поялковой Н.А., обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ и

- Кобзева А.С., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ,

для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав доклад судьи Колегова П.В., выслушав прокурора Солдатихина А.С. и потерпевшей НАО, поддержавших доводы апелляционного представления, выступление адвокатов Бурлак В.Г. и Шохина Ю.А., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, суд

УСТАНОВИЛ :

В Октябрьский районный суд г. Красноярска 27 апреля 2020 года для рассмотрения по существу поступило уголовное дело в отношении: Поляковой Н.А., обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ и Кобзева А.С., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Постановлением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 21 мая 2020 года данное уголовное дело возвращено прокурору Октябрьского района г. Красноярска на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Октябрьского района г. Красноярска Андреев Д.В. просит отменить постановление суда, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, направить уголовное дело в суд первой инстанции для рассмотрения по существу, в ином составе суда.

Указывает, что судом необоснованно сделан вывод о невозможности рассмотрения по существу уголовного дела поскольку не указан общий размер причиненного ущерба, причиненного продолжаемым преступлением в отношении нескольких потерпевших.

Полагает, что сумма ущерба определена в отношении каждого потерпевшего, при этом в отношении двоих потерпевших установлен особо крупный размер. Размер ущерба в результате совершенного преступления определен как особо крупный, в связи с чем, отсутствует необходимость складывать суммы причиненного потерпевшим ущерба. По мнению прокурора, не указание общей суммы ущерба не ухудшает положение подсудимых, а также не влияет на квалификацию преступления.

Просит постановление отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции для рассмотрения по существу, в ином составе суда.

Проверив материалы дела, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции находит постановление суда первой инстанции законным, обоснованным и мотивированным.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В соответствии с конституционно-правовым смыслом ч. 1 ст. 237 УПК РФ, изложенным в Постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 года № 18-П, суд вправе возвратить дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом во всех случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения, не устранимые в судебном производстве, если возвращение дела не связано с восполнением неполноты произведенного предварительного следствия или дознания.

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 года № 1 "О применении судами норм УПК" под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения. При вынесении решения о возвращении уголовного дела прокурору суду надлежит исходить из того, что нарушение в досудебной стадии гарантированных Конституцией РФ права обвиняемого на судебную защиту исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора.

По данному уголовному делу, согласно предъявленному обвинению, ФИО1, в числе прочего, обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, а именно в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, с причинением значительного ущерба гражданину в особо крупном размере.

По версии органа предварительного следствия преступление, совершенное ФИО1 является продолжаемым хищением, состоящим из 11 тождественных преступных действий, совершаемых путем изъятия чужих денежных средств от разных граждан, в разное время, составляющих в своей совокупности единое преступление.

Так, согласно предъявленному обвинению в совершении первого эпизода преступной деятельности, 27 февраля 2017 года ФИО1 имея умысел на совершение мошенничества путем обмана и злоупотреблением доверия с причинением значительного ущерба, совершила хищение денежных средств ПДВ на сумму 65000 рублей - путем обмана, посредством предоставления ложных сведений о возможности продажи земельного участка и необходимости внесения предоплаты.

Согласно предъявленному обвинению при аналогичных обстоятельствах ФИО1 были совершены хищения денежных средств:

- ГНА в период с 01 по 02 марта 2017 года, путем обмана, с причинением значительного материального ущерба в размере 90000 рублей;

- БЕЕ в период с 03 по 13 марта 2017 года, путем обмана, с причинением значительного материального ущерба в размере 650000 рублей;

- ОНВ в период с 13 по 14 марта 2017 года, путем обмана, с причинением значительного материального ущерба в размере 90000 рублей;

- ЧЛВ 15 марта 2017 года, путем обмана, с причинением значительного материального ущерба в размере 60000 рублей;

- БАД 11 апреля 2017 года, путем обмана, с причинением значительного материального ущерба в размере 1200000 рублей, что является особо крупным размером;

- ЧСВ в период с 18 по 19 мая 2017 года, путем обмана и злоупотребления доверием, с причинением значительного материального ущерба в размере 1800000 рублей, что является особо крупным размером;

- ДЕГ 26 мая 2017 года, путем обмана, с причинением значительного материального ущерба в размере 200000 рублей;

- СВА и СНН в период с 01.06.2017 года по 31.08.2017 года, путем злоупотребления доверием, с причинением значительного материального ущерба в размере 45000 рублей;

- НАО 28 сентября 2017 года путем обмана, с причинением значительного материального ущерба в размере 180000 рублей;

- ТАЕ 20 октября 2017 года путем обмана, с причинением значительного материального ущерба в размере 160000 рублей.

В обвинительном заключении не указано на установление единого умысла ФИО1, направленного на хищение денежных средств потерпевших в особо крупном размере, а также не установлена общая сумма ущерба.

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 02.07.2013 года № 16-П, положения ч. 1 ст. 237 УПК РФ признаны не соответствующими Конституции РФ в той мере, в какой эти положения в системе действующего правового регулирования, в том числе во взаимосвязи с ч. 2 ст. 252 УПК РФ, исключающей в судебном разбирательстве возможность изменения обвинения в сторону, ухудшающую положение подсудимого, препятствуют самостоятельному и независимому выбору судом подлежащих применению норм уголовного закона в случаях, когда он приходит к выводу, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении, свидетельствуют о наличии в действиях обвиняемого признаков более тяжкого преступления либо когда в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства им установлены фактические обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации деяния как более тяжкого преступления.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 года № 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" в случае совершения нескольких хищений чужого имущества, общая стоимость которого образует крупный или особо крупный размер, содеянное квалифицируется с учетом соответствующего признака, если эти хищения совершены одним способом и при обстоятельствах, свидетельствующих об умысле совершить хищение в крупном или особо крупном размере.

Суд первой инстанции, правомерно сославшись на вышеприведенные положения, а также положения ст. 220 УПК РФ, обоснованно пришел к выводу о том, что обвинительное заключение по уголовному делу по обвинению ФИО1 и ФИО2 составлено с нарушением требований УПК РФ.

В соответствии с требованиями п. 4 ч. 2, ч. 5 ст. 171 УПК РФ, во взаимосвязи с п.п. 1-4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, при описании каждого преступного деяния, предусматривающего уголовную ответственность за хищение, помимо иных, предусмотренных ч. 1 ст. 220 УПК РФ обстоятельств, в нем должны содержаться точные сведения о сумме причиненного ущерба конкретному потерпевшему, поскольку это обстоятельство влияет, как на право обвиняемого на защиту, так и на право потерпевшего на возмещение причиненного в результате преступления материального ущерба, а в случае квалификации хищения по признаку крупного или особо крупного размера при деянии, от которого пострадало несколько лиц - общая сумма похищенного, которая вменяется органом расследования в вину и оценка ее, с учетом примечания к ст. 158 УК РФ. В фабуле обвинения по настоящему уголовному делу, данные обстоятельства не указаны.

В данном случае суд первой инстанции обоснованно указывает на то, что действия ФИО1 квалифицированы органом предварительного следствия по ч. 4 ст. 159 УК РФ по 11 фактам, как единого преступления, в связи чем, необходимо установить общую сумму ущерба, что органами предварительного следствия сделано не было.

Кроме того, органами предварительного расследования само обвинительное заключение в отношении ФИО1 составлено таким образом, что вначале не указывается о наличии у обвиняемой единого умысла на совершение однородных мошеннических действий в отношении потерпевших, не указывается разработанная ею схема и способ совершения мошенничества (в каждом эпизоде – различны, в том числе как лично, так и посредством привлечения иных лиц).

При описании этого деяния органом предварительного расследования не указано, на какую же конкретную сумму, либо на какой размер, был направлен единый преступный умысел обвиняемой при совершении мошенничества, а при описании конкретно каждого преступного эпизода данные обстоятельства указываются.

С учетом приведенных обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о возвращении дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, поскольку указанные выше нарушения УПК РФ исключают возможность постановления судом законного и обоснованного приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения. Выводы суда достаточно мотивированы и обоснованы.

Учитывая изложенное, доводы государственного обвинителя в апелляционном представлении являются несостоятельными и основанными на неправильном толковании норм уголовно-процессуального законодательства.

Нарушений действующего законодательства при рассмотрении дела и постановлении судебного решения не допущено. Оснований для его отмены либо изменения не имеется. Таковые не приведены и в апелляционном представлении государственного обвинителя.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ :

Постановление Октябрьского районного суда г. Красноярска от 21 мая 2020 года о возврате прокурору Октябрьского района г. Красноярска уголовного дела в отношении: ФИО3, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ и ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ - оставить без изменения, а апелляционное представление заместителя прокурора Октябрьского района г. Красноярска Андреева Д.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий :