Решение № 2А-4847/2024 2А-4847/2024~М-4086/2024 М-4086/2024 от 18 октября 2024 г. по делу № 2А-4847/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 октября 2024 года <адрес>

26 гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Жолоха В.Н., при секретаре судебного заседания Роеве К.Е., с участием представителей административного истца – ФИО1, адвоката Адильшаева Э.А., представителя административного ответчика – прокурора 29 военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть – полевая почта 34135, подполковника юстиции ФИО2 (далее по тексту - военный прокурор), заинтересованного лица на стороне административного истца - заместителя главного инженера по эксплуатации и ремонту систем водоснабжения и водоотведения Государственного унитарного предприятия «Производственно-энергетическое объединение «Байконурэнерго» <адрес> (далее по тексту - ГУП ПЭО «БЭ») ФИО3, в отсутствие заинтересованного лица на стороне административного истца - Государственного унитарного предприятия «Жилищное хозяйство» <адрес> (далее по тексту - ГУПЖХ), заинтересованных лиц на стороне административного ответчика – Федерального казенного учреждения «Военный комиссариат Российской Федерации <адрес>» (далее по тексту - военный комиссариат) и отдела ФСБ России, войсковая часть – полевая почта 13955 (далее по тексту - отдел ФСБ), и их представителей, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело №2а-4847/2024 по административному исковому заявлению Государственного унитарного предприятия «Производственно-энергетическое объединение «Байконурэнерго» <адрес> (далее по тексту - ГУП ПЭО «БЭ») к 29 военной прокуратуре гарнизона, войсковая часть - <данные изъяты> об оспаривании решения военного прокурора 29 военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть - <данные изъяты>, о проведении проверки № от ДД.ММ.ГГГГ, проверки, проведенной на основании указанного решения, и представления заместителя военного прокурора 29 военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть - <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № № об устранении нарушений закона,

установил:

и.о. генерального директора ГУП ПЭО «БЭ» ФИО4 обратился в суд с административным исковым заявлением к 29 военной прокуратуре гарнизона, войсковая часть - полевая почта 34135 об оспаривании решения военного прокурора 29 военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть - <данные изъяты>, о проведении проверки № от ДД.ММ.ГГГГ, проверки, проведенной на основании указанного решения, и представления заместителя военного прокурора 29 военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть - <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № № об устранении нарушений закона (далее по тексту - представление от ДД.ММ.ГГГГ), в котором, с учетом представленных дополнений и уточнений, административный истец просил суд:

- признать незаконными решение № от ДД.ММ.ГГГГ военного прокурора 29 военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть - <данные изъяты>, о проведении проверки ГУП ПЭО «БЭ», проверку, проведенную на основании указанного решения, и представление заместителя военного прокурора 29 военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть - <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № ДД.ММ.ГГГГ об устранении нарушений закона, и отменить названное представление; взыскать с административного ответчика в пользу ГУП ПЭО «БЭ» расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей.

В судебном заседании представители административного истца – ФИО1, адвокат Адильшаев Э.А. доводы административного искового заявления и дополнения к нему поддержали, каждый в отдельности, настаивали на удовлетворении заявленных исковых требований.

Военный прокурор, приведя соответствующие возражения в суде, просил в удовлетворении административного искового заявления отказать.

Заинтересованное лицо на стороне административного истца - заместитель главного инженера по эксплуатации и ремонту систем водоснабжения и водоотведения ГУП ПЭО «БЭ» ФИО3 просил административное исковое заявление удовлетворить в полном объеме.

Представители заинтересованных лиц: на стороне административного истца - ГУПЖХ, на стороне административного ответчика - военный комиссариат и отдела ФСБ, извещенные надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, в суд не явились, представителей не направили, об отложении рассмотрения данного дела не ходатайствовали.

Согласно ч. 1 ст. 96 КАС РФ лица, участвующие в деле, извещаются судом или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, посредством факсимильной связи или с использованием иных средств связи и доставки, позволяющих суду убедиться в получении адресатом судебного извещения или вызова.

При таких обстоятельствах, руководствуясь ч. 6 ст. 226 КАС РФ, суд рассматривает дело в отсутствие вышеуказанных заинтересованных лиц и их представителей.

Изучив доводы лиц, участвующих в деле, а также исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 4 КАС РФ гражданин, организация вправе оспорить в суде решение, действие (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если считают, что нарушены их права и свободы.

Из положений ст. 218 КАС РФ следует, что к решениям, действиям (бездействию) органов государственной власти, должностных лиц, оспариваемым в порядке административного судопроизводства, относятся коллегиальные, единоличные решения и действия (бездействие), в результате которых нарушены права и свободы, созданы препятствия к осуществлению прав, на лицо незаконно возложена какая-либо обязанность или он незаконно привлечен к ответственности.

В силу ч. 1 ст. 129 Конституции Российской Федерации полномочия, организация и порядок деятельности прокуратуры Российской Федерации определяются федеральным законом.

В соответствии с Федеральным законом от 17 января 1992 года N 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее по тексту - Федеральный закон N 2202-1) прокурор осуществляет надзор за соблюдением прав и свобод человека и гражданина; предметом надзора согласно ст. 26 названного Закона является соблюдение прав и свобод человека и гражданина органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций; в силу ст. 22 этого же Закона к полномочиям прокурора относится внесение представления об устранении нарушений закона.

Согласно Федеральному закону «О прокуратуре Российской Федерации» требования прокурора, вытекающие из его полномочий, перечисленных в ст. 22 данного Закона, подлежат безусловному исполнению в установленный срок (п. 1 ст. 6); представление об устранении нарушений закона вносится прокурором или его заместителем в случае установления факта нарушения закона органами и должностными лицами, указанными в п. 1 ст. 21 данного Федерального закона (п. 3 ст. 22); представление об устранении нарушений закона вносится прокурором или его заместителем в орган или должностному лицу, которые полномочны устранить допущенные нарушения, и подлежит безотлагательному рассмотрению; в течение месяца со дня вынесения представления должны быть приняты конкретные меры по устранению допущенных нарушений закона, их причин и условий, им способствующих; о результатах принятых мер должно быть сообщено прокурору в письменной форме (п. 1 ст. 24).

Как указал Конституционный Суд РФ в своем определении от 24 февраля 2005 года N 84-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки МИИ на нарушение ее конституционных прав положениями ст. 24 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», по смыслу приведенных взаимосвязанных положений закона, а также учитывая, что при осуществлении надзора за исполнением законов органы прокуратуры не подменяют иные государственные органы (п. 2 ст. 21), само по себе представление прокурора не имеет абсолютный характер и силой принудительного исполнения не обладает, преследует цель понудить указанные в п. 1 ст. 21 названного Закона органы и должностных лиц устранить допущенные нарушения закона прежде всего в добровольном порядке. Требование о безусловном исполнении представления прокурора реализуется путем специальных процедур - вынесения самим прокурором постановления о возбуждении производства об административном правонарушении либо путем обращения в суд.

Следовательно, положения ст. 24 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», наделяющие прокурора (его заместителя) правом вносить подлежащее безотлагательному рассмотрению представление об устранении нарушений закона в орган или должностному лицу, которые полномочны, устранить допущенные нарушения, при том, что заинтересованным лицам предоставлена возможность судебного обжалования решений прокурора, сами по себе не могут рассматриваться как нарушающие права и свободы.

Кроме того, согласно п. 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 года N 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» суд не осуществляет проверку целесообразности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, принимаемых, совершаемых ими в пределах своего усмотрения в соответствии с компетенцией, предоставленной законом или иным нормативным правовым актом.

По смыслу закона необходимым условием для признания решения, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего незаконными является установление нарушений прав и интересов заявителя оспариваемым решением, действием (бездействием).

Как следует из решения о проведении проверки № от ДД.ММ.ГГГГ, военным прокурором 29 военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть - <данные изъяты>, принято такое решение в связи с информацией о нарушениях; предмет проверки - исполнение законодательства в сфере жилищно-коммунального хозяйства в военном комиссариате, отделе ФСБ России и ГУП ПЭО «БЭ»; период проверки с ДД.ММ.ГГГГ. Основанием для проведения данной проверки явилась поступившая из ФГБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии <адрес> ФМБА России информация о нарушениях законодательства в сфере жилищно-коммунального хозяйства.

По результатам данной проверки вынесено представление от ДД.ММ.ГГГГ № ДД.ММ.ГГГГ об устранении нарушений закона.

Из копии оспариваемого представления следует, что военный прокурор потребовал от ГУП ПЭО «БЭ»: рассмотреть представление с участием прокурорского работника; принять меры по устранению допущенных нарушений требований законодательства, с этой целью: обсудить выявленные нарушения закона на служебном совещании; принять действенные меры к исполнению требований государственных контрактов от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты> в части, касающихся обеспечения безопасности поставляемой в рамках их реализации военнослужащим и работникам военного комиссариата, отдела ФСБ России и 29 военной прокуратуры гарнизона холодной питьевой воды и ее соответствия требованиям законодательства Российской Федерации в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения; рассмотреть вопрос о привлечении заместителя главного инженера по эксплуатации и ремонту систем водоснабжения и водоотведения ГУП ПЭО «БЭ» ФИО3 к установленной законом ответственности за допущенные нарушения закона; письменно сообщить о результатах рассмотрения представления.

Основанием для вынесения такого представления, как следует из текста названного документа, послужили обстоятельства, указывающие на то, что в нарушение требований ст. 2 Жилищного кодекса РФ и ст. 19 Федерального закона от 30.03.1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» качество поставляемой ГУП ПЭО «БЭ» военнослужащим и работникам военного комиссариата, и отдела ФСБ России холодной питьевой воды не соответствует требованиям законодательства РФ в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения в характеристиках ее безопасности. Выявленные нарушения закона стали возможны ввиду упущений, допущенных заместителем главного инженера по эксплуатации и ремонту систем водоснабжения и водоотведения ГУП ПЭО «БЭ» ФИО3, который в нарушение требований статьи 21 Трудового кодекса РФ, а также положений должностной инструкции по занимаемой должности эффективную работу по исполнению ГУП ПЭО «БЭ» требований заключенных с военным комиссариатом и отделом ФСБ России государственных контрактов холодного водоснабжения и водоотведения не организовал, как и качественный производственный контроль поставляемой в указанные воинские учреждения холодной питьевой воды.

В частности в представлении имеются ссылки на следующие обстоятельства: проведенными в период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ специалистами ФГБУЗ ЦГиЭ комплекса «Байконур» исследованиями установлено и документально подтверждено, что поступающая в рамках государственных контрактов военнослужащим и работникам военного комиссариата, а также отдела ФСБ России холодная питьевая вода не соответствует требованиям СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий», а также СанПиН 1.2.3685-21 по показателям: «мутность» и «железо общее» в военном комиссариате, а в отделе ФСБ России - «железо общее».

Военный прокурор в суде подтвердил вышеуказанные обстоятельства.

Проверяя обоснованность выводов и законность решения о проведении проверки № от ДД.ММ.ГГГГ, проверки, проведенной на основании указанного решения, и представления от ДД.ММ.ГГГГ, суд исходит из следующего.

Как следует из рапорта заместителя военного прокурора Бородина Д.В. от ДД.ММ.ГГГГ, по результатам изучения поступивших из ФГБУЗ ЦГиЭ <адрес> ДД.ММ.ГГГГ военному прокурору сведений, предложено инициировать проверку в военном комиссариате, отделе ФСБ России и ГУП ПЭО «БЭ», только в части, касающейся исполнения ими требований государственных контрактов на поставку холодного водоснабжения и водоотведения с поднадзорными воинскими учреждениями.

В силу ч. 2 ст. 47 Федерального закона N 2202-1, военные прокуроры обладают полномочиями беспрепятственно входить на территории и в помещения воинских частей, предприятий, учреждений, организаций и штабов независимо от установленного в них режима, иметь доступ к их документам и материалам.

В соответствии с пунктом 6 приказа Генпрокуратуры России от 07.05.2008 N 84 «О разграничении компетенции прокуроров территориальных, военных и других специализированных прокуратур» (далее по тексту - приказ от 07.05.2008 N 84), военным прокурорам надлежит осуществлять надзор за соблюдением Конституции РФ, исполнением законов, соответствием законам издаваемых правовых актов, соблюдением прав военнослужащих, членов их семей и иных граждан органами военного управления и должностными лицами воинских частей, учреждений и организаций Министерства обороны РФ, Федеральной службы безопасности РФ, в отношении которых в соответствии с законодательством Российской Федерации федеральные органы исполнительной власти, федеральные государственные органы, в которых законом предусмотрена военная служба, осуществляют полномочия учредителя, акционера (участника, члена), созданных этими организациями юридических лиц, страховых компаниях, осуществляющих за счет бюджетных средств страхование жизни и здоровья военнослужащих и граждан, призванных на военные сборы (в части, касающейся этой деятельности), других федеральных органов исполнительной власти, в которых законом предусмотрена военная служба.

Кроме того, согласно пункту 1.11 приказа заместителя Генерального прокурора РФ – Главного военного прокурора от 26.02.2024 № 37 «О разграничении компетенции военных прокуроров» (далее по тексту - приказ от 26.02.2024 № 37) военной прокуроре Ракетных войск стратегического назначения, структурным подразделением которой является 29 военная прокуратура гарнизона, определено осуществлять полномочия, предусмотренные п. 6 приказа от 07.05.2008 N 84, в том числе в войсках и воинских формированиях Российской Федерации, дислоцированных в <адрес>.

Также, пунктом 1.5 приказа военного прокурора Ракетных войск стратегического назначения от 18.03.2024 № 20 «О разграничении компетенции военных прокуроров военных прокуратур гарнизонов и объединений военной прокуратуры РВСН» 29 военной прокуратуре гарнизона поручено осуществлять полномочия, предусмотренные п. 6 приказа от 07.05.2008 N 84 и п. 1.11 приказа от 26.06.2024 № 37, в воинских формированиях и организациях, дислоцированных на территории <адрес> (<адрес><адрес>).

При этом, суд отмечает, что оспариваемое решение о проведении проверки № от ДД.ММ.ГГГГ касается только исполнения законодательства в военном комиссариате, отделе ФСБ России и ГУП ПЭО «БЭ» лишь в части, касающейся исполнения административным истцом требований государственных контрактов на поставку холодного водоснабжения и водоотведения поднадзорным, 29 военной прокуратуры гарнизона, воинским учреждениям. Кроме того, оспариваемое представление вынесено в адрес руководителя организации, поставляющей холодную (питьевую) воду военным учреждениям Министерства обороны РФ и Федеральной службы безопасности РФ, в которых законом предусмотрена военная служба, в рамках заключенных государственных контрактов холодного водоснабжения и водоотведения, и затрагивает исключительно права военнослужащих и работников этих учреждений. Кроме того, ссылка представителей административного истца на ответ и.о. прокурора <адрес> на обращение о поднадзорности суд признает несостоятельной, отмечая, что финансово-хозяйственная деятельность ГУП ПЭО «БЭ» и исполнение им требований законодательства в отношении неопределенного круга лиц на территории города и <адрес> не являлась предметом проверки 29 военной прокуратуры, а лишь качество поставляемой услуги по холодному водоснабжению в поднадзорные воинские учреждения ресурсоснабжающей организацией ГУП ПЭО «БЭ» и соответствие, в связи с этим, холодной питьевой воды требованиям СанПиН 2.1.3684-21 и СанПиН 1.2.3685-21 по исследуемым показателям. Поводом для проведения проверки послужили конкретные документально подтвержденные данные из ФГБУЗ ЦГиЭ <адрес> о проведенных исследованиях с <адрес>. холодной питьевой воды.

В связи с чем доводы, изложенные в административном исковом заявлении и дополнении к нему, что прокурор (его заместитель) 29 военной прокуратуры гарнизона не уполномочен выносить соответствующее решение № от ДД.ММ.ГГГГ в целях соблюдения прав военнослужащих и иных граждан учреждений и организаций Министерства обороны РФ и Федеральной службы безопасности РФ, поскольку это исключительная прерогатива прокурора <адрес> суд признает несостоятельными и несоответствующими действующим нормативным правовым актам.

Кроме того, в силу ч. 6 ст. 14, ч. 1 ст. 11 Федерального закона N 2202-1 в Генеральной прокуратуре РФ образуется на правах структурного подразделения Главная военная прокуратура и систему прокуратуры Российской Федерации составляют в том числе, прокуратуры субъектов РФ, приравненные к ним военные и другие специализированные прокуратуры.

На основании изложенного, за пределы предоставленных полномочий военный прокурор, принимая оспариваемое решение о проведении проверки, его заместитель, проводя проверку, на основании указанного решения, не выходили и действовали в раках предоставленной компетенции.

При этом суд также обращает внимание, что в рамках проведенной проверки 29 военная прокуратура гарнизона фактически не проводила исполнение законодательства в сфере жилищно-коммунального хозяйства, в том числе в ГУП ПЭО «БЭ», ограничившись лишь исследованием только качества поставляемой услуги по холодному водоснабжению в поднадзорные воинские учреждения ресурсоснабжающей организацией, в рамках заключенных государственных контрактов, и соответствие холодной питьевой воды требованиям вышеуказанных СанПиН и Приложениям № 7 к вышеуказанным государственным контрактам от ДД.ММ.ГГГГ № (№), № (№) и № (№).

Кроме того, суд отмечает, что в условиях Специальной Военной Операции территориальные подразделения Федеральной службы безопасности осуществляют функции контрразведки Российской Федерации, и обеспечение нужд военнослужащих столь необходимым питьевым ресурсом надлежащего качества напрямую влияет на обороноспособность государства и реализацию задач в сфере безопасности Российской Федерации.

Также, проверяя обоснованность выводов проверки, проведенной на основании вышеуказанного решения, суд исходит из следующего.

Как установлено в суде, согласно п. 1.3 государственных контрактов от ДД.ММ.ГГГГ № (№), № (№), п. 1.1 государственного контракта от ДД.ММ.ГГГГ № (№), границы балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности объектов централизованных систем холодного водоснабжения и водоотведения ресурсоснабжающей организации и абонентов (29 военной прокуратуры, отдела ФСБ России, военного комиссариата) определяются в соответствии с актом разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности (Приложение № 2 к вышеуказанным государственным контрактам от ДД.ММ.ГГГГ № (№), № (№) и № (№).

Как следует из пп. 1) п. 1) Приложений № 2 к вышеуказанным государственным контрактам, по холодному водоснабжению:

- в 29 военной прокуратуре (<адрес>) – границей балансовой принадлежности объектов централизованных систем холодного водоснабжения между ГУП ПЭО «БЭ» и 29 военной прокуратурой является ответственный фланец задвижки, установленный в колодце <данные изъяты>;

- в отделе ФСБ России (<адрес>) – границей балансовой принадлежности объектов централизованных систем холодного водоснабжения между ГУП ПЭО «БЭ» и 29 военной прокуратурой является ответственный фланец задвижки, установленный в колодце <данные изъяты>;

- в военном комиссариате (<адрес>) – границей балансовой принадлежности объектов централизованных систем холодного водоснабжения между ГУП ПЭО «БЭ» и военным комиссариатом является ответственный фланец задвижки, установленный в <данные изъяты>.

В обоснование своих доводов представителями административного истца приведены результаты базовой лаборатории ГУП ПЭО «БЭ»: акты и протоколы количественного химического анализа и микробиологических исследований питьевой воды. Однако, местами отбора проб указаны не места границы балансовой принадлежности по госконтрактам, а места отбора проб: колодец <данные изъяты> (<адрес>), колодец <данные изъяты> (<адрес>), <данные изъяты> (<адрес>), т.е. отдельные точки водоотбора.

Как пояснил в суде заместитель главного инженера по эксплуатации и ремонту систем водоснабжения и водоотведения ГУП ПЭО «БЭ» ФИО3 (заинтересованное лицо на стороне административного истца) отбор проб холодной (питьевой) воды для сравнительного исследования поставляемой ресурсоснабжающей организацией в названные воинские учреждения не осуществляется непосредственно из точки ответственных фланцев задвижки (<данные изъяты>). За инженерные коммуникации водоснабжения от названных точек до конечного потребителя отвечает ГУПЖХ. Именно на этом участке изношены водопроводные трубы, узлы, арматура в их зданиях, строениях и сооружениях, а за состояние сетей абонентов ГУП ПЭО «БЭ» ответственности не несет. Также, по <адрес>, где дислоцируются вышеуказанные воинские учреждения, имеется около шестнадцати точек водоотбора, строго регламентированных местах, где и осуществляется забор холодной питьевой воды для контроля ее качества.

Вместе с тем, суд отмечает, что инженерные коммуникации водоснабжения от указанных шестнадцати точек водоотбора до ответственных фланцев задвижки (<данные изъяты>) находятся в зоне ответственности ГУП ПЭО «БЭ» и является составной частью городской централизованной системы холодного водоснабжения.

Согласно п. 1.1, пп. «б), в)» п. 4.1, п. 4.3 государственного контракта от ДД.ММ.ГГГГ № (№), ГУП ПЭО «БЭ» обязуется: - подавать абоненту через присоединенную водопроводную сеть из централизованных систем холодного водоснабжения питьевую воду; - обеспечивать эксплуатацию водопроводных сетей, принадлежащих ей на праве собственности или на ином законном основании и находящихся в границах ее эксплуатационной ответственности; - осуществлять производственный контроль качества питьевой воды. Аналогичные положения закреплены и в государственных контрактах от ДД.ММ.ГГГГ № (№) и № (№).

Таким образом, за качество поставляемой холодной (питьевой) воды от точек водоотбора (<данные изъяты> (<адрес>), <данные изъяты> (<адрес>), <данные изъяты> (<адрес>), до ответственных фланцев задвижки (границы балансовой принадлежности по госконтрактам) отвечает ГУП ПЭО «БЭ» и за состояние инженерных коммуникаций водоснабжения на этом участке городской централизованной системы холодного водоснабжения. Данных о надлежащем состоянии данной сети водоснабжения суду не представлено, как и не доказан факт об отсутствии изношенности водопроводных труб, влияющих на качество поставляемой услуги по холодному водоснабжению в поднадзорные воинские учреждения ресурсоснабжающей организацией.

Кроме того суд отмечает, что указанная базовая лаборатория является подотчетной ГУП ПЭО «БЭ» и находится в финансовой зависимости названного предприятия, организационно входит в его структуру.

При этом, суд учитывает, что согласно Положению о Федеральном медико-биологическом агентстве, утв. Указом Президента РФ от 02.07.2024 N 568, лишь ФМБА России через свои территориальные органы и структурные подразделения, к числу которых относится Федеральное государственное бюджетное учреждение здравоохранения "Центр гигиены и эпидемиологии <адрес> Федерального медико-биологического агентства" (ФГБУЗ ЦГиЭ <адрес> ФМБА России), осуществляет организацию выполнения (оказания) следующих работ и государственных услуг в сфере здравоохранения: проведение санитарно-эпидемиологических расследований, обследований, исследований, испытаний и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических требований (пп. 22 п. 6 названного Положения).

Вместе с тем, согласно вышеуказанным государственным контрактам, абонент, имеет право: - получать от ГУП ПЭО «БЭ» информацию о результатах производственного контроля качества питьевой воды (пп. «а)» п. 4.4); - осуществлять в целях контроля качества питьевой воды параллельный отбор проб, а также принимать участие в отборе проб питьевой воды ГУП ПЭО «БЭ» (пп. «д)» п. 4.4).

Результаты гигиенической оценки и лабораторных исследований пробы воды (протоколы лабораторных исследований (испытаний) от ДД.ММ.ГГГГ №, гигиенические оценки к названным протоколам), проведенные с ДД.ММ.ГГГГ ФГБУЗ ЦГиЭ <адрес> ФМБА России, из точек потребления в военном комиссариате, а также отделе ФСБ России, поднадзорных 29 военной прокуратуре гарнизона, свидетельствуют о несоответствии поставляемой им холодной воды предъявляемым санитарно-эпидемиологическим требованиям СанПиН 2.1.3684-21 и СанПиН 1.2.3685-21 по показателям:

- «железо общее, мг/л» (место отбора проб ДД.ММ.ГГГГ: санузел, кран для мытья рук в зданиях 29 военной прокуратуры (<адрес>), отделе ФСБ (<адрес>), военного комиссариата (<адрес>), при предельно допустимых концентраций «03», норматив превышен и составляет:

«0,45» в 29 военной прокуратуре,

«0,59» в отделе ФСБ России,

«0,74» в военного комиссариата,

- «мутность, ЕМФ» (место отбора проб ДД.ММ.ГГГГ: санузел, кран для мытья рук в здании военного комиссариата (<адрес>), при предельно допустимых концентраций «2,6», норматив превышен и составляет «3,8», при этом, согласно Приложению № 7 государственного контракта от ДД.ММ.ГГГГ № (№), данный показатель «мутность, мг/л» в предельно допустимых концентрациях должен составлять 1,5(2).

Данные результаты поступили ДД.ММ.ГГГГ в 29 военную прокуратуру гарнизона до инициирования соответствующей прокурорской проверки и послужили поводом для ее проведения. Именно качество поставляемой услуги по холодному водоснабжению в поднадзорные воинские учреждения ресурсоснабжающей организацией ГУП ПЭО «БЭ» и соответствие, в связи с этим, холодной питьевой воды требованиям СанПиН 2.1.3684-21 и СанПиН 1.2.3685-21 по исследованным, ФГБУЗ ЦГиЭ комплекса «Байконур» ФМБА России, показателям.

Также как усматривается из пунктов 1.1, 4.1, 7.2 государственных контрактов холодного водоснабжения и водоотведения от ДД.ММ.ГГГГ № (№), № (№) и № (№), заключенных ГУП ПЭО «БЭ» с 29 военной прокуратурой гарнизона, военным комиссариатом и отделом ФСБ России, соответственно, ГУП ПЭО «БЭ» обязуется с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подавать в вышеуказанные воинские учреждения питьевую воду установленного качества. Не допускать ухудшения качества питьевой воды ниже показателей, установленных законодательством Российской Федерации в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 19 Федерального закона "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" от 30.03.1999 г. N 52-ФЗ питьевая вода должна быть безопасной в эпидемиологическом и радиационном отношении, безвредной по химическому составу и должна иметь благоприятные органолептические свойства. Индивидуальные предприниматели и юридические лица, осуществляющие эксплуатацию централизованных, нецентрализованных систем питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, а также иных систем, обязаны обеспечить соответствие качества питьевой воды указанных систем санитарным правилам.

В связи с чем, приведенные в обоснование своих доводов представителями административного истца результаты базовой лаборатории ГУП ПЭО «БЭ», что административный истец в рамках государственных контрактов поставляет воду военнослужащим и работникам отдела ФСБ, военного комиссариата, качества соответствующего требованиям СанПиН, противоречащие выводам прокурорской проверки, суд признает несостоятельными.

Что же касается доводов стороны административного истца, в части несогласия с результатами лабораторных исследований (испытаний) ФГБУЗ ЦГиЭ <адрес> ФМБА России, то суд, учитывая предмет настоящего спора и обстоятельства, подлежащие доказыванию по данной категории дел, отмечает, что методика проведения государственных исследований и оформление его результатов не входит в компетенцию базовой лаборатории ГУП ПЭО «БЭ» и его работников, а является исключительной прерогативой и правом ФГБУЗ ЦГиЭ ДД.ММ.ГГГГ ФМБА России в соответствии с вышеуказанными нормами Положения, утв. Указом Президента РФ от 02.07.2024 N 568.

Что касается требований административного истца о признании незаконным представления от ДД.ММ.ГГГГ, а также тезисов выступления военного прокурора, изложенных в возражениях (№), датированных ДД.ММ.ГГГГ, касающихся частичного признания заявленного административного иска и принесенных с ним уточнений, суд отмечает следующее.

Согласно ч. 3 ст. 62 КАС РФ, обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения административного дела, определяются судом в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к спорным публичным правоотношениям, исходя из требований и возражений лиц, участвующих в деле. При этом суд не связан основаниями и доводами заявленных требований по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия), соответственно принятых или совершенных органами государственной власти, должностными лицами.

Как следует из письма военного прокурора от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>), представление заместителя военного прокурора № № об устранении нарушений закона, направленное в адрес административного истца ДД.ММ.ГГГГ не рассматривать и вернуть в 29 военную прокуратуру гарнизона.

Таким образом, ДД.ММ.ГГГГ названное представление отозвано и не реализовано. Данное обстоятельство не оспаривалось лицами, участвующими в деле.

Вместе с тем, с учетом представленных дополнений, административный истец, в окончательной редакции от ДД.ММ.ГГГГ, просил суд в том числе, признать незаконным представление заместителя военного прокурора 29 военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть - полевая почта 34135 от ДД.ММ.ГГГГ № № об устранении нарушений закона, и отменить названное представление.

В судебных прениях ДД.ММ.ГГГГ представители административного истца, каждый в отдельности, поддержали заявленные требования, изложенные в окончательной редакции от ДД.ММ.ГГГГ.

Принимая во внимание, что тезисы выступления военного прокурора, изложенные в возражениях (№), касающиеся частичного признания заявленного административного иска и принесенных с ним уточнений, составлены и подписаны ДД.ММ.ГГГГ, оглашены и исследованы ДД.ММ.ГГГГ (после отмены акта прокурорского реагирования), однако, данное представление от ДД.ММ.ГГГГ отозвано ДД.ММ.ГГГГ и не реализовано, суд отказывает административному истцу, в том числе, в удовлетворении заявленных требований, касающихся признания незаконным и отмены названного представления заместителя военного прокурора от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании вышеизложенного, утверждение стороны административного истца о безосновательности проверки и незаконности оспариваемого решения военного прокурора о проведении проверки № от ДД.ММ.ГГГГ, опровергается представленными суду документами, в связи с чем, проанализировав приведенные выше нормы действующего законодательства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований административного искового заявления в полном объеме.

Таким образом, поскольку решение военного прокурора 29 военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть - <данные изъяты> о проведении проверки № от ДД.ММ.ГГГГ, проверка, проведенная на основании указанного решения, прав и законных интересов административного истца не нарушает, представление от ДД.ММ.ГГГГ отменено военным прокурором, оснований для возложения на указанное должностное лицо обязанности по отмене названного решения суд также не находит.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 175 - 181, 227 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении административного искового заявления Государственного унитарного предприятия «Производственно-энергетическое объединение «Байконурэнерго» <адрес> к 29 военной прокуратуре гарнизона, войсковая часть - <данные изъяты> об оспаривании решения военного прокурора 29 военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть - полевая почта 34135, о проведении проверки № от ДД.ММ.ГГГГ, проверки, проведенной на основании указанного решения, и представления заместителя военного прокурора 29 военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть - полевая почта 34135 от ДД.ММ.ГГГГ № № об устранении нарушений закона, - отказать.

Решение может быть обжаловано во 2-й Западный окружной военный суд через 26 гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Председательствующий по делу В.Н. Жолох

Мотивированное решение составлено 25 октября 2024 года.