Решение № 2-4777/2018 2-4777/2018 ~ М-3472/2018 М-3472/2018 от 27 июня 2018 г. по делу № 2-4777/2018

Дело № 2-4777/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 июня 2018 года г. Казань

Вахитовский районный суд г. Казани Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи А.Ф. Давлетшиной,

при секретаре Э.Ф. Закиеве,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Ново-Савиновского района г. Казани Республики Татарстан интересах ФИО1 к ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс», ПАО «Татфондбанк» о признании недействительным договора доверительного управления, применении последствий недействительности сделки, признании вкладчиком, включении в реестр обязательств банка перед вкладчиками, восстановлении обязательств по договору банковского вклада,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Ново-Савиновского района г. Казани Республики Татарстан в интересах ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс», ПАО «Татфондбанк» в вышеуказанной формулировке.

В обоснование иска указав, что в Прокуратуру Ново-Савиновского района г. Казани Республики Татарстан поступило заявление ФИО1 о нарушении ее прав Публичным акционерным обществом «Татфондбанк» (далее - ПАО «Татфондбанк»), Обществом с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» (далее ООО «ИК «ТФБ Финанс»), в связи с заключением договора доверительного управления.

Согласно заявлению, ФИО1 ранее являлась вкладчиком ПАО «Интехбанк». ... был продан принадлежащий ФИО1 и ее супругу земельный участок и жилой дом в г.Нижнекамске. Так как сумма, вырученная от продажи, указанного недвижимого имущества значительно превышала размер страховой выплаты, сотрудники ПАО «Интехбанк» предложили ФИО1 перевести часть средств в ПАО «Татфондбанк».

... в ПАО «Интехбанк», в котором находились сотрудники ПАО «Татфондбанк». В этот же день по уговору сотрудников ПАО «Татфондбанк» поставила подпись на документах, представленных сотрудниками банка, согласно которым 1300000 руб. с её банковского счета были перечислены в доверительное управление ООО «ИК «ТФБ Финанс». О том, что её денежные средства со счета клиента в банке будут перечислены на счет другого юридического лица - ООО «ИК «ТФБ Финанс», без распространения на них гарантий государственной системы страхования вкладов физических лиц, ей не сообщили. Она была уверена, что вкладывает свои деньги в ПАО «Татфондбанк». Типовой договор доверительного управления, стандартную инвестиционную стратегию, регламент доверительного управления имуществом, декларацию о рисках ей прочитать не дали, о существовании таких документов она не знает. Полагает, что её ввели в заблуждение, так как она юридически не грамотен.

Проверкой установлено, что ФИО1, подписывая указанные документы, действовала под влиянием существенного заблуждения. Оформление документов происходило в помещении ПАО «Татфондбанк» лицом, имеющим соответствующие признаки принадлежности к банковским работникам (фирменная одежда и бейдж работника банка, рабочее место в здании банка, наличие доступа к сведениям о банковском вкладе ФИО1 и возможности внесения изменений в них, реквизиты ПАО «Татфондбанк» на печатях, заверяющих документы по договору доверительного управления), что в совокупности ввело её, не являющегося профессиональным юристом, экономистом либо лицом, обладающим опытом и знаниями в соответствующей области, в заблуждение относительно природы совершаемой сделки и лица, с которым она вступает в сделку. ПАО «Татфондбанк», предложив ФИО1 написать заявление о перечислении указанных денежных средств на счет ООО «ИК «ТФБ Финанс», фактически введя в заблуждение, побудило её заключить договор доверительного управления. При этом ПАО «Татфондбанк» знало, что в соответствии с ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 23.12.2003№ 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» положения о страховании вкладов не распространяются на денежные средства, переданные в доверительное управление. Тем самым ПАО «Татфондбанк» ввело ФИО1 в заблуждение, предложив написать заявление и умолчав, что денежные средства перечисляются на счет другого юридического лица, и она лишается гарантированных договором вклада начислений и выплаты годовых процентов. ПАО «Татфондбанк», принимая заявление от ФИО1, скрыло от нее важнейшие условия сделки о возможных финансовых рисках, предусмотренных в декларации, об объекте инвестирования - облигации ПАО «Татфондбанк», о возможных финансовых рисках, которые в связи с ним могут возникнуть у ФИО1 Зная, что ООО «ИК «ТФБ Финанс» не является участником системы страхования вкладов и денежные средства, переданные по договору доверительного управления, не подлежат защите со стороны государственной системы страхования вкладов, кроме того, предвидя возможность неполучения обещанного высокого дохода, инвестиционная компания также ввела ФИО1 в заблуждение.

Добросовестность действий сотрудников ПАО «Татфондбанк» и ООО«ИК «ТФБ Финанс» предполагала бы их обязанность сообщить ФИО1 обо всех существенных условиях договора доверительного управления имуществом и о том, что денежные средства, переданные по договору доверительного управления, не подлежат страхованию в силу ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 23.12.2003 № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации», а также поставить в известность обо всех условиях сделки и ее последствиях.

В данном случае эта обязанность не была выполнена, что свидетельствует о недобросовестном поведении стороны сделки.

Таким образом, в результате неправомерных действий работников ПАО «Татфондбанк» ФИО1, заблуждаясь в предмете и природе сделки в отношении лица, с которым она вступает в сделку, поставила подпись на документах о передаче своих денежных средств в доверительное управление ООО «ИК «ТФБ Финанс», что лишило возможности их страхования.

Предъявление данного искового заявления в суд обусловлено невозможностью ФИО1 самостоятельно обратиться в суд и защищать свои интересы в силу преклонного возраста (66 лет), наличие тяжелого заболевания (инвалид 2 группы), отсутствия специального юридического образования, что существенно затрудняет оплату судебных расходов и издержек.

Поскольку переданные ФИО1 денежные средства являются её единственными многолетними накоплениями, а доход от их размещения - основными средствами для приобретения жизненно необходимых ей медикаментов, продуктов питания, оплаты срочного лечения, затягивание их получения (либо получения страхового возмещения от Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов») может привести к существенному ущербу для ФИО1, представляется необходимым привести решение суда по настоящему иску к немедленному исполнению.

На основании изложенного прокурор просит признать ФИО1 вкладчиком ПАО «Татфондбанк» денежных средств в сумме 1300 000 рублей; включить ФИО1 в реестр обязательств банка перед вкладчиками в порядке, установленном Банком России, обязав ПАО «Татфондбанк» восстановить с ... обязательства ПАО «Татфондбанк» перед ФИО1 по договору вклада в сумме 1300000 руб.; признать договор доверительного управления № ... от ..., заключенный между ООО «ИК «ТФБ Финанс» и ФИО1, недействительным, применить последствия недействительности сделки; обратить решение суда по данному иску к немедленному исполнению.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, указанным в иске.

Истец в судебном заседании требования прокурора Ново-Савиновского района г. Казани Республики Татарстан поддержала, настаивала, на том, что надлежащими ответчиками

по настоящему делу являются ПАО «Татфондбанк» и ООО «ИК «ТФБ Финанс».

Представитель ответчика ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, представил отзыв на исковое заявление, в котором указал, что истцом пропущен срок исковой давности.

Представитель ответчика ПАО «Татфондбанк» в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени судебного заседания надлежащим образом извещен.

Представитель третьего лица без самостоятельных требований относительно предмета спора ПАО «Интехбанк» - ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился.

Представитель третьего лица без самостоятельных требований относительно предмета спора - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представитель третьего лица без самостоятельных требований относительно предмета спора - Центрального банка Российской Федерации в судебном заседании разрешение дела оставила на усмотрение суда.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела и представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд.

Согласно пункта 2 статьи 1 ГК РФ граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (п. 1 ст. 420 ГК РФ).

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Согласно ст. 1012 ГК РФ, по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

Передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему.

Осуществляя доверительное управление имуществом, доверительный управляющий вправе совершать в отношении этого имущества в соответствии с договором доверительного управления любые юридические и фактические действия в интересах выгодоприобретателя.

Законом или договором могут быть предусмотрены ограничения в отношении отдельных действий по доверительному управлению имуществом.

Сделки с переданным в доверительное управление имуществом доверительный управляющий совершает от своего имени, указывая при этом, что он действует в качестве такого управляющего. Это условие считается соблюденным, если при совершении действий, не требующих письменного оформления, другая сторона информирована об их совершении доверительным управляющим в этом качестве, а в письменных документах после имени или наименования доверительного управляющего сделана пометка "Д.У.".

Статьей 178 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установлено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные.

Пунктом 5 статьи 178 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предусмотрено, что суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

В силу пункта 2 статьи 179 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником, либо содействовало ей в совершении сделки.

Заблуждение относительно природы сделки (статья 178 ГК РФ) выражается в том, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить (например, думая, что заключает договор ссуды, дарит вещь).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки (пп. 3 п. 2 настоящей статьи).

По смыслу вышеуказанных норм закона, заблуждение относительно условий сделки, ее природы должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны не правильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, чем те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

В силу закона указанная сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям ст. ст. 178, 179 Гражданского кодекса РФ в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Исходя из смысла приведенных норм закона, для признания совершенной под влиянием заблуждения необходимо установить, что на момент совершения сделки истец исходил из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке, заблуждался относительно природы данной сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Применительно к положениям ст. 56 ГПК РФ, обязанность по доказыванию указанных обстоятельств лежит на истце, как на стороне, заявившей такое требование.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Судом установлено, что ... между ФИО1 и ООО «ИК «ТФБ Финанс» был заключен договор доверительного управления имуществом № ДУ-... путем подписания ФИО1 заявления о присоединении к договору доверительного управления имуществом. Данное заявление ФИО1 от имени ООО «ИК «ТФБ Финанс» было принято сотрудником ПАО «Интехбанк», старшим специалистом ФИО3 (л.д. 33).

Согласно содержанию заявления, ФИО1 присоединилась к условиям договора доверительного управления ООО «ИК «ТФБ Финанс» по стандартной инвестиционной стратегии «Доходные инвестиции+», сумма передаваемых в доверительное управление денежных средств определена в размере 1300000 руб.

... денежная сумма в размере 1300000 руб. была переведена на счет ООО «ИК «ТФБ «Финанс» (л.д. 15).

Путем проставления своей подписи на заявлении о присоединении к договору доверительного управления имуществом, ФИО1 подтвердила, что она ознакомлена с Декларацией (уведомлением) о рисках, связанных с осуществлением операций с ценными бумагами; осознает и принимает на себя риски, изложенные в указанной Декларации (уведомлении) о рисках, ознакомлен с Договором, Регламентом и всеми приложениями к Договору.

При заключении договора доверительного управления ФИО1 были выданы приложения, описывающие характеристики выбранного ФИО1 инвестиционного профиля – Приложение № 3б к договору доверительного управления «Стандартная инвестиционная стратегия «Доходные инвестиции+».

В исковом заявлении истец указывает, что при заключении договора доверительного управления она была введена в заблуждение работником ПАО «Татфондбанк», поскольку ей не было сообщено о том, что заключает договор доверительного управления, что договор заключается с третьим лицом - ООО «ИК «ТФБ «Финанс», что данный договор не является договором вклада, а также что денежные средства, направленные во исполнение договора доверительного управления, не застрахованы в соответствии с ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках РФ», ФИО1, доверяя сотрудникам банка, считала, что заключает договор банковского вклада.

Однако данные доводы опровергаются текстом заявления о присоединении к договору доверительного управления. Текст данного заявления не содержит указания на договор банковского вклада, а содержит однозначное указание на договор доверительного управления. В тексте заявления указано о том, что ФИО1, именуемая по тексту Учредителем управления, ознакомлена с текстом самого договора, с декларацией (уведомлением) о рисках, осознает и принимает на себя риски, изложенные в декларации (уведомлении), а также о том, что ФИО1 присоединяется к договору доверительного управления имуществом ООО «ИК «ТФБ «Финанс».

Доводы истцов о том, что в офисе ПАО «Интехбанк» именно сотрудниками ПАО «Татфондбанк» было предложено заключить ФИО1, как она полагала, договор банковского вклада, являются необоснованными, доказательства указанных обстоятельств суду не представлены.

Доводы истцов о том, что ФИО1 должны были разъяснить о том, что договор доверительного управления не подлежит страхованию в соответствии Федеральным Законом «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации», не основаны на законе, поскольку договор доверительного управления имуществом не подпадает под действия законодательства о защите прав потребителей, у ответчиков отсутствовала обязанность предупреждать истца о том, что на договоры доверительного управления не распространяются положения Федерального Закона «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации».

Исследовав представленные доказательства в совокупности с обстоятельствами заключения договора доверительного управления имуществом, суд приходит к выводу, что стороной истца не доказано заблуждение ФИО1 относительно предмета, природы совершаемой сделки и лица, с которым ФИО1 вступила в сделку.

Доводы истцов об умышленном введении ФИО1 в заблуждение и о намеренном обмане со стороны ответчиков основаны на предположениях, соответствующих доказательств истцом не представлено.

На основании изложенного в удовлетворении исковых требований о признании договора доверительного управления имуществом недействительным следует отказать.

В направленном до начала рассмотрения дела отзыве на исковое заявление представителем ответчика ООО «ИК «ТФБ Финанс» заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

В силу п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации по общему правилу течение срока исковой давности начинается не со дня нарушения права, а с того дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по такому требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Договор доверительного ФИО1 заключен ..., исковое заявление подано в суд ..., т.е. с пропуском срока исковой давности.

Таким образом, пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа истцу в удовлетворении иска.

В удовлетворении требований истца о признании ФИО1 вкладчиком ПАО «Татфондбанк» денежных средств в сумме 1300 000 рублей; включить ФИО1 в реестр обязательств банка перед вкладчиками в порядке, установленном Банком России, обязав ПАО «Татфондбанк» восстановить с ... обязательства ПАО «Татфондбанк» перед ФИО1 по договору вклада в сумме 1300000 руб., суд полагает необходимым отказать, поскольку суду доказательств наличия между ФИО1 и ПАО «Татфондбанк» ... каких-либо договорных правоотношений не представлено.

Из пояснений истцов и документов, имеющихся в материалах дела следует, что ФИО1 не являлась вкладчиком банка, по собственному волеизъявлению заключила договор доверительного управления с ООО «ИК «ТФБ Финанс», факт её заблуждения при заключении договора доверительного управления не доказан.

Таким образом, поскольку настоящий иск был предъявлен к ненадлежащему ответчику ПАО «Татфондбанк», от замены ненадлежащего ответчика ПАО «Татфондбанк» на надлежащего и от привлечения в качестве соответчика ПАО «Интехбанк» истцы отказались, а в силу требований действующего гражданского процессуального законодательства при несогласии истца на замену ненадлежащего ответчика суд не имеет права по своей инициативе привлечь надлежащего ответчика.

Ходатайство представителя ответчика ООО «ИК «ТФБ Финанс» о прекращении производства по делу в связи с введением в отношении ООО «ИК «ТФБ Финанс» процедуры наблюдения в соответствии с ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (л.д. 56) судом также отклоняется.

В соответствии с положениями абз. 2 п. 1 ст. 63 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного Законом о банкротстве, порядка предъявления требований к должнику.

Заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами (например, контрагентами по сделкам или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности. При предъявлении в рамках дела о банкротстве заявления об оспаривании сделки по указанным основаниям иным помимо арбитражного управляющего лицом суд оставляет это заявление без рассмотрения применительно к части 4 пункта 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку истцом предъявлено требование о признании недействительным договора доверительного управления, у суда не имеется оснований для прекращения производства по делу в связи с не подведомственностью суду общей юрисдикции.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что в удовлетворении требований истцов следует отказать в полном объеме.

На основании вышеизложенного и, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований прокурора Ново-Савиновского района г. Казани Республики Татарстан в интересах ФИО1 к ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс», ПАО «Татфондбанк» о признании недействительным договора доверительного управления, применении последствий недействительности сделки, признании вкладчиком, включении в реестр обязательств банка перед вкладчиками, восстановлении обязательств по договору банковского вклада, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд РТ через Вахитовский районный суд города Казани в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 01 июля 2018 года.

Судья А.Ф. Давлетшина