Решение № 3А-801/2024 3А-801/2024~М-664/2024 М-664/2024 от 22 октября 2024 г. по делу № 3А-801/2024

дело №3а-801/2024

УИД 26OS0000-04-2024-000686-13


Решение

Именем Российской Федерации

22 октября 2024 года г. Ставрополь

Ставропольский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Пушкарной Н.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Суховой В.И.,

с участием

административного истца ФИО1,

представителя административного ответчика Думы Ставропольского края ФИО2,

представителей заинтересованного лица Губернатора Ставропольского края ФИО3, ФИО4,

прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском, арбитражном процессе прокуратуры Ставропольского края Тумасяна С.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 ФИО9 к Думе Ставропольского края о признании недействующим нормативного правового акта,

установил:

В обоснование заявленных требований административный истец сослался на то, что с 21 июня 2022 года он зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес>. До 16 июня 2022 года был зарегистрирован в <адрес>. 24 мая 2024 года им в Министерство труда и социальной защиты населения Ставропольского края направлено обращение с просьбой разъяснить, имеет ли он право и члены его семьи на предоставление дополнительных социальных гарантий, предусмотренных Законом № 18-кз.

18 июня 2024 года Министерство труда и социальной защиты населения Ставропольского края ответило и указало, что поскольку на дату начала специальной военной операции он не был зарегистрирован по месту жительства на территории Ставропольского края и не проходил военную службу на территории Ставропольского края, правовые основания для предоставления мер социальной поддержки истцу и членам его семьи, установленных Законом № 18-кз, отсутствуют.

25 июня 2024 года он обратился к Губернатору Ставропольского края с просьбой проверить правильность применения Министерством труда и социальной защиты населения Ставропольского края Закона № 18-кз по отношению к нему и членам его семьи.

17 июля 2024 года Правительством Ставропольского края ему дан ответ, что если он не проживал и не проходил военную службу на территории Ставропольского края на дату начала специальной военной операции, то правовые основания для предоставления мер социальной поддержки, установленных Законом № 18-кз, отсутствуют.

Административный истец считает слова «на дату начала специальной военной операции», указанные в п.п. «а» п. 1 ч. 1 ст. 2 Закона № 18-кз, противоречащими Конституции Российской Федерации, Федеральному закону от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», части 3 статьи 48 Федерального закона от 21 декабря 2021 г. № 414-ФЗ «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации» и ст. 4 Гражданского кодекса РФ и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, а именно: невозможности получения им и членами его семьи дополнительных социальных гарантий, предусмотренных Законом № 18-кз, что подтверждается ответами от Министерства труда и социальной защиты населения Ставропольского края и Правительства Ставропольского края.

Представителями административного ответчика Думы Ставропольского края и заинтересованного лица Губернатора Ставропольского края представлены письменные возражения на иск, приобщенные к материалам дела, из которых следует, что с заявленными требованиями не согласны.

В судебном заседании административный истец ФИО1 заявленные административные требования поддержал в полном объеме, просил иск удовлетворить.

В судебном заседании представитель административного ответчика Думы Ставропольского края ФИО2, представители заинтересованного лица Губернатора Ставропольского края ФИО3 и ФИО4 поддержали поданные письменные возражения на иск, просили в удовлетворении заявленных требований отказать.

Выслушав объяснения административного истца, представителей административного ответчика и заинтересованного лица, исследовав письменные доказательства по делу, заслушав заключение прокурора Ставропольской краевой прокуратуры Тумасяна С.П. об отсутствии правовых оснований для удовлетворения административных исковых требований, Ставропольский краевой суд приходит к выводу о том, что административный иск не подлежит удовлетворению по следующим основаниям:

Особенности производства по административным делам об оспаривании нормативных правовых актов регламентированы главой 21 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 2 и 3 части 8 статьи 213 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее КАС РФ) при рассмотрении административного дела об оспаривании нормативного правового акта суд выясняет, соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих полномочия органа, организации, должностного лица на принятие нормативных правовых актов; форму и вид, в которых орган, организация, должностное лицо вправе принимать нормативные правовые акты; процедуру принятия оспариваемого нормативного правового акта; правила введения нормативных правовых актов в действие, в том числе порядок опубликования, государственной регистрации (если государственная регистрация данных нормативных правовых актов предусмотрена законодательством Российской Федерации) и вступления их в силу; соответствие оспариваемого нормативного правового акта или его части нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

В соответствии с пунктом «н» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации установление общих принципов организации системы органов государственной власти и местного самоуправления находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

По предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, которые не могут противоречить федеральным законам (части 2 и 5 статьи 76 Конституции Российской Федерации).

Закон Ставропольского края от 28.02.2023 № 18-кз "О дополнительных социальных гарантиях участникам специальной военной операции и мерах социальной поддержки членов их семей" (далее Закон № 18-кз) принят Думой Ставропольского края 22.02.2023.

Законом № 18-кз установлены категории граждан, имеющих право на получение дополнительных социальных гарантий и мер социальной поддержки. К их числу отнесены:

1) участники специальной военной операции:

а) граждане Российской Федерации, проходящие (проходившие) военную службу в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках, воинских формированиях и органах, в которых законодательством Российской Федерации предусмотрена военная служба, лица, проходящие (проходившие) службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, имеющие (имевшие) специальные звания полиции, принимающие (принимавшие) участие в специальной военной операции, местом жительства (службы) которых на дату начала специальной военной операции являлся Ставропольский край;

б) граждане Российской Федерации, местом жительства которых на дату начала специальной военной операции являлся Ставропольский край, заключившие контракт (контракты) об участии в специальной военной операции общей продолжительностью не менее 6 месяцев (далее - контракт) и направленные военным комиссариатом Ставропольского края для участия в специальной военной операции (далее также – добровольцы);

в) граждане Российской Федерации, местом жительства которых на дату начала специальной военной операции являлся Ставропольский край, заключившие контракт о пребывании в добровольческом формировании (о добровольном содействии в выполнении задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации), участвующие (участвовавшие) в специальной военной операции;

г) граждане Российской Федерации, проживающие на территории Ставропольского края, призванные на военную службу по мобилизации в Вооруженные Силы Российской Федерации в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 21 сентября 2022 года № 647 «Об объявлении частичной мобилизации в Российской Федерации» (далее также – мобилизованные граждане);

2) члены семьи участника специальной военной операции – супруга (супруг), состоящая (состоящий) в зарегистрированном браке с участником специальной военной операции; несовершеннолетние дети; дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет;

3) члены семьи погибшего (умершего) участника специальной военной операции – супруга (супруг) участника специальной военной операции, погибшего при выполнении задач в ходе специальной военной операции или умершего вследствие увечья (ранения, травмы, контузии), полученного при выполнении задач в ходе специальной военной операции (далее - погибший (умерший) участник специальной военной операции), состоявшая (состоявший) в зарегистрированном браке с участником специальной военной операции на день его гибели (смерти) и не вступившая (не вступивший) в повторный брак; родители участника специальной военной операции; несовершеннолетние дети; дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет; дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения.

В судебном заседании установлено, что административный истец ФИО1 проходит военную службу по контракту в войсковой части <данные изъяты>, дислоцированной в <адрес>, и принимал участие в специальной военной операции с ее начала, что подтверждается справками войсковой части <данные изъяты>.

24 мая 2024 года ФИО1 в Министерство труда и социальной защиты населения Ставропольского края направлено обращение с просьбой разъяснить, имеет ли он право и члены его семьи на предоставление дополнительных социальных гарантий, предусмотренных Законом № 18-кз.

18 июня 2024 года Министерство труда и социальной защиты населения Ставропольского края ответило и указало, что поскольку на дату начала специальной военной операции он не был зарегистрирован по месту жительства на территории Ставропольского края и не проходил военную службу на территории Ставропольского края, правовые основания для предоставления мер социальной поддержки истцу и членам его семьи, установленных Законом № 18-кз, отсутствуют.

25 июня 2024 года он обратился к Губернатору Ставропольского края с просьбой проверить правильность применения Министерством труда и социальной защиты населения Ставропольского края Закона № 18-кз по отношению к нему и членам его семьи.

17 июля 2024 года Правительством Ставропольского края ему дан ответ, что, если он не проживал и не проходил военную службу на территории Ставропольского края на дату начала специальной военной операции, то правовые основания для предоставления мер социальной поддержки, установленных Законом № 18-кз, отсутствуют.

Административный истец считает слова «на дату начала специальной военной операции», указанные в п.п. «а» п. 1 ч. 1 ст. 2 Закона № 18-кз, противоречащими Конституции Российской Федерации, Федеральному закону от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», части 3 статьи 48 Федерального закона от 21 декабря 2021 г. № 414-ФЗ «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации» и ст. 4 Гражданского кодекса РФ и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, а именно: невозможности получения им и членами его семьи дополнительных социальных гарантий, предусмотренных Законом № 18-кз, что подтверждается ответами от Министерства труда и социальной защиты населения Ставропольского края и Правительства Ставропольского края.

В силу части 8 статьи 213 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд при рассмотрении административного дела об оспаривании нормативного правового акта выясняет: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в интересах которых подано административное исковое заявление; соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих полномочия органа, организации, должностного лица на принятие нормативных правовых актов, форму и вид, в которых орган, организация, должностное лицо вправе принимать нормативные правовые акты, процедуру принятия оспариваемого нормативного правового акта, правила введения нормативных правовых актов в действие, в том числе порядок опубликования, государственной регистрации (если государственная регистрация данных нормативных правовых актов предусмотрена законодательством Российской Федерации) и вступления их в силу; соответствует ли оспариваемый нормативный правовой акт или его часть нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

Аналогичные положения содержатся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 50 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами".

В соответствии с пунктом "ж" части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации вопросы социальной защиты, включая вопросы социального обеспечения, находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Пунктом 5 статьи 1 Федерального закона от 27.05.1998 № 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" установлено, что органы государственной власти Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, федеральные государственные органы, органы местного самоуправления и организации вправе устанавливать в пределах своих полномочий дополнительные социальные гарантии и компенсации военнослужащим, гражданам Российской Федерации, уволенным с военной службы, и членам их семей.

Указанное полномочие коррелирует с частью 3 статьи 48 Федерального закона от 21.12.2021 № 414-ФЗ "Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации" (далее также – Федеральный закон № 414-ФЗ), в соответствии с которой органы государственной власти субъекта Российской Федерации вправе устанавливать за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации (за исключением финансовых средств, передаваемых из федерального бюджета бюджету субъекта Российской Федерации на осуществление целевых расходов) дополнительные меры социальной поддержки и социальной помощи для отдельных категорий граждан, в том числе исходя из установленных законами и иными нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации критериев нуждаемости, вне зависимости от наличия в федеральных законах положений, устанавливающих указанное право.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что оспариваемый Закон принят Думой Ставропольского края в надлежащей форме в пределах компетенции субъекта Российской Федерации по предмету совместного ведения с Российской Федерацией и в рамках полномочий законодательного органа Ставропольского края, предусмотренных положениями статьи 23 Устава (Основного закона) Ставропольского края и статьи 5 Закона Ставропольского края от 30.05.2022 № 42-кз "О Думе Ставропольского края".

Из представленных суду письменных доказательств следует, что в соответствии с положениями части 2 статьи 3 Закона № 24-кз и статьи 25 Устава (Основного закона) Ставропольского края проект оспариваемого Закона внесен в Думу Ставропольского края уполномоченным субъектом права законодательной инициативы – Губернатором Ставропольского края.

Внесение оспариваемого Закона в Думу Ставропольского края произведено в соответствие с требованиями, установленными статьей 5 Закона № 24-кз, а именно:

- законопроект внесен вместе с сопроводительным письмом Губернатора Ставропольского края от 16.02.2023 № 01-14/2412;

- законопроект внесен вместе с пояснительной запиской, содержание которой соответствует требованиям части 2 статьи 5 Закона № 24-кз.

Доказательств обратному суду не представлено.

В соответствии с положениями статьи 7 Закона № 24-кз распоряжением Председателя Думы Ставропольского края от 16 февраля 2023 года № 35-р проект оспариваемого Закона был принят к рассмотрению Думы Ставропольского края, ответственным за подготовку законопроекта к рассмотрению назначен комитет Думы Ставропольского края по социальной политике и здравоохранению. Законопроект разослан для представления отзывов, замечаний и предложений – депутатам Думы Ставропольского края, в комитеты Думы Ставропольского края, Губернатору Ставропольского края, в Правительство Ставропольского края, на заключение – в правовое управление аппарата Думы Ставропольского края, прокурору Ставропольского края, Главное управление Министерства юстиции России по Ставропольскому краю, Контрольно-счетную палату Ставропольского края и Общественную палату Ставропольского края.

На проект оспариваемого Закона получены заключения правового управления аппарата Думы Ставропольского края от 21.02.2023 №, Контрольно-счетной палаты Ставропольского края от 20.02.2023 №, Главного управления Министерства юстиции Российской Федерации по Ставропольскому краю от 20.02.2023 №, прокуратуры Ставропольского края от 21.02.2023 №.

Замечаний по оспариваемой норме ни одно из вышеперечисленных заключений и отзывов не содержит.

На основании положений статьи 10 Закона № 24-кз комитетом Думы Ставропольского края по социальной политике и здравоохранению проведено обсуждение указанных выше отзывов и заключений и принято Решение от 21 февраля 2023 года № 6/43-1 о внесении на очередное заседание Думы Ставропольского края проекта закона для рассмотрения и принятия в двух чтениях в предложенной редакции.

В соответствии с положениями статьи 12 Федерального закона № 414-ФЗ и статьи 15 Закона № 24-кз проект оспариваемого Закона рассмотрен и принят на заседании Думы Ставропольского края 22 февраля 2023 года в двух чтениях.

По результатам рассмотрения законопроекта Думой Ставропольского края издано постановление от 22.02.2023 № 563-VII ДСК о принятии оспариваемого Закона и направлении его Губернатору Ставропольского края для подписания и обнародования.

28 февраля 2023 года оспариваемый Закон подписан Губернатором Ставропольского края.

В соответствии с требованиями статей 1, 2 и 4 Закона Ставропольского края от 18.06.2012 № 56-кз "О порядке официального опубликования и вступления в силу правовых актов Ставропольского края" (далее – Закон № 56-кз) оспариваемый Закон опубликован 01.03.2023 на официальном интернет-портале правовой информации Ставропольского края www.pravo.stavregion.ru, также 01.03.2023 на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru и 04.03.2023 в газете "Ставропольская правда" (выпуск № 22).

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что требования нормативных правовых актов, устанавливающих процедуру внесения, рассмотрения, принятия и порядок опубликования оспариваемого Закона, полностью соблюдены.

В соответствии со статьей 4 Закона Ставропольского края от 18 июня 2012 г. № 56-кз «О порядке официального опубликования и вступления в силу правовых актов Ставропольского края» закон Ставропольского края вступает в силу по истечении 10 дней после дня его официального опубликования, если самим законом Ставропольского края не установлен другой порядок вступления их в силу.

Законом № 18-кз установлен иной порядок вступления в силу, а именно на следующий день после дня его официального опубликования, с распространением его действия с 01 января 2023 года и действия отдельных норм, на правоотношения, возникшие с 22 февраля 2024 года.

Таким образом, суд приходит к выводу, что при принятии Закона № 18-кз соблюдена процедура его официального опубликования и вступления в силу.

Доводы административного истца о несоответствии оспариваемой нормы Закона № 18-кз Конституции Российской Федерации, Федеральному закону от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», части 3 статьи 48 Федерального закона от 21 декабря 2021 г. № 414- ФЗ «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации» и статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее соответственно – Федеральный закон № 76-ФЗ, Федеральный закон № 414-ФЗ) не могут быть признаны обоснованными, поскольку они основаны на неправильном толковании норм вышеназванных законодательных актов и иных норм материального права.

Пункт 5 статьи 1 Федерального закона № 76-ФЗ устанавливает право органов государственной власти субъектов Российской Федерации, федеральные государственные органы, органов местного самоуправления и организации устанавливать в пределах своих полномочий дополнительные социальные гарантии и компенсации военнослужащим, гражданам Российской Федерации, уволенным с военной службы, и членам их семей. Часть 3 статьи 48 Федерального закона № 414-ФЗ устанавливает право органов государственной власти субъекта Российской Федерации за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации (за исключением финансовых средств, передаваемых из федерального бюджета бюджету субъекта Российской Федерации на осуществление целевых расходов) дополнительные меры социальной поддержки и социальной помощи для отдельных категорий граждан, в том числе исходя из установленных законами и иными нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации критериев нуждаемости, вне зависимости от наличия в федеральных законах положений. Вместе с тем, часть 4 статьи 48 Федерального закона № 414-ФЗ гласит, что финансовое обеспечение полномочий, предусмотренное названной статьей, не является обязанностью субъекта Российской Федерации, осуществляется при наличии возможности и не является основанием для выделения дополнительных средств из федерального бюджета.

Установленное Законом № 18-кз правовое регулирование имеет самостоятельный предмет, не связанный с мерами, предоставляемыми участникам специальной военной операции на федеральном уровне.

В силу принципа самостоятельности бюджетов (статья 31 Бюджетного кодекса Российской Федерации) формы и направления расходования средств бюджета субъекта Российской Федерации (за исключением расходов, финансовое обеспечение которых осуществляется за счет субсидий и субвенций из бюджетов других уровней) определяются субъектами Российской Федерации самостоятельно, но при этом они не только вправе, но и обязаны самостоятельно обеспечивать сбалансированность собственных бюджетов и эффективность использования бюджетных средств (постановление Конституционного Суда РФ от 27 марта 2018 г. № 13-П).

С учетом изложенного выше суд приходит к выводу, что положение подпункта «а» пункта 1 части 1 статьи 2 Закона № 18-кз не противоречит Федеральным законам № 76-ФЗ и № 414-ФЗ.

Как следует из статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Следует отметить, что в соответствии с частью 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство определяет правовое положение участников гражданского оборота, основания возникновения и порядок осуществления права собственности и других вещных прав, прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальных прав), регулирует отношения, связанные с участием в корпоративных организациях или с управлением ими (корпоративные отношения), договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

В данном случае проживание в Ставропольском крае на дату начала специальной военной операции является условием для получения мер поддержки, правом на установление которого Ставропольский край обладал в полной мере в силу тех полномочий, которые ему, как субъекту Российской Федерации, предоставлены в рамках действующего законодательства.

Более того, установление условия о проживании на ту или иную дату на определенной территории практикуется и в федеральном законодательстве. Законодательство субъектов Российской Федерации в части предоставления мер социальной поддержки участникам специальной военной операции имеет аналогичный подход.

В данном случае указание в Законе № 18-кз «на дату начала специальной военной операции» не является дискриминационным понятием, связано с определением условий для получения дополнительных социальных гарантий, находящихся в компетенции субъекта РФ, и не противоречит федеральному законодательству.

Само по себе несоответствие административного истца условиям (критериям), установленным оспариваемым законодательным актом, не делает данный акт незаконным.

Установленное Законом № 18-кз правовое регулирование имеет самостоятельный предмет, не связанный с мерами, предоставляемыми участникам специальной военной операции на федеральном уровне.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих актах, в частности, в Постановлении от 27 марта 2018 г. № 13-П, законодатель субъекта Российской Федерации, реализуя предоставленные ему полномочия в сфере социальной защиты, обладает широкой дискрецией и вправе как определять форму, виды и условия предоставления за счет собственных средств социальной помощи (поддержки), в том числе с учетом принципа адресности и на основе оценки нуждаемости, так и изменять правовое регулирование в указанной сфере.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что оспариваемая норма принята в пределах компетенции Ставропольского края, в соответствии с нормативными правовыми актами, имеющими большую юридическую силу, с соблюдением процедуры принятия, введения в действие и опубликования, а доводы, указанные в административном исковом заявлении, не имеют правовых оснований, основаны на субъективном мнении административного истца, в связи с чем не могут быть признаны обоснованными.

Руководствуясь статьями 175-180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении административных исковых требований ФИО1 ФИО10 к Думе Ставропольского края о признании недействующим п.п. «а» п. 1 ч. 1 ст. 2 Закона Ставропольского края от 28 февраля 2023 года № 18-кз «О дополнительных социальных гарантиях участникам специальной военной операции и мерах социальной поддержки членов их семей» в части указания слов «на дату начала специальной военной операции» как не соответствующим законодательству Российской Федерации – отказать в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по административным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы/ принесения апелляционного представления через Ставропольский краевой суд.

Дата составления мотивированного решения суда 29 октября 2024 года.

Председательствующий судья Н.Г. Пушкарная