Решение № 12-423/2018 от 25 сентября 2018 г. по делу № 12-423/2018

№ 12-423/2018 Мировой судья Скворцов С.В.


РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

26 сентября 2018 года г. Челябинск

Судья Ленинского районного суда г. Челябинска Манкевич Н.И. при секретаре Гресь Н.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ленинского районного суда г. Челябинска жалобу защитника ФИО1 – Певнюк С. А. на постановление мирового судьи судебного участка № 5 Ленинского района г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении ФИО1, <данные изъяты>, ранее привлекавшегося к административной ответственности за совершение однородных административных правонарушений,

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 5 Ленинского района г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 (один) год 8 (восемь) месяцев.

В жалобе защитника ФИО1 – Певнюк С.А., поданной в Ленинский районный суд г. Челябинска, поставлен вопрос об отмене постановления мирового судьи судебного участка № 5 Ленинского района г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ ввиду его незаконности и необоснованности.

ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела судом извещен надлежащим образом, что подтверждается телефонограммой, а также конвертом с судебной повесткой, который вернулся с места жительства ФИО1 с отметкой оператора почтовой связи «истек срок хранения» (л.д. 145, 152), ходатайств об отложении рассмотрения жалобы в адрес суда не направил, о причинах неявки суду не сообщил, не явившись в судебное заседание, в полном объеме воспользовался своими правами, предусмотренными ст. 25.1 КоАП РФ. При таких обстоятельствах судья считает возможным рассмотреть дело в отсутствии ФИО1

Защитник Певнюк С.А. в судебном заседании доводы жалобы поддержал в полном объеме, указал, что ФИО1 не отказывался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, он просил подождать водителя, которому бы он передал транспортное средство.

В соответствии с ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ судья при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении не связан с доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

Выслушав защитника Певнюк С.А., изучив доводы жалобы, проверив материалы дела об административном правонарушении, оснований для удовлетворения жалобы и отмены или изменения постановления мирового судьи судебного участка № 5 Ленинского района г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ не нахожу по следующим основаниям.

При рассмотрении дела мировым судьей установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 19 час. 00 мин. ФИО1 в <адрес> управлял транспортным средством <данные изъяты> при наличии явных признаков опьянения: резкое изменение окраски кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке, – не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем нарушил п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, тем самым совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

В силу ст. 26.11 КоАП РФ судья, осуществляющий производство по делу об административном правонарушении, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности; никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Поскольку факт совершения административного правонарушения ФИО1 подтвержден протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом об отстранении от управления транспортным средством от ДД.ММ.ГГГГ; актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от ДД.ММ.ГГГГ; рапортами сотрудников полиции ФИО2, ФИО3, показаниями свидетелей ФИО3, ФИО4, иными доказательствами, вывод мирового судьи о наличии в действиях ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является правильным.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 не отказывался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, опровергаются материалами дела.

Основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование явился его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, что отражено в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование, в котором в качестве основания для направления на медосвидетельствование отражен отказ ФИО1 от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения (л.д.5, 6).

Из рапорта и показаний сотрудника ГИБДД ФИО3 следует, что водителю ФИО1, управлявшему автомобилем при наличии признаков опьянения, в присутствии двух понятых было предложено пройти освидетельствование на месте, от прохождения которого он отказался. Затем ФИО1 сотрудники ГИБДД предложили пройти медицинское освидетельствование, на что водитель ответил согласием. Между тем, при начале движения экипажа ГИБДД в медицинское учреждение ФИО1 открыл дверь патрульного автомобиля, выставил ноги на проезжую часть дороги, сказал, что никуда не поедет без своего автомобиля, затягивая процедуру направления на медицинское освидетельствование. После чего повторно были привлечены к участию в деле двое понятых, в присутствии которых ФИО1 на неоднократные требования сотрудников полиции пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения ответил отказом, мотивируя свой отказ тем, что скоро приедет другой водитель, чтобы забрать транспортное средство.

Основанием полагать, что ФИО1 находился в состоянии опьянения, явилось у него наличие таких признаков алкогольного опьянения, как резкое изменение окраски кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке, что согласуется с требованиями п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2008 г. № 475).

В акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протоколах о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и об административном правонарушении указано о наличии у водителя ФИО1 резкого изменения окраски кожных покровов лица, поведения, не соответствующего обстановке.

В силу п. 2.3.2 Правил дорожного движения (утв. Постановлением Совета Министров от 23.10.1993 г. № 1090) водитель транспортного средства обязан по требованию сотрудников полиции проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Таким образом, требование о прохождении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и медицинского освидетельствования на состояние опьянения предъявлено ФИО1 законно, в соответствии с пп.3, 10 вышеназванных Правил освидетельствования.

Доводы стороны защиты о том, что из видеозаписи видно, что ФИО1 согласен пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, опровергаются содержанием указанной видеозаписи, из которой усматривается, что водитель ФИО1 на неоднократные предложения сотрудника полиции пройти медицинское освидетельствование, указывает, что он поедет в медучреждение для прохождения медицинского освидетельствования только после того, как на место происшествия приедет другой водитель и заберет транспортное средство ПАЗ-32054, что было расценено инспекторами ГИБДД как отказ от прохождения медосвидетельствования.

Вопреки утверждениям в жалобы такое поведение ФИО1 при предъявлении ему сотрудником ГИБДД требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения однозначно указывает на его намеренное затягивание времени и нежелание выполнить законное требование инспектора ГИБДД пройти данный вид исследования. В связи с этим оснований полагать, что ФИО1 не отказывался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, не имеется.

С учетом вышеизложенного, а также отсутствия нормативно закрепленной возможности сотрудников ГИБДД принудительно доставлять лиц, отстраненных от управления транспортным средством, при наличии у них признаков опьянения на медицинское освидетельствование, описанные выше действия ФИО1 обоснованно были признаны инспектором ГИБДД как фактический отказ от его законного требования пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Видеозапись, представленная в дело сотрудниками полиции, отвечает требованиям ст. 26.2 КоАП РФ, является относимым и допустимым доказательством.

Действующее законодательство не содержит требований о необходимости подтверждения вины лица за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения данными видеофиксации. Применение видеозаписи для фиксации совершения процессуальных действий применяется по смыслу ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ в случае отсутствия понятых. Как усматривается из материалов дела, все процессуальные действия происходили в присутствии двух понятых, которые зафиксировали данный факт своими подписями в протоколах.

В связи с чем несостоятельны и утверждения в жалобе об отсутствии в материалах дела сведений о средстве видеофиксации и времени её осуществления.

Указание в жалобе на то, что сотрудники полиции не ознакомили ФИО1 с документами на прибор, в данном случае не может быть принято во внимание. Согласно материалам дела ФИО1 от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения отказался, таким образом, оснований для выполнения требований, предусмотренных п. 6 Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения (утв. Постановлением Правительства РФ от 26.06.2008 г. № 475), у должностных лиц не было.

Доводы о том, что понятые не присутствовали при проведении сотрудниками ГИБДД мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, необоснованны. Протокол об отстранении от управления транспортным средством, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протокол о направлении на медосвидетельствование на состояние опьянения, подписаны понятыми ФИО5, ФИО4, своими подписями они удостоверили совершение соответствующих процессуальных действий в их присутствии.

Каких-либо замечаний относительно того, что понятые не присутствовали при проведении сотрудниками ГИБДД мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, ни ФИО1, ни ФИО5, ФИО4 не высказывали и в процессуальные документы не вносили.

Из рапорта и показаний сотрудника ГИБДД ФИО3 следует, что понятые принимали участие при применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении в отношении водителя ФИО1

Более того, допрошенный в судебном заседании мировым судьей свидетель ФИО4 не отрицал, что он принимал участие в качестве понятого при проведении мер обеспечения производства по делу в отношении водителя ФИО1 наряду со вторым понятым. Не оспаривал, что подписи в протоколах об отстранении от управления транспортным средством, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения принадлежат ему. Каких-либо препятствий сотрудники ГИБДД понятым не чинили в общении с задержанным водителем (л.д. 116).

В связи с чем, сомневаться в том, что понятые присутствовали при совершении соответствующих процессуальных действий и оформлении их результатов, оснований не имеется.

Таким образом, доводы стороны защиты относительно показаний понятого ФИО4, который в судебном заседании пояснил, что не помнит предлагали ли сотрудники полиции что-либо водителю, не могут быть приняты во внимание, поскольку опровергаются материалами дела.

Довод заявителя жалобы о том, что он подписал протоколы по делу об административном правонарушении, поскольку сотрудники ГИБДД оказывали на него давление, необоснованны. Так, ФИО1, будучи совершеннолетним, дееспособным лицом, управляя транспортным средством, являющимся источником повышенной опасности, должен понимать значение своих действий, руководить ими, соблюдать требования Правил дорожного движения РФ и предвидеть наступление негативных юридических последствий в случае их нарушения. Содержание составленных в отношении ФИО1 процессуальных актов изложено в достаточной степени ясности, поводов, которые давали бы основания полагать, что он не осознавал содержание и суть подписываемых документов, не имеется.

Ссылки на то, что сотрудники ГИБДД не разъяснили за проведение каких именно мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении ФИО1 поставил свои подписи в протоколах, опровергаются показаниями свидетеля ФИО3, согласно которым водителю дважды были разъяснены его права и обязанности, в присутствии двух понятых ФИО1 предлагалось пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, затем неоднократно предлагалось пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от прохождения которых водитель отказался.

В протоколе об административном правонарушении имеются сведения о разъяснении ФИО1 процессуальных прав, предусмотренных ст. 25.1 КоАП РФ, и положений ст. 51 Конституции РФ (л.д. 4). На оборотной стороне полученной ФИО1 копии протокола раскрыто содержание ст. 25.1 КоАП РФ.

Тот факт, что сотрудники ГИБДД являются должностными лицами, наделенными государственно-властными полномочиями, не может служить поводом к тому, чтобы не доверять составленным им документам, а также их показаниям, которые судья оценивает по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела и совокупности представленных доказательств, ни одно из которых не имеет заранее установленной силы.

Повода для оговора ФИО1 сотрудниками полиции, составившими протоколы по делу об административном правонарушении, не усматривается. Показания свидетеля ФИО3 получены с соблюдением требований ст. 17.9 КоАП РФ, не противоречат иным материалам дела об административном правонарушении, обоснованно приняты мировым судьей в качестве доказательств вины ФИО1

Ссылка в жалобе на п. 35 Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения (утв. Приказом МВД России от 02.03.2009 г. № 185) является необоснованной, так как данный документ утратил силу в связи с изданием Приказа МВД России от 23.08.2017 г. № 664, вступившего в силу 19.10.2017.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, предусматривающей ответственность за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния.

Постановление мирового судьи отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, в нем приведены обстоятельства, установленные при рассмотрении дела, доказательства вины, исследованные в судебном заседании, содержится мотивированное решение по делу. Принципы презумпции невиновности и законности, закрепленные в ст. ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ, соблюдены.

Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности не нарушены. Административное наказание назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ в соответствии с требованиями ст. ст. 3.1, 3.8, 4.1 КоАП РФ. При этом мировой судья учел личность виновного, характер совершенного административного правонарушения, объектом которого является безопасность дорожного движения, обстоятельства, смягчающие и отягчающие административную ответственность. Оснований для снижения наказания не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 30.6-30.8 КоАП РФ, судья

решил:

постановление мирового судьи судебного участка № 5 Ленинского района г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении ФИО1, оставить без изменения, а жалобу защитника ФИО1 – Певнюк С. А. - без удовлетворения.

Судья: Н.И. Манкевич