Апелляционное определение № 33-3970/2026 от 14 апреля 2026 г.

Судья Мягкова Е.А. Дело № 33-3970/2026

УИД 34RS0008-01-2025-008411-23


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 апреля 2026 года г. Волгоград

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Старковой Е.М.,

судей Абакумовой Е.А., Марчукова А.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Артеменко Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке гражданское дело № 2-3503/2025 по иску прокурора Центрального района г.Волгограда в интересах ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании договора потребительского кредита недействительным, применении последствий недействительности сделки, по иску ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании банка нарушившим норм законодательства, возмещении материального и морального вреда,

по апелляционному представлению прокурора Центрального района г.Волгограда в интересах ФИО1,

на решение Центрального районного суда г. Волгограда от 18 ноября 2025 года, которым постановлено:

«В удовлетворении исковых требований прокурора Центрального района города Волгограда в интересах ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании недействительным договора потребительского кредита от 29 августа 2024 года №V625/0055-0333417, заключенного между ФИО1 и Банк ВТБ (ПАО) на сумму 600 000 рублей, применении последствия недействительности сделки, а именно признать денежные средства в сумме 600 000 рублей неполученными, обязательства по их возврату и уплате процентов не возникшими; возложении на Банк ВТБ (ПАО) обязанности по удалению из кредитной истории ФИО1 сведений о заключении кредитного договора от 29 августа 2024 года №V625/0055-0333417, а также в удовлетворении требований ФИО1 к Банк ВТБ (ПАО) о признании Банк ВТБ (ПАО) нарушившим статьи 2, 6, 7, 8 часть 2,15 части 1, 2, 17 части 1, 2, 18, 19 часть 2, 21 часть 1, 24 часть 2, 45, 47, 48 часть 1, 52 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3, 4 ФЗ-86 от 10 июля 2002 года «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России), статьи 2, 4, 6.1-2, 13 части 7, 8 ФЗ-353 от 21.12.2013 года «О потребительском кредите (займе)», статьи 13, 14, 22, 29, 30, 32 ФЗ-2300-1 от 07 февраля 1992 года «О защите прав потребителей», статьи 2, 4, 11.1, 11.1-1, 11.1-2, 11.1-3, 19 ФЗ-395-1 от 02 декабря 1990 года «О банках и банковской деятельности», статью 125 УК РФ в отношении ФИО1 и членов его семьи; возложении обязанности на Банк ВТБ (ПАО) в установленный действующим законодательством срок возместить ФИО1 и членам его семьи материальный и моральный вред в размере 720 000 рублей на счет, открытый на его имя в Волгоградском отделении №8621 ПАО Сбербанк – отказать».

Заслушав доклад судьи Старковой Е.М., судебная коллегия

установила:

Прокурор Центрального района г. Волгограда обратился в суд с иском в интересах ФИО1, мотивируя требования тем, что в период времени с 27 августа 2024 года по 19 сентября 2024 года неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, путем обмана тайно похитило денежные средства в размере 2 993 210 рублей, принадлежащие ФИО1, которые потерпевший самостоятельно перевел на счета, указанные злоумышленником.

Из объяснений ФИО1 следует, что 29 августа 2024 года введенный в заблуждение неустановленным лицом относительно заключения на его имя кредитных договоров ФИО1 в отделении Банка ВТБ (ПАО) оформил кредитный договор №V625/0055-0333417 от 29 августа 2024 года на сумму 600 000 рублей. Денежные средства ФИО1 получил наличными 29 августа 2024 года и в тот же день перевел двумя частями на банковскую карту, указанную мошенниками.

Кредитный договор от 29 августа 2024 года №V625/0055-0333417 ФИО1 оформил под психологическим воздействием неизвестных лиц, которые убедили его оформить на себя кредит. При этом фактически у ФИО1 отсутствовало действительное волеизъявление на заключение спорного кредитного договора и получение по нему денежных средств для личных целей, поскольку в последующем в течение непродолжительного промежутка времени денежные средства в полном объеме ФИО1 перевел по указанию неустановленных лиц на банковский счет, указанный мошенниками.

В связи с чем, прокурор обратился в суд в интересах ФИО1 и просил признать недействительным договор потребительского кредита от 29.08.2024 года №V625/0055-0333417, заключенный между ФИО1 и Банк ВТБ (ПАО) на сумму 600 000 рублей, применить последствия недействительности сделки, а именно признать денежные средства в сумме 600 000 рублей неполученными, обязательства по их возврату и уплате процентов не возникшими. Возложить на Банк ВТБ (ПАО) обязанность по удалению из кредитной истории ФИО1 сведений о заключении кредитного договора от 29 августа 2024 года №V625/0055-0333417.

ФИО1 также обратился в суд с самостоятельными требованиями, просил признать Банк ВТБ (ПАО) нарушившим статьи 2, 6, 7, 8 часть 2,15 части 1, 2, 17 части 1, 2, 18, 19 часть 2, 21 часть 1, 24 часть 2, 45, 47, 48 часть 1, 52 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3, 4 ФЗ-86 от 10.07.2002 года «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России), статьи 2, 4, 6.1-2, 13 части 7, 8 ФЗ-353 от 21 декабря 2013 года «О потребительском кредите (займе)», статьи 13, 14, 22, 29, 30, 32 ФЗ-2300-1 от 07 февраля 1992 года «О защите прав потребителей», статьи 2, 4, 11.1, 11.1-1, 11.1-2, 11.1-3, 19 ФЗ-395-1 от 02.12.1990 года «О банках и банковской деятельности», статью 125 УК РФ в отношении истца и членов его семьи. Обязать Банк ВТБ (ПАО) в установленный действующим законодательством срок возместить ему и членам его семьи материальный и моральный вред в размере 720 000 рублей на счет, открытый на его имя в Волгоградском отделении №8621 ПАО Сбербанк.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционном представлении прокурор Центрального района г.Волгограда, с вынесенным решением не согласен, ссылаясь на незаконность и необоснованность постановленного по делу решения суда, нарушение судом норм материального и процессуального права, просит решение суда отменить, принять новый судебный акт, которым требования прокурора Центрального района г.Волгограда в интересах ФИО1 удовлетворить в полном объеме.

В обоснование представления указывает, что судом при вынесении решения неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела. Отказывая в удовлетворении требований суд не учел, что у ФИО1 отсутствовала воля на заключение кредита, он находился под влиянием мошенников, в рамках уголовного дела была проведена судебно-психиатрическая экспертизы, согласно которой данные индивидуально-психологические особенности личности ФИО1 в сочетании с повышенным эмоциональным напряжением, обусловленного средствами, запрограммированными извне алгоритмами действий в структуре навязываемой деятельности при отсутствии времени на размышления, психологическое воздействие и принуждение со стороны третьих лиц определяло зависимое поведение ФИО1, препятствовало адекватной смысловой оценке ситуации, способности понимать характер и значение совершаемых с ним действий, либо оказывать сопротивление.

Третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, в том числе путем размещения соответствующей информации на сайте Волгоградского областного суда (http://oblsud.vol.sudrf.ru раздел «Назначение дел к слушанию и результаты рассмотрения»), в судебное заседание не явились, доказательств уважительности причин неявки не представили, в связи с чем, судебная коллегия находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в апелляционном представлении, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав прокурора Худякову Ю.В., поддержавшую доводы апелляционного представления, ФИО1, поддержавшего апелляционное представление, представителя ответчика ПАО «Банк ВТБ» ФИО2, возражавшую против удовлетворения апелляционного представления, оценив представленные сторонами доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

Гражданское законодательство, как следует из пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из положений статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

Статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1).

Согласно пункту 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Из положений статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Суд вправе не применить последствия недействительности сделки (п. 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности (пункт 4).

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (статья 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, ФИО1 являлся клиентом Банка ВТБ (ПАО).

15 сентября 2023 года между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) заключен договор комплексного обслуживания, путем присоединения истца к Правилам комплексного обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО) на основании письменного заявления на предоставление комплексного обслуживания в Банке ВТБ (ПАО). В указанном заявлении ФИО1 просил Банк: подключить пакет услуг Мультикарта; предоставить доступ в ВТБ-Онлайн; открыть мастер-счет в российских рублях.

Способом связи между Банком и ФИО1 был выбран мобильный номер телефона: № <...>

29 августа 2024 года ФИО1 лично обратился в Банк ВТБ (ПАО), а именно в оперативный офис «На Коммунистической» <...>. для заключения кредитного договора.

В соответствии с пунктом 6.4.1 Правил дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), к которым присоединился ФИО1, клиент может оформить заявление на получение кредита в ВТБ-Онлайн. Заявление на получение кредита/иные электронные документы клиент подписывает ПЭП способом, определенным в пункте 8.3 Правил ДБО (смс-код – в случае использования Интернет-Банка, смс-код/Passcode – в случае использования Мобильного приложения.

Банк информирует клиента о принятии решении посредством направления смс-пуш сообщения. В случае принятия Банком решения о предоставлении кредита Клиенту предоставляются для ознакомления Индивидуальные условия/иные электронные документы, которые клиент может сохранить на своем мобильном устройстве.

В случае согласия с Индивидуальными условиями/иными электронными документами клиент подписывает их ПЭП способом, определенным в пункте 8.3 Правил ДБО. До подписания электронных документов клиент должен предварительно ознакомиться с их содержанием.

29 августа 2024 года между сторонами посредством электронного документооборота и подписания договора простой электронной подписью (ПЭП) с использованием системы ВТБ-Онлайн заключен кредитный договор №V625/0055-0333417, по условиям которого истцу был предоставлен кредит в размере 803 701 рубль, с уплатой процентов в размере 22% годовых (базовая процентная ставка 33,40% годовых), на срок 60 месяцев.

После заключения кредитного договора Банком были перечислены денежные средства в размере 803 701 рублей на счет № <...>. Из указанной суммы оплачены дополнительные услуги по снижению процентной ставки по кредитному договору в размере 143 701 рублей, сертификаты ООО «Космовизаком» на использование сервиса «Кредитный помощник» в размере 60 000 рублей.

Денежные средства в размере 600 000 рублей получены ФИО1 наличными денежными средствами и перечислены на счет неустановленного лица.

Также из материалов дела следует, что в производстве СО №4 СУ УМВД России по г. Волгограду находиться уголовное дело №12401180031001086, возбужденное 24 сентября 2024 года по заявлению ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного части 3 статьи 30, части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по которому ФИО1 признан потерпевшим.

Из постановления о признании ФИО1 потерпевшим следует, что в период времени с 27 августа 2024 года по 19 сентября 2024 года неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, путем обмана тайно похитило денежные средства в размере 2 993 210 рублей, принадлежащие ФИО1, которые потерпевший перевел на счета, указанные злоумышленником.

Из объяснений ФИО1 следует, что 29 августа 2024 года введенный в заблуждение неустановленным лицом относительно заключения на его имя кредитных договоров ФИО1 в отделении Банка ВТБ (ПАО) оформил кредитный договор №V625/0055-0333417. Денежные средства ФИО1 получил наличными в размере 600 000 рублей 29 августа 2024 года и в тот же день через банкомат Банка ВТБ (ПАО) перевел на банковскую карту № <...>. Полученными денежными средствами ФИО1 не пользовался, кредитный договор оформил под психологическим воздействием неизвестных лиц, которые убедили его оформить на себя кредит.

Аналогичные пояснения ФИО1 давал при проведении проверки прокуратурой Центрального района г. Волгограда и в суде первой инстанции.

В рамках уголовного дела проведена судебно-психиатрическая экспертиза, согласно выводам которой, ФИО1 в настоящее время и в момент совершения в отношении него противоправного деяния каким-либо психическим расстройством не страдал и не страдает, а потому по своему психическому состоянию во время совершения в отношении него противоправного деяния мог понимать значение своих действий либо руководить ими, а также в настоящее время правильно понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, а также самостоятельно осуществлять действия, направленные на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей, защищать свои права и законные интересы.

Разрешая исковые требования прокурора о признании недействительным договора потребительского кредита от 29 августа 2024 года, заключенного между ФИО1, применении последствия недействительности сделки, признании денежных средств в сумме 600 000 рублей неполученными, обязательства по их возврату и уплате процентов не возникшими; возложении на Банк ВТБ (ПАО) обязанности по удалению из кредитной истории ФИО1 о заключении кредитного договора и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции исходил из того, что заключение договора осуществлялось лично ФИО1, идентификация клиента осуществлена, документы по договору кредита подписаны лично, денежные средства получены наличными, которыми сторона распорядилась по своему усмотрению, при этом в момент заключения сделки ФИО1 мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Также суд первой инстанции не нашел оснований к удовлетворению требований ФИО1 о признании Банк ВТБ (ПАО) нарушившим статьи 2, 6, 7, 8 часть 2,15 части 1, 2, 17 части 1, 2, 18, 19 часть 2, 21 часть 1, 24 часть 2, 45, 47, 48 часть 1, 52 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3, 4 ФЗ-86 от 10.07.2002 года «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России), статьи 2, 4, 6.1-2, 13 части 7, 8 ФЗ-353 от 21.12.2013 года «О потребительском кредите (займе)», статьи 13, 14, 22, 29, 30, 32 ФЗ-2300-1 от 07 февраля 1992 года «О защите прав потребителей», статьи 2, 4, 11.1, 11.1-1, 11.1-2, 11.1-3, 19 ФЗ-395-1 от 02 декабря 1990 года «О банках и банковской деятельности», статью 125 УК РФ в отношении истца и членов его семьи; возложении обязанности в установленный действующим законодательством срок возместить ему и членам его семьи материальный и моральный вред в размере 720 000 рублей на счет, открытый на его имя в Волгоградском отделении №8621 ПАО Сбербанк.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции об отказе в иске ФИО1 о признании банка нарушившим положения указанных истцом норм закона и взыскании в его пользу и пользу его семьи материального и морального вреда в размере 720 000 рублей, у судебной коллегии не имеется. Выводы суда первой инстанции в указанной части основаны на нормах материального права и установленных обстоятельствах.

В силу статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом, иными актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации указаны способы защиты гражданских прав.

По смыслу указанной правовой нормы способы защиты гражданских прав предопределяются правовыми нормами, регулирующими конкретное правоотношение.

В соответствии с положениями статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Между тем, исковые требования ФИО1 о признании Банк ВТБ (ПАО) нарушившим статьи 2, 6, 7, 8 часть 2,15 части 1, 2, 17 части 1, 2, 18, 19 часть 2, 21 часть 1, 24 часть 2, 45, 47, 48 часть 1, 52 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3, 4 ФЗ-86 от 10.07.2002 года «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России), статьи 2, 4, 6.1-2, 13 части 7, 8 ФЗ-353 от 21 декабря 2013 года «О потребительском кредите (займе)», статьи 13, 14, 22, 29, 30, 32 ФЗ-2300-1 от 07 февраля 1992 года «О защите прав потребителей», статьи 2, 4, 11.1, 11.1-1, 11.1-2, 11.1-3, 19 ФЗ-395-1 от 02.12.1990 года «О банках и банковской деятельности», статью 125 УК РФ не направлены на защиту нарушенных прав и не ведут к восстановлению прав.

Следовательно, у суда первой инстанции не имелось оснований к их удовлетворению.

Не имелось оснований и к удовлетворению требований о взыскании в пользу истца и членов его семьи материального ущерба и морального вреда, поскольку доказательств того, что по вине ответчика истцу причинен материальный ущерб материалы дела не содержат. Как и не имеется доказательств того, что истец в связи с действиями (бездействиями) банка испытывал физические и нравственные страдания.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований к удовлетворению требований прокурора о признании недействительным договора потребительского кредита, применении последствия недействительности сделки, признании денежных средств неполученными, обязательства по их возврату и уплате процентов не возникшими; возложении обязанности по удалению из кредитной истории сведений о договоре, исходя из следующего.

В статье 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите» (далее - Закон о потребительском кредите) указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита в соответствии с пунктом 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

В пункте 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите установлено, что документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с этим федеральным законом.

Таким образом, заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

В части 2 статьи 5 Федерального закона от 06 апреля 2011 года № 63-ФЗ «Об электронной подписи» определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

В части 2 статьи 6 указанного закона закреплено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 данного федерального закона.

Электронный документ согласно статье 9 Федерального закона от 06 апреля 2011 года № 63-ФЗ «Об электронной подписи» считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий: простая электронная подпись содержится в самом электронном документе; ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

В части 2 этой же статьи указано, что нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности: правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи; обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25).

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 года, указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Как указывал ФИО1 в суде первой инстанции, его воля на заключение договора отсутствовала.

Из заключения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, следует, что в период совершения в отношении ФИО1 мошеннических действий в условиях манипулятивного воздействия у ФИО1 был актуализирован соответствующий его личностным смыслам мотив помощи правоохранительным органам. Предъявляемые требования апеллировали к таким его личностным качествам, как социальная ответственность, исполнительность, значимость сопричастности, вовлеченности в совместную деятельность, развитое чувство долга, просоциальная направленность интересов. Данные индивидуально-психологические особенности в сочетании с повышенным эмоциональным напряжением, обусловленного средствами, запрограммированными извне алгоритмами действий в структуре навязываемой деятельности при отсутствии времени на размышления, психологическое воздействие и принуждение со стороны третьих лиц определяло зависимое поведение ФИО1, препятствовало адекватной смысловой оценке ситуации, способности понимать характер и значение совершаемых с ним действий, либо оказывать сопротивление.

Между тем, вышеприведенные правовые нормы и установленные обстоятельства, судом первой инстанции при рассмотрении спора не учтены.

Как и не учтено, что банк в нарушение правила о добросовестности и осмотрительности не установил действительное волеизъявление потребителя на заключение кредитного договора, в то время как банк обязан учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг, с учетом материалов уголовного дела, возбужденного по заявлению ФИО1 по факту совершения в отношении него мошеннических действий, что в свою очередь имело существенное значение для разрешения спора.

Следовательно, в указанной части судебный акт не основан на нормах материального права и выводы суда не соответствуют обстоятельствам по делу, а поэтому подлежит отмене с принятием по делу нового решения об удовлетворении требований прокурора и признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности и возложении обязанности по удалению из кредитной истории сведений о договоре.

Исходя из разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции для установления юридически значимых обстоятельств приобщил к материалам дела новые доказательства, а именно расчет банка, из которого следует, что ФИО1 перечислил на счет банка денежную сумму в размере 7 220 рублей.

Выплаченная ФИО1 сумма в счет погашения задолженности по кредитному договору подлежит взысканию с банка в его пользу.

Доводы банка в суде апелляционной инстанции об отсутствии оснований к удовлетворению апелляционного представления судебной коллегией приняты быть не могут, доводы не основаны на нормах материального права и обстоятельствах по делу.

Ссылка банка на то, что до заключения кредитного договора путем ввода кода ВТБ-Онлайн для подписания договора ФИО1 был ознакомлен с памяткой о мерах безопасности и оформил анкету, в которой указал, что не находится под влиянием третьих лиц, не служит основанием к отказу в признании договора недействительным. При рассмотрении спора установлено, что при заключении договора через ВТБ-Онлайн ФИО1 находился под влиянием обмана со стороны неустановленных лиц. При этом банку следовало предпринять повышенные меры предосторожности.

Действующим гражданским законодательством, основанным на принципе диспозитивности, предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают на основании соответствующего волеизъявления лица, которое должно быть выражено способом, не вызывающим сомнения в его наличии и в действительности его выражения надлежащим лицом.

Вся совокупность исследованных доказательств, объяснения ФИО1 об обстоятельствах совершения сделки и последующие фактические действия свидетельствует о том, что он при заключении данной сделки не намеревался заключать договор. При этом банк, исходил только из формального соблюдения порядка подписания договора, и не убедился в достаточной степени, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица.

В соответствии с положениями статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

На основании изложенного руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Центрального районного суда города Волгограда от 18 ноября 2025 года в части отказа в удовлетворении исковых требований прокурора

в интересах ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании договора потребительского кредита недействительным, применении последствий недействительности сделки отменить, принять в указанной части новое решение.

Признать недействительным договор потребительского кредита от 29 августа 2024 года №V625/0055-0333417, заключенный между ФИО1 и Банк ВТБ (ПАО) на сумму 600 000 рублей, применить последствия недействительности сделки, признать денежные средства в сумме 600 000 рублей неполученными, обязательства по их возврату и уплате процентов не возникшими.

Взыскать с Банк ВТБ (ПАО) (ИНН <***>) в пользу ФИО1 денежные средства выплаченные ФИО1 по кредитному договору в размере 7 220 рублей.

Возложить на Банк ВТБ (ПАО) обязанность по удалению из кредитной истории ФИО1 сведений о заключении кредитного договора от 29 августа 2024 года №V625/0055-0333417.

В остальной части решение Центрального районного суда г. Волгограда от 18 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционное представление прокурора Центрального района г.Волгограда в интересах ФИО1 без удовлетворения.

Взыскать с Банк ВТБ (ПАО) в доход бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в течении трех месяцев со дня принятия апелляционного определения в окончательной форме.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 апреля 2026 года.

Председательствующий:

Судьи: