Решение № 2-365/2021 2-365/2021(2-3698/2020;)~М-3438/2020 2-3698/2020 М-3438/2020 от 3 марта 2021 г. по делу № 2-365/2021

Дело № 2-365/2021 4 марта 2021 года


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ломоносовский районный суд города Архангельска в составе

председательствующего судьи Сафонова Р. С.

при секретаре Поковба А. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) о признании незаконным решения об отказе в перерасчёте фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, возложении обязанности включить в стаж периоды отпуска по уходу за ребёнком, предпринимательской деятельности, произвести перерасчёт фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) о признании незаконным решения об отказе в перерасчёте фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, возложении обязанности включить в стаж периоды отпуска по уходу за ребёнком, произвести перерасчёт фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости.

Требования мотивировала тем, что находилась в отпуске по уходу за ребёнком в период с 17 сентября 1988 года по 4 сентября 1991 года. 14 июня 2020 года она обратилась к ответчику с заявлением о перерасчёте размера пенсии. 23 июня 2020 года ответчиком вынесено решение <№> об отказе в перерасчёте фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости в связи с отсутствием требуемого стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера. С указанным решением она не согласна, так как считает, что на основании ранее действовавшего законодательства имела право на включение периодов нахождения в отпуске по уходу за ребёнком в стаж для установления фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости. Спорный период нахождения в отпуске по уходу за ребёнком имел место до 6 октября 1992 года, то есть до вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР», с принятием которого период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребёнком перестал включаться в стаж работы по специальности в случае назначения пенсии на льготных условиях. Потому просила признать решение ответчика от 23 июня 2020 года <№> об отказе в перерасчёте фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости незаконным, возложить на ответчика обязанность включить период отпуска по уходу за ребёнком с 17 сентября 1988 года по 4 сентября 1991 года в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, произвести перерасчёт размера фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости.

В ходе судебного разбирательства исковые требования изменила, просила признать решение ответчика от 23 июня 2020 года <№> об отказе в перерасчёте фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости незаконным, возложить на ответчика обязанность включить периоды отпуска по уходу за ребёнком с 26 ноября 1988 года по 1 сентября 1990 года, со 2 сентября 1990 года по 4 сентября 1991 года, периоды предпринимательской деятельности с 1 января 2015 года по 28 февраля 2015 года, с 1 апреля 2015 года по 30 июня 2015 года, с 1 октября 2015 года по 30 ноября 2015 года, с 1 июля 2016 года по 5 мая 2017 года, с 14 июня 2019 года по 30 июня 2019 года в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, произвести перерасчёт размера фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости с 1 июля 2020 года.

В судебном заседании истец на удовлетворении исковых требований настаивала. Суду пояснила, что в качестве документов, подтверждающих осуществление ею предпринимательской деятельности, предоставляла в пенсионный орган договоры аренды.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать.

Ранее в предварительном судебном заседании представитель ответчика суду пояснял, что при обращении в пенсионный орган с заявлением о перерасчёте размера пенсии истец договоры аренды не предоставляла.

Заслушав пояснения истца и представителя ответчика, исследовав письменные материалы настоящего гражданского дела, материалы пенсионного дела ФИО1 <№>, суд приходит к следующему.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Закон № 400-ФЗ).

Согласно части 1 статьи 16 Закона № 400-ФЗ фиксированная выплата к страховой пенсии по старости лицам (за исключением лиц, являющихся получателями пенсии за выслугу лет либо пенсии по инвалидности в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей», а также лиц, указанных в пункте 7 статьи 3 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»), к страховой пенсии по инвалидности (за исключением фиксированной выплаты к страховой пенсии по инвалидности инвалидам III группы) устанавливается в сумме 4 982 рубля 90 копеек в месяц.

В силу части 5 статьи 17 Закона № 400-ФЗ лицам, проработавшим не менее 20 календарных лет в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, и имеющим страховой стаж не менее 25 лет у мужчин или не менее 20 лет у женщин, устанавливается повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности в сумме, равной 30 процентам суммы установленной фиксированной выплаты к соответствующей страховой пенсии, предусмотренной частями 1 и 2 статьи 16 настоящего Федерального закона.

Частью 9 статьи 17 Закона № 400-ФЗ предусмотрено, что лицам, проживающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии, предусмотренной частями 1 и 2 статьи 16 настоящего Федерального закона и частью 8 настоящей статьи, устанавливается в сумме, равной увеличению фиксированной выплаты к страховой пенсии, увеличенной на соответствующий районный коэффициент, устанавливаемый Правительством Российской Федерации в зависимости от района (местности) проживания, на весь период проживания указанных лиц в этих районах (местностях).

На основании части 13 статьи 17 Закона № 400-ФЗ лицам, имеющим право на повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии на соответствующий районный коэффициент в соответствии с частью 9 настоящей статьи и одновременно на повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии в соответствии с частью 4 или 5 настоящей статьи, устанавливается одно повышение фиксированной выплаты по выбору застрахованного лица.

Как указано в пункте 4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516, которые подлежат применению по настоящему спору, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Пунктом 5 указанных Правил определено, что периоды работы, дающей право на досрочное назначение пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке, если иное не предусмотрено настоящими правилами и иными нормативными правовыми актами. При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что истец является получателем страховой пенсии по старости с <Дата>.

При этом ей установлена повышенная фиксированная выплата к страховой пенсии по старости как лицу, проживающему в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, где установлен районный коэффициент 1,2, то есть установлено повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости на 20 процентов.

14 июня 2020 года ФИО1 обратилась к ответчику с заявлением о перерасчёте размера пенсии, в котором просила установить ей повышенную фиксированную выплату к страховой пенсии по старости в связи с выработкой необходимой продолжительности стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

Решением пенсионного органа от 23 июня 2020 года <№> истцу отказано в установлении повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, предусмотренной частью 5 статьи 17 Закона № 400-ФЗ.

Не согласившись с таким решением, истец обратилась в суд с настоящим иском.

Как следует из решения ответчика, стаж работы истца в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, составляет 17 лет 1 месяц 23 дня, при этом в указанный стаж ответчик не включил периоды отпусков по уходу за ребёнком с 26 ноября 1988 года по 1 сентября 1990 года, со 2 сентября 1990 года по 4 сентября 1991 года, периоды предпринимательской деятельности с 1 января 2015 года по 28 февраля 2015 года, с 1 апреля 2015 года по 30 июня 2015 года, с 1 октября 2015 года по 30 ноября 2015 года, с 1 июля 2016 года по 5 мая 2017 года, с 14 июня 2019 года по 30 июня 2019 года.

Действительно, у истца имеется ребёнок – ФИО, родившийся <Дата>.

Согласно имеющейся в материалах пенсионного дела ФИО1 <№> трудовой книжке в период с 15 марта 1988 года по 1 сентября 1990 года истец работала в <***> .... В период со 2 сентября 1990 года по 5 сентября 1991 года она работала в <***> ....

Также в имеющейся в материалах пенсионного дела архивной справке от 29 апреля 2015 года <№>, выданной архивным отделом муниципального учреждения муниципального образования «Город Архангельск» «Хозяйственная служба мэрии», указано, что истцу согласно документам архивного фонда <***> в период работы с 26 ноября 1988 года по 17 сентября 1989 года выплачивалось пособие по уходу за ребёнком до достижения им возраста одного года, в период с 1 декабря 1989 года по 17 марта 1990 года – пособие до полутора лет со ссылкой на приказ от 9 февраля 1990 года № 12, с апреля 1990 года по август 1991 года – пособие на ребёнка до 6 лет.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что в связи с рождением ребёнка работодатель (<***>) предоставлял истцу отпуска по уходу за ребёнком с выплатой за этот период пособия по государственному социальному страхованию (статья 167 Кодекса законов о труде РСФСР, действовавшего в период работы истца).

При этом следует учесть, что Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 22 января 1981 года «О мерах по усилению государственной помощи семьям, имеющим детей» были установлены частично оплачиваемый отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста одного года и дополнительный отпуск без сохранения заработной платы по уходу за ребёнком до достижения им возраста полутора лет. В соответствии с пунктом 2 постановления Совета Министров СССР и ВЦСПС от 22 августа 1989 года № 677 «Об увеличении продолжительности отпусков женщинам, имеющим малолетних детей» с 1 декабря 1989 года повсеместно продолжительность дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребёнком была увеличена до достижения им возраста трёх лет. Указанный дополнительный отпуск подлежал зачёту в общий и непрерывный стаж, а также в стаж работы по специальности.

Впоследствии право женщин, имеющих малолетних детей, оформить отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет было предусмотрено Законом СССР от 22 мая 1990 года № 1501-I «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты СССР по вопросам, касающимся женщин, семьи и детства», которым внесены изменения в Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о труде, утверждённые Законом СССР от 15 июля 1970 года. При этом статья 71 Основ изложена в новой редакции и предусматривала предоставление женщине частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребёнком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет.

До введения в действие Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» статья 167 Кодекса законов о труде РСФСР предусматривала, что период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трёх лет подлежит зачёту в общий и непрерывный стаж, а также в стаж работы по специальности.

С принятием Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» (вступил в силу 6 октября 1992 года) период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребёнком перестал включаться в стаж работы по специальности в случае назначения пенсии на льготных условиях.

Поскольку в Законе № 400-ФЗ порядок подсчёта стажа работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностям для определения повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, предусмотренной частями 4 и 5 статьи 17 Закона № 400-ФЗ, не закреплён, то при исчислении такого стажа должен применяться тот же порядок, который применяется для назначения пенсии за работу в указанных районах и местностях.

Следовательно, принимая во внимание, что в связи с рождением ребёнка истцу были предоставлены отпуска по уходу за ребёнком, при этом такие отпуска имели место во время действия закона, который позволял включать отпуска, связанные с рождением ребёнка, в стаж, дающий право на льготное пенсионное обеспечение, спорные периоды отпусков, связанных с рождением детей, с 26 ноября 1988 года по 1 сентября 1990 года и со 2 сентября 1990 года по 4 сентября 1991 года относятся к стажу работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

Относительно требования истца о понуждении ответчика включить в стаж на соответствующих видах работ периоды предпринимательской деятельности с 1 января 2015 года по 28 февраля 2015 года, с 1 апреля 2015 года по 30 июня 2015 года, с 1 октября 2015 года по 30 ноября 2015 года, с 1 июля 2016 года по 5 мая 2017 года, с 14 июня 2019 года по 30 июня 2019 года суд приходит к следующим выводам.

Индивидуальные предприниматели, как участники системы обязательного пенсионного страхования, имеют право на установление им страховой пенсии по старости на общих основаниях с учётом периодов предпринимательской деятельности, за которые ими уплачены соответствующие страховые взносы. При этом периоды осуществления предпринимательской деятельности могут рассматриваться как периоды работы в районах Крайнего Севера и в приравненных к ним местностях, учитываемые при определении размера страховой пенсии (части 4 и 5 статьи 17 Закона № 400-ФЗ), в случае документального подтверждения уплаты за эти периоды обязательных платежей и осуществления указанной деятельности в таких районах и местностях.

За спорные периоды осуществления предпринимательской деятельности истцом страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации уплачены, данное обстоятельство подтверждается выпиской из лицевого счёта застрахованного лица.

Письмом Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Архангельску от 18 февраля 2021 года <№> подтверждается, что в период с 1 января 2015 года по 30 сентября 2016 года истец являлась плательщиком единого налога на вменённый доход для отдельных видов деятельности. В налоговые периоды 2015, 2016, 2017, 2019 годов истец также применяла упрощенную систему налогообложения, в налоговых декларациях для исчисления налога ею указывались соответствующие суммы доходов и расходов в связи с осуществлением предпринимательской деятельности.

Согласно имеющимся в материалах пенсионного дела ФИО1 <№> налоговым декларациям по единому налогу на вменённый доход для отдельных видов деятельности за 1-4 кварталы 2015 года, 1-3 кварталы 2016 года место осуществления предпринимательской деятельности находилось в г. Архангельске.

Факт осуществления истцом предпринимательской деятельности в г. Архангельске подтверждается также представленными в материалы дела договорами аренды нежилого помещения от 1 января 2015 года, от 1 декабря 2015 года, от 1 октября 2017 года, от 1 сентября 2018 года с актами приёма-передачи к ним. В договорах указан адрес арендуемого помещения: ....

При таких данных, суд приходит к выводу, что оспариваемые периоды осуществления предпринимательской деятельности с 1 января 2015 года по 28 февраля 2015 года, с 1 апреля 2015 года по 30 июня 2015 года, с 1 октября 2015 года по 30 ноября 2015 года, с 1 июля 2016 года по 5 мая 2017 года, с 14 июня 2019 года по 30 июня 2019 года подлежат включению в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

Довод представителя ответчика о том, что документы, подтверждающие факт осуществления предпринимательской деятельности в спорные периоды, истец при обращении в пенсионный орган с заявлением о перерасчёте размера пенсии не представляла, судом отклоняются как несостоятельные, такие доводы опровергаются представленным в материалы дела уведомлением о получении от истца 22 июня 2020 года налоговых деклараций за 2015-2017 годы.

Кроме того, сведения о системе налогообложения истца, в том числе о переходе на уплату единого налога на вменённый доход для отдельных видов деятельности, находятся в распоряжении налоговых органов, ответчик не вправе был запрашивать данные о месте осуществления деятельности у истца, обратившегося с заявлением о предоставлении государственной услуги по установлению страховой пенсии, а обязан был направить запрос об уточнении информации в налоговый орган.

При включении в стаж работы истца в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, спорных периодов с 26 ноября 1988 года по 1 сентября 1990 года, со 2 сентября 1990 года по 4 сентября 1991 года, с 1 января 2015 года по 28 февраля 2015 года, с 1 апреля 2015 года по 30 июня 2015 года, с 1 октября 2015 года по 30 ноября 2015 года, с 1 июля 2016 года по 5 мая 2017 года, с 14 июня 2019 года по 30 июня 2019 года у истца образуется достаточный стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, для установления повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, предусмотренной частью 5 статьи 17 Закона № 400-ФЗ. Другое условие для установления такой выплаты, а именно 20 лет страхового стажа, также соблюдается, что следует из материалов пенсионного дела ФИО1 <№>.

Согласно части 1 статьи 23 Закона № 400-ФЗ перерасчёт размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии, за исключением случаев, предусмотренных частями 4 и 5 настоящей статьи, производится:

1) с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором наступили обстоятельства, влекущие за собой перерасчёт размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии в сторону уменьшения;

2) с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором принято заявление пенсионера о перерасчёте размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии в сторону увеличения.

Заявление пенсионера о перерасчёте размера страховой пенсии принимается при условии одновременного представления им необходимых для такого перерасчёта документов, подлежащих представлению заявителем с учётом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона (часть 2 статьи 23 Закона № 400-ФЗ).

Таким образом, согласно действующему пенсионному законодательству перерасчёт размера пенсии возможен только на основании заявления получателя пенсии, в котором отражено его волеизъявление. При этом к своему заявлению гражданин обязан приложить необходимые для перерасчёта документы, обязанность по представлению которых возложена на заявителя.

Учитывая, что истец с таким заявлением обратилась в июне 2020 года, суд, руководствуясь положениями вышеприведённой статьи 23 Закона № 400-ФЗ, приходит к выводу, что перерасчёт размера установленной истцу фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости должен быть произведён с 1 июля 2020 года, то есть с первого числа месяца, следующего за месяцем обращения.

В целях восстановления нарушенного ответчиком имущественного права истца на получение пенсии в определённом законом размере, учитывая при этом, что данные, позволяющие включить в стаж с особыми условиями труда оспариваемые истцом периоды, имелись у ответчика на день вынесения решения об отказе в перерасчёте размера пенсии, суд считает необходимым удовлетворить заявленные истцом требования в полном объёме, признав решение ответчика от 23 июня 2020 года <№> об отказе в перерасчёте фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости ФИО1 незаконным и возложив на ответчика обязанность произвести перерасчёт размера фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости истца с учётом повышения за работу в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, с 1 июля 2020 года.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) о признании незаконным решения об отказе в перерасчёте фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, возложении обязанности включить в стаж периоды отпуска по уходу за ребёнком, предпринимательской деятельности, произвести перерасчёт фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости удовлетворить.

Признать незаконным решение Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) от 23 июня 2020 года <№> об отказе в перерасчёте фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости ФИО1.

Обязать Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) включить в стаж работы ФИО1 в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, периоды отпуска по уходу за ребёнком с 26 ноября 1988 года по 1 сентября 1990 года, со 2 сентября 1990 года по 4 сентября 1991 года, периоды предпринимательской деятельности с 1 января 2015 года по 28 февраля 2015 года, с 1 апреля 2015 года по 30 июня 2015 года, с 1 октября 2015 года по 30 ноября 2015 года, с 1 июля 2016 года по 5 мая 2017 года, с 14 июня 2019 года по 30 июня 2019 года и произвести перерасчёт размера фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости ФИО1 с 1 июля 2020 года.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд города Архангельска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Р. С. Сафонов