Решение № 2-336/2020 2-336/2020~М-310/2020 М-310/2020 от 22 сентября 2020 г. по делу № 2-336/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 сентября 2020 года г. Куса

Кусинский районный суд Челябинской области в составе

председательствующего судьи Васильева С.В.,

при секретаре Жеребовой А.С.,

с участием старшего помощника прокурора Тархановой О.В., истца ФИО1, представителя истца адвоката Андрашовой Е.М., представителя ответчика ООО «МетАгломерат» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «МетАгломерат» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «МетАгломерат» (далее ООО «МетАгломерат») в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО. о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью ФИО., в размере по 1 500 000 руб. в пользу каждого, а также судебных расходов в размере 10 000 руб..

В обоснование заявленных требований истец указала, что в период с ДАТА по ДАТА она состояла в фактических брачных отношениях с ФИО.. В результате совместного проживания у них, ДАТА, родился сын – ФИО.. С ДАТА ФИО. работал в ООО «<данные изъяты>» в должности <данные изъяты>, а с ДАТА переведён на должность <данные изъяты>. Поскольку ФИО в указанной должности не работал, ему дали срок для обучения в указанной должности и закрепили за ним наставника ФИО. ФИО ДАТА был отстранён от работы и мастер участка ФИО. допустил стажёра ФИО к самостоятельной работе. В период с 06.00 часов до 08.00 часов ДАТА через открытый люк ФИО упал в бак с осветлённой водой, от чего наступила его смерть. Постановлением Кусинского районного суда Челябинской области от ДАТА уголовное дело в отношении ФИО., подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации прекращено в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа. Согласно акта о несчастном случае на производстве НОМЕР от ДАТА, в ООО «<данные изъяты>» установлена неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в фактическом регулировании машинистами насосных установок уровня воды в баке при открытом люке. Факта грубой неосторожности ФИО., содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, комиссией не установлено. Гибелью близкого человека – ФИО. истцу и её несовершеннолетнему сыну ФИО причинена серьезная психологическая травма. С ФИО. они прожили одной семьёй более восьми лет, вели совместное хозяйство, проводили всё свободное время вместе. ФИО постоянно занимался с сыном, водил его в детский сад, занимался спортом, ребёнку не хватает отца, он замкнулся в себе, постоянно плачет и говорит о папе. Она же потеряла любимого человека, который для неё был поддержкой, которой у неё не осталось. Считает, что размер компенсации морального вреда по 1 500 000 руб. в её пользу и в пользу сына ФИО разумным и соразмерным.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель истца - адвокат Андрашова Е.М., действующая на основании ордера НОМЕР от ДАТА (л.д. 72), в судебном заседании указала на обоснованность исковых требований ФИО1.

Представитель ответчика - ООО «<данные изъяты>» в судебном заседании пояснила, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению в размере 300 000 рублей только в пользу сына ФИО., поскольку ФИО1 с ФИО в браке не состояла, близким родственником не считается.

Суд, выслушав объяснения истца, представителей сторон, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению с учётом требований разумности, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, полагает исковые требования подлежащими удовлетворению частично, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и, в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Под защитой государства находится также семья, материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзацы первый и второй пункта 2 названного постановления).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда связана с посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

В силу части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права являются составной частью правовой системы Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо (пункт 1 названного постановления).

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"), поэтому применение судами вышеназванной конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 10 названного постановления).

Исходя из положений статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, определяющих, что право каждого лица на жизнь охраняется законом, никто не может быть умышленно лишен жизни иначе как во исполнение смертного приговора, вынесенного судом за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание, и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека в тех случаях, когда имело место нарушение права на жизнь, родственники умерших имеют право на обращение в том числе в судебные органы с требованием о соответствующей компенсации в связи нарушением этого права.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь, в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека, охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации и положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками погибшего лица (работника), поскольку в связи со смертью близкого человека и разрывом семейных связей лично им причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

В соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (абзац первый пункта 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. № 6 (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10) разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляются случаи, прямо предусмотренные законом (пункт 1 названного постановления).

В судебном заседании установлено, что в результате несчастного случая на ООО «<данные изъяты>» ДАТА погиб ФИО, ДАТА рождения (л.д. 18-24). Смерть ФИО., согласно акта судебно-медицинского исследования НОМЕР, наступила в результате закрытия просвета дыхательных путей жидкостью (утопление в воде).

ДАТА с работником ООО «<данные изъяты>» ФИО. произошел несчастный случай на производстве. В результате расследования, комиссией несчастного случая составлен и утвержден акт НОМЕР, которым установлено следующее: ДАТА стажер ФИО. в 20-00 получив на сменно-встречном собрании наряд по безопасному производству работ, под руководством наставника машиниста насосных установок ФИО и мастера смены ФИО. приступил к работе на модуле отсадочных машин участка обогащения руды. В течение смены стажер машинист насосных установок ФИО совместно с наставником ФИО. работал, осуществлял обслуживание насосного оборудования, пластинчатых сгустителей, производил регулировку подачи воды на <данные изъяты>. В 01 час. 50 мин. ДАТА ФИО был задержан охранниками ОП «<данные изъяты>» в алкогольном опьянении. Были составлены акты о задержании, об алкогольном опьянении и об отстранении от работы ФИО Оставшись без наставника, ФИО., находясь в операторной <данные изъяты>, приблизительно в 06.00 час. вышел из операторной <данные изъяты> и не вернулся. Около 12 час. 20 мин. ДАТА в баке с осветленной водой было обнаружено тело ФИО..

Причины несчастного случая: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в фактическом регулировании машинистами насосных установок уровня воды в баке при открытом люке.

Мастером УОР ООО «<данные изъяты>» ФИО нарушено требование пункта 49 «Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правил безопасности при ведении горных работ по переработке полезных ископаемых», утвержденых приказом Ростехнадзора от 11.12.2013 г. № 599, в части отсутствия контроля за положением крышки люка бака осветленной воды, тем самым нарушил пункт 2.6 должностной инструкции мастера участка по обогащению руды Златоустовского агломерационного цеха ООО «<данные изъяты>», в части отсутствия контроля за подчинённым персоналом по устранению нарушений и неисправности ограждений на рабочих местах.

На основании постановления Кусинского районного суда Челябинской области от ДАТА ФИО4, подозреваемый в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации освобождён от уголовной ответственности с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 30 000 рублей, уголовное дело в отношении ФИО прекращено (л.д. 53-60).

В результате несчастного случая на производстве погиб ФИО., причинами несчастного случая явились нарушения, допущенные работодателем.

Согласно части 1 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника (часть 2 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществление технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи с нормами международного права и нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве обязанность по компенсации членам семьи работника вреда, в том числе морального, может быть возложена на работодателя, не обеспечившего работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Факт претерпевания физических и нравственных страданий истцом ФИО1 и её несовершеннолетним сыном ФИО. подтверждается материалами гражданского дела, так из характеристики (л.д. 86), выданной МБДОУ д/с НОМЕР АДРЕС, следует, что несовершенноетний ФИО. после трагедии с отцом стал замкнутый, не общительный, плаксивый, перестал общаться с детьми, воспринимал всё агрессивно. Часто упоминал в разговорах об отце, с которым ходили на рыбалку, ездили на тракторе и т.д.. Данные обстоятельства о состоянии ребенка подтверждаются показаниями допрошенных в качестве свидетелей: ФИО. (л.д.156-157), ФИО. (л.д. 98-99), ФИО5 (л.д. 100-101), ФИО. (л.д.167-168), показавших, что ребенок после смерти отца стал замкнут, плаксив, перед сном брал в кровать фотографию отца и вместе с ней засыпал. ФИО1 очень тяжело восприняла гибель мужа ФИО., постоянно плакала. В связи с нестабильным эмоциональным состоянием истцу вызывалась скорая помощь.

Учитывая, что гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания. Руководствуясь положениями Конвенции о защите прав и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998 г. № 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней", статьями 38, 46 Конституции Российской Федерации, статьями 15, 150, 151, 1064, 1068, 1079, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" и, учитывая установленный судом факт наличия вины мастера смены ФИО. в смерти ФИО., состоявшего в трудовых отношениях ООО «<данные изъяты>», исходя из предоставленных доказательств, суд приходит к выводу о праве истца, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетнего сына ФИО. на компенсацию морального вреда с ответчика ООО «<данные изъяты>».

Доводы представителя ответчика о том, что истец ФИО1 не имеет права на компенсацию морального вреда, так как не состояла в браке с погибшим ФИО не могут приняты судом во внимание, поскольку в законодательстве Российской Федерации отсутствует единое понимание состава семьи, следовательно для целей компенсации морального вреда необходимо ориентироваться на Семейный кодекс Российской Федерации, как на законодательный акт, регулирующий отношения между членами семьи и международные правовые акты и практику, охватывающие существо семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, так и между другими родственниками.

Согласно статьи 2 Семейного кодекса Российской Федерации в состав семьи для целей компенсации морального вреда входят супруг (а), родители и дети (усыновители и усыновленные).

Кроме того, Федеральный закон от 24.10.1997 г. № 134-ФЗ "О прожиточном минимуме в Российской Федерации" относит к членам семьи иных лиц, находящихся в фактических брачных отношениях, если они совместно проживали и вели общее хозяйство, иных родственников, фактических воспитателей. Это те граждане, наличие страданий у которых в связи с нарушением семейных связей в случае смерти потерпевшего должно предполагаться, если не будет доказано иное.

По смыслу положений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда.

Судом установлено, подтверждается материалами дела и не опровергнуто представителем ответчика, что истец ФИО1 состояла в фактических брачных отношениях с погибшим ФИО..

Истец и ФИО. вели совместное хозяйство на протяжении восьми лет. ФИО. является отцом сына истицы - ФИО. (л.д.10,11). В материалах дела отсутствуют сведения о наличии конфликтов между членами семьи. Семья не состояла на учете как находящаяся в социально - опасном положении и характеризуется положительно. Данные обстоятельства подтверждаются показаниями допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей:

- ФИО показавшей, что семья истца, дружная, отец ФИО и мать ФИО1 принимали активное участие в жизни сына и детского сада (л.д.156-157);

- ФИО (л.д. 98-99), ФИО (л.д. 100-101), ФИО. (л.д.167-168), показавших, что между истцом и погибшим ФИО. были хорошие семейные отношения, вели совместное хозяйство, приобрели на средства материнского капитала жилой дом, в котором делали ремонт, а также земельный участок, на котором возводили хозяйственные постройки, занимались воспитанием сына.

Кроме того, вышеуказанный факт подтверждается:

- показаниями свидетелей: ФИО (л.д.138-141), ФИО (л.д. 142-146), допрошенных в ходе предварительного следствия по уголовному делу и оглашенными с согласия сторон в ходе рассмотрения данного гражданского дела;

- выпиской из приказа (л.д. 136), в которой указано о выплате материальной помощи ФИО1 в связи со смертью мужа.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии оснований для признания наличия фактических брачных отношений между ФИО. и ФИО1, о наличии права истца на получение компенсации морального вреда в связи со смертью ФИО..

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень физических и нравственных страданий ФИО1 и её несовершеннолетнего сына ФИО., вызванных потерей близкого человека, вину работодателя в неудовлетворительной организации производства работ, не проведении инструктажа по охране труда, являющимися причинами несчастного случая.

С учетом изложенного, принципа разумности и справедливости, суд считает возможным удовлетворить требование истца о взыскании компенсации морального вреда частично, в размере по 500 000 руб. в пользу ФИО1 и ФИО., поскольку гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Необходимость определения пределов разумности расходов на оплату услуг представителя закреплена в статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 г. № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела".

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги.

При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

По смыслу названных норм права определение пределов разумности размера расходов на оплату услуг представителя является оценочной категорией. При определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут быть приняты во внимание, в частности, сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг представителя, продолжительность рассмотрения дела и сложность дела.

В подтверждение понесенных расходов на оплату услуг представителя истец представил квитанции к приходному кассовому ордеру от ДАТА на сумму 8 000 рублей и 2 000 рублей. Истец доказал факт несения им расходов на оплату услуг представителя, а также связь между понесенными им издержками и делом, рассмотренным в суде с его участием, данные расходы по мнению суда, являются разумными.

Государственная пошлина в размере 300 рублей подлежит взысканию с ответчика на основании части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в доход бюджета Кусинского муниципального района.

Руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «МетАгломерат» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МетАгломерат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи со смертью сожителя ФИО2 в сумме 500 000 (пятьсот тысяч) руб. 00 коп., а также судебные расходы в сумме 10 000 (десять тысяч) руб. 00 коп..

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МетАгломерат» в пользу ФИО компенсацию морального вреда в связи со смертью отца ФИО. в сумме 500 000 (пятьсот тысяч) руб. 00 коп..

В остальной части иска ФИО1, отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МетАгломерат» государственную пошлину в доход бюджета Кусинского муниципального района в размере 300 (триста) руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию Челябинского областного суда через Кусинский районный суд Челябинской области в течение месяца, со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: С.В. Васильев

Решение суда в окончательной форме принято 28.09.2020 г.

Судья С.В. Васильев

1версия для печати