Апелляционное определение № 33-239/2026 33-4173/2025 от 19 января 2026 г.

1 инстанция № 2-16/2025 (2-498/2024) № 33-239/2026 (33-4173/2025)

УИД № 58RS0005-01-2022-001191-48

Судья Недопекина Т.Б.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 января 2026 г. г. Пенза

Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:

председательствующего Терехиной Л.В.,

судей Герасимовой А.А., Елтищева К.В.,

при ведении протокола секретарем Мальковой М.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в здании Пензенского областного суда по докладу судьи Елтищева К.В. гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об установлении местоположения смежной границы земельных участков, устранении препятствий в пользовании земельным участком,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Бессоновского районного суда Пензенской области от 25 июня 2025 г., которым постановлено:

«исковые требования ФИО1 к ФИО2 об установлении местоположения смежной границы земельных участков –удовлетворить частично.

Установить смежную границу между земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> расположенным по адресу: <данные изъяты> и земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> по следующим характерным точкам с координатами по графическому приложению № 3 и табличному приложению № 3-1 к заключению эксперта АНО НИЛСЭ» № 621/16.1 от 12 февраля 2024 г.: <данные изъяты>

Графическое приложение № 3 к заключению эксперта АНО «НИЛСЭ» № 621/16.1 от 12 февраля 2024 г. и каталог координат, приведенный в приложении № 3-1 к данному заключению эксперта, являются неотъемлемой частью решения суда.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 об установлении местоположения смежной границы земельных участков в остальной части – отказать.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком и расположенных на нем строений путем сноса самовольных построек – удовлетворить частично.

Обязать ФИО2, <данные изъяты> в течение трех месяцев со дня вступления решения суда в законную силу за свой счет снести самовольную постройку – дощатый трехстенный сарай, пристроенный к двору с восточной стороны (со стороны земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>), расположенный на земельном участке кадастровым номером <данные изъяты> принадлежащим на праве собственности ФИО2.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о сносе жилого дома, с кадастровым номером <данные изъяты>, с дощатой верандой; бани, навеса, расположенных по адресу: <данные изъяты> – отказать».

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на ее, выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, судебная коллегия

установила:

ФИО1 первоначально обратилась в суд с иском к ФИО2 об установлении местоположения смежной границы земельных участков.

В обоснование заявленных требований указала, что является собственником земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, площадью 1800 кв.м, расположенного по адресу: Пензенская <данные изъяты> является собственником смежного земельного участка, расположенным по адресу: Пензенская <данные изъяты> В 2021 г. истец обратилась к кадастровому инженеру для проведения кадастровых работ по определению границ принадлежащего ей земельного участка, по результатам которых 9 августа 2022 г. был подготовлен межевой план. При обращении к ответчику с предложением подписать акт согласования границ, последняя от подписания акта отказалась без объяснения причин, в связи с чем истец вынуждена обратиться в суд.

ФИО1 просила установить границы земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> в соответствии с данными межевого плана от 9 августа 2022 г.

В ходе рассмотрения гражданского дела ФИО1 уточнила исковые требования, окончательно просила:

установить местоположение смежной границы между земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> и земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> в соответствии со схемой, подготовленной кадастровым инженером ФИО3 по следующим точкам с координатами: <данные изъяты>

устранить препятствия в пользовании принадлежащими ей земельным участком и расположенными на нем строениями, обязав ответчика снести самовольные постройки: индивидуальный одноэтажный срубовой жилой дом с дощатой верандой, баню, расположенную внутри кирпичного двора, пристроенного к жилому дому с его задней стороны; дощатый трехстенный сарай, пристроенный к двору с восточной стороны, навес.

Определением Бессоновского районного суда Пензенской области от 14 мая 2025 г., занесенным в протокол судебного заседания, уточенные исковые требования приняты к производству суда.

Бессоновским районным судом Пензенской области постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, принять новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме, ссылаясь на самовольный захват ответчиком части принадлежащего ей земельного участка, предназначенного для проезда средне размерной техники, возведя на нем строения, что не соответствует фактически сложившемуся порядку землепользования при жизни родителей истца. Полагает, что по делу следует назначить повторную землеустроительную экспертизу в государственном учреждении.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО4, а также третье лицо ФИО5 просили решение суда отменить по доводам апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в рассмотрении гражданского дела, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились.

Принимая во внимание, что участвующие в деле лица извещались судом о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, судебная коллегия приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц.

На основании положений ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления (ч. 1).

В силу ст. 11 ГК РФ, ст. 3 ГПК РФ судебной защите подлежат нарушенные или оспариваемые права и законные интересы.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. Владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами в той мере, в какой их оборот допускается законом (статья 129), осуществляются их собственником свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц.

Согласно ст. 15 ЗК РФ собственностью граждан являются земельные участки, приобретенные по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

В силу ст. 25 ЗК РФ права на земельные участки, предусмотренные главами III и IV настоящего Кодекса, возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами, и подлежат государственной регистрации в соответствии с Федеральным законом от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

В силу п. 3 ст. 6 ЗК РФ земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных данным кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой части земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи.

Согласно ст. 70 ЗК РФ государственный кадастровый учет земельных участков осуществляется в порядке, установленном Федеральным законом «О государственной регистрации недвижимости».

В силу ч. ч. 1, 2 ст. 8 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» в кадастр недвижимости вносятся основные и дополнительные сведения об объекте недвижимости. К основным сведениям об объекте недвижимости относятся характеристики объекта недвижимости, позволяющие определить такой объект недвижимости в качестве индивидуально-определенной вещи, а также характеристики, которые определяются и изменяются в результате образования земельных участков, уточнения местоположения границ земельных участков, строительства и реконструкции зданий, сооружений, помещений и машино-мест, перепланировки помещений.

В соответствии с ч.ч. 1, 3 ст. 22 указанного закона межевой план представляет собой документ, который составлен на основе кадастрового плана соответствующей территории или выписки из Единого государственного реестра недвижимости о соответствующем земельном участке и в котором воспроизведены определенные сведения, внесенные в Единый государственный реестр недвижимости, и указаны сведения об образуемых земельном участке или земельных участках, либо о части или частях земельного участка, либо новые необходимые для внесения в Единый государственный реестр недвижимости сведения о земельном участке или земельных участках. В случае, если в соответствии с федеральным местоположение границ земельных участков подлежит обязательному согласованию, межевой план должен содержать сведения о проведении такого согласования.

Согласно п. 8 ст. 22 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части (п. 8 ст. 22 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»).

Сведения о характеристиках земельного участка вносятся в Единый государственный реестра недвижимости (ЕГРН) в процедуре государственного кадастрового учета, что следует из положений ч.ч. 2 и 7 ст. 1, ч. 2 ст. 7 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

Согласно п. 4 ч. 2 ст. 60 ЗК РФ действия, нарушающие права на землю граждан или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В силу п. 1 ст. 64 ЗК РФ земельные споры рассматриваются в судебном порядке. В частности, к таким спорам относятся споры смежных землепользователей о границах земельного участка.

Из п. 2 ст. 8 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» следует, что к основным сведениям об объекте недвижимости относятся характеристики объекта недвижимости, позволяющие определить такой объект недвижимости в качестве индивидуально-определенной вещи, а также характеристики, которые определяются и изменяются в результате образования земельных участков, уточнения местоположения границ земельных участков, строительства и реконструкции зданий, сооружений, помещений и машино-мест, перепланировки помещений.

Установление судом границ земельного участка позволяет провести его окончательную индивидуализацию и поставить его на соответствующий государственный учет, создает определенность в отношениях по использованию заинтересованными лицами смежных земельных участков.

Согласно ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственный кадастровый учет и (или) государственная регистрация прав осуществляются на основании заявления, за исключением установленных настоящим Федеральным законом случаев, и документов, поступивших в орган регистрации прав в установленном настоящим Федеральным законом порядке.

Основаниями для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются, в том числе, межевой план, технический план или акт обследования, подготовленные в результате проведения кадастровых работ в установленном федеральным законом порядке, утвержденная в установленном федеральным законом порядке карта-план территории, подготовленная в результате выполнения комплексных кадастровых работ.

В соответствии с ч.ч. 8, 10 ст. 22 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части.

Согласно п. 2 ч. 1, п. 4 ч. 2 ст. 60 ЗК РФ нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях самовольного занятия земельного участка. Действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 на основании выписки из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок от 10 января 2012 г., выданной администрацией Бессоновского сельсовета Бессоновского района Пензенской области, на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью 1800 кв.м, расположенный по адресу: <данные изъяты>

На указанном земельном участке расположен жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты> принадлежащий истцу на праве собственности в порядке наследования после смерти матери на основании решения Бессоновского районного суда Пензенской области от 1 июня 2012 г.

ФИО2 на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от 15 января 2019 г. и договора купли-продажи доли в праве общей собственности на земельный участок от 6 февраля 2019 г. является собственником земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>

На указанном земельном участке расположен жилой дом, с кадастровым номером <данные изъяты> (дата постановки на государственный кадастровый учет 15 февраля 2024 г.), принадлежащий ответчику на праве собственности, а также баня, трехстенный сарай и навес.

Согласно технического плана, составленного по состоянию на 8 февраля 2024 г., жилой дом, расположенный по адресу: <данные изъяты> 1958 года постройки, имеет площадь 48,8 кв.м.

Право собственности сторон на земельные участки зарегистрировано в установленном законом порядке. Земельные участки поставлены на государственный кадастровый учет без проведения работ по межеванию, декларативно, и точные границы в соответствии с требованиями действующего законодательства не были определены и не определены до настоящего времени.

Указанные земельные участки исторически являются смежными и частично разделены забором, стенами хозяйственных построек, в сторону огородов землепользование осуществляется по меже.

С целью уточнения границ принадлежащего земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> истец ФИО1 обратилась к кадастровому инженеру ФИО3, которым был подготовлен межевой план, смежная граница земельных участков определена исходя из данных представленных заказчиком кадастровых работ.

Ответчик от подписания указанного межевого плана отказалась.

Обращаясь в суд с исковым заявлением, ФИО1 просила установить смежную границу между земельными участками с кадастровыми номерами <данные изъяты> на основании схемы кадастрового инженера ФИО3 по следующим точкам с координатами: <данные изъяты> По указанному варианту прохождения межевой границы объекты ответчика - баня, сарай, навес (полностью), жилой дом (частично) будут расположены в границах земельного участка истца. Полагает, что постройки ответчиком возведены с нарушением противопожарных, градостроительных и строительных норм и правил, создают угрозу ее жизни и здоровью, препятствуют надлежащему использованию земельного участка и расположенных на нем строений. Атмосферные осадки с навеса попадают на ее территорию, отчего скапливается влага на участке, причиняется вред забору в виде его гниения.

Определением Бессоновского районного суда Пензенской области от 17 октября 2023 г. (том 1 л.д. 191-192) с целью установления юридически значимых обстоятельств по делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручено АНО «НИЛСЭ».

Согласно выводам заключения судебной экспертизы АНО «НИЛСЭ» от 12 февраля 2024 г. № 621/16.1 установить смежную границу между земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> и земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> в соответствии с правоустанавливающими документами не представляется возможным, в виду отсутствия в них конфигурации, линейных промеров, поворотных углов, каталога координат внешних границ земельных участков, то есть в виду отсутствия математической картографической основы, позволяющей определить координаты характерных точек данных земельных участков с достаточной точностью.

Определить координаты характерных точек границы земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенного по адресу: <данные изъяты>, с достаточной точностью, с учетом технического паспорта на жилой дом, составленного по состоянию на 1 декабря 2011 г., не представляется возможным, поскольку техническом паспорте отсутствует математическая картографическая основа (координатные оси), позволяющая определить координаты характерных точек с достаточной точностью.

Фактические границы земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенного по адресу: <данные изъяты>, и земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенного по адресу: <данные изъяты> в том числе смежная граница указанных земельных участков, не соответствуют сведениям, содержащимся в техническом паспорте на жилой дом, расположенный по адресу: <данные изъяты> составленном по состоянию на 1 декабря 2011 г.

Определить соответствуют ли фактические границы земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты> сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре недвижимости, в правоустанавливающих документах на указанные земельные участки не представляется возможным, поскольку согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости на исследуемые земельные участки их границы не установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства, то есть не уточнены, а в правоустанавливающих документах на данные участки отсутствуют конфигурация, линейные промеры, поворотные углы, каталог координат внешних границ земельных участков, то есть отсутствует математическая картографическая основа, позволяющая определить координаты характерных точек земельных участков с достаточной точностью.

Фактическая площадь 2532 кв.м земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, не соответствует площади 1800 кв.м, указанной в Едином государственном реестре недвижимости, в правоустанавливающих документах на данный земельный участок.

Фактическая площадь 3308 кв.м земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, не соответствует площади 1500 кв.м, указанной в сведениях, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости, в правоустанавливающих документах на данный земельный участок.

Определить соответствуют ли фактическая площадь земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты> сведениям, содержащимся в технических паспортах на домовладения, не представляется возможным, поскольку в материалах гражданского дела отсутствует технический паспорт на жилой дом, расположенный по адресу: <данные изъяты>, а в техническом паспорте на жилой дом, расположенный по адресу: <данные изъяты>, составленном по состоянию на 1 декабря 2011 г., площадь земельного участка не указана.

Наложение границ земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> отсутствует.

Экспертами представлен вариант установления местоположения смежной границы между земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> и земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты>, с учетом фактического пользования и правоустанавливающих документов (в части площади) на данные земельные участки (графическое приложение №3, с указанием координат поворотных точек границ земельных участков в приложении №3-1), согласно которому смежая граница будет проходить по следующим точкам: <данные изъяты>

Площадь земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> по указанному варианту будет составлять 1800 кв.м, площадь земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> - 1500 кв.м.

Местоположение хозпостройки (бани-сарая), расположенной по адресу: <данные изъяты>, относительно хозпостройки (бани), расположенной по адресу: <данные изъяты> по противопожарным нормам и правилам не нормируются.

Навес, расположенный на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты>, по адресу: <данные изъяты> возведенный вдоль смежной границы с земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> не соответствует противопожарным требованиям, действующим на 2003 г., п. 2.12*, приложение 1, табл.1 СНиП 2.07.01-89* [6] (не менее 15 м), и не соответствует противопожарным требованиям, действующим на 2013 год, п.4.13 табл.1 СП 4.13130.2013[14] (не менее 10 м), что может создать угрозу жизни и здоровью окружающих.

Выявленное несоответствие без сноса возможно устранить путем повышения степени огнестойкости и класса конструктивной пожарной опасности конструкций навеса, расположенного по адресу: <данные изъяты> и жилого дома, расположенного по адресу: <данные изъяты>, путем проведения работ по огнезащитной обработке конструкций крыши – стропил и обрешетки навеса и жилого дома <данные изъяты> путем оштукатуривания негорючими материалами, обработки водными растворами или пастами, путем облицовки стен жилого дома <данные изъяты> негорючими материалами. Также возможно оборудование навеса и жилого дома <данные изъяты> автоматическими установками пожаротушения либо возведение отдельной противопожарной стены на всю высоту жилого дома, расположенного по адресу: <данные изъяты>. Противопожарная стена может не возвышаться над кровлей жилого дома <данные изъяты> при условии, что все элементы чердачного покрытия будут выполнены из негорючих материалов, либо будут покрыты такими материалами.

Размещение навеса, хозпостройки (бани-сарая), расположенных на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты>, возведенных вдоль смежной границы с земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты>, на расстоянии 0 м (непосредственно на меже) до фактической соседней границы земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> не соответствует строительным, санитарно-бытовым требованиям, действующим на 2003 г. и на 2013 г. СП 30-102-99 [5] п. 5.3.4, СНиП 2.07.01-89* п. 2.12*, примечание 1 [6] не удовлетворяет вышеуказанным градостроительным требованиям (не менее 1 м).

Выявленное несоответствие без сноса возможно устранить путем частичного демонтажа навеса, хозпостройки (бани-сарая), расположенных на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты> для обеспечения минимального расстояния до соседней границы земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, в соответствии с требованиями СП 30-102-99 [5] п. 5.3.4, СНиП 2.07.01-89* п. 2.12*, примечание 1 [6] (не менее 1 м).

Эксперт АНО «НИЛСЭ» ФИО6 в судебном заседании выводы судебной экспертизы поддержал, пояснив, что земельные участки с кадастровыми номерами <данные изъяты> исторически являются смежными, их границы в соответствии с требованиями действующего законодательства не уточнены. Площадь земельных участков в фактическом пользовании существенно превышает площадь по правоустанавливающим документам. Определить смежную границу земельных участков по правоустанавливающим документам не представляется возможным в виду отсутствия математической картографической основы, позволяющей определить координаты характерных точек данных земельных участков с достаточной точностью.

Кадастровый инженер ФИО7, привлеченная к производству экспертизы на основании определения суда, в судебном заседании выводы судебной экспертизы поддержала, пояснив, что фактическая смежная граница между земельными участками проходит по жесткому контуру -забору, стенам построек (по <данные изъяты>), далее идет металлический кол (точка 27) и в сторону огородов по меже. Каких–либо объективных данных, свидетельствующих о расположении смежной границы таким образом, чтобы жилой дом ответчика частично и спорные строения полностью находились на земельном участке истца, не имеется. Единственным документом, отражающим конфигурацию земельного участка истца, является технический паспорт по состоянию на 2011 г. Зафиксированная в нем конфигурация земельного участка совпадает с фактически существующей на местности в спорной части, несоответствия имеются в месте расположения огородов. Фактическая смежная граница земельных участков согласуется с границей, определенной в межевом плане от 9 августа 2022 г., за исключением границы в месте расположения гаража истца, в межевом плане от этой хозпостройки предусмотрен отступ в сторону земельного участка ответчика. Однако оснований для установления смежной границы с отступом от гаража истца в ходе проведения экспертного исследования на установлено.

Принимая решение по спору, суд первой инстанции, с учетом установленных обстоятельств по делу, которым дал соответствующую оценку, а также показаний допрошенных в судебном заседании экспертов ФИО6 и ФИО7, оснований не доверять которым у суда первой инстанции не имелось, так как они согласуются с материалами дела, исходя из интересов сторон, сложившегося на протяжении более 15 лет порядка землепользования, поскольку в таком варианте все строения на земельных участках истца и ответчика находятся в границах принадлежащих им земельных участков, в то время, как смежная граница земельных участков сторон по данным схемы кадастрового инженера ФИО3, о чем просила сторона истца, пересекает объекты капитального строения расположенные на земельном участке ответчика, в том числе жилой дом 1958 года постройки, правильно установил границу между смежными земельными участками по существующему более 15 лет забору между участками, по координатам из графического приложения № 3 и табличному приложению № 3-1 к заключению эксперта АНО НИЛСЭ» от 12 февраля 2024 г. № 621/16.1: 21 (<данные изъяты>

С выводами суда судебная коллегия соглашается, так как объективных данных, свидетельствующих об ином местоположении смежной межевой границы, наличии иных ориентиров для установления границы между смежными земельными участками, которые бы существовали более 15 лет, в частности пересекали бы объекты ответчика, в материалах гражданского дела не имеется, истцом, вопреки положениям ст.57 ГПК РФ, не представлено.

Доводы апелляционной жалобы о том, что смежная граница подлежит установлению по схеме кадастрового инженера ФИО3, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и обоснованно отклонены.

Как верно указал суд первой инстанции, доводы истца о прохождении спорной смежной границы по испрашиваемому ею варианту опровергаются выводами судебной экспертизы и показаниями эксперта ФИО6 и кадастрового инженера ФИО7 в судебном заседании, техническим паспортом на домовладение истца, составленным в 2011 г., где на ситуационном плане отображена конфигурация земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, соответствующая существующему фактическому землепользованию и противоречащая схеме кадастрового инженера ФИО3

Сама по себе схема, составленная кадастровым инженером ФИО3 о прохождении смежной границы по точкам, указанным самим истцом, в отсутствии правоустанавливающих документов, подтверждающих указанное месторасположение спорной границы при предоставлении (формировании) земельных участков, либо фактического пользования на протяжении более 15 лет, доказательственного назначения по делу не имеет.

Доводы апелляционной жалобы по существу повторяют позицию, изложенную в суде первой инстанции в качестве обоснования ее иска, сводятся к несогласию с выводами суда и субъективной оценки представленных доказательств, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Оснований для назначения по делу повторной экспертизы в силу ч. 1 ст. 87 ГПК РФ не имеется. Заключение экспертов в части вопроса определения местоположения спорной смежной границы является ясным, полным, объективным, определенным, не имеющим существенных противоречий, содержащими подробное описание проведенного исследования и сделанных в его результате выводов, что отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств. Оснований сомневаться в правильности заключения экспертизы в указанной части, а также беспристрастности и объективности экспертов судебной коллегией не установлено.

Само по себе несогласие с заключением судебной экспертизы не является основанием для назначения дополнительной экспертизы.

Поскольку оснований для отказа в удовлетворении требования об установлении границы земельного участка не имелось, а суд обязан был разрешить возникший спор по вопросу установления смежной границы и не был связан доводами сторон о конкретных вариантах местоположения границ земельных участков и мог по своему усмотрению определить местоположение спорной границы, руководствуясь законом, подлежащим применению, и учитывая заслуживающие внимания интересы собственников смежных земельных участков.

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда в части установления координат смежной границы.

Разрешая заявленные исковые требования истца об устранении препятствий в пользовании земельным участком, суд первой инстанции не нашел правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о сносе жилого дома и хозяйственной постройки - бани, поскольку указанные строения расположены в пределах границ земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, принадлежащего на праве собственности ответчику, в соответствии с его целевым назначением, по размещению на земельном участке, уровню пожарной и эксплуатационной безопасности соответствуют градостроительным, строительным и противопожарным нормам и правилам, угрозу жизни и здоровью истца и других лиц не создают, и не затрагивают права истца по владению и пользованию, принадлежащими ей земельным участком и расположенными на нем жилому дому и хозяйственными постройками. Жилой дом является для ответчика единственным жилым помещением.

Судебная коллегия с указанными выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права и представленных сторонами доказательствах, которые всесторонне и тщательно исследованы судом и которым судом в решении дана надлежащая правовая оценка.

Согласно Конституции Российской Федерации каждому гарантируется государственная, в том числе судебная, защита его прав и свобод (ч. 1 ст. 45, ч. 1 ст. 46). Право на судебную защиту является непосредственно действующим, оно признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17, ст. 18).

Исходя из принципа диспозитивности гражданского судопроизводства заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом. В силу положений ч. 1 ст. 3 и ч. 1 ст. 4 ГПК РФ условием реализации этих прав является указание в исковом заявлении на то, в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов истца.

Статья 1 (п. 1) ГК РФ к числу основных начал гражданского законодательства относит, в частности, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, а абзац третий ст. 12 ГК РФ устанавливает такой способ защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Статья 304 ГК РФ предусматривает, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, предоставляя собственнику защиту от действий, не связанных с лишением владения, в том числе от действий собственника (владельца) соседнего земельного участка.

Как указано в п. 45 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - постановление Пленума № 10/22), применяя ст. 304 ГК РФ, судам необходимо учитывать, что в силу ст. 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

В соответствии с п. 46 постановления Пленума № 10/22 при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

В силу п. 47 постановления Пленума № 10/22, удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца.

С учетом изложенного обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел о пресечении действий, нарушающих право, является установление факта нарушения ответчиком права, принадлежащего истцу, либо угрозы такого нарушения.

Между тем, доказательств того, что строения ответчика, как то жилой дом, баня, навес нарушают, либо создают угрозу нарушений прав истца, в материалы дела не представлено.

Судом установлено и следует из материалов дела, что на принадлежащем на праве собственности ответчику земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты> расположены: жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью 48,8 кв.м, 1958 года постройки; баня; трехстенный сарай и навес.

Согласно выводам заключения судебной строительно-технической экспертизы ФБУ Пензенская ЛСЭ Минюста России от 26 декабря 2024 г. № 1625/2-2-24, 1631/2-2-24, письменных дополнений к нему, а также показаниям допрошенных экспертов жилой дом, баня по размещению строений на земельном участке, уровню пожарной и эксплуатационной безопасности соответствуют градостроительным, строительным и противопожарным нормам и правилам на момент проведения исследования, а также на 1958, 2003 и 2013 гг.

Дощатый трехстенный сарай, пристроенный к двору с восточной стороны (со стороны земельного участка с кадастровым номером 58:05:0060301:1650), расположенный на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты>, по размещению строений на земельном участке, уровню пожарной и эксплуатационной безопасности не соответствуют градостроительным, строительным и противопожарным нормам и правилам на момент проведения исследования, а также на 1958, 2003 и 2013 гг. Устранение выявленных несоответствий нормативам без полного сноса несоответствующего установленным требованиям дощатого трехстенного сарая, расположенного на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты>, по адресу: <данные изъяты> – невозможно.

Указанный дощатый трехстенный сарай, пристроенный к двору с восточной стороны, расположенный на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты>, в виду несоблюдения требований Федерального закона от 30 декабря 2009 г. № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» и Федерального закона от 22 июля 2008 г. № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» с технической точки зрения создает угрозу жизни и здоровья граждан, в том числе истца.

Навес, расположенный вблизи смежной границы земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты>, не является объектом капитального строительства, не соответствует градостроительным нормам и правилам п.7.1 СП 42.13330.2016 и п.5.3.4 СП 30-102-99, поскольку расстояние до жилого дома и границ смежного земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> менее регламентированных 6 м и 1 м, соответственно. В виду отсутствия несоответствий требованиям Федерального закона от 30 декабря 2009 г. № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» и Федерального закона от 22 июля 2008 г. № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» навес с технической точки зрения не создает угрозу жизни и здоровья граждан, в том числе истца. Исходя из конфигурации строения навеса на момент проведения экспертного осмотра, в частности, из конфигурации конструкции его крыши, попадание дождевых и талых вод, а также снежных масс непосредственно на земельный участок истца невозможно, поскольку присутствует отступ от края ее свеса до границы между участками 0,5-0,6 м.

Оснований не доверять выводам экспертов, вопреки доводам апеллянта, не имеется, поскольку они логичны, согласуются с иными имеющимися в материалах дела доказательствами, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, заключение соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», каких-либо объективных доказательств, порочащих выводы эксперта, материалы дела не содержат.

Поскольку жилой дом, баня соответствуют градостроительным, строительным и противопожарным нормам и правилам на момент проведения исследования, расположены в границах земельного участка ответчика, как и навес, который не является объектом капитального строительства, указанные строения (сооружения) не создают угрозу жизни и здоровья граждан, в том числе истца, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении иска по их сносу.

Решение в части удовлетворения иска по сносу дощатого трехстенного сарая сторонами не обжалуется, в связи с чем предметом рассмотрения судебной коллегии не является.

Учитывая требования закона и установленные судом обстоятельства, суд первой инстанции правильно разрешил возникший спор, а доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являются необоснованными, направленными на иное толкование норм действующего законодательства, переоценку собранных по делу доказательств и не могут служить основанием для отмены решения суда первой инстанции.

Таким образом, законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены судебной коллегией в пределах доводов апелляционной жалобы в силу положений ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ. Каких-либо нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 330 ГПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемого решения, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает, что выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам ст. 67 ГПК РФ и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

Руководствуясь ст.ст. 328 - 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Бессоновского районного суда Пензенской области от 25 июня 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО8 <данные изъяты> – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 3 февраля 2026 г.

Председательствующий

Судьи