Решение № 2-3635/2017 2-3635/2017~М-2781/2017 М-2781/2017 от 8 ноября 2017 г. по делу № 2-3635/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 ноября 2017 года г.Кострома

Свердловский районный суд г. Костромы в составе судьи Царёвой Т.С., при секретаре судебного заседания Тихомировой А.Ю., представителя ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Костромской области, ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области, Министерству финансов в лице УФК по Костромской области, УФСИН России по Костромской области, ФСИН России о взыскании морального вреда за ненадлежащие условия содержания в учреждении,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с указанным иском, свои требования мотивировал тем, что в период с 1991 года по 1993 год содержался в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области. В указанный период истцу приходилось дышать табачным дымом курящих, при этом истец был несовершеннолетним, не курил. Табачные изделия разрешались администрацией, их пропускали в передачах, а также приобретались в магазине колонии. На протяжении всего срока не было комнат длительного свидания, продолжительностью до трех суток, в связи с чем истец не виделся со своими родителями на протяжении всего срока, что повлияло на психику. В столовой прием пищи производился не более десяти минут, в столовой была полная антисанитария, отсутствовали краны для помывки рук, посуда мылась без моющего средства, плохо промывалась, что вызывало расстройство желудка. В отрядах отсутствовала горячая вода, гигиенические наборы первой необходимости не выдавались. Туалеты в камерах не соответствовали условиям приватности, отсутствовали перегородки, двери, чаши были установлены в один ряд без ограждений, что вызывало каждый раз у истца при посещении туалета стеснение и унижало человеческое достоинство.

К участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФСИН России, УФСИН России по Костромской области.

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям и доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчиков ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области, УФСИН России по Костромской области, ФСИН России по доверенностям ФИО1 исковые требования не признала. Считала требования истца не обоснованными и не подлежащими удовлетворению. Поддержала позицию, изложенную в письменном отзыве, согласно которому противоправные действия со стороны ответчика отсутствуют. Моральный вред истцу ничем не подтвержден. Истцу были предоставлены все условия согласно нормам, действовавшим в тот период. С момента содержания истца в заявленный период в учреждении истец обратился с иском только сейчас.

Представитель соответчика Министерства финансов РФ в лице УФК по Костромской области в судебном заседании участия не принимал, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Выслушав лиц, участвующих в деле, их представителей, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Положениями статьи 1101 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Факт причинения истцу реальных физических и нравственных страданий теми условиями содержания, на которые он ссылается в обоснование исковых требований в силу ст. 56 ГПК РФ подлежат доказыванию истцом.

Истцом заявлены требования о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда за период содержания истца в исправительном учреждении с 1991 по 1993 гг.

Однако, как следует из материалов дела, ФИО2 содержался в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области (ранее ФБУ «Костромская воспитательная колония УФСИН России по Костромской области») с 15.02.1992 по 29.12.1993 гг. В связи с чем, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о взыскании в пользу ФИО2 компенсации морального вреда за период с 1991 по 14.02.1992 гг., поскольку материалами дела не подтверждено, что в указанный период времени истец содержался в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области.

При рассмотрении требований истца в оставшийся период с 15.02.1993 по 29.12.1993, суд учитывает, что до 03.08.1992 на территории Российской Федерации законодательство не предусматривало возможности компенсации морального вреда, поэтому период содержания истца в исправительном учреждении с 15.02.1992 до 03.08.1992 не может быть учтен судом при определении размера такой компенсации.

В связи с вышеизложенным, на предмет нарушения прав истца условиями его содержания в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области подлежит оценке период нахождения истца в исправительном учреждении с 03.08.1992 по 29.12.1993.

В обоснование исковых требований истец заявил о том, что в указанный период в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области отсутствовали надлежащие условия приватности в туалете исправительного учреждения.

Однако доводы истца о несоблюдении приватности в периоды его нахождения в указанном учреждении не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Согласно информации, изложенной в отзыве ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области, технические паспорта здания с отраженной в них планировкой помещений туалетов, действовавшие в период содержания истца в исправительном учреждении, уничтожены по минованию надобности. До настоящего времени в российском законодательстве отсутствуют правовые нормы, обязывающие соблюдать полную изоляцию санузлов от жилых камер следственных изоляторов и тюрем. Требования к условиям приватности также отсутствуют.

Доказательств, опровергающих представленные учреждением данные о соблюдении условий приватности при пользовании туалетом в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области, а также доказательств физических и нравственных страданий в связи с приведенной выше организацией работы туалета истцом не представлено. Нарушений каких - либо правовых норм и норм проектирования туалетов исправительного учреждения в рассматриваемые периоды не установлено.

Судом проверялись такие обстоятельства, имеющее значение для установления нравственных страданий истца по заявленному основанию, как половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении истцом санитарно-гигиенических процедур, возраст истца, состояние его здоровья. При этом, в том числе посредсвом свидетельских показаний Ш.А.Н., установлено, что туалет предназначался исключительно для лиц мужского пола, т.е. одного пола с истцом. Наличие у истца индивидуальных особенностей к осуществлению санитарно-гигиенических процедур по возрасту либо по состоянию здоровья не установлено, истцом не заявлено.

Проверяя основания иска в части отсутствия специализированного помещения для курящих осужденных и подследственных, в связи с чем истцу постоянно приходилось дышать дымом, что причиняло вред здоровью истца, суд также не находит оснований для признания их доказанными, а требования истца подлежащими удовлетворению.

Как следует из отзыва на исковое заявление ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области, курение осужденными осуществлялось в отведенных для этого местах, находящихся в выгороженном месте около здания отряда.

Из показаний свидетеля Ш.А.Н.., допрошенного судом по ходатайству истца посредством видеоконференц-связи с ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, следует, что он содержался с ФИО2 в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области в разных помещениях отряда. Поскольку свидетель и истец содержались в разных жилых помещенииях свидетель не смог пояснить, что конкретно происходило в помещении ФИО2, просил ли ФИО2 администрацию учреждения об устранении курения в жилом помещении отряда другими осужденными. Свидетель Ш.А.Н. пояснил, что в учреждении имелась специальная комната для курения, но осужденные, невзирая на установленные в учреждении запреты, самовольно курили везде, когда не было представителей администрации учреждения или ночью.

Сведений о том, являлся ли ФИО2 курящим либо некурящим, копия личной карточки истца, представленной в материалах дела, не содержит.

Вместе с тем, довод истца, что он в заявленный период являлся некурящим, не оспаривается ответчиками. Однако безоговорочной обязанности у администрации ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области выяснять, является ли истец некурящим, и перевести его в другую камеру не имелось и не было предусмотрено законодательством. Федеральный закон «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака» от 23.02.2013 № 15-ФЗ предусматривающий для лиц, находящихся в следственных изоляторах, иных местах принудительного содержания или отбывающих наказание в исправительных учреждениях, защиту от воздействия окружающего табачного дыма принят после отбытия наказания ФИО2

Сами по себе доводы истца о дискомфорте при нахождении в отряде ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области с курящими лицами не могут служить основанием для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда. Наличие жалоб и заявлений истца о переводе в камеру для некурящих истцом не установлено. Сведений о том, что помещение отряда не проветривалось не имеется. Фактов обращения истца за получением медицинской помощи ввиду ухудшения состояния здоровья по указанной причине не выявлено. Истцом доказательств причинения вреда его здоровью и причинно-следственной связи такого вреда с нахождением в курящей среде в камерах ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области суду не предоставлено.

В обоснование исковых требований истец заявил о том, что в указанные периоды в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области истцу не выдавались гигиенические наборы, что лишало истца возможности следить за своим внешним видом и гигиеной. Однако оснований для признания факта нарушения со стороны исправительного учреждения прав истца по данному основанию, суд не находит ввиду следующего.

В рассматриваемый период нахождения ФИО2 в воспитательной колонии действовал Исправительно-трудовой кодекс РСФСР (утратил силу с 01.07.1997), постановление Совета Министров СССР от 8.12.1990 № 1225 «Об утверждении норм суточного довольствия осужденных к лишению свободы, а также лиц, находящихся в следственных изоляторах, лечебно-трудовых воспитательно-трудовых и лечебно-воспитательных профилакториях Министерства внутренних дел СССР», постановление Правительства РФ от 01.12.1992 № 935 «Об утверждении норм суточного довольствия осужденных к лишению свободы, а также лиц, следственных изоляторах, лечебно-трудовых воспитательно-трудовых и лечебно-воспитательных профилакториях Министерства внутренних дел Российской Федерации».

Анализ указанных нормативных актов свидетельствует о том, что в рассматриваемый период 90-х годов выдача осужденным гигиенических наборов, в том числе в таком виде, который данные наборы представляют в настоящее время, не предусматривалась. Согласно положениям вышеуказанных постановлений, осужденные к лишению свободы, лица, находящиеся в следственных изоляторах, подлежали обеспечению лишь мылом.

Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетеля Ш.А.Н.., который показал, что гигиенические наборы стали выдаваться осужденным в 2000-х годах.

Согласно информации, изложенной в отзыве ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области, осужденные обеспечивались средствами гигиены в соответствии с нормами, установленными в период отбывания наказания истцом.

Судом проверены доводы истца о том, что в столовой была полная антисанитария, отсутствовали краны для помывки рук, посуда мылась без моющего средства, плохо промывалась, что вызывало расстройство желудка, в столовой прием пищи производился не более десяти минут.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству истца свидетель Ш.А.Н. пояснил, что в то время осужденные обеспечивались питанием, он (свидетель) видел ФИО2 в столовой, так как время приема пищи для их отрядов было одновременным. Свидетель вспомнил, что в помещении столовой были антисанитарные условия, жирная посуда, перебои с водой, возможности помыть руки не было, однако свидетель не помнит фактов того, чтобы у осужденных случалось расстройство желудка после приема пищи, также свидетель не смог дать однозначный ответ на вопрос о том, отказывался ли ФИО2 от приема пищи по указанным основаниям, сведения о том, как указанные условия отразились на ФИО2, ему (свидетелю) не известны.

Из отзыва ИК-8 следует, что администрацией учреждения принимались меры к поддержанию санитарных норм в помещении столовой. В столовой учреждения проводилась уборка и помывка посуды. Существовали графики уборки и мытья посуды. К настоящему времени графики уборки столовой, помывки посуды не регистрационного номенклатурного дела, уничтожены по минованию надобности.

Отсутствие кранов в учреждении засвидетельствовал свидетель Ш.А.Н. Однако суд не усматривает, что невозможность помывки рук до и после еды могло причинить истцу реальные физические и нравственные страдания.

Довод истца о приме пищи не более десяти минут, не оспаривается ответчиками, и, по мнению суда, свидетельствует лишь о существовавших в учреждении Правилах внутреннего распорядка, что подтверждается информацией ИК-8, согласно которой вывод осужденных в столовую осуществлялся согласно графику внутреннего распорядка учреждения.

Согласно техническому паспорту, в здании отряда водопровод работал от городской центральной сети. Доказательств вины администрации учреждения в отсутствии в отрядах горячей воды материалы дела не содержат.

Доводы истца о том, что в период его содержания в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области на протяжении всего срока не было комнат длительного свидания, продолжительностью до трех суток, в связи с чем истец не виделся со своими родителями, что повлияло на психику, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, в связи с чем отклоняются судом ввиду их недоказанности, поскольку каких-либо доказательств допустимых в обоснование соответствующих требований истцом не представлено. Ответчиками, в свою очередь, предприняты действия по документальному опровержению указанных оснований иска.

При этом истцом не представлено доказательств, опровергающих представленные учреждением ниже изложенных сведения, а также доказательств того, что истец обращался с заявлениями на предоставление длительных свиданий, либо с такими заявлениями обращались лица, прибывшие к нему на свидания, что не исключает того, что длительные свидания могли не предоставляться ФИО2 по причине того, что родственники не приезжали к нему на длительные свидания.

В соответствии со ст. 56 Исправительно-трудового кодекса РСФСР, приказ МВД РФ от 23.11.1992 г. № 421 «Об утверждении правил внутреннего распорядка ИТУ и инструкции о порядке предоставления осужденным краткосрочных выездов за пределы мест лишения свободы» осужденные имели право на краткосрочные и длительные свидания по установленным нормам, действующим в период отбывания наказания истцом, и предоставлялись на основании заявления осужденного либо лица, прибывшего в нему на свидание.

Как следует из письменного отзыва ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области, осужденным, находящимся в воспитательной колонии, предоставлялись краткосрочные, длительные свидания на территории ИТУ и длительные свидания за пределами ИТУ по нормам, установленным законодательством. Комнаты длительных свиданий имелись и были расположены в здании клуба-столовой. Указанные доводы подкреплены копией технического паспорта здания. Графики предоставления длительных свиданий, уничтожены по минованию надобности. Заявления на предоставления свиданий осужденных, приобщались к личным делам. Личное дело ФИО2, с приобщенной к нему медицинской картой, уничтожено (акт от 14.04.1997).

При эпидемиологических заболеваниях, стихийных бедствиях и других чрезвычайных обстоятельствах, препятствующих нормальной деятельности исправительно - трудовых учреждений, свидания могли быть временно прекращены.

Из показаний свидетеля Ш.А.Н. следует, что ему не известно о том, чтобы кому-либо из осужденных предоставлялись длительные свидания. При этом свидетель подтвердил, что в ИК-8 неоднократно объявляли карантин. Также, он видел, что родственники к ФИО2 приезжали, поскольку его (свидетеля) неоднократно выводили вместе с ФИО2 на краткосрочные свидания с родственниками.

Оценив представленные сторонами доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к выводу о недоказанности нарушения прав истца условиями его содержания в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области, которые бы свидетельствовали о действиях администрации учреждения, совершенных умышленно, с намерением причинить вред ФИО2, об унижении и привели к нравственным страданиям, превышающим страдания, вызванные самим фактом помещения в указанное учреждение в связи с совершением преступлений.

На основании изложенного суд принимает решение об отказе в удовлетворении иска ФИО2 в полном объеме.

При принятии решения по делу, суд учитывает и то, что обращение ФИО2 в суд с иском о несоблюдении условий содержания в указанном учреждении последовало спустя 25 лет, после пребывания в рассматриваемом учреждении, в связи с чем он несет бремя последствий утраты доказательств и затруднений при объективном установлении обстоятельств дела в спорные периоды. Разрешая спор, суд первой инстанции оказывал истцу содействие в собирании доказательств обоснованности его иска, в целях установления ненадлежащих условий его содержания в учреждении. На ответчика не могут быть возложены неблагоприятные последствия невозможности предоставления необходимых сведений, утраченных ввиду давности лет. Доказательств о том, что с настоящим иском истец не имел возможности обратиться ранее, последним не представлено. Во время содержания в колонии с жалобами на ненадлежащее содержание он также не обращался, сведений об обратном материалы дела не содержат.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО2 к ФКУ ИК-8 УФСИН России по Костромской области, Министерству финансов в лице УФК по Костромской области, УФСИН России по Костромской области, ФСИН России о взыскании морального вреда за ненадлежащие условия содержания в учреждении, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Свердловский районный суд г. Костромы в течение месяца со дня принятия мотивированного текста решения.

Судья Т.С. Царёва