Приговор № 1-84/2020 от 12 мая 2020 г. по делу № 1-84/2020

Дело № 1-84/2020


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Тверь 13 мая 2020 года

Московский районный суд города Твери в составе:

председательствующего судьи Анисимовой О.А.,

при секретаре судебного заседания Солодской Э.Н.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Московского района города Твери Ефименко А.М.,

подсудимого ФИО3,

защитника – адвоката Гафуровой Э.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО3, <данные изъяты>, ранее не судимого,

содержащегося под стражей с 19.12.2019 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст.105 УК РФ,

у с т а н о в и л :

ФИО3 умышленно причинил легкий вред здоровью, вызвавший кратковременное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено в Московском районе города Твери при следующих обстоятельствах:

04.11.2019 в период не ранее 10 часов 00 минут и не позднее 14 часов 55 минут у ФИО3, в состоянии алкогольного опьянения, находящегося по месту жительства в одной из комнат <адрес>, на почве ревности и внезапно возникших неприязненных отношений, возник преступный умысел, направленный на причинение телесных повреждений ФИО1

С этой целью, ФИО3 в указанный период времени, находясь в указанной квартире, вооружился ножом и, удерживая в своей руке нож, используя его в качестве оружия, умышленно нанес ФИО1 удар в область шеи, не менее трех ударов в область левого плеча, причинив последней телесные повреждения: одну резаную рану на задней поверхности грудной клетки в проекции 7 шейного - 1 грудного позвонков; три поверхностные резанные раны на левом плече.

Рана на задней поверхности грудной клетки в проекции 7 шейного - 1 грудного позвонков потребовала первичной хирургической обработки с наложением медицинских швов, вызвала кратковременное расстройство здоровья на срок не свыше трех недель, поэтому квалифицируется как легкий вред здоровью.

Поверхностные раны на левом плече не вызвали кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расцениваться как повреждения, не причинившие вред здоровью.

В судебном заседании подсудимый ФИО4 вину признал полностью и показал, что примерно с сентября 2019 в его квартире без оплаты проживает ФИО1, при этом они не состояли в интимных отношениях. Единственным условием совместного проживания было то, что ФИО1 не имеет право водить в квартиру посторонних мужчин, при этом в последнее время она не соблюдала это. 04 ноября 2019 к нему в квартиру пришел ФИО2.В связи с тем, что ФИО1 не хотела съезжать с его квартиры он стал высказывать претензии ей и ФИО2, однако ФИО1 вышла из кухни и прошла в свою комнату. С целью привлечь ее внимание он прошел за ней, при этом взял нож, который находился у него в квартире и выражая претензии, ударил ножом по кровати, при этом цели на убийство последней у него не было. В момент нанесения ударов, чтобы не причинить серьезного вреда, лезвие ножа зажал в руке так, что выступал только край лезвия, при этом удары наносил без применения силы. В комнате он находился около 5 минут, на крики ФИО1 пришел ФИО2, которому он спокойно передал нож, при этом ФИО2 не применял никаких приемов для того чтобы забрать нож. После случившегося инцидента ФИО1 продолжала проживать в его квартире еще 2 недели.

Помимо собственного признания, вина подсудимого подтверждается следующими, исследованными судом доказательствами.

Показаниями потерпевшей ФИО1 о том, что в квартире по адресу: <адрес> она снимала у ФИО3 на протяжении двух месяцев. С ФИО3 она в романтических отношениях никогда не состояла, при этом имела отношения с ФИО2. 04.11.2019 она находилась дома, а именно по адресу: <адрес>, примерно в 12 часов 00 минут в гости пришел ФИО2 ФИО3 в это время также находился по указанному адресу. После чего ФИО2. и ФИО3 пошли на кухню, она пошла за ними, так как захотела поставить чайник. После того как она поставила на плиту греться чайник, к ней быстрым шагом подошел ФИО3, который используя нецензурную брань, вырвал у нее из рук мобильный телефон, после чего с силой кинул его об пол, от чего телефон разлетелся на части. Увидев разбитый телефон, она расстроилась и направилась к себе в комнату, при этом ФИО3 и ФИО2 остались сидеть на кухне. Примерно, через 5-10 минут к ней в комнату забежал ФИО3, который был очень агрессивно настроен, громко кричал матом, после чего она увидела, что в руке у ФИО3 находится большой нож. ФИО3 нанес ей скользящий удар ножом по шее, момент нанесения удара она не видела, так как сидела спиной к ФИО3 Почувствовала только резкую боль в области шеи, после чего она провела рукой по шее и увидела, что у нее сильно идет кровь. В этот момент поняла, что ФИО3 её порезал, закричала, а Моисеев снова замахнулся, но она успела подставить свою руку и ФИО3 нанес два скользящих удара по руке, от чего она также испытала резкую физическую боль, и у нее сильно пошла кровь. На её крики прибежал ФИО2, который забрал нож у ФИО4, оказал ей помощь и вызвал сотрудников полиции. Действия ФИО4, с учетом его поведения до произошедшего, характера действий на месте преступления - она восприняла как реальную попытку ее убить.

В судебном заседании свидетель ФИО2 пояснил, что у него есть девушка ФИО1., которая снимает комнату в квартире его знакомого ФИО3 по адресу: <адрес>. 04.11.2019 примерно в 11 часов 30 минут ему позвонил ФИО4 и пригласил в гости. Примерно в 12 часов 00 минут он пришел к ФИО4, в это время ФИО1 также находилась дома. Он, ФИО4 и ФИО1 пошли на кухню, где ФИО5 поставила на плиту чайник, в это время к ней подошел ФИО4 и, используя брань вырвал у нее из рук мобильный телефон, с силой кинул его об пол, от чего телефон разлетелся на части. Взяв части телефона ФИО1, ушла к себе в комнату, при этом он и ФИО3 остались сидеть на кухне. Когда они остались вдвоем с ФИО4 тот стал высказывать угрозы убийством ему, однако он дал словесный отпор. ФИО4 достал сверху шкафа, завернутый в газету большой нож, с деревянной ручкой и вышел из кухни. Он подумал, что ФИО4 пошел к себе в комнату с целью убрать данный нож, в связи с чем остался спокойно сидеть на кухне. Примерно через минуты 3-4 он услышал крики ФИО1, и крики матных слов ФИО4, который кричал в сторону ФИО1. Он побежал на крики в комнату ФИО1. Зайдя в комнату он увидел, что Моисеев стоит примерно на расстоянии 1,5 метра от ФИО1, при этом у того в правой руке находится нож, он сразу увидел, что футболка ФИО1 на спине полностью в крови. Он подбежал к ФИО4 забрал нож, вызвал скорую помощь. Он считает, что если бы он не зашел в комнату к ФИО1, ФИО4 ее бы убил, также пояснил, что считает, что ФИО4 не стал пытаться довести свой умысел до конца, то есть снова взять нож и убить ФИО1, так как ФИО4 побоялся его.

В судебном заседании были оглашены показания свидетеля ФИО2 в ходе предварительного следствия от 16.12.2019 и от 13.01.2020, в которых ФИО2 подтвердил, что замаха ножом со стороны ФИО4 на ФИО1 не было, когда он зашел в комнату. Моисеев стоял он на расстоянии 1,5 метра от нее с опущенным ножом вниз.

Согласно заявлению Потерпевший №1 от 04.11.2019, она просит привлечь к уголовной ответственности ФИО3, который 04.11.2019 находясь по адресу: <адрес> нанес ей ножевые ранения. От полученных повреждений она испытала острую физическую боль (т.1 л.д. 26).

Из протокола осмотра места происшествия от 04.11.2019, усматривается, что осмотрено помещение <адрес>. В ходе осмотра указанной квартиры, в помещении комнаты изъят нож с деревянной рукояткой (т.1 л.д. 16-19; 20-21).

Согласно заключению эксперта №4174 от 17.12.2019, у ФИО1 имелись повреждения: 1 резаная рана на задней поверхности грудной клетки в проекции 7 шейного – 1 грудного позвонков, 3 поверхностные резаные раны на левом плече. Все указанные повреждения возникли от действия предмета (предметов) или орудия (орудий) с острым режущим краем или концом, на что указывают ровные края, острые концы, преобладание длины кожных ран над их глубиной. Эти повреждения образовались не более чем за сутки до первичного обращения за медицинской помощью 4 ноября 2019 года в ГБУЗ ГКБ № 6 г. Твери, на что указывает кровотечение из раны на грудной клетке, наличие «геморрагических корочек» на поверхности ран на левом плече.

Рана на задней поверхности грудной клетки в проекции 7 шейного – 1 грудного позвонков потребовала проведения первичной хирургической обработки с наложением медицинских швов, вызвала кратковременное расстройство здоровья на срок не свыше трех недель, поэтому квалифицируется как легкий вред здоровью.

Поверхностные раны на левом плече не вызвали кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью (т. 1 л.д.123-124).

Согласно заключению эксперта № 103 от 15.01.2020, на предоставленном ноже, изъятом 04.11.2019 по адресу: <адрес> следов рук не обнаружено (т.1 л.д. 141-144).

Согласно заключению эксперта № 1127 от 20.01.2020, на клинке представленного на исследование ножа обнаружена кровь человека, которая произошла от ФИО1. (т.1 л.д. 158-165).

Согласно заключению эксперта № 104 от 16.01.2020, представленный на экспертизу нож, изъятый 04.11.2019 в ходе ОМП по адресу: <адрес>, является ножом хозяйственно-бытового назначения и не относится к категории холодного оружия (т.1 л.д. 174-177).

Согласно протокола следственного эксперимента с участием потерпевшей ФИО1. от 13.01.2020, свидетель ФИО2 показывая, как именно располагался обвиняемый ФИО3, а также как последний держал нож по отношению к потерпевшей ФИО1 занял место таким образом, что оказался правым плечом к дверному проему, примерно в 1 метре он него, взяв макет ножа таким образом, что он оказался расположен ниже груди ФИО2, на уровне головы потерпевшей ФИО1 в то время как лицо изображающее ФИО1 расположен в положении сидя, находясь левым плечом к ФИО2 Далее свидетель ФИО2 показал, как 04.11.2019 находясь в комнате, в которой находились потерпевшая ФИО1 и обвиняемый ФИО3, <адрес>, он выбил из руки обвиняемого ФИО3 нож, тем самым предотвратив убийство ФИО1: свидетель встал возле лица, стоящего возле стула с левой стороны, а по отношению к ФИО2. правым плечом и держащего нож ниже собственной груди на уровне живота, клинком, направленным в сторону стула, ударил по ладони второго сверху внутренней стороной развернутой пальцами наружу кистью. Фототаблица. Оптический диск(т.1 л.д. 64-68; 69-71; 72).

Согласно протоколу следственного эксперимента с участием свидетеля ФИО2. от 13.01.2020, потерпевшая ФИО1. показывая, как обвиняемый ФИО3 располагался по отношению к ней, когда наносил удар, заняла место таким образом, что оказалась спиной к дверному проему, примерно в 50-70 см. от входа в комнату. Далее потерпевшая ФИО1 показала, как обвиняемый ФИО3 04.11.2019 находясь в <адрес>, нанес ей удар ножом в область шеи, а именно: потерпевшая встала рядом с сидящим на стуле статистом таким образом, что оказалась позади его со стороны левого плеча на расстоянии вытянутой руки, удаляясь за спину примерно на 45 см, при этом указала, как ФИО3 держал нож в руке, взяв макет ножа острием лезвия, направленным в пол, так что она оказалось расположено со стороны фаланги большого пальца, рука потерпевшей занесена чуть дальше задней части шейной области. Показывая, как обвиняемый ФИО3 нанес ей 3 удара ножом в область левого плеча, в тот момент, когда она закрывалась своей рукой, от ударов ФИО3 ножом в область шеи, ФИО1 подняла локоть на уровень плеча, предплечье развернуто в сторону лица, кистью касаясь левого виска. Фототаблица. Оптический диск(т.1 л.д. 40-44; 45-46; 47).

Анализируя приведенные доказательства как каждое в отдельности, так и в их совокупности, суд находит вину подсудимого полностью доказанной.

В судебном заседании подсудимый ФИО4 показал, что в ходе ссоры с потерпевшей он взял лежащий на кухне нож и нанес удары ножом сзади. При входе свидетеля ФИО2 в комнату он находился на расстоянии, примерно, 1,5 метров от потерпевшей, удары не наносил и нож в руке у него был внизу, при этом умысла на убийство ФИО1 у него не было. Он действовал без намерения причинить смерть потерпевшей, а хотел лишь доказать ей тем самым серьезность своих требований об ее выезде из его квартиры.

Показания подсудимого ФИО4, полностью согласуются с показаниями свидетеля ФИО2 в той части, что когда он зашел в комнату Моисеев стоял на расстоянии от потерпевшей ФИО1 примерно в 1,5 метрах, активных действий не предпринимал, нож был в руке, внизу, при этом спокойно и без сопротивления отдал ему нож и вышел из комнаты.

При этом как указывают подсудимый, потерпевшая и свидетель угроз о намерениях убить ФИО1 ФИО4 не высказывал.

Таким образом, показания потерпевшей ФИО1 не содержат сведений, опровергающих показания ФИО4 о причине нанесения им колото-резаных слепых ранений ФИО1, об отсутствии умысла на причинение ей смерти, ввиду того, что он имел возможность продолжить свои действия, однако делать этого не стал и, полагая, что серьезного вреда здоровью потерпевшей он не причинил, передал нож ФИО2 и вышел из комнаты, более того, на протяжении двух недель продолжил проживать с потерпевшей совместно.

Решая вопрос о направленности умысла ФИО4, суд учитывает совокупность всех установленных обстоятельств содеянного, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшей, их взаимоотношения. Однако эти обстоятельства не опровергают доводы ФИО4 о причине нанесения им колото-резаных слепых ранений ФИО1, об отсутствии прямого умысла на причинении смерти потерпевшей и о наличии у него возможности продолжить нанесение повреждений потерпевшей.

При этом следует учитывать, что обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, и бремя опровержения доводов, приводимых в его защиту, лежит на стороне обвинения (ч. 2 ст. 14 УПК РФ).

Таким образом, указанные выше доводы ФИО4 о том, что он причинил колото-резаные ранения ФИО1 с целью напугать её, чтобы она более серьезно относилась к его требованиям не приводить посторонних мужчин, об отсутствии умысла на причинение смерти потерпевшей, не опровергнуты доказательствами, исследованными в судебном заседании.

При этом суд учитывает, что по смыслу уголовного закона при убийстве умысел виновного должен быть направлен на лишение потерпевшего жизни. При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного, учитывать способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения. Наличие возможности предвидения наступления смерти устанавливается применительно к конкретному лицу с учетом его индивидуальных психологических особенностей, жизненного и профессионального опыта, уровня образования, состояния здоровья и т.п., конкретной объективной ситуации, в которой оказалось данное лицо. При квалификации Моисеева суд учитывает, что ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства не нашла своего объективного подтверждения виновность ФИО4 в совершении действий непосредственно направленных на причинение смерти ФИО1, однако не доведенных до конца по не зависящим от него обстоятельствам, так как указанные выше действия совершаются при наличии прямого умысла, в то время как по данному делу не было установлено, что ФИО4 имел прямой умысел на совершение убийства ФИО1. Кроме того, ничто не препятствовало ему довести свои действия до конца при условии наличия такого умысла. Данное обстоятельство объективно следует из показаний потерпевшей ФИО1, указавшей, что в момент нанесения ударов она сидела, сопротивления не оказывала, при этом суд учитывает, что решение о прекращении своих преступных действий было принято самим ФИО4 последним не предпринимались попытки нанести более серьезные повреждения, преследовать потерпевшую, либо удержать её, что также подтверждается показаниями потерпевшей ФИО1 и свидетелем ФИО2, который видел, что ФИО4 активных действий не совершает, спокойно передал ему нож и вышел из комнаты. При этом после данного преступления не предпринимал попыток снова зайти в комнату, в которой находилась ФИО1, и после случившегося две недели проживал с ней совместно.

Из акта судебно-медицинской экспертизы видно, что у ФИО1 установлены повреждения, которые не сопровождались опасными для жизни явлениями, потребовали проведения ревизии и наложения швов, и по признаку кратковременного расстройства здоровья расцениваются как легкий вред здоровью.

Об отсутствии прямого умысла у ФИО4 на совершение убийства ФИО1 свидетельствуют и те обстоятельства, что повреждения, выявленные у ФИО1, относятся к легкому вреду здоровья, с учетом особенностей травмирующего предмета (нож) и доступностью жизненно-важных областей тела потерпевшей, ФИО4 имел достаточно времени, в течение которого имелась возможность для нанесения более тяжких повреждений потерпевшей ФИО1, при наличии явного физического превосходства над потерпевшей.

В соответствии с требованиями ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. Таких бесспорных доказательств в отношении ФИО4 по ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ не имеется.

С учетом приведенных доказательств, суд находит, что посягательство (причинение телесных повреждений) со стороны ФИО4 в отношении ФИО1 имело место. Однако оценивая установленные по делу обстоятельства, оценивая направленность умысла виновного, суд приходит к убеждению, что совокупность данных обстоятельств свидетельствует об отсутствии умысла ФИО4 на умышленное причинение смерти потерпевшей, а также принимая во внимание, что в действиях ФИО4 отсутствуют иные действия, содержащие состав какого-либо преступления (согласно предъявленному обвинению), полагает необходимым квалифицировать действия ФИО4 по фактически наступившим последствиям – причиненному вреду здоровью, - как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

При таких данных действия ФИО4 в отношении потерпевшей ФИО1 следует переквалифицировать с ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ на п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ – как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Решая вопрос о виде и мере наказания, подлежащих назначению подсудимому, суд в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 6, ч. 3 ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, совершенного ФИО6, данные о личности подсудимого, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд учитывает, что подсудимый ФИО3 имеет постоянную регистрацию, место жительства, состояние его здоровья, согласно характеристике по месту жительства характеризуется отрицательно, у врача психиатра на учете не состоит, состоял на учете у врача нарколога с 2007 по 2017 с диагнозом синдром зависимости от алкоголя средней стадии.

Согласно заключению комиссии экспертов № 3313 от 31.12.2019 ФИО3 мог в период совершения преступления в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера ФИО3 не нуждается.

На основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, суд учитывает полное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние его здоровья, службу в горячих точках на Северном Кавказе.

Обстоятельств, отягчающим наказание ФИО3 в соответствии со ст. 63 УК РФ судом не установлено.

В качестве обстоятельства отягчающего наказания подсудимого на основании ч. 1.1 ст. 63 УК РФ суд признает состояние алкогольного опьянения, в которое подсудимый привел себя сам. Суд приходит к убеждению, что агрессии и действия ФИО4 на причинение вреда здоровью ФИО1, стали возможным из-за состояния алкогольного опьянения, поскольку как пояснил сам подсудимый, в трезвом виде он бы не совершил данного преступления.

Поскольку ФИО4 ранее к уголовной ответственности не привлекался, впервые совершил преступление небольшой тяжести, суд с учетом данных о личности подсудимого, степени общественной опасности совершенного им преступления, находит, что, Моисееву следует назначить наказание в виде ограничения свободы, поскольку это будет отвечать целям социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения новых преступлений.

В соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осуждённых или возмещаются за счёт средств федерального бюджета.

Суд полагает необходимым взыскать процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг адвоката именно с ФИО3, поскольку данные расходы были связаны с производством расследования его преступной деятельности.

Судьба вещественных доказательств по уголовному делу подлежит разрешению в порядке ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 115 Уголовного Кодекса Российской Федерации и назначить наказание в виде 1 (одного) года ограничения свободы с установлением на основании ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений: не выезжать за пределы Тверской области, не изменять места жительства, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и возложением обязанности являться 1 раз в месяц в данный орган на регистрацию.

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания ФИО3 под стражей по настоящему делу в период с 19 декабря 2019 года по день вступления приговора в законную силу, в соответствии п. «б» ч. 1 ст. 71 УК РФ.

Меру пресечения в виде заключения под стражу отменить, освободить ФИО3 из-под стражи в зале суда.

Избрать до вступления приговора в законную силу подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Вещественные доказательства №1-84/2020 (следственный №):

- CD-R диск с аудиозаписью вызова бригады СМП - хранить в материалах дела;

- кухонный нож, хранящийся в комнате хранения вещественных доказательств Московского межрайонного следственного отдела города Тверь СУ СК РФ по Тверской области – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в Тверской областной суд в течение 10 суток: осужденным со дня вручения ему копии приговора, другими участниками процесса в тот же срок с момента его провозглашения.

Осужденный вправе заявить ходатайство об участии в суде апелляционной инстанции в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора, и в тот же срок со дня вручения копии апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих его интересы, с участием избранного им защитника, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий О.А.Анисимова

Дело № 1-84/2020