Решение № 2-2228/2018 2-2228/2018~М-2189/2018 М-2189/2018 от 9 сентября 2018 г. по делу № 2-2228/2018

УИД № 24RS0040-01-2018-002395-23 Дело № 2-2228/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 сентября 2018 года город Норильск Красноярского края

Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Курунина С.В., при секретаре судебного заседания Негуторовой Э.В., с участием прокурора Романовой Ю.Ю., ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО1 о компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО2 обратился в Норильский городской суд с иском к ФИО1 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, мотивируя тем, что 06 ноября 2017 года в период с 15 часов до 15 часов 40 минут на автомобильной площадке возле здания СРК «Арена», расположенного по адресу: <...>, между истцом и ответчиком произошел конфликт, в ходе которого ФИО1, используя нож в качестве оружия, умышленно нанес им истцу один удар в область живота, в результате чего причинил телесные повреждения <данные изъяты>, причинившее тяжкий вред здоровью. За совершение указанного преступления ответчик был привлечен к уголовной ответственности по п. «з» ч.2 ст. 111 УК РФ. Норильским городским судом 20.02.2018 по уголовному делу в отношении ФИО1 вынесен обвинительный приговор. Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 31.05.2018 указанный приговор Норильского городского суда оставлен без изменения. Моральный вред ответчиком истцу не возмещался, несмотря на указание на это в приговоре Норильского городского суда, заявление о том, что ответчик возместил истцу вред, причиненный преступлением, было написано им под давлением стороны защиты и вследствие юридической неграмотности. Истцу причинены физические страдания, он претерпел физическую боль, в течение длительного времени проходил лечение, а также нравственные страдания, поскольку были затронуты его конституционные права, истец переживал по поводу совершенного в отношении него преступления. Просил взыскать с ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Истец ФИО2, будучи надлежаще извещенным о времени и месте рассмотрения гражданского дела, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

В соответствии с ч.5 ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено судом в отсутствие истца.

Ответчик ФИО1, принимающий участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, исковые требования не признал, пояснил, что вред возмещен истцу, времени, места и иных обстоятельств передачи истцу денег в счет компенсации причиненного вреда сообщить не смог, о том, что истцу деньги были переданы узнал от родственников.

Допрошенный в качестве свидетеля И в судебном заседании показал, что участвовал в качестве переводчика в судебном разбирательстве по уголовному делу в отношении ФИО1 Перед судебным заседанием родственники ФИО1 договорились с ФИО2 о компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, пообещали передать ему эту сумму в течение 10-14 дней после рассмотрения уголовного дела, при этом просили ФИО2 написать заявление, что вред ему возмещен и он претензий к ФИО1 не имеет. ФИО2 сначала не соглашался, но затем под воздействием уговоров родственников и защитника ФИО1 согласился. Он (И) написал заявление от имени ФИО2, в котором указал, что последний получил 500 000 рублей в счет компенсации причиненного вреда. ФИО2 подписал указанное заявление, при этом фактически денег ему никто не передавал, дядя и двоюродные братья ФИО1 пообещали деньги передать до конца месяца. После этого, примерно через 10-15 дней потерпевший ФИО2 стал беспокоиться и звонить ему (И) по поводу получения денег. Он (И) стал интересоваться по поводу передачи денег у родственников ФИО1, которые сначала откладывали момент передачи денег под разными предлогами, а затем вообще отказались от передачи денег, мотивируя тем, что ФИО1 судом назначено наказание в виде реального лишения свободы. При написании заявления он сообщал ФИО2 его содержание, заявление написано было по просьбе родственников ФИО1, а он (И) выступил гарантом передачи денег, которые так и не были переданы потерпевшему.

Допрошенный в качестве свидетеля А. в судебном заседании сообщил сведения, аналогичные сообщенным И, об обстоятельствах написания заявления потерпевшим, подтвердил, что фактически деньги ФИО2 родственниками ФИО1 не передавались.

Заслушав ответчика, показания свидетелей, заключение прокурора, полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, исследовав материалы гражданского и уголовного дела, суд приходит к следующему.

Всеобщая декларация прав человека провозглашает право каждого на жизнь (статья 3). Обязательность установления такого жизненного уровня, который необходим для поддержания здоровья его самого и его семьи, и обеспечения в случае болезни, инвалидности или иного случая утраты средств к существованию по независящим от него обстоятельствам предусмотрена в статье 25 Всеобщей декларации прав человека и статье 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах.

Положения названных международных актов отражены и в Конституции Российской Федерации.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 4 Постановления от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими дополнениями и изменениями) разъяснил, что объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (п. 2 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ предусмотрено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ «Обязательства вследствие причинения вреда» и статьей 151 ГК РФ.

На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судом установлено, что вступившим в законную силу приговором Норильского городского суда Красноярского края от 20.02.2018 ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ч.2 ст.111, ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Из указанного приговора следует, что 06.11.2017 года в период с 15 часов до 15 часов 40 минут у ФИО1, находившегося на автомобильной площадке возле здания СРК «Арена», расположенного на пл. Металлургов, д. 10, произошел конфликт с ранее знакомым ФИО2, в ходе которого ФИО1, используя нож в качестве оружия, умышленно нанес им ФИО2 один удар в область живота, в результате чего причинил последнему телесные повреждения <данные изъяты>, причинившее тяжкий вред здоровью.

В соответствии с апелляционным определением Судебной коллегии Красноярского краевого суда от 31.05.2018 указанный приговор вступил в законную силу без изменений.

Таким образом, ответчик ФИО1, как лицо, виновное в причинении тяжкого вреда здоровью истца, обязан компенсировать истцу моральный вред.

Доводы ответчика о выплате денежной компенсации морального вреда потерпевшему судом не принимаются, поскольку, несмотря на наличие в уголовном деле заявления, подписанного потерпевшим, они опровергаются показаниями свидетелей, которые являются последовательными, непротиворечивыми и согласующимися как между собой, так и с остальными материалами дела, оснований для критической оценки этих показаний суд не усматривает, ответчик обстоятельства передачи денег потерпевшему сообщить не смог, обстоятельства написания указанного заявления и отсутствие фактической передачи денег потерпевшему установлены в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела, в силу чего указание в приговоре на возмещение потерпевшему вреда в данном случае не может расцениваться как преюдициальное относительно разрешаемого спора.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что истцу были причинены физические и нравственные страдания, выразившиеся в том, что в связи с преступными действиями ответчика здоровью истца причинен тяжкий вред, при причинении телесных повреждений и в процессе лечения истец испытывал физическую боль, ему причинены нравственные страдания, учитывает характер и степень этих физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности личности истца, связанные с восприятием происшедшего и его последствий, обстоятельства, при которых причинен вред и степень вины ответчика в причинении такового, отношение ответчика к содеянному.

При этом суд также учитывает, что в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства судом при рассмотрении уголовного дела признано противоправное поведение потерпевшего ФИО2, выразившееся в высказывании в адрес ответчика оскорблений и провоцирующего поведения, в результате которого у ФИО1 возник умысел на причинение вреда потерпевшему, что нашло своё отражение как в приговоре, так и в материалах уголовного дела.

С учетом изложенных обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца с ответчика, равным 150 000 рублей, признавая указанную сумму соразмерной причиненным истцу страданиям.

Оснований для освобождения ФИО1 от возмещения вреда судом не установлено.

Согласно п.4 ч.1 ст.333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются истцы - по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

При таком положении, поскольку истец при обращении в суд с иском от уплаты государственной пошлины был освобожден в силу закона, с учетом положений ст.333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО2 к ФИО1 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход местного бюджета муниципального образования город Норильск государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Норильский городской суд.

Председательствующий судья С.В. Курунин

Мотивированное решение

в окончательной форме изготовлено 21.09.2018.