Решение № 2-27/2018 2-27/2018 ~ М-3/2018 М-3/2018 от 21 февраля 2018 г. по делу № 2-27/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Абаза 22 февраля 2018 года

Абазинский районный суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Пановой Н.А.,

при секретаре Мазановой А.С.,

с участием ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-27/2018 по иску ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Хакасия о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями органа следствия,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратился в суд с иском, указав, что 20.04.2017 года Абазинским районным судом РХ признано незаконным производство обыска в жилище, который проведен 18.04.2017 года по месту его жительства по адресу: <адрес>.

По мнению истца, незаконными действиями следователя Отд МВД России по г. Абаза ФИО1 нарушены его конституционные права на личную жизнь и неприкосновенность жилища, поскольку при производстве обыска, вопреки его несогласию и несогласию иного жильца, проживающего в жилище, на производство обыска, следователем были приглашены понятые, в том числе и соседи, которые были допущены к его личному жилищу и перед которыми он был опозорен, поскольку им разъяснялось о совершении им преступления.

В связи с изложенным ФИО3 полагает, что у него возникло право на возмещение морального вреда, причиненного незаконными действиями следствия.

Просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Хакасия компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органа следствия, в сумме 10 000 руб.

В своих дополнениях к исковому заявлению, поступивших в суд 13.02.2018 года, кроме доводов, аналогичных доводам, содержащимся в исковом заявлении, ФИО3 указал на то, что на период проведения обыска у него была сломана рука, вместе с тем, он находился в наручниках, что в свою очередь причиняло ему физические страдания, он принимал обезболивающее лекарство. Также, истец указал на незаконность проведения обыска, в том числе, и по причине того, что с момента написания им явки с повинной о совершении кражи 29.03.2017 года и возникновения случая, нетерпящего отлагательств для производства обыска, фактически прошло 20 суток, что свидетельствует, в том числе, и о бездействии органа следствия. Не отрицая факта совершения преступления и отбытия наказания за совершенное преступление, истец полагает, что следователем незаконно были приглашены в его жилище соседи, перед которыми его опозорили, разъяснив им о необходимости проведения обыска в жилище в связи с совершением им преступления, а, следовательно, следователем незаконно распространены сведения по уголовному делу. Просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Хакасия компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органа следствия, в сумме 10000 руб.

В судебном заседании истец ФИО3 поддержал заявленные требования по доводам, изложенным в заявлении.

Представитель ответчика - Министерства финансов РФ в судебное заседание не явился, уведомление в адрес ответчика направлено надлежащим образом, каких-либо заявлений, ходатайств от ответчика в суд не поступило.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика - МВД по Республике Хакасия по доверенности ФИО4 в судебное заседание не явилась, направила ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя МВД по РХ.

Из поступившего в суд 01.02.2018 года отзыва на исковое заявление следует, что МВД по РХ возражает относительно заявленных требований, поскольку считает, что действия следователя по проведению обыска соответствуют положениям ст. 165, 182 УПК РФ и произведены в рамках и в порядке установленных законом полномочий соответствующего должностного лица, соответствуют принципу разумности и соразмерности. Ссылка истца на то, что моральный вред был причинен тем, что следователь опозорила его перед соседями, которых пригласили в качестве понятых для проведения обыска в жилище, рассказав им, что им была совершена кража, не состоятельна, поскольку по своей правовой природе истец указывает на категорию морального вреда, относящегося к распространению сведений, не соответствующих действительности, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, однако в данном случае уведомление соседей истца не может быть расценено как распространение сведений, не соответствующий действительности, поскольку он совершил преступление, предусмотренное пунктом «а» части 3 статьи 158 УК РФ - кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба гражданину. Соответственно сведения, указанные следователем, соответствуют действительности.

Вместе с тем лицо, требующее возмещения вреда согласно положениям ст.ст. 16, 1064, 1069 ГК РФ, должно доказать незаконность действия (бездействие) государственного органа (должностного лица); факт причинения вреда и его размер; причинно-следственную связь между причиненным вредом и незаконными действиями (бездействием) государственного органа (должностного лица); вину причинителя вреда - государственного органа (должностного лица). Следовательно, для привлечения к имущественной ответственности необходимо установить факт причинения вреда, вину лица, обязанного к возмещению вреда, противоправность поведения этого лица, то есть несоотвествия установленных законом и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Доказательства наличия совокупности указанных обстоятельств истцом не представлены, в частности истцом не было представлено доказательств вины следователя, с учетом того факта, что истцом было совершено преступление и имелись достаточные основания для проведения следственного действия, несоответствие действий следователя законодательству Российской Федерации, распространение сведений, не соответствующих действительности, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина.

На основании изложенного, просит в удовлетворении исковых требований ФИО3 о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Хакасия денежной компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей отказать.

Суд рассмотрел дело в отсутствие надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания ответчика и третьего лица, что не противоречит положениям ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Ст. следователем СО ОТд МВД России по г. Абаза 28.03.2017 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, в отношении неустановленного лица по факту кражи имущества ФИО2 на сумму 6190 рублей из квартиры <адрес>.

29 марта 2017 года от ФИО3 поступила явка с повинной о совершении кражи имущества из данной квартиры. В этот же день был произведен обыск в подвале <адрес>, в ходе которого изъяли часть похищенных вещей.

18 апреля 2017 года ФИО3 допрошен в качестве подозреваемого.

Ст. следователем СО Отд МВД России по г. Абаза ФИО1 18 апреля 2017 года вынесено постановление о производстве обыска в жилище ФИО3 по адресу: <адрес>, в случаях не терпящих отлагательства.

Копией паспорта на имя ФИО3 подтверждается, что он имеет регистрацию по месту жительства по адресу: <адрес>

Из протокола обыска от 18 апреля 2017 года следует, что с 20-43 часов до 20-53 часов произведен обыск в жилище ФИО3 в присутствии понятых в целях отыскания вещей, похищенных из квартиры <адрес>. В ходе обыска ничего не изъято.

20.04.2017 года Абазинским районным судом РХ признано незаконным производство обыска в жилище, проведенного 18.04.2017 года по адресу <адрес>, по месту жительства подозреваемого ФИО3, в рамках уголовного дела № 11701950021000034, возбужденного 28.03.2017 года по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ, по факту кражи в период с 20.03.2017 года по 25.03.2017 года из квартиры <адрес>, имущества, принадлежащего ФИО2, на общую сумму 6 190 рублей.

При принятии судом 20.04.2017 года решения о признании незаконным производства обыска в жилище подозреваемого ФИО3, суд пришел к выводу о том, что в ходе следствия по уголовному делу возникли достаточные основания полагать, что в квартире по адресу <адрес>, где проживал ФИО3, могло находиться имущество, добытое преступным путем, имеющее значение для уголовного дела. Однако, поскольку представленные суду материалы не свидетельствовали о наличии исключительных обстоятельств, в связи с которыми с 29.03.2017 г., когда ФИО3 совершил явку с повинной, а часть похищенного имущества не была обнаружена в подвале дома, где он проживал, по 18.04.2017г., когда обвиняемый был задержан, следователем не могло быть направлено в суд ходатайство о производстве следственного действия.

Кроме того, 28.12.2017 года по результатам рассмотрения уголовного дела № 11701950021000034, в рамках которого проводился обыск, признанный впоследствии незаконным, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ему назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, с ограничением свободы сроком на 1 год 6 месяцев, и установлением определенных приговором ограничений. Приговор не вступил в законную силу.

В соответствии со ст. 25 Конституции Российской Федерации жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения.

В развитие указанного конституционного положения ст. 3 ЖК РФ также закрепляет правило о том, что никто не вправе проникать в жилище без согласия проживающих в нем на законных основаниях граждан иначе как в предусмотренных названным кодексом целях и в предусмотренных другим федеральным законом случаях и в порядке или на основании судебного решения. Проникновение в жилище без согласия проживающих в нем на законных основаниях граждан допускается в случаях и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом, только в целях спасения жизни граждан и (или) их имущества, обеспечения их личной безопасности или общественной безопасности при аварийных ситуациях, стихийных бедствиях, катастрофах, массовых беспорядках либо иных обстоятельствах чрезвычайного характера, а также в целях задержания лиц, подозреваемых в совершении преступлений, пресечения совершаемых преступлений или установления обстоятельств совершенного преступления либо произошедшего несчастного случая.

Согласно части первой ст. 5 Федерального закона от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" органы (должностные лица), осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, при проведении оперативно-розыскных мероприятий должны обеспечивать соблюдение прав человека и гражданина на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, неприкосновенность жилища и тайну корреспонденции.

В соответствии с частью второй ст. 8 указанного федерального закона проведение оперативно-розыскных мероприятий, которые ограничивают конституционные права человека и гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, а также право на неприкосновенность жилища, допускается на основании судебного решения и при наличии информации о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния или о лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших противоправное деяние, по которому производство предварительного следствия обязательно, а также о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности Российской Федерации.

На основании п. 5 ч. 2 ст. 29 УПК РФ только суд, в том числе в ходе досудебного производства, правомочен принимать решения: о производстве обыска и (или) выемки в жилище.

В случаях, предусмотренных пунктами 4 - 9, 10.1, 11 и 12 части второй статьи 29 настоящего Кодекса, следователь с согласия руководителя следственного органа, а дознаватель с согласия прокурора возбуждает перед судом ходатайство о производстве следственного действия, о чем выносится постановление.

В исключительных случаях, когда производство осмотра жилища, обыска и выемки в жилище, личного обыска, а также выемки заложенной или сданной на хранение в ломбард вещи, наложение ареста на имущество, указанное в части первой статьи 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, не терпит отлагательства, указанные следственные действия могут быть произведены на основании постановления следователя или дознавателя без получения судебного решения. В этом случае следователь или дознаватель не позднее 3 суток с момента начала производства следственного действия уведомляет судью и прокурора о производстве следственного действия. К уведомлению прилагаются копии постановления о производстве следственного действия и протокола следственного действия для проверки законности решения о его производстве. Получив указанное уведомление, судья в срок, предусмотренный частью второй настоящей статьи, проверяет законность произведенного следственного действия и выносит постановление о его законности или незаконности. В случае, если судья признает произведенное следственное действие незаконным, все доказательства, полученные в ходе такого следственного действия, признаются недопустимыми в соответствии со статьей 75 настоящего Кодекса (ч. 1, 5 ст. 165 УПК РФ).

На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Из содержания названных конституционных норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

На основании п. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п. 1 этой статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 данного кодекса.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (п. 1).

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо (п. 2).

Согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 данного кодекса.

Как указано в абзаце втором ст. 151 ГК РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Для применения такой меры ответственности, как компенсация морального вреда, юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, судом установлен факт проведения органами следствия обыска в жилище истца, а также неправомерность указанных действий, установленная судебным актом от 20 апреля 2017 года.

В случае признания судом незаконным проведения в жилище обыска, право на компенсацию морального вреда возникает, в том числе, и у лица, в отношении которого имелись основания для проведения обыска по судебному решению.

Доводы представителя третьего лица о том, что каких-либо незаконных следственных действий в отношении ФИО3 не проводилось, а также на отсутствие причинно-следственной связи между незаконным производством обыска в жилище и нравственными страданиями истца, не могут быть приняты во внимание, поскольку нравственные страдания ФИО3 испытывал по поводу нарушения незаконным обыском своих личных неимущественных прав - права на жилище и неприкосновенность частной жизни.

Следовательно, поскольку обыск в жилище относится к числу тех следственных действий, которые существенным образом ограничивают конституционные права лица, в том числе права на неприкосновенность жилища и тайну частной жизни, и судебная защита прав и законных интересов, являющаяся гарантией реализации конституционного права на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц, должна быть обеспечена, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующее.

Факт обращения ФИО3 21 апреля 2017 года за медицинской помощью в ГБУЗ РХ «Таштыпская районная больница» подтверждается информацией врио начальника ОтдМВД России по Таштыпскому району, поступившей в суд 20.02.2018 года.

Вместе с тем, мнение ФИО3 о том, что при проведении незаконного обыска, находясь в наручниках, он испытывал физические страдания в связи с имеющимся переломом руки, что также, по его мнению, должно учитываться при определении размера компенсации морального вреда, суд находит ошибочными, поскольку причинно-следственной связи между незаконным производством обыска и его физическим состоянием не имеется.

Доводы ФИО3 о распространении следователем информации по уголовному делу, которая опорочила честь, достоинство истца перед понятыми, не могут быть приняты во внимание, поскольку факт привлечения ФИО3 к уголовной ответственности соответствует действительности.

Суд учитывает, что следственное действие признано судом незаконным в связи с отсутствием исключительных обстоятельств для его проведения без судебного решения, нарушены неимущественные конституционные права гражданина, принимает во внимание факт привлечения ФИО3 к уголовной ответственности, круг лиц, присутствовавших при проведении следственного действия (включая понятых, являющихся соседями истца), применяя принцип разумности и справедливости, а также учитывая отсутствие иных доказательств, представленных истцом о наличии нравственных страданий, суд полагает достаточным взыскать в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 1000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Хакасия за счет казны РФ в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 1000 (одна тысяча) рублей.

В остальной части заявленных требований истцу ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Хакасия о компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Хакасия в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Абазинский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 27 февраля 2018 года.

Судья Н.А. Панова