Решение № 2-421/2018 2-5259/2017 от 11 февраля 2018 г. по делу № 2-421/2018

Дело №2-5259/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Красноярск 12 февраля 2018 года

Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Майко П.А.,

при секретаре Соколова Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФКУ ГБСМЭ по Красноярскому краю Минтруда Бюро №8, КГБУЗ ГП №4, ФИО2, ФИО3, о признании фальсифицированной программы реабилитации, направление на Медико-социальную Экспертизу, заключение программы реабилитации, компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд, с указанным иском, к ответчикам, с требованием о признании программы реабилитации, от 24.11.2016 года, не законной, направления на МСЭ, от 28.11.2016 года, не законным, признании врачебного заключения, от 28.11.2016 года, не законным, возложении обязанности оформить программу реабилитации, в соответствии с решением суда, от 3.11.2016 года. Кроме того, истец просит взыскать со всех ответчиков компенсацию морального вреда.

Данные требования мотивирует тем, что решением суда от 3.11.2016 года, установлено, что направления на МСЭ, заключения для ПРП, от 22.1.2016 года, 30.3.2016, 2.8.2016 года, действительны в течении 1 года. Однако, при его обращении 24.11.2016 года, в Бюро №8 МСЭ, с предоставлением направлений от 22.1.2016 года, 30.3.2016 года, 2.8.2016 года, Бюро МСЭ ему отказало в разработке программы реабилитации, по предоставленным документам, сфальсифицировало направление на МСЭ, от 28 ноября 2016 года, на основании которого, дало заключение для программы реабилитации, от 28 ноября 2016 года.

Недействительность направления на ПРП, заключения на ПРП, самой ПРП, обосновывает тем, что врачами не учтены все его профзаболевания. Кроме того, программа реабилитации Бюро №8 МСЭ датирована 24.11.2016 года, тогда как направление на экспертизу датировано 28.11.2016 года.

Т.к. его права были нарушены, просит поликлинику №4, Бюро №8, компенсировать ему моральный вред, в размере по 800000 тысяч рублей с каждого, а с руководителей данных организаций - ФИО3 и ФИО2 взыскать компенсацию морального вреда в размере по 400000 тысяч рублей.

Истец, его представитель – ФИО4, иск поддержали полностью по вышеуказанным доводам.

Представители ФКУ ГБСМЭ по Красноярскому краю Минтруда Бюро №8 – ФИО5, ФИО6, с иском не согласны, т.к. срок действий направлений составляет не 1 год, а 1 месяц. В силу данного, бюро экспертизы, в момент обращения истца, в их учреждение, было вынуждено назначить дополнительное обследование истца в поликлинике №4 и разработать программу реабилитации, выдать заключение, с учетом полученных данных. Т.к. их действия являются госуслугой, то программа реабилитации датирована датой обращения, т.е. 24.11.2016 года. Программа реабилитации разработана на основании профзаболеваний истца, которые подтверждены, в том числе, и решениями судов.

Представитель Поликлиники №4 – ФИО7, с иском не согласна, т.к. заключения для программы реабилитации было дано на основании именно профзаболевания истца. Истец ссылается на иные заболевания, которые являются сопутствующими и не относятся к профессиональным.

Остальные участники процесса не явились, были уведомлены надлежаще.

Исследовав материалы дела, выслушав участников процесса, суд установил -

Федеральный закон "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" N 181-ФЗ (далее Закон "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации"), определяя государственную политику в области социальной защиты инвалидов, гарантирует инвалидам проведение реабилитационных мероприятий, получение технических средств и услуг, предусмотренных федеральным перечнем реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду за счет федерального бюджета (ст. 10).

В соответствии со статьями 1, 8 указанного Федерального закона, осуществление медико-социальной экспертизы, установление инвалидности и разработка индивидуальных программ реабилитации инвалидов возложена на федеральные учреждения медико-социальной экспертизы.

Статьей 11 Закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" определено, что индивидуальная программа реабилитации инвалида - разработанная на основе решения уполномоченного органа, осуществляющего руководство федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы, комплекс оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающий в себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных или утраченных функций организма, восстановление, компенсацию способности инвалида к выполнению определенных видов деятельности.

Гражданин направляется на медико-социальную экспертизу организацией, оказывающей лечебно-профилактическую помощь, независимо от ее организационно-правовой формы, органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, либо органом социальной защиты населения (п. 15 Постановления).

В случае, если организация, оказывающая лечебно-профилактическую помощь, орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, либо орган социальной защиты населения отказали гражданину в направлении на медико-социальную экспертизу, ему выдается справка, на основании которой гражданин (его законный представитель) имеет право обратиться в бюро самостоятельно (п. 19 Постановления).

Медико-социальная экспертиза проводится по письменному заявлению гражданина (п. 24 Постановления).

Для гражданина, признанного инвалидом, специалистами бюро, проводившими МСЭ, разрабатывается индивидуальная программа реабилитации, которая утверждается руководителем соответствующего бюро (п. 34 Постановления). Гражданину, признанному инвалидом, выдаются справка, подтверждающая факт установления инвалидности, с указанием группы инвалидности и степени ограничения способности к трудовой деятельности либо с указанием группы инвалидности без ограничения способности к трудовой деятельности, а также ИПР (п. 36 Постановления).

Индивидуальная программа реабилитации инвалида представляет собой разработанный на основе решения уполномоченного органа, осуществляющего руководство федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы, комплекс оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающий в себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных или утраченных функций организма, восстановление, компенсацию способностей инвалида к выполнению определенных видов деятельности.

Таким образом, медицинские показания и противопоказания устанавливаются на основе оценки стойких расстройств функций организма, обусловленных заболеваниями, последствиями травм и дефектами, необходимость предоставления инвалиду отдельных реабилитационных мер в том числе (санаторно-курортного лечения) зависит от медицинских показаний.

Согласно решения суда от 3.11.2106 года, ФИО1 отказано в признании направлений на МСЭ и заключений ПРП от 22.1.2016 года, 30.3.2016 года, 2.8.2016 года, недействительными. В мотивировочной части решения суд указал, что заключение и направление выдаются на 1 год.

Фактически в вышеуказанном решении, суд установил, что ФИО1 установлен медучреждением и экспертной организацией правильный диагноз, дающий право на разработку программы реабилитации.

Как видно из материалов дела, в том числе, личного дела истца в ФКУ Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Красноярскому краю, ФИО1 24.11.2016 года, обратился в Бюро №8 с заявлением провести медико-социальную экспертизу на основании решения суда, от 3.11.2016 года, по направлению поликлиники №4, от 22.1.2016, 30.3.2016, 2.8.2016 года.

Бюро МСЭ №8, обратилось с заявлением 24.11.2016 года в ГП №4, о проведении допобследования истца, т.к. истек срок действия направления на экспертизу, которое предоставил истец.

Руководитель бюро №8 МСЭ разработала программу допосбледования истца, и предложило выдать для бюро №8 МСЭ, в срок до 28.11.2016 года, направление на МСЭ, на имя ФИО1, с действующим сроком.

Как видно из направления ГП №4 от 28.11.2016 года, данное учреждение выдало истцу форму №88/у-06 (направление на медико-социальную экспертизу), и выдало заключение, на срок 1 год, в которых отражены профессиональные и сопутствующие заболевания истца.

В соответствии с протоколом проведения медико-социальной экспертизы, в отношении истца, акта медико-социальной экспертизы, от 24.11.2016 года, истцу разработана программа реабилитации пострадавшего, от 24.11.2016 года, по диагнозу – G92 – токсическая энцефалопатия.

От получения данной программы истец, согласно записей в ней, отказался, т.к. не был согласен с ней.

Согласно акта от 1.12.2016 года, истец обратился в Бюро МСЭ экспертный состав №2, не согласный с программой реабилитации, разработанной Бюро №8 МСЭ.

8.12.2016 года истец приглашен, что видно из письма 8.12.2016 года, медико-социальную экспертизу в экспертный состав 2, на 12.12.2016 года.

По итогам экспертизы на основании акта и протокола медико-социальной экспертизы состава №2, истцу разработана новая программа реабилитации пострадавшего, по диагнозу – G92 – токсическая энцефалопатия.

При сравнении программ реабилитации от 1.12.2016 и 24.11.2016 года, суд установил, что в ПРП от 1.12.2016 года отсутствует ряд лекарственных средств, которые были ранее признаны необходимыми истцу (мильгама, вазонит). В остальном обе программы реабилитации соответствуют друг другу.

Суд полагает отказать истцу, в удовлетворении его требований, в полном объеме.

Свой вывод суд основывает на том факте, что, фактически, программа реабилитации, от 24.11.2016 года отменена. Вместо нее, разработана, со стороны 2 состава Главного Бюро МСЭ, для истца, программа реабилитации от 1.12.2016 года. Т.е. предмета обжалования, а в данной ситуации, программы реабилитации, от 24.11.2016 года, не имеется, как программы действующей для истца, обязательной для применения истцу. В данном судебном процессе, суд не рассматривает законный характер программы реабилитации, разработанной для истца 2 составом Главного Бюро МСЭ.

Возможность обжалования и разработки новой программы реабилитации предусмотрена ПРАВИЛАМИ ПРИЗНАНИЯ ЛИЦА ИНВАЛИДОМ, утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 февраля 2006 г. N 95, согласно которым, гражданин (его законный или уполномоченный представитель) может обжаловать решение бюро в главное бюро в месячный срок на основании письменного заявления, подаваемого в бюро, проводившее медико-социальную экспертизу, либо в главное бюро. Бюро, проводившее медико-социальную экспертизу гражданина, в 3-дневный срок со дня получения заявления направляет его со всеми имеющимися документами в главное бюро. Главное бюро не позднее 1 месяца со дня поступления заявления гражданина проводит его медико-социальную экспертизу и на основании полученных результатов выносит соответствующее решение.

Относительно признания недействительными направления на МСЭ, от 28.11.2-16 года и заключения для ПРП, от 28.11.2016 года, выданными ГП №4, по тому мотиву, что данные документы датированы 28.11.2016 года, а сама программа реабилитации датирована 24.11.2016 года, суд полагает доводы истца не обоснованными, по следующим основаниям -

Как видно из Рекомендации к порядку заполнения учетной формы №088/у-06, она же направление на медико-социальную экспертизу организацией, оказывающей лечебно-профилактическую помощь, форма должна быть предоставлена в бюро медико-социальной экспертизы не позднее 1 месяца с момента ее выдачи.

Истец обратился на МСЭ в Бюро №8 24.11.2016 года, предоставив направление и заключение выданные до сентября 2016 года.

В силу данного, суд полагает возможным согласиться с обоснованностью бюро №8 МСЭ о направлении истца повторно для получения им новой формы №088/у-06 в ГП №4, т.к. данные формы действуют в течении 1 месяца с момента выдачи, согласно Приказа №77 от 31.1.2007 года.

Довод истца, что в решении суда отражено, что заключение и направление действительны 1 год, суд полагает признать не состоятельным, полагая признать ссылку суда, в своем решении от 3.11.2016 года о том, что направление на экспертизу действует 1 год, в качестве описки, т.к. данное прямо противоречит закону, которым предусмотрено, что заключение Врачебной комиссии медучреждения выдается на срок 1 год, данное отражено в решении суда от 3.11.2016 года, но, при этом, срок действия направления составляет 1 месяц. Относительно направления, суд в своем решении от 3.11.2016 года не указал на норму права, предусматривающей срок действий направления в течении 1 года. Преюдициальным в данной части, решение суда не является, т.к. данный факт не был предметом спора и по нему не выносилось решение по существу.

Указание истца, что программа реабилитации разработана 24.11.2016 года, т.е. ранее получения им направления и заключения от ГП №4 датированных 28.11.2016 года, что свидетельствует о фальсификации программы реабилитации и данных документов, суд полагает признать не состоятельным, т.к. совпадение даты принятого решения, с датой регистрацией поступившего заявления, не свидетельствует о фальсификации принятого решения.

Программа реабилитации датирована датой обращения истца за ее разработкой, что соответствует сути госуслуги, в данной части с разработки программы реабилитации, которая оказывается с момента обращения гражданина.

Кроме того, дата направления, в совокупности с тем обстоятельством, что заключение от 24.11.2016 года, не может быть признано не законным только по тому основанию что дата направления не совпадает с заключением Бюро №8 МСЭ, т.к. данное заключение пересмотрено и фактически не исполняется. Вместо него разработана ПРП от 1.12.2016 года. Данное направление было основанием для разработки ПРП от 1.12.2016 года.

Довод истца, что в направлении ГП №4 (форма №88/у-06), заключении врачебной комиссии медучреждения о нуждаемости в реабилитационной помощи, отражены не все его заболевания, которые необходимы для разработки ПРП, суд полагает признать не состоятельным, т.к. диагноз и профзаболевнаия, выставлены и определены, на основании заключения НИИ Медицины Труда г.Москва от 6.11.2015 года №05-01-269.

Согласно заключения Научно исследовательский институт труда от 6.11.2015 года, при анализе меддокументов истца, установлено, что у истца имеются как заболевания связанные с профессиональной деятельностью, так и сопутствующие, не относящиеся к профзаболеваниям, а именно – ИБС, гематогенная тромбоофлебия, хронический холецистит, ПТФС обеих конечностей, остеохандроз, бронхит. Оснований для пересмотра ранее установленного диагноза не имеется.

Направление ГП №4, программа реабилитации от 1.12.2016 года основываются именно на вышеуказанном диагнозе истца.

Данное также подтверждено следующим –

в 2010 году Центром профпатологии КБУЗ «Краевая клиническая больница» данное заключение, что заболевание истца - вторичная гематогенная тромбофлебия, связанная с нарушением в системе протеина С, осложненная рецидивирующим тромбозом нижних конечностей, не связано с профессиональной деятельностью истца и не включено в основной диагноз.

В частности, как следует из вступившего в законную силу решения Центрального районного суда г. Красноярска от 19 ноября 2010 года при разрешении требований ФИО1 о неправильном медицинском диагнозе назначалось проведение комиссионной судебно-медицинской экспертизы, проведение которой поручалось ГБУЗ Ленинградской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», согласно заключению которого с учетом периодического обследования ФИО1 с 1970 года, у которого посттромбофлебический синдром и хроническая венозная недостаточность были впервые выявлены только в 2002 году, а дефект в системе естественного антикоагулянта протеина С объективно подтвержден только однократным анализом от 04 мая 2005 года, то есть более чем через 30 лет после прекращения контакта с вредными веществами на месте работы, что не исключает возможность врожденного дефицита протеина С. Каких-либо объективных оснований, допускающих возможную связь диагностированного у ФИО1 пострамбофлебического синдрома с вредными условиями его работы с 1964 по 1971 год не имеется. Представленных экспертам документов достаточно для констатации отсутствия данных, позволяющих считать неверным диагноз, выставленный ФИО1 в Центре профпатологии КБУЗ «Краевая клиническая больница». В удовлетворении иска ФИО1 к Министерству здравоохранения Красноярского края, Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница», ФГУ «Федеральное бюро медико-социальной экспертизы» о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда в связи с неправильным медицинским диагнозом, о признании незаконными заключений, выписного эпикриза, выписки из акта, выписки из истории болезни, акта расследования профессионального отравления, санитарной характеристики, отказано.

Именно на основании данных документов, истцу определено профзаболевание и разработана программа реабилитации составом №2 МСЭ от 1.12.2016 года.

Суд не приемлет довод истца, что ему не законно исключили лекарства от врача гематолога, назначенные согласно заключения врача гематолога ККБ-1 от 19.1.2015 года, т.к. гематогенная тромбофлебия относится к сопутствующим заболеваниям, что видно, как из оспариваемого заключения ГП№4, так и заключения НИИ ТРУДА от 8.11.2015 года.

При таком положении, поскольку факт установления истцу неверного диагноза, при составлении оспариваемых направления и заключения врачебной комиссии КГБУЗ «Красноярская городская поликлиника № 4», не нашел своего подтверждения, доводы истца о недействительности направления на МСЭ КГБУЗ «Красноярская городская поликлиника № 4» от 24.11. 2016 года и заключения от той же даты, о разработки ПРП, послужившими основанием для разработки ПРП, от 1.12.2016 года, со стороны 2 состава МСЭ, не обоснованны.

В части требований истца о возложении обязанности на ответчиков разработать программу реабилитации, в соответствии с решением суда от 3.11.2016 года, суд также полагает иск не обоснованным, т.к. в вышеуказанном решении, суд не установил для истца профзаболеваний, которые не были бы учтены, при разработке программы реабилитации. Наоборот суд установил, что при оформлении ситцу 22.1.2016 года, 30.3.2016, 2.8.2016 года направлений на МСЭ и заключений для ПРП ГП №4 учла все профессиональные заболевания истца. В самом решении суда не возложено обязанности на кого либо, в части разработки ПРП, выдачи направления или заключения для МСЭ.

Довод истца, что вместо лекарственного средства ФИО8, ему неверно назначили лекарственное средство ГЕМОПАКСАН, суд полагает признать не состоятельным, т.к. данный довод был предметом исследования судом ранее, что видно из мотивировочной части решения суда 3.11.2016 года и ФИО1 отказано в признании незаконным замены лекарственных средств.

Также суд полагает признать не обоснованными требования истца о компенсации ему морального вреда, по следующим основаниям -

Статья 151 ГК РФ предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

На основании статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

По смыслу приведенных правовых норм, право на компенсацию морального вреда возникает, по общему правилу, при нарушении личных неимущественных прав гражданина или посягательстве на иные принадлежащие ему нематериальные блага, и только в случаях прямо предусмотренных законом, такая компенсация может взыскиваться при нарушении имущественных прав гражданина.

Т.к. суд не установил нарушений прав истца, со стороны, ФКУ ГБСМЭ по Красноярскому краю Минтруда Бюро №8, КГБУЗ ГП №4, ФИО2, ФИО3, то суд также не находит оснований для компенсации истцу морального вреда, за счет ответчиков.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.192-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении требований ФИО1, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Красноярска в течение месяца, с момента изготовления мотивированного решения, которое можно получить через 5 дней в канцелярии суда..

Председательствующий: П.А. Майко