Приговор № 1-173/2019 от 2 сентября 2019 г. по делу № 1-173/2019

...


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Тольятти «03» сентября 2019 года

Судья Комсомольского районного суда г. Тольятти Самарской области Егоров В.В.

с участием государственного обвинителя Иванова С.П.

подсудимого ФИО1, защитника в лице адвоката Зубковой О.М.

представителя потерпевшего - ООО «РЕМСЕРВИС» - Б.

при секретаре Зубовой Ю.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, ..., ранее не судимого,

в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 159 ч. 3, 159 ч.5 УК РФ

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем обмана, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, при этом деяние повлекло причинение значительного ущерба, при следующих обстоятельствах.

ФИО1, не являясь директором, но, осуществляя финансово-хозяйственную деятельность, и распорядительные функции ООО «Кентавр 1», зарегистрированного в установленном законом порядке в МИФНС России по Самарской области № 19, профилем деятельности которой является оптовая торговля станками, имея умысел на хищение чужого имущества путем обмана, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, а именно хищение денежных средств ООО «Рязанский завод токарных станков», находящегося в г. Рязани, весной - летом 2017 года, точные дата и время не установлены, находясь в офисе ООО «Кентавр 1», расположенном в <...>, умышленно ввел в заблуждение неосведомленного о его преступных намерениях генерального директора ООО «Рязанский завод токарных станков» Ц. что может осуществить поставку токарно-винторезного станка марки 1М63Н-3 2004 года выпуска, стоимостью 800000 рублей, в случае предоплаты в сумме 625000 рублей, заведомо зная, что не имеет реальной возможности исполнить условия договора, так как указанный станок не находился в собственности ООО «Кентавр 1». Далее, продолжая реализовывать свой преступный умысел, 28.03.2017г., находясь в офисе ООО «ФИО2» в <...>, ФИО1, от имени директора ООО «Кентавр 1», заключил посредством электронной почты договор № 007\03\17 от 28.03.2017г. купли-продажи токарно-винторезного станка марки 1М63Н-3 2004 года выпуска с ООО «Рязанский завод токарных станков», в лице генерального директора Ц. согласно которому, он, как директор ООО «Кентавр 1», принимает на себя обязательства по передаче в собственность ООО «Рязанский завод токарных станков» токарно-винторезного станка марки 1М63Н-3 2004 года выпуска не позднее 20.06.2017г., при условии поступления авансового платежа в сумме 625 000 рублей на расчетный счет Поставщика - ООО «Кентавр 1». Покупатель - ООО «Рязанский завод токарных станков», выполняя условия договора купли-продажи №007\03\17 от 28.03.2017, перечислило 29.03.2017г. и 03.04.2017г. на расчетный счет № <***> поставщика ООО «Кентавр 1», открытый 08.11.2016 в офисе 6991/0687 Поволжского банка ПАО «Сбербанк» России в <...> денежные средства в качестве аванса по договору, в сумме 625000 рублей. Однако, ФИО1, достоверно зная, что до 20.06.2017 г. должен произвести отгрузку указанного станка, не имея намерений и реальной возможности исполнять договорные обязательства перед ООО «Рязанский завод токарных станков», полученные в качестве аванса по договору купли-продажи № 007\03\17 от 28.03.2017г. денежные средства от ООО «Рязанский завод токарных станков» на указанный расчетный счет ООО «Кентавр 1», к которому ФИО1 имел доступ через банковскую карту Visa Business № ..., на имя М. неосведомленного о преступном умысле ФИО1, обратил в свою пользу, то есть похитил выше описанным способом, и, распорядился ими по своему усмотрению, не производя каких-либо оплат в счет исполнения договора купли-продажи вышеуказанного станка, причинив своими умышленными преступными действиями ООО «Рязанский завод токарных станков», в лице генерального директора Ц. значительный материальный ущерб в размере 625000 рублей.

Таким образом, ФИО1 совершил преступление, предусмотренное ст. 159 ч. 5 УК РФ.

Он же, ФИО1, совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем обмана, совершенное с использованием своего служебного положения, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, с причинением значительного ущерба, при следующих обстоятельствах:

ФИО1 с 11.05.2017 г., являясь директором, и, осуществляя финансово-хозяйственную деятельность, и распорядительные функции ООО «Кентавр 1», зарегистрированного в установленном законом порядке в МИФНС России по Самарской области № 19, профилем деятельности которой является оптовая торговля станками, имея умысел на хищение чужого имущества путем обмана, с использованием своего служебного положения, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, а именно хищение денежных средств ООО «РЕМСЕРВИС», находящегося в г. Рязани, летом 2017 года, точные дата и время не установлены, находясь в офисе ООО «Кентавр 1», расположенном в <...>, умышленно ввел в заблуждение неосведомленного о его преступных намерениях коммерческого директора ООО «РЕМСЕРВИС» Б. относительно того, что может осуществить поставку трех единиц токарно-винторезных станков марки РТ755Ф3 в комплекте с люнетом и револьверной головой общей стоимостью 3000000 рублей, в случае предоплаты в размере 1000000 рублей, заведомо зная, что не имеет реальной возможности исполнить условия договора, так как указанные станки находились в собственности ЗАО Корпорация «Тольяттиазот», и, с которым ООО «Кентавр 1» никаких договоров на приобретение указанных станков не заключало. В продолжении своего преступного умысла, находясь в помещении ООО «ФИО2», ФИО1, от имени ООО «Кентавр 1», посредством электронной почты, заключил договор купли-продажи трех вышеуказанных станков № 034\06\17 от 28.06.2017 г. с ООО «РЕМСЕРВИС», в лице генерального директора Б.1 Согласно вышеуказанному договору, ООО «Кентавр 1» принимает на себя обязательства по поставке в адрес ООО «РЕМСЕРВИС» трех единиц токарно-винторезных станков марки РТ755Ф3 в комплекте с люнетом и револьверной головой в течение 15 рабочих дней с момента поступления денежных средств на расчетный счет Поставщика - ООО «Кентавр 1». Покупатель - ООО «РЕМСЕРВИС», выполняя условия договора № 034\06\17 от 28.06.2017 г., перечислило 30.06.2017г. на расчетный счет № <***> поставщика ООО «Кентавр 1», открытый 08.11.2016 г. в офисе 6991/0687 Поволжского банка ПАО «Сбербанк» России в г. Тольятти, Центральный район, ул. Ленина 87, денежные средства в размере 1000000 рублей, предназначенные в качестве аванса по указанному договору. Однако, ФИО1, достоверно зная, что в течение 15 дней с момента поступления денежных средств на расчетный счет ООО «Кентавр 1» должен произвести отгрузку указанных станков, не имея намерений и реальной возможности исполнять договорные обязательства перед ООО «РЕМСЕРВИС», полученные в качестве аванса по договору купли-продажи № 034\06\17 от 28.06.2017 от ООО «РЕМСЕРВИС» денежные средства, поступившие на расчетный счет ООО «Кентавр 1», к которому ФИО1 имел доступ через банковскую карту Visa Business № ..., на имя М.., неосведомленного о преступном умысле ФИО1, обратил в свою пользу, то есть похитил выше описанным способом, и распорядился ими по своему усмотрению, не производя каких-либо оплат в счет исполнения договора купли-продажи вышеуказанных станков, причинив своими умышленными преступными действиями ООО «РЕМСЕРВИС», в лице коммерческого директора Б. значительный материальный ущерб в размере 1000000 рублей.

Таким образом, ФИО1 совершил преступление, предусмотренное ст. 159 ч. 5 УК РФ.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину по каждому преступлению, связанному с мошенничеством, то есть хищением чужого имущества, путем обмана, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, с причинением значительного ущерба в отношении потерпевших ООО «Рязанский завод токарных станков» и ООО «РЕМСЕРВИС» признал, подтверждая обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, от дачи показаний в силу ст. 51 Конституции РФ отказался.

Заслушав подсудимого, представителя потерпевшего, свидетелей, исследовав материалы уголовного дела, суд находит вину подсудимого в совершении изложенных преступлений установленной следующими доказательствами по делу:

По факту мошенничества в отношении ООО «Рязанский завод токарных станков» вина подсудимого подтверждается следующими доказательствами:

показаниями представителя потерпевшего ООО «РЗТС» Ц. оглашенными в судебном заседание по ходатайству государственного обвинителя и с согласия сторон, из которых следует, что он является генеральным директором ООО «Рязанский завод токарных станков», основным видом деятельности которого является производство, ремонт и обслуживание станков токарной группы, а также приобретение и перепродажа запасных частей к станкам, а также сопутствующих изделий. В марте 2017 года у ООО «РЗТС» возникла необходимость в приобретении бывшего в эксплуатации токарного станка модели «1М63Н». Кто-то из его знакомых порекомендовал ему продавца необходимого оборудования, а именно ООО «Кентавр 1». Ему предоставили договор купли-продажи с ООО «Кентавр 1», где имелись контакты указанной организации, в том числе адрес электронной почты - .... По данному электронному адресу с представителями ООО «Кентавр 1» связывалось несколько сотрудников организации. В ходе переписки, на электронную почту ООО «РЗТС» представителем ООО «Кентавр 1» были высланы фотографии токарно-винторезного станка модели «1М63Н» 2004 года выпуска, который, со слов представителя ООО «Кентавр 1», находился в собственности организации. Внешний вид и состояние данного станка было удовлетворительным, в связи с чем, они договорились о его приобретении. Представитель ООО «Кентавр 1» сообщил, что стоимость данного станка составляет 800000 рублей, это его полностью устроило. Каких-либо сомнений, что станок действительно находился в наличии ООО «Кентавр 1», у него не было, в связи с чем, ООО «РЗТС» решили заключить договор купли-продажи. 28.03.2017 года между ООО «РЗТС», в его лице, и ООО «Кентавр 1», в лице директора ФИО1, был заключен договор купли-продажи №007/03/17 от 28.03.2017 на приобретение токарного станка 1М63Н-3 2004 года выпуска. Данный договор был заключен посредством электронной почты. По условиям договора, ООО «Кентавр 1» обязывалось поставить в адрес ООО «РЗТС» станок не позднее 20.06.2017 года. Местом подписания договора был указан офис ООО «Кентавр 1», расположенный в <...>. В исполнение заключенного договора 29.03.2017 и 03.04.2017 года, ООО «РЗТС» перечислило на расчетный счет ООО «Кентавр 1» денежные средства в виде аванса в размере 625000 рублей. После перечисления денежных средств, бухгалтер ООО «РЗТС» П.1 неоднократно просила бухгалтера ООО «Кентавр 1» выслать по почте России оригинал договора и счет-фактуры на перечисленный аванс, но оригиналы так и не были направлены в их адрес. До 20.06.2017 года по договору купли-продажи станок 1М63Н поставлен не был. На многочисленные просьбы вернуть им денежные средства ООО «Кентавр 1» отвечало обещаниями рассчитаться, но до настоящего времени денежные средства в адрес ООО «РЗТС» не возвращены. Сотрудники ООО «РЗТС» неоднократно пытались связаться по телефону и электронной почте с ООО «Кентавр 1», но никто не отвечал. Лично он с представителем ООО «Кентавр 1» не контактировал. 03.07.2017 представитель ООО «Кентавр 1» сообщил, что у указанной организации имеется в наличии токарно - винторезный станок модели «1М63Н-3» 2004 года выпуска, который они могут направить в адрес ООО «РЗТС». Поскольку ООО «РЗТС» так и не получили денежные средства, они были вынуждены согласиться, чтобы хоть как-то погасить имеющуюся задолженность ООО «Кентавр 1» перед ООО «РЗТС». Каких-либо фотографий указанного станка ООО «РЗТС» не предоставлялись. Таким образом, 04.07.2017, работник ООО «РЗТС» - Ф. отправил ООО «Кентавр 1» данные водителя – ФИО3, который поедет на погрузку токарно-винторезного станка модели «1М63Н» 2004 года. Погрузка должна была осуществляться в <...>. 10.07.2017 года, представитель ООО «Кентавр 1» погрузил станок в автомобиль и отправил на электронную почту ООО «РЗТС» фотографии станка в автомобиле. Увидев данные фотографии, ООО «РЗТС» отказалось от предложенной сделки, так как в автомобиль был загружен лом металла, а не станок. После этого, ООО «РЗТС» стало в очередной раз требовать возврата денежных средств от ООО «Кентавр 1», так как поняли, что имеют дело с неисполнительным контрагентом. На телефонные звонки и электронные письма ООО «РЗТС» в адрес ООО "Кентавр 1" никто не отвечал. ООО «РЗТС» обратилось в Арбитражный суд Самарской области, для возмещения аванса за станок в размере 625000 рублей, неустойки за нарушение сроков поставки в размере 32800 рублей, расходов по оплате госпошлины в размере 16156 рублей. Арбитражный суд удовлетворил требования ООО «РЗТС». После чего поступила апелляционная жалоба от ООО «Кентавр 1», которая осталась без удовлетворения, а решение Арбитражного суда Самарской области осталось без изменений. До настоящего времени ООО «Кентавр 1» денежные средства не возвращены. Считает, что в отношении ООО «РЗТС» совершены мошеннические действия. Причиненный ООО «РЗТС» ущерб, в результате мошеннических действий со стороны директора ФИО1 составил 625000 рублей. (т.3, л.д. 34-37)

показаниями свидетеля П.А. допрошенного в судебном заседание, из которых следует, что он вместе с ФИО1 и Г. работали в ООО ИРКФ «Машинторг» у директора Д.. После того, как Г. уволился, он создал интернет сайт ... на котором выкладывались объявления о продаже различного станочного оборудования. Он тоже стал работать с Г.. Примерно через 1-2 недели после того, как Г. создал сайт, стали поступать звонки о покупке станочного оборудования. Работа заключалась в том, что они смотрели по интернету оборудование на сайтах различных заводов, после чего звонили на заводы, интересовались оборудованием и просили скинуть фотографии интересующего их оборудования. Им скидывали фотографии на почту ..., в дальнейшем указанные фотографии они размещали на своем сайте. Когда поступали звонки от покупателей, то они предупреждали покупателя, что оборудование находится на заводе и напрямую связывали покупателей с заводом, где находилось интересующее покупателя оборудование. От суммы договора за сделку получали примерно от 2 до 5 %. Примерно в феврале 2017 года они стали сотрудничать с директором ООО «Кентавр 1» ФИО1. ФИО1 передавал им процент от суммы договора. По факту приобретения токарно-винторезного станка марки 1М63Н-63 показал, что посредствам интернета увидел, что АО «ОКБМ Африкантово» продает станок токарно-винторезный марки 1М63Н-63 на сайте fabricant.ru, указанная модель его заинтересовала, поэтому он сделал заявка на указанный станок. Указанный станок он хотел предложить для своего клиента ООО «РЗПО», но ООО «Кентавр 1», в лице ФИО1, предложили приобрести данный станок с вознаграждением в 30000 рублей. Он согласился. После этого, между ним, как физическим лицом, и АО «ОКБМ Африкантово» был подписан договор купли-продажи. Обязательства по оплате указанного договора ФИО1 взял на себя, то есть денежные средства за станок на расчетный счет АО «ОКБМ Африкантово» поступили с расчетного счета ООО «Кентавр 1». В дальнейшем, он, на имя ФИО1, была выписана нотариально заверенная доверенность, согласно которой ФИО1 вывез вышеуказанный станок с территории завода. Однако, потом, ФИО1 позвонил ему и сказал, что станок не тот, что в документах указана одна марка станка, а на самом станке имеется табличка, где марка указана, как в документах, а по внешним признакам станок не является данной моделью. После этого, он написал в адрес АО «ОКБМ Африкантово» претензию.

показаниями специалиста А.О. допрошенной в судебном заседание, из которых следует, что ею проводилась проверка деятельности ООО «Кентавр 1», в том числе исследовано движение денежных средств за период с 01.01.2017 по 28.03.2018 г по расчетному счету. Было установлено, что на расчетный счет ООО «Кентавр 1» от ООО «РЗТС» поступило 200000 рублей по платежному поручению №138 от 29.03.2017 с назначением платежа «оплата аванса по счету № 17 от 28.03.2017; по платежному поручению №141 от 03.04.2017 с назначением платежа «окончательная оплата по счету № 17 от 28.03.2017. Полученные ОООО «ФИО2» 29.03.2017 денежные средства в сумме 200000 рублей, были переведены в сумме 195000 рублей на р/с ООО «Оптима-станок»; 5000 рублей на банковскую карту М. Полученные 04.04.2017 г. денежные средства в сумме 425000 рублей были потрачены на заработную плату в сумме129000 рублей; 147000 рублей перечислены на карту М.., в том числе производилась оплата с корпоративной карты в различных торговых организациях и снимались наличные в банкоматах; 100000 рублей были перечислены на р/с ООО «Нефтегазовые технологии»; 16039 рублей оплачены услуги ООО «Медиа Маркт-Сатурн»; 9903 рублей – ПАО «ВымпелКом»; 5420 рублей – услуги банка; 3900 рублей – оплата услуг ООО ИРКФ «Машинторг». ООО «Кентавр 1» не производил возврата денежных средств на р/с ООО «РЗТС», при этом имело реальную возможность для этого, учитывая непрекращающееся движение по расчетному счету и постоянное расходование денежных средств.

По факту мошенничества в отношении имущества ООО «Рязанский завод токарных станков», вина подсудимого ФИО1 также подтверждается письменными доказательствами, содержащимися в материалах уголовного дела:

· ...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

По факту мошенничества в отношении ООО «Ремсервис» вина подсудимого подтверждается следующими доказательствами:

показаниями представителя потерпевшего ООО «Ремсервис» Б. допрошенного в судебном заседание, из которых следует, что в апреле 2017 года у организации появилась необходимость в приобретении трех бывших в употреблении станков РТ755ФЗ. Данные станки он нашел в интернет рассылке Самарской станкоторговой компании от 25.05.2017 г (..., контактные номера ... Осмотрев фотографии станков, которые были размещены на сайте, станки его устроили, после чего он решил позвонить по указанным на сайте телефонам. По телефону с ним разговаривал мужчина по имени «М.2», который представился менеджером Самарской станкоторговой организации. В ходе разговора с М.2, он договорился о том, что приедет в г. Тольятти для того, чтобы осмотреть станки. В результате длительного общения с М.2, он получил приглашение на осмотр станков на 28.06.2017 г. В указанный день, он и технические специалисты К.1, К.2 прибыли на осмотр. На вокзале их встретил М.2, как позже узнал Г.. Примерно около 12 часов их привезли к предприятию ЗАО «ТольяттиАзот», к главному КПП. На проходной их встретил человек, который представился работником ЗАО «Тольяттиазот», как позже выяснилось Д., который пояснил, что необходимо оформить пропуска, забрал их документы, которые передал в окно для выдачи бюро пропусков. Далее, они прошли инструктаж по технике безопасности, и их повели на площадку, на которой находятся станки. На площадку их проводил сотрудник ЗАО «ТольяттиАзот», как позже выяснилось А.1. При осмотре станков, о их состоянии рассказывал Д., сам Г. про станки, ничего не пояснял, и в них не разбирался. После осмотра станков, он сказал Д., что его станки устраивают, и они договорились, что каждый будет стоить 1000000 рублей. При этом, со слов Д. он знал, что указанное оборудование принадлежало заводу ТоАЗ. Но Д. пояснил, что на указанное оборудование уже заключен договор между ООО «Кентавр 1» и ЗАО «ТольяттиАзот» и целесообразнее будет заключить договор именно с ООО «Кентавр 1», поскольку заключение договора с ЗАО Тольяттиазот займет около полугода. Никаких документов, подтверждающую данную информацию, Д. не представил. Поскольку станки стояли под открытым небом и в не доступном для погрузки месте, ему озвучили срок на подготовку к погрузке 3 недели с возможностью досрочной отгрузки. Для начала подготовки отгрузки, Д. был запрошен аванс в размере 1000000 рублей. После этого, они проследовали с Г. в офис ООО «Кентавр 1», расположенный в <...>, где директор ООО «Кентавр 1» ФИО1 подписал договор № 034/06/17 от 28.06.2017г. Вышеуказанный договор в 2 экземплярах был передан ему, которые впоследствии, должен был подписать генеральный директор ООО «Ремсервис», после чего один оригинал должен был направлен почтой, либо передан нарочно. По устной договоренности, Б. должен был передать договор, в момент погрузки станков. 30.06.2017 г. ООО «Ремсервис» произвел оплату по данному договору на расчетный счет ООО «Кентавр 1», в размере 1000000 рублей. В связи с чем, ООО «Ремсервис» исполнили свои обязательства по договору № 034/06/17 от 28.06.2017г. С момента оплаты по договору, 30.06.2017 года, Б. связывался по телефону с Г. и получал отговорки по продлению сроков подготовки к отгрузке, мотивируя тем, что не подготовлены необходимые документы, якобы ЗАО «ТольяттиАзот» затягивают процесс оформления документов на отгрузку оборудования. 26.07.2017 г. он получил письмо от ООО «Кентавр 1», в лице ФИО1 о переносе срока отгрузки на 18.08.2017г. 01.08.2017г. он написал письмо, в котором просил вернуть аванс в случае отсутствия поставки станков в срок до 10.08.2017. Далее, его сотрудники несколько раз разговаривали по телефону с ФИО1, с Г. и П. о готовности к отгрузке оборудования. Несколько раз обозначалась дата к отгрузке оборудования. После разговоров ООО «Ремсервис» нанимало автомобили, на обозначенные дни для перевозки станков. Но станки так и не были отгружены, ссылаясь на какие-то проблемы, в том числе отсутствие многотонного крана. Данный кран, способный погрузить станки, им был найден в аренду в организации ООО «Сервис – Интегратор», а ООО «Кентавр 1» в свою очередь оплатили аренду указанного крана, и 16.08.2017 перевели 101760,00 рублей. Но, в последствии ООО «Кентавр 1» попросило вернуть аванс у ООО «Сервис – Интегратор». Потом, ему сообщили, что погрузка станков будет осуществлена 29.08.2017. В этот день, он приехал в очередной раз в Тольятти для погрузки станков. До приезда в г. Тольятти ему позвонил Д. и сообщил, что для погрузки станков все готово, расчищены пути, найден кран. Приехав в Тольятти, он проехал к «ТольяттиАзот», где встретился с Д., который пояснил, что отгрузка будет осуществлена 30.08.2017 года, то есть на следующий день. Так же, Д. был обещан кран из парка завода «ТольяттиАзот». Данный кран был продемонстрирован, стоял рядом с территорией Тольяттиазот. На следующий день, 30.08.2017г. он вновь приехал к ЗАО «ТольяттиАзот», сделал фотографии крана, после этого вернулся в г. Рязань. Но станки так и не были поставлены. Для демонстрации серьезности намерений 29.08.2017г. ему была отправлена платежка на возврат ООО «ФИО2» перечисленного аванса в размере 1000000 рублей на расчетный счет ООО «Ремсервис», которая оказалась поддельной. 30.08.2017г. он позвонил крановщику по телефону указанному на кабине, выяснил, что тот не имеет отношения к погрузке станков, является наемным и 30.08.2017г. уезжает в Санкт-Петербург на место основного базирования. 05.12.2017г. он опять приехал в г. Тольятти, менеджеры Г. и П. отказались пускать его в офис ООО «Кентавр 1», объяснив это указанием ФИО1. После этого, он неоднократно звонил по телефону по вопросам поставки оборудования, либо возврата аванса и разговаривал с Д., Г. и П., но в ответ получал только обещания вернуть аванс. По словам менеджеров, ФИО1 был постоянно в командировке в г. Нижний Новгород. Лично с ФИО1 он виделся один раз в момент подписания договора. Далее, было принято решение написать заявление в полицию.

В ходе всего общения Д. представлялся сотрудником ЗАО «Тольяттиазот», а Г. сотрудником ООО «Кентавр 1», П., как он понял, так же является сотрудником ООО «Кентавр 1». Ущерб, причиненный ООО «Ремсервис» составляет 1000000 рублей.

показаниями свидетеля А.1 допрошенного в судебном заседание, из которых следует, что он осуществляет трудовую деятельность в ЗАО Корпорация «Тольяттиазот» в качестве специалиста по реализации невостребованных запасов ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот» с января 2017 года. В его должностные обязанности входит деятельность по продаже невостребованных запасов ЗАО Корпорация «Тольяттиазот» (металлолома, списанного оборудования и т.д.). На интернет сайте ЗАО Корпорации «ТольяттиАзот» публикуется список невостребованных и неликвидных запасов. В связи этим, примерно в марте – апреле 2017 года, к ним обратился представитель ООО «Кентавр 1» путем направления письма на электронный адрес, с целью произвести осмотр имеющегося на реализации оборудования, при этом ООО «Кентавр 1» предоставили список оборудования, которое хотели осмотреть. Среди данного списка, станка токарно-винторезного марки РТ755Ф3 не значилось. В период с апреля 2017 года он осуществлял сопровождение сотрудников ООО «Кентавр 1» по осмотру невостребованных запасов. С апреля 2017 года по конец июня 2017 года, представители ООО «Кентавр 1» приезжали для осмотра невостребованных запасов 3 раза. В ходе первого осмотра складской площадки, представителем ООО «Кентавр 1» Д., среди металлолома было обнаружено несколько станков марки РТ755Ф3. Данные станки числились на заводе как металлолом, то есть они были разукомплектованы, многое время находились на улице, и скорее всего являлись не рабочими. Данные станки заинтересовали представителя ООО «Кентавр 1» Д.. При этом, данных станков в списке невостребованных запасов не было и, когда они там появятся, также было не известно. После чего, он сопроводил Д. до выхода с территории завода. Через некоторое время, от ООО «Кентавр 1» поступило письмо о заинтересованности в покупке станков марки РТ755Ф3. Завод никакого ответа по этому поводу не дал, так как в списках невостребованных запасов указанных станков не было, и, когда они будут, никто не знал. При этом процедура внесения данных станков в невостребованные запасы занимает длительное время, от 3 месяцев и более. Примерно в июне 2017 года на территорию ЗАО Корпорации «ТольяттиАзот» также приезжали представители ООО «Кентавр 1» Д. и Б. и другие представители ООО «Кентавр 1». Он проводил их на складскую площадку невостребованных запасов, где они все проследовали к станкам РТ755Ф3 для осмотра. После осмотра данных станков все представители ООО «Кентавр 1» покинули территорию ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот», и, после этого на связь не выходили, письма в адрес ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот» от ООО «Кентавр 1» по приобретению станков марки РТ755Ф3, после последнего визита, не поступали. В настоящее время данные станки РТ755Ф3 находятся на складской площадке невостребованных запасов и до настоящего времени не входят в список невостребованных запасов. Д. не является работником ЗАО Корпорация «Тольяттиазот». Д. при посещении, как представитель ООО «Кентавр 1», территории ЗАО «Корпорация Тольяттиазот» проводил фотографирование невостребованных станков.

Показаниями свидетеля Г. допрошенного в судебном заседание, из которых следует, что в период времени с сентября 2016 года по ноябрь 2016 года он работал в ООО ИРКФ «Машинторг» в качестве менеджера по продажам, где директором был ФИО4. В ноябре 2016 года, он ушел из ООО ИРКФ «Машинторг». Далее, примерно в январе 2017 года он создал интернет сайт .../, на котором выкладывались объявления о продаже различного станочного оборудования. Указанный сайт был создан по шаблону сайта ООО ИРКФ «Машинторг». Примерно через 1-2 недели после того, как он создал сайт, ему начали поступать звонки о покупке станочного оборудования. Работа на сайте заключалась в том, что он смотрел по интернету оборудование на сайтах различных заводов, после чего звонил на заводы, говорил, что ему интересно их оборудование и просил скинуть фотографии оборудования, которое он находил. Ему скидывали фотографии на почту ..., в дальнейшем указанные фотографии он размещал у себя на сайте. Когда ему поступали звонки, он предупреждал покупателя, что оборудование находится на заводе и напрямую связывал с заводом, где находилось интересующее покупателя оборудование. От суммы договора, он за сделку получал 2%. Примерно через 2 недели после создания указанного сайта, когда стало поступать большое количество звонков от клиентов, он попросил знакомого ФИО5, осуществлять совместную деятельность по поддержанию сайта, так как он учился и ему не хватало времени. П. согласился. Примерно в феврале 2017 года, ему поступил звонок от ООО «Кентавр 1», в лице ФИО1, который хотел приобрести станочное оборудование, какое именно не помнит. Он связал ФИО1 с заводом, где находилось оборудование, и ООО «Кентавр 1» заключил сделку напрямую с заводом. После, ФИО1 передал ему процент от суммы договора. После этой сделки, у них начали складываться деловые отношения, то есть он так же продолжал работать на своем сайте, при этом искал оборудование, интересующее ФИО1. В целях пополнения каталога сайта, они осуществляли с П. поиск станочного оборудования на территории РФ. В том числе, примерно в начале апреля 2017 года, ими был направлен запрос на сайта в ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот» с целью получения списка станочного оборудования, которое находилось на продаже. Через некоторое время они получили список продаваемого станочного оборудования, в том числе станка РТ755Ф3. О наличии данных станков, он сообщил ФИО1, который заинтересовался их покупкой. Далее, с ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот» была согласована дата осмотра станочного оборудования. Примерно в апреле 2017 года по приезду в ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот», он прошел на КПП, где выдавали пропуска, где он встретил Д., с которым они в последующем проследовали на территорию ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот». Д. пояснил, что приехал посмотреть оборудование. Он, находясь на территории завода, сфотографировал станковое оборудование, а именно: токарно-карусельный станок 1А563, вальцы ИБ 2426. После чего он спросил у представителя завода, есть ли станок РТ 755ФЗ, на что тот ответил, что есть, но нужно к нему проехать. Он, Д. и представитель завода, сели в автомобиль и проехали к месту нахождения вышеуказанного станка, который находился на металлобазе ЗАО Корпорация «Тольяттиазот», где осмотрели станок РТ755Ф3. В ходе осмотра нашли еще 3 станка РТ755Ф3. Осмотрев данные станки, которые его устроили, он произвел их фотографирование. Затем вышеуказанные фотографии, он отправил ФИО1. После этого, ФИО1 пояснил, что если кто-то будет интересоваться указанными станками, то покупателям необходимо обозначить цену одного станка в 1000000 рублей. Примерно в апреле 2017 года ему позвонил представитель ООО «Ремсервис» Б., который попросил отправить фотографии станков РТ755Ф3. Отправив данные фотографии, ему поступил звонок от Б., который начал интересоваться, где находятся станки РТ755Ф3, когда можно приехать посмотреть их, при этом, если его все устроит, спросил о разумных сроках поставки. Он пояснил, что стоимость одного станка составляет 1000000 рублей, но пояснил, что окончательное решение по цене будет после осмотра станков РТ755Ф3. Так же на месте будут обговорены сроки поставки. Данные условия Б. устроили. О разговоре с Б., он рассказал ФИО1, который пояснил, что сам займется вопросом о назначении даты осмотра данных станков на территории ЗАО Корпорации «Тольяттиазот». Позже ФИО1 пояснил, что пропуска на территорию ЗАО «Тольяттиазот» для осмотра станков будут готовы на 28.06.2017, и попросил связаться с Б. и договориться о встрече, так же пояснил, что пропуска и документы, а именно договор на покупку будут заключаться от имени ООО «Кентавр 1», и его оплата по данной сделке, составит 20000 рублей. После разговора с ФИО1, он позвонил Б. и договорился о встрече, в ходе разговора Б. попросил встретить его на Ж/Д вокзале, расположенном на территории Комсомольского района, п. Шлюзовой, и отвести на территорию ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот». 28.06.2017г. он встртил Б., затем отвез его на ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот». По приезду при получении пропусков к ним подошел Д., который пояснил, что тоже приехал на осмотр станков марки РТ755Ф3, но не пояснил, кто его прислал. О его визите, он ничего не знал. После получения пропусков, они прошли на территорию ТоАЗа, где осмотрели станки РТ755Ф3. На осмотре присутствовали он, Д., Б. и сотрудник ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот». Также с Б. было еще 2 ранее незнакомых мужчины, которые оценивали состояние станков. После осмотра данных станков, дальнейшие договорные отношения, Б. обсуждал с Д. находясь в стороне. О чем конкретно они говорили, он не слышал. После осмотра, он и Б. поехали в офис ООО «Кентавр» для подписания договора. Находясь в офисе, Б. и ФИО1 были подписаны все необходимые документы на приобретение станков РТ755Ф3 в количестве 3 штук. Через месяц, ему начали поступать звонки от Б. по факту отгрузки станков РТ755Ф3 с территории ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот». В связи с чем, он связался с ФИО1, который сказал, что все готово к отгрузке и данные станки РТ755Ф3 можно забирать с территории завода. Он созвонился с Б. и сообщил, что он может приезжать и забирать данные станки, на что Б. попросил встретить его на ж/д Вокзале «Жигулевское море». Примерно в июле 2017 года, он встретил Б., который приехал с сотрудником ООО «Ремсервис» Е.1. По приезду на ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот», он остался в своем автомобиле, а Б., Е.1 и сотрудник ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот» проследовали на территорию завода. Через некоторое время они вышли и Б. сообщил ему, что отгрузка станков РТ755Ф3 срывается, о чем им сообщил Д., который находился в тот день на территории ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот». Затем, ему опять начали поступать звонки от Б. по факту поставки станков, о чем он получал уточнения от директора ООО «Кентавр 1» ФИО1, который постоянно говорил, что документы на отгрузку станков РТ755Ф3 ЗАО Корпорации «ТольяттиАзот» еще не подготовило. После этого, больше никакой связи с ФИО1 он не поддерживал. К финансово - хозяйственной деятельности, доступу к расчетным счетам ООО «Кентавр 1» он никакого отношения не имеет, он просто занимал офис ООО «ФИО2» на время отсутствия ФИО1. Ему известно, что на момент заключения договора между ООО «Кентавр 1» с ООО «Ремсервис» от 28.06.2017 г., 3 станка РТ755ФЗ, принадлежали ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот». Данные станки не были отгружены в адрес ООО «Ремсервис», по неизвестной ему причине. Из пояснений ФИО1, следовало, что станки не отгружаются по разным причинам, то по причине отсутствия крана, то отсутствия техники, назывались и другие причины.

показаниями свидетеля П. допрошенного в судебном заседание, из которых следует, что он вместе с ФИО1 и Г. работали в ООО ИРКФ «Машинторг» у директора Д.. После того, как Г. ушел, он создал интернет сайт ..., на котором выкладывались объявления о продаже различного станочного оборудования. Он тоже стал работать с Г.. Примерно через 1-2 недели после того, как Г. создал сайт, стали поступать звонки о покупке станочного оборудования. Работа заключалась на сайте в том, что они смотрели по интернет сети оборудование на сайтах различных заводов, после чего звонили на заводы, интересовались оборудованием и просили скинуть фотографии интересующего их оборудования. Им скидывали фотографии на почту sam-stanok@yandex.ru, в дальнейшем указанные фотографии они размещали на своем сайте. Когда поступали звонки от покупателей, то они предупреждали покупателя, что оборудование находится на заводе и напрямую связывали покупателей с заводом, где находилось интересующее покупателя оборудование. От суммы договора за сделку получали примерно от 2 до 5 %. Примерно в феврале 2017 года они начали сотрудничество с ФИО1. Примерно в начале апреля 2017 года ими был направлен запрос в ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот» с целью получения списка станочного оборудования, которое находится на продаже. Спустя некоторое время они получили список продаваемого станочного оборудования, среди которого значился станок РТ755Ф3. Далее, Г. ездил на территорию ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот» для того, чтобы сфотографировать станки, которые в последующем они выложили на своем сайте. Пропуск, для того, что бы пройти на территорию ЗАО Корпорация «Тольяттиазот» заказывал ФИО1 от имени своей организации. В дальнейшем с ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот» была согласована дата осмотра станочного оборудования, после чего Г. ездил в указанную организацию, где провел фотосъемку станков. Сделкой с ООО «Ремсервис» занимался Г.. Со слов Г. ему известно, что указанные договорные отношения не исполнены. Соответственно, по данному договору ООО «Кентавр 1» не оплатило ему и Г. вознаграждение за сопровождение сделки. Когда в офис ООО «Кентавр 1» звонил представитель ООО «Ремсервис» - Б., который просил его впустить в офис, ФИО1 дал указание Г. и ему никого в офис не впускать. К финансово - хозяйственной деятельности, доступ к расчетным счетам ООО «Кентавр 1», он никакого отношения не имеет.

показаниями свидетеля Д. оглашенными в судебном заседание по ходатайству государственного обвинителя и с согласия сторон, из которых следует, что он осуществлял свою коммерческую деятельность в ООО ИРКФ «Машинторг» в должности исполняющего обязанности директора с 2014 года. ООО «Кентавр 1» ему известно. до весны 2017 года директором ООО «Кентавр 1» был М., примерно с весны 2017 года директором ООО «Кентавр 1» стал ФИО1, которого он знает лично, так ранее на протяжении полутора лет они вместе осуществляли трудовую деятельность в ООО ИРКФ «Машинторг». ООО «Кентавр 1», осуществляло предпринимательскую деятельность по реализации станочного оборудования на территории РФ. В связи с этим, ФИО1 попросил его, если будет информация по реализации станочного оборудования, сообщать ему, и за состоявшиеся сделки за сотрудничество с ООО «Кентавр 1», он имел определенную материальную выгоду. Так же, на интернет сайте ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот» в свободном доступе имеется информация о наличии неликвидного оборудования, стоящего на продаже. Весной 2017 года в ходе мониторинга данной информации, он обнаружил станочное оборудование, которое было интересно для дальнейшей реализации. По приезду на территорию ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот» их встретил представитель ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот» А.1, который осуществлял сопровождение и показывал неликвидное оборудование. В ходе осмотра неликвидного оборудования, на территории цеха № 93 ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот» было обнаружено 4 токарно-винторезных станка марки РТ755Ф3. Данные станки были в удовлетворительном состоянии, поэтому вызвали у него коммерческий интерес. С целью дальнейшей реализации данных станков, он осуществил их фотографирование. После чего, данные фотографии он отправил в несколько организаций, в том числе и ООО «Кентавр 1». Через некоторое, время к нему обратился ФИО1 и попросил сделать уточняющие фотографии станков токарно-винторезных марки РТ755Ф3 на территории ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот». После этого, он направился на территорию цеха № 93, где ранее были обнаружены вышеуказанные станки и в присутствии специалиста А.1 осуществил подробное фотографирование 4 станков марки РТ755Ф3, которые отправил ФИО1. Далее, по чей-то просьбе, в конце июня 2017 года, он присутствовал при показе потенциальным покупателям вышеуказанных станков. В конце июня 2017 года, на территории цеха № 93 ЗАО «Корпорация ТольяттиАзот», в ходе осмотра станков в присутствии Г., работника ТоАЗа, представителей ООО «Ремсервис», он предъявил Б. и его специалистам, вышеуказанные станки. Специалисты сами осуществляли их осмотр. После чего сообщили, что им походит только три станка из четырех. После чего, он указал, что данные станки продаются за 1000000 рублей за один станок. Данная цена была заранее согласована с ФИО1, исходя из возможных затрат Стоимость за станки устроила Б., и он сообщил, что данные станки поставят в адрес ООО «Ремсервис» не раньше чем через 30 дней. Б. попросил осуществить поставку быстрее, он сообщил, что сделает все возможное. После чего, он с представителем ЗАО «Корпорация ТольяттиАзот» уехали. В дальнейшем, от директора ООО «Кентавр 1» ФИО1, ему стало известно, что между ООО «Кентавр 1» и ООО «Ремсервис» в лице Б. был заключен договор купли-продажи от 28.06.2017 г. на сумму 3000000 рублей за 3 единицы токарно-винторезных станков марки РТ755Ф3 и ООО «Ремсервис» перечислило на расчетный счет ООО «Кентавр 1» предоплату в размере 1000000 рублей. В свою очередь, он сообщил директору ООО «Кентавр 1» ФИО1, что данные станки будут поставлены не ранее 30 дней, но ФИО1 попросил ускорить данный процесс, и сообщил, что будет искать запасной вариант покупки данных станков. От ФИО1 узнал, что они нашли запасной вариант по покупке станка марки РТ755Ф3 в г. Нижний Новгород, но при покупке, им продали другой станок. После чего, директор ООО «Кентавр 1» ФИО1 снова попросил его ускорить процесс по покупке станков РТ755Ф3 в ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот», но ускорить процесс не представилось возможным. Летом 2017 года ему позвонил директор ООО «Кентавр 1» ФИО1 и сообщил, что приехал представитель ООО «Ремсервис» Б. для погрузки станков токарно-винторезных марки РТ755Ф3, и необходимо присутствие Д.. Он приехал на территорию цеха № 93 ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот», где находился Б.. В ходе беседы с Б., он объяснил ему, что осуществить погрузку и вывоз не представляется возможным в связи с тем, что не прошло полное согласование по заключению договора купли-продажи, и были проблемы со специальной техникой. Он показал Б., рядом стоящий кран и сообщил, что предположительно он будет осуществлять погрузку станков марки РТ755Ф3. После чего уехал с цеха №93. Он узнал о существовании и местонахождении данного оборудования, поэтому именно он их и показывал Б.. О сроках поставки станков сообщил со слов представителя ЗАО Корпорация «ТольяттиАзот». (т. 1, л.д. 208-213)

показаниями свидетеля М. допрошенного в судебном заседание, из которых следует, что в период с ноября 2015 года по ноябрь-декабрь 2016 года он являлся директором и одновременно учредителем ООО «Кентавр 1». Вид деятельности организации - подбор персонала для общественных работ (дворники и т.д.). Им, для осуществления предпринимательской деятельности был открыт расчетный счет в АО «Тольяттихимбанк», на который поступали денежные средства за предпринимательскую деятельность. Примерно в ноябре-декабре 2016 года, он решил продать организацию, впоследствии он продал свою организацию новым учредителем М.1 и М.1. При этом, М.1 попросили его остаться помочь им документально и осуществлять контроль за персоналом общества. Он согласился, и с этого момента осуществлял свою трудовую деятельность в ООО «Кентавр 1» в должности директора, не будучи уже учредителем. Видом деятельности ООО «Кентавр 1» с декабря 2016 года по январь 2017 года фактически являлось посреднические услуги такие как, покупка и реализация комплектующих станков, б/у станков, автомобильной резины. Им для осуществления предпринимательской деятельности ООО «Кентавр 1» в должности директора, когда учредителями являлись М.1, был открыт расчетный счет в ПАО «Сбербанк», к которому была привязана банковская карта, оформленная на его имя, т.е. денежные средства со счета организации можно было снимать по его банковской карте. Данной картой он сам лично не пользовался, оставил её в офисе вместе со всеми документами и печатью ФИО1. ФИО1 на тот момент был ответственным лицом, так что вся документация, печать и указанная банковская карта были в его распоряжении. На момент передачи фирмы М.1, на счетах ООО «Кентавр 1» активов не было, долговых обязательств так же не было ни перед контрагентами, ни перед налоговой, ни других долгов. В указанной должности в ООО «Кентавр 1» он проработал до начала мая 2017 года официально, хотя фактически он занимался лишь архивными документами, восстанавливал какие-то документы, переоформлял организацию, занимался подготовкой документов. Примерно в январе 2017 года он позвал осуществлять трудовую деятельность в ООО «Кентавр 1», на должность менеджера ФИО1, которого он знал примерно три месяца. За период трудовой деятельности ФИО1 создал сайт ООО «Кентавр 1», участвовал в деятельности предприятия, он учил ФИО1 управлять организацией и исполнять договорные отношения. В последующем ФИО1 было предложено стать директором ООО «Кентавр 1», на что ФИО1 согласился. После чего они начали готовить документы на вступление ФИО1 на должность директора ООО «Кентавр 1». Он передал все документы финансово-хозяйственной деятельности, печати, и пластиковую банковскую карту ПАО «Сбербанк», открытую на его имя, привязанную к расчетному счету ООО «Кентавр 1» ФИО1. После чего, он с ФИО1 поехал в ПАО «Сбербанк», расположенный в <...> где ФИО1 написал анкету на право распоряжения расчетным счетом и подписал необходимые документы, то есть уже ФИО1 мог распоряжаться счетом организации. Картой ПАО «Сбербанк», привязанной к расчетному счету ООО «Кентавр 1», пользовался ФИО1. Он должен был оформить указанную банковскую карту на свое имя, как на нового директора. Когда ФИО1 стал работать в ООО «Кентавр 1», также, неофициально в этом обществе стал осуществлять трудовую деятельность Г., который работал с клиентами на сайте. Снятие денежных средств, с помощью банковской карты, оформленной на М., мог осуществлять ФИО1, как фактический владелец карты и распорядитель счета. Каких-либо писем на имя руководства ЗАО «Тольяттиазот» он не писал и не подписывал. Какие-либо письма от имени М., мог составить и направить ФИО1, либо кто-то по его поручению.

По факту мошенничества в отношении имущества ООО «Ремсервис», вина подсудимого ФИО1 также подтверждается письменными доказательствами, содержащимися в материалах уголовного дела:

· ...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

...

Таким образом, объективно оценив и проанализировав всю совокупность исследованных доказательств, суд признает ее достаточной, для выводов о виновности ФИО1 в совершении вышеописанных преступлений, при фактических и квалифицирующих обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Вина подсудимого ФИО1 в совершении преступления, связанного с мошенничеством, путем обмана, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, с причинением значительного ущерба ООО «Рязанский завод токарных станков», подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств, показаниями представителя потерпевшего Ц.., из которых следует, что 28.03.2019 года между ООО «РЗТС», в его лице, и ООО «Кентавр 1», в лице директора ФИО1, был заключен договор купли-продажи №007/03/17 от 28.03.2017 на приобретение токарного станка 1М63Н-3 2004 года выпуска. По условиям заключённого между указанными организациями договора, ООО «Кентавр 1» обязывалось поставить в адрес ООО «РЗТС» станок не позднее 20.06.2017 года. В исполнение заключенного договора 29.03.2017 и 03.04.2017 ООО «РЗТС» перечислило на расчетный счет ООО «Кентавр 1» денежные средства в виде аванса в размере 625000 рублей. До 20.06.2017 года по договору купли-продажи станок 1М63Н поставлен не был. На многочисленные просьбы вернуть им денежные средства ООО «Кентавр 1» отвечало обещаниями рассчитаться, но до настоящего времени денежные средства в адрес ООО «РЗТС» не возвращены. На претензии общество не отреагировало, денежные средства ФИО1 не вернул, в связи с чем решением Арбитражного суда Самарской области в пользу потерпевшего взысканы денежные средства. Данные обстоятельства также подтверждаются показаниями свидетеля П. содержание которых подтверждает показания потерпевшего о заключении договора купли продажи станка и последующее его не исполнение.

Оснований не доверять вышеизложенным показаниям потерпевшего и свидетеля ФИО5, у суда нет, поскольку они согласуются между собой и другими собранными по делу доказательствами, которые содержаться в протоколах следственных действий, результатах аудиторской проверки, и иных материалах дела. Данные доказательства соответствуют фактически установленным обстоятельствам дела, получены с соблюдением требований уголовно процессуального законодательства, в связи с чем являются допустимыми доказательствами по делу применительно к предмету доказывания по данному преступлению.

Совершение преступления, связанного с мошенничеством в отношении ООО «Рязанский завод токарных станков», не оспаривает и сам подсудимый ФИО1

Вышеуказанные доказательства по убеждению суда достоверно свидетельствуют о умысле ФИО1 именно на мошенничество, поскольку фактически установленные обстоятельства дела на основании данных доказательств свидетельствуют, что ФИО1 изначально не имел намерений и реальной возможности исполнять взятые на себя обязательства по продаже требуемого станочного оборудования, поскольку о фактах преднамеренного неисполнения договорных обязательств свидетельствуют и сведения, содержащиеся в выписке с расчетного счета №... ООО «Кентавр 1», согласно которым денежные средства, полученные в качестве предоплаты по заключенному договору с потерпевшим ООО «РЗТС», ФИО1 не были направлены на исполнение указанных договорных обязательств, а использованы в личных целях.

При этом, наличие решения суда о взыскании денежных средств с ООО «Кентавр 1» в пользу потерпевшего ООО «РЗТС», не свидетельствует об отсутствие в действиях подсудимого признаков уголовно-наказуемого деяния и не является препятствием для его привлечения к уголовной ответственности. Таким образом, представитель юридического лица реализовала свое право на взыскание денежных средств.

Действия ФИО1 по данному преступлению органами предварительного расследования квалифицированы по ст. 159 ч.3 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное в крупном размере.

В судебном заседание государственный обвинитель изменил обвинение ФИО1, просил его действия квалифицировать по ст. 159 ч. 5 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем обмана, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, при этом деяние повлекло причинение значительного ущерба, поскольку действия подсудимого образуют специальный состав мошенничества. Согласно примечанию к ст. 159 УК РФ, действие частей 5-7 ст. 159 УК РФ распространяется на случаи преднамеренного неисполнения договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации. Фактически установленные обстоятельства дела свидетельствуют о том, что между ООО «ФИО2» и ООО «РЗТС», был заключен гражданско-правовой договор, в ходе исполнения обязательств по которому ФИО1 совершил хищение денежных средств потерпевшего.

Кроме того, полагал необходимым из обвинения ФИО1 по данному преступлению исключить признак мошенничества, путем злоупотребления доверием, поскольку исследованные доказательства, свидетельствуют о том, что мошенничество, ФИО1 совершил только путем обмана.

Суд согласен с мотивированной позицией государственного обвинителя о необходимости переквалификации действий подсудимого по данному преступлению на ст. 159 ч. 5 УК РФ, и исключения из обвинения ФИО1 признака мошенничества «путем злоупотребления доверием» исходя из следующих оснований.

В соответствии с п. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Согласно ч. 5 ст. 159УК РФ мошенничеством в сфере предпринимательской деятельности признается мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, в значительном размере.

Значительным ущербом применительно к ч. 5 ст. 159 УК РФ, в соответствии с примечанием № 1, 2 к ст. 159 УК РФ признается ущерб в сумме составляющей не менее 10000 руб., крупным размером признается стоимость имущества, превышающая 3000000руб.

Согласно указанному примечанию, действие частей 5-7 ст. 159 УК РФ распространяется на случаи преднамеренного неисполнения договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.

Как следует из установленных судом фактических обстоятельств дела, по преступлению в отношении ООО «Рязанский завод токарных станков», между ООО « Кентавр 1» и указанным юридическим лицом был заключен гражданско-правовой договор, в ходе исполнения обязательств по которому ФИО1 совершил хищение денежных средств потерпевшего. Субъектом данного преступления является лицо, занимающееся предпринимательской деятельностью.

Согласно диспозиции изъятие имущества, образующее состав названного преступления, происходит путем преднамеренного неисполнения договорных обязательств.

Преднамеренное неисполнение договорного обязательства означает, что лицо, выступающее представителем организации или предпринимателя (либо сам предприниматель), изначально не намерено выполнять взятые на себя обязательства, рассчитывая противозаконно завладеть полученным им имуществом, и сознавая, что тем самым причинит ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Из фактических обстоятельств совершенного преступления, установленного судом, следует, что ФИО1, осуществляя от имени ООО «Кентавр 1» предпринимательскую деятельность, получив от потерпевшего ООО «РЗТС» денежные средства в качестве предоплаты по заключенному договору, и не выполнил обязательства по договору купли-продажи, распорядился денежными средствами по своему усмотрению.

Из материалов дела следует, что ООО «Кентавр 1» было учреждено до заключения указанного договора купли-продажи и уже являлось субъектом предпринимательской деятельности. Каких-либо данных, свидетельствующих, что данная организационно-правовая форма осуществления предпринимательской деятельности была создана с целью видимости исполнения обязательств перед контрагентами, не имеется. ООО «ФИО2» являлось субъектом предпринимательской деятельности, было зарегистрировано в установленном законом порядке в качестве субъекта предпринимательской деятельность, в целях систематического извлечения прибыли осуществляло свою деятельность.

При указанных обстоятельствах, поскольку ст. 159 ч. 5 УК РФ является специальной и более мягкой нормой по отношению к ст. 159 ч. 3 УК РФ, то содеянное ФИО1 в отношении имущества ООО «Рязанский завод токарных станков» с учетом установленных судом обстоятельств, следует квалифицировать по ст. 159 ч. 5 УК РФ, как мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба.

Сумма похищенных у ООО «РЗТС» денежных средств, свидетельствует о наличии в действиях подсудимого ФИО1, квалифицирующего признака мошенничества, которое повлекло причинение значительного ущерба.

Кроме того, с учетом позиции государственного обвинителя, суд полагает необходимым исключить из квалификации содеянного в отношении потерпевшего ООО «РЗТС», указание о совершении ФИО1 мошенничества путем злоупотребления доверием, изложенное в предъявленном обвинении, полагая, что указанный признак вменен излишне, поскольку с целью завладения имуществом потерпевшего ФИО1 использовал обман, сообщая не соответствующие действительности сведения, а также умалчивая об истинных фактах и обстоятельствах, совершаемых им действий. В предъявленном обвинения данный признак не конкретизирован, не указано, в чем именно выразилось злоупотребление доверием со стороны ФИО1. Кроме того, доказательства наличия между ФИО1 и потерпевшим юридическим лицом особо доверительных отношений отсутствуют. Хищение денежных средств в данном случае подсудимый совершил путем обмана потерпевшего, которого вводил в заблуждение, убеждая его в реальной возможности исполнения заключаемого с ними договора при отсутствии у него таких возможностей, получал денежные средства от потерпевшего на добровольной основе, поскольку потерпевший не сомневался в намерениях и возможностях ФИО1 исполнить заключенный договор.

Давая правовую оценку действиям подсудимого ФИО1 по преступлению, связанному с мошенничеством в отношении денежных средств, принадлежащих ООО «РЕМСЕРВИС», суд исходит из того, что исследованные судом доказательства, признанные судом допустимыми, доказывают вину ФИО1

Причастность подсудимого ФИО1 к совершению данного преступления подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств: показаниями представителя потерпевшего Б.., показаниями специалиста А.О. свидетелей А.1 Г. П. Д. М. объективными данными, содержащимися в протоколах осмотра места происшествия, протоколе осмотра предметов, иных протоколах следственных действий, результатах аудиторской проверки, и иными материалами уголовного дела. Свою вину в совершении мошенничества, сопряженном с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, повлекшего причинение значительного ущерба, в отношении имущества ООО «РЕМСЕРВИС», не оспаривает и сам подсудимый ФИО1, подтверждая обстоятельства, установленные при исследовании вышеуказанных доказательств.

Оснований не доверять вышеизложенным доказательствам, у суда нет, поскольку они согласуются между собой и соответствуют фактически установленным обстоятельствам дела, получены с соблюдением требований уголовно процессуального законодательства, в связи с чем, являются допустимыми доказательствами по делу.

На основании совокупности вышеизложенных доказательств, судом установлено, что на основании договора купли-продажи №034\06\17 от 28.06.2017г., заключенного между ООО «Кентавр 1», в лице директора ФИО1, и ООО «Ремсервис», в лице генерального директора ФИО6, ООО «ФИО2 » должно было продать три токарно-винторезных станков РТ755ФЗ, стоимостью 1000000 рублей за единицу, с авансовым платежом 1000000 рублей. Согласно п. 1.3 данного договора, продавцом гарантировано, что оборудование, которое является предметом договора, является собственностью продавца. Срок исполнения данного договора установлен в течении 15 рабочих дней с момента поступления денежных средств на расчетный счет поставщика - ООО «Кентавр 1». В свою очередь, ООО «РЕМСЕРВИС», выполняя условия договора № 034\06\17 от 28.06.2017 г., 30.06.2017 года перечислило на расчетный счет ООО «Кентавр 1», денежные средства в размере 1000000 рублей, предназначенные в качестве аванса по указанному договору, что подтверждается платежным поручением №119 от 30.06.2017г. Вместе с тем, ФИО1, как директор ООО «Кентавр 1» исполнять условия договора не преступил. Более того, из материалов дела следует, что данное оборудование, никогда не принадлежало ООО «ФИО2», изначально находясь в собственности ЗАО «Тольяттиазот». И ЗАО «Тольяттиазот» каких-либо договоров в отношении данного оборудования с ООО «Кентавр 1» не заключало, денежные средства на расчётный счет ЗАО «Тольяттиазот» от ООО «Кентавр 1» за данное оборудование, не поступали. ООО «ФИО2» обязательства по поставке станка до настоящего времени не исполнило, на претензию не отреагировало, денежные средства не вернуло, в связи с чем решением Арбитражного суда Самарской области в пользу ООО «Ремсервис» взысканы с ООО «ФИО2» денежные средства в сумме 1000000 рублей.

Как следует из заключения и показаний аудитора А.О. после поступления 30.06.2017 года от ООО «Ремсервис» денежных средств, движение денежных средств по расчетному счету ООО «ФИО2», не прекращалось. Поступившие денежные средства тратились на выплату заработной платы. Так же, с расчетного счета ООО «Кентавр 1» перечислялись денежные средства в сумме 857839 рублей, на карту М. а платежи в подтверждение намерений в приобретении станков для исполнения договорных отношений с ООО «РемСервис» не осуществлялись. В связи с чем возможность возврата полученных от ООО «РемСервис» денежных средств у ООО «ФИО2» существовала.

Содержащееся в материалах дела платежное поручение №54 от 29.08.2017 г., согласно которому ООО «Кентавр 1» со своего расчетного счета, якобы перечислило на расчетный ООО «Ремсервис», 1000000 рублей, в качестве возврата денежных средств за не поставку оборудования, суд во внимание не принимает. Поскольку судом установлено, что фактически денежные средства от ООО «ФИО2» на счет ООО «Ремсервис» не поступали.

По убеждению суда, данное платежное поручение является сфальсифицированным, с целью скрыть свои действительные намерения, направленные на хищение денежных средств ООО «Ремсервис», так как согласно движений денежных средств по расчетном счету ООО «ФИО2» указанные перечисления на расчетный счет ООО «Ремсервис» не производились.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, суд полагает, что ФИО1, заключая договор с ООО «Ремсервис», заведомо не имел намерений исполнить указанный договор, поскольку согласно установленным судом обстоятельствам, денежные средства, полученные в качестве предоплаты по заключенному договору с потерпевшей организацией, не были направлены на исполнение указанных договорных обязательств, а использованы ФИО1 по своему усмотрению.

Разрешая вопрос о квалификации действий ФИО1 по преступлению, связанному с хищением денежных средств ООО «Ремсервис» суд исходит из следующего:

Федеральным законом № 323-ФЗ от 03.07.2016 г. статья 159 УК РФ дополнена частью 5, предусматривающей ответственность за мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба.

Значительным ущербом применительно к ч. 5 ст. 159 УК РФ, в соответствии с примечанием № 1, 2 к ст. 159 УК РФ признается ущерб в сумме составляющей не менее 10000 руб., крупным размером признается стоимость имущества, превышающая 3000000руб.

Согласно указанному примечанию, действие частей 5-7 ст. 159 УК РФ распространяется на случаи преднамеренного неисполнения договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.

Как следует из установленных судом фактических обстоятельств дела, по эпизоду в отношении ООО «Ремсервис», между ООО «ФИО2» и указанным юридическим лицом был заключен гражданско-правовой договор, в ходе исполнения обязательств по которому, ФИО1 совершил хищение денежных средств потерпевшего.

Из материалов дела следует, что ООО «Кентавр 1» было учреждено до заключения указанного договора купли-продажи и уже являлось субъектом предпринимательской деятельности. Каких-либо данных, свидетельствующих, что данная организационно-правовая форма осуществления предпринимательской деятельности была создана с целью видимости исполнения обязательств перед контрагентами, не имеется. ООО «ФИО2» являлось субъектом предпринимательской деятельности, было зарегистрировано в установленном законом порядке в качестве субъекта предпринимательской деятельность, в целях систематического извлечения прибыли осуществляло свою деятельность.

При указанных обстоятельствах, содеянное ФИО1 в отношении ООО «Ремсервис» с учетом установленных судом обстоятельств, суд квалифицирует по ст. 159 ч. 5 УК РФ, как мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба.

Как следует из содержания и юридических формулировок обвинения, предъявленного ФИО1 по эпизоду хищения имущества у ООО «Ремсервис», мошенничество было совершено им «с использованием своего служебного положения», с чем суд полностью согласен, поскольку судом установлено, что ФИО1 являлся директором ООО «ФИО2». В период осуществления указанных полномочий ФИО1, будучи наделенным управленческими функциями, используя свое служебное положение, из корыстных побуждений путем обмана совершил хищение имущества, принадлежащего ООО «Ремсервис».

Сумма похищенных у ООО «Ремсервис» денежных средств, свидетельствует о наличии в действиях подсудимого ФИО1, квалифицирующего признака мошенничества, которое повлекло причинение значительного ущерба.

Вместе с тем, с учетом позиции государственного обвинителя, уточнившего обвинение в прениях сторон, и установленных в ходе судебного следствия фактических обстоятельств содеянного, суд полагает необходимым исключить из квалификации содеянного в отношении потерпевшего ООО «Ремсервис», указание о совершении ФИО1 мошенничества путем злоупотребления доверием, изложенное в предъявленном обвинении, полагая, что указанный признак вменен излишне, поскольку с целью завладения имуществом потерпевшего ФИО1 использовал обман, сообщая не соответствующие действительности сведения, а также умалчивая об истинных фактах и обстоятельствах, совершаемых им действий. В предъявленном обвинения данный признак не конкретизирован, не указано, в чем именно выразилось злоупотребление доверием со стороны ФИО1. Кроме того, доказательства наличия между ФИО1 и потерпевшим юридическим лицом особо доверительных отношений отсутствуют. Хищение денежных средств в данном случае подсудимый совершил путем обмана потерпевшего, которого ввел в заблуждение, убеждая его в реальной возможности исполнения заключаемого с ним договора при отсутствии у него таких возможностей, получил денежные средства от потерпевшего на добровольной основе, поскольку потерпевший не сомневался в намерениях и возможностях ФИО1 исполнить заключенный договор.

Вопросы назначения наказания подсудимому:

При назначении наказания, определении его вида и размера ФИО1, суд учитывает, что он совершил преступления, относящиеся к категории средней тяжести, направленные против собственности юридических лиц, вину в совершенных преступлениях признал полностью, раскаивается в содеянном, на учетах в специализированных органах не состоит, ранее не судим, по месту жительства характеризуется положительно, работает, имеет хроническое заболевание ..., проживает с сожительницей у которой есть малолетний ребенок, в воспитании и содержании которого ФИО1 принимает непосредственное участие, соответственно на условиях жизни которого, может неблагоприятно отразиться длительное отсутствие ФИО1, также он имеет бабушку и мать, являющимися пенсионерами, страдающими хроническими заболеваниями, и проживающего вместе с ними младшего брата, имеющего тяжкие заболевания, в силу чего являющимся нетрудоспособным, в содержании и оказание помощи которым ФИО1 также принимает непосредственное участие. До удаления суда в совещательную комнату, подсудимым ФИО1 приняты меры к частичному, в сумме 5000 рублей, погашению материального ущерба представителю ООО «Ремсервис», причиненного в результате совершения преступления.

По всем установленным судом преступлениям, в качестве смягчающих наказание обстоятельств, в силу ст. 61 ч. 2 УК РФ, суд учитывает полное признание подсудимым вины, раскаяние в содеянном, а также его состояние здоровья, наличие малолетнего ребенка у его сожительницы, в воспитании и содержании которой подсудимый принимает участие, наличие бабушки и матери пенсионерки, страдающих хроническими заболеваниями, брата страдающего тяжкими заболеваниями, которым он оказывает помощь.

В соответствии со ст. 61 ч.1 п. «к» УК РФ, в качестве смягчающего наказания обстоятельства, при назначении наказания и определении размера ФИО1 по преступлению в отношении имущества ООО «Ремсервис», суд учитывает добровольное частичное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате совершения преступления представителю потерпевшего ООО «Ремсервис».

При этом, отягчающие наказание обстоятельства, при назначении наказания ФИО1, судом не установлены.

Оценивая данные о личности виновного, его материальное положение, степень общественной опасности совершенных им преступлений, конкретные обстоятельства дела, суд пришел к убеждению, что оснований для назначения ФИО1 более мягкого наказания, предусмотренного санкцией ст. 159 ч.5 УК РФ, не имеется, а справедливым будет являться наказание за каждое из совершенных преступлений, в виде лишения свободы, полагая, что данный вид наказания, будет соответствовать целям восстановления социальной справедливости и способствовать исправлению подсудимого.

При этом по преступлению в отношении имущества ООО «Ремсервис», наказание ФИО1 должно быть назначено с учетом требований ст.ст. 62 ч. 1 УК РФ.

В соответствии со ст. 62 ч.1 УК РФ, определено, что срок наказания при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» и «к» ст. 61 УК РФ и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, не может превышать 2/3 максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

С учетом данного положения закона, наказание в виде лишения свободы ФИО1 за совершение преступления, предусмотренного ст. 159 ч. 5 УК РФ в отношении имущества ООО «Ремсервис» не может быть назначено более 3 лет 4 месяцев лишения свободы.

Учитывая наличие в деле ряда смягчающих наказание обстоятельств при отсутствии отягчающих, учитывая всю совокупность сведений о его личности и отношении к содеянному, оснований для назначения ФИО1 по каждому из совершенных преступлений, максимального наказания, суд не усматривает.

Низший предел наказания за совершение ФИО1 вышеуказанных преступлений, определяется положениями ч. 2 ст. 56 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения преступлений, ролью ФИО1, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, что позволило бы применить ст. 64 УК РФ и назначить ему за совершенные преступления наказание ниже нижнего предела, установленного ст. 56 ч. 2 УК РФ, и или иного вида наказания, суд не усматривает.

Учитывая совокупность данных о личности подсудимого, наличие смягчающих наказание обстоятельств, судом не установлены оснований для назначения дополнительного наказания, предусмотренного санкциями статьей 159 ч. 5 УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств содеянного и степени общественной опасности совершенных преступлений, суд не находит оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкие.

В тоже время оценивая степень тяжести совершенных преступлений, учитывая конкретные обстоятельства совершения преступлений, и данные о личности подсудимого, наличие смягчающих наказание обстоятельств, суд приходит к убеждению, что цели наказания могут быть достигнуты без реального отбывания подсудимым наказания в местах лишения свободы, в связи с чем в отношении ФИО1 могут быть применены положения ст. 73 УК РФ об условном отбывании наказания, поскольку ее исправление в настоящее время возможно без изоляции от общества, в условиях контроля за ее поведением со стороны уголовно-исполнительной инспекции и при возложении соответствующих обязанностей, которые будут способствовать его исправлению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных ст. 159 ч. 5 УК РФ и назначить ему наказание

- по ст. 159 ч. 5 УК РФ (по факту хищения имущества ООО «Рязанский завод токарных станков») в виде лишения свободы на срок 3 (три) года.

- по ст. 159 ч. 5 УК РФ (по факту хищения имущества ООО «РЕМСЕРВИС») в виде лишения свободы на срок 2 (два) года 6 (шесть) месяцев.

В силу ст. 69 ч. 2 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО1 наказание в виде 3 (трех) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ меру наказания считать условной с испытательным сроком на 3 (три ) года 6 (шесть) месяцев.

Обязать ФИО1 не менять постоянное место жительство без уведомления УУИ, в установленные дни являться в уголовно-исполнительную инспекцию для регистрации, не выходить из дома с 22 часов до 06 часов следующих суток, если это не связано с работой или иными чрезвычайными обстоятельствами.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю в виде подписки о не выезде.

Вещественные доказательства: копии договора купли-продажи от 28.06.2017, платежного поручения № 119 от 30.06.2017, платежного поручения № 54 от 29.08.2017, письма генерального директора ООО «Ремсервис» Б.1. от 01.08.2017 и от 17.08.2017 ФИО1, письма директора ООО «Кентавр 1» ФИО1 Б.1. от 17.08.2017 – хранить при уголовном деле, а оригиналы данных документов у Б.

Копию договора купли-продажи № 007\03\17 от 28.03.2017, копию счетов об оплате № 17 от 28.03.2017, № 17078 от 07.07.2017, копию платежного поручений № 138 от 29.03.2017, № 141 от 03.04.2017, № 339 от 07.07.2017, копию расчета процентов, копии писем исх. № 147 от 10.07.2017, исх. № И 13 от 17.07.2017, исх. № А 01 от 01.08.2017, копию претензии исх. 164 от 31.07.2017, DVD-R диск с выпиской из ЕГРЮЛ по ООО «Кентавр 1», CD-R диск, содержащий выписку по операциям на расчетном счете ООО «Кентавр-1» № <***> – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в течение 10 суток со дня его постановления в Самарский областной суд через Комсомольский районный суд г. Тольятти, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе заявить ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса. Осужденный также имеет право пригласить защитника для участия в заседании суда апелляционной инстанции, а при отсутствии у осужденного материальных средств на оплату услуг защитника – заявить ходатайство о приглашении защитника судом.

Судья: В.В.Егоров