Решение № 2-350/2019 2-350/2019~М-302/2019 М-302/2019 от 28 мая 2019 г. по делу № 2-350/2019

УИД № дело № 2-350/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Благодарный 28 мая 2019 года

Благодарненский районный суд Ставропольского края в составе: председательствующего судьи Билык О.Р., при секретаре Черновой И.А., с участием: истца ФИО1; представителя истца ФИО1 – адвоката Сахно О.В.; представителя Петровского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по Ставропольскому краю; представителя прокуратуры Ставропольского края, прокуратуры Благодарненского района в лице помощника прокурора Благодарненского района Ставропольского края Багдасарова К.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ставропольскому краю о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в Благодарненский районный суд Ставропольского края с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ставропольскому краю, в котором просит суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ставропольскому краю в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 1 000 000,00 рублей (одного миллиона рублей); взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ставропольскому краю в пользу ФИО1 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000,00 рублей.

В обоснование своих требований истец указал, что следователем Петровского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Ставропольскому краю капитаном юстиции ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ руководителем Петровского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> срок следствия продлен на 01 месяц 00 суток, а всего до 03 месяцев 00 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ заместителем руководителя следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> срок следствия продлен на 02 месяца 00 суток, а всего до 05 месяцев 00 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ заместителем руководителя следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> срок следствия продлен на 01 месяц 00 суток, а всего до 06 месяцев 00 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. В отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ. 23.11.2016 уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено в части ч.1 ст.286 УК РФ и продолжено уголовное преследование по ч.3 ст. 160 УК РФ. В декабре 2016 года уголовное дело в отношении ФИО1 поступило в Благодарненский районный суд. Постановлением Благодарненского районного суда СК от 17 июля 2017 года уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору <адрес> СК в порядке ст. 237 УПК РФ. Апелляционным постановлением от ДД.ММ.ГГГГ <адрес>вого суда Постановление Благодарненского районного суда СК от ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, возвращено прокурору <адрес> СК в порядке ст. 237 УПК РФ, отменено по жалобе государственного обвинителя. Уголовное дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд, но в ином составе суда. В октябре 2017 года Благодарненский районный суд СК начал рассмотрение уголовного дела в отношении ФИО1 заново. ДД.ММ.ГГГГ приговором суда ФИО1 оправдан по предъявленному органом предварительного следствия обвинению в совершении в <адрес> края в период с ДД.ММ.ГГГГ по декабрь 2015 г. хищения путем присвоения вверенных ему денежных средств МУП «Благодарненское городское жилищно-эксплуатационное предприятие» в сумме 67 873 рубля 40 копеек, с использованием своего служебного положения директора МУП. ДД.ММ.ГГГГ. Судебная коллегия по уголовным делам <адрес>вого суда приговор Благодарненского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменила и передала уголовное дело на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе. Мера пресечения в отношении ФИО1 оставлена без изменения - в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. При новом рассмотрении уголовного дела от государственного обвинителя ФИО5 поступило ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, которое судом было удовлетворено. И только ДД.ММ.ГГГГ ст. следователь СО ОМВД России по <адрес> капитан юстиции ФИО6, рассмотрев материалы уголовного дела №, возбужденного в отношении ФИО1, по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.286 УК РФ (переквалифицированные в ходе предварительного следствия на ч.3 ст. 160 УК РФ), вынесла постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования согласно которому: «Прекратить уголовное преследование в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес> образование высшее, не работающего, женатого, военнообязанного, ранее не судимого в части совершения преступления, предусмотренного ч.3 ст. 160 УК РФ, по основанию - п. 1 части первой ст. 27 УПК РФ. Меру пресечения в виде подписки о невыезде, отменить.» ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 направлено извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

При определении размера компенсации морального вреда просил суд руководствоваться положениями статьи 151 и части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ с учетом фактического проявления по отношению к личности потерпевшего ФИО1, недостатков уголовного преследования, имевшего место в период времени с 31.05.2016 года по 08.01.2019 года (на протяжении 30 месяцев); длительности ограничения режима передвижения истца по территории Российской Федерации.

Почти три года он не имел возможности трудоустроится на руководящие должности, так как статья, по которой велось уголовное преследование относится к категории тяжких. Никто не хотел брать на работу руководителя, обвиняемого в растрате и присвоении. И уехать он не имел возможности, так как ему не позволяла мера пресечения выезжать за пределы города Благодарного. Обвинение в тяжком преступлении, которого он не совершал, невозможность обеспечить семью на прежнем уровне, доставляли ему нравственные страдания, которые выразились в ежедневных переживаниях, бессоннице. Ущерб причинен его репутации порядочного человека и гражданина. Свои нравственные страдания он оценивает в 1 000 000 рублей (один миллион рублей). Истец просит взыскать с ответчика расходы на оплату услуг представителя вразмере 20 000,00 рублей, понесенные им в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела.

Истец ФИО1 и его представитель адвокат Сахно О.В. в судебном заседании исковые требования полностью поддержали, просили их удовлетворить. Суду сторона истца пояснила, что с ходатайством о разрешении выехать за пределы Благодарненского района ФИО1 к следователю, суду за время уголовного преследования не обращался. Считает, что поскольку его часто вызывали на допрос, в судебные заседания, никто бы его на работе не держал.

Представитель ответчика - Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ставропольскому краю в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представив суду заявление с просьбой рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика. Представил в суд отзыв в котором просил отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 в заявленном размере, считая его требования не обоснованными и не соответствующими разумности и справедливости по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации для исполнения судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц, в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, а также судебных актов по иным искам о взыскании денежных средств за счет казны Российской Федерации, судебных актов о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок за счет средств федерального бюджета, исполнительные документы направляются для исполнения в Министерство финансов Российской Федерации.

Следовательно, именно на Минфин России возложена обязанность по исполнению судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также судебных актов по иным искам о взыскании денежных средств за счет казны Российской Федерации.

Федеральное казначейство, в соответствии со ст. 215.1 БК РФ, п. 5.13. Положения о Федеральном казначействе (утв. Постановлением - Правительства Российской Федерации от 01.12.2004 № 703), обеспечивает проведение кассовых выплат из бюджетов бюджетной системы РФ от имени и по поручению соответствующих органов - получателей средств бюджетов, лицевые счета которых в установленном порядке открыты в Федеральном казначействе.

Управление Федерального казначейства по Ставропольскому краю является самостоятельным юридическим лицом, а не структурным подразделением Министерства финансов РФ и действует на основании Положения об Управлении Федерального казначейства по Ставропольскому краю, утвержденного приказом Федерального казначейства от 27.12.2013 № 316, и имеет основной своей задачей кассовое обслуживание исполнения федерального бюджета, кассовое обслуживание исполнения бюджета субъекта и бюджетов муниципальных образований на соответствующей территории субъекта Российской Федерации.

Распорядительными функциями в отношении сопровождаемых финансовых ресурсов органы Федерального казначейства не наделены.

В соответствии с Приказом Минфина России N 114н, Федерального казначейства N 9н от 25.08.2006 (ред. от 31.12.2010) "О порядке организации и ведения работы по представлению в судебных органах интересов Министерства финансов Российской Федерации и интересов Правительства Российской Федерации в случаях, когда их представление поручено Министерству финансов Российской Федерации” Управления Федерального казначейства по субъектам Российской Федерации на основании доверенностей, выданных Министерством финансов Российской Федерации, представляют в судебных органах интересы Министерства финансов Российской Федерации и интересы Правительства Российской Федерации в случаях, когда их представление поручено Министерству финансов Российской Федерации.

В связи с чем сотрудники Управления Федерального казначейства по Ставропольскому краю наделены полномочиями исключительно на представление интересов Министерства финансов Российской Федерации в ходе судебных разбирательств, в которых Минфин России является надлежащим ответчиком, на основании доверенностей выданных в порядке передоверия.

Управление Федерального казначейство по Ставропольскому краю никаких обязательств перед истцом не имеет, в каких-либо правоотношениях с ним не состояло.

Действующим гражданским процессуальным законодательством не предусмотрено осуществление взыскания не с ответчика, а с его представителя в рамках гражданского судопроизводства.

В соответствии с п.1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Следовательно, федеральным законодательством прямо предусмотрено возмещение вреда, причинённого гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, за счет средств казны.

В связи с чем, требования истца о взыскании денежных средств за счет Управления Федерального казначейства по Ставропольскому краю не основано на нормах права и не подлежит удовлетворению.

В исковом заявлении не приведено ни одного доказательства в обоснование заявленной суммы морального вреда причиненного физическими и нравственными страданиями, следовательно, указанная истцом сумма возмещения морального вреда не основана на каких-либо доказательствах и не может быть признана разумной и справедливой.

В соответствии со статьей 56 Гражданского Процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Однако материалы дела также не содержат никакой доказательственной базы, которая документально подтвердила бы размер предъявленной ко взысканию суммы морального вреда указанного в исковом заявлении.

Обращают внимание суда, что необоснованные и ни чем не подтвержденные требования о компенсации морального вреда не должны служить средством обогащения.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения в виде заключения под стражу или подписки о невыезде.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункты 1, 2 ст. 1101 ГК РФ).

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 г, № 17 "О Практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсацииморального вреда, а также требования разумности и справедливости.

При этом, обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требованийразумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичныхинтересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориямграждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казнаРоссийской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счетналогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которыераспределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения ст. 1101 ГК РФ должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Как разъяснено в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размераудовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен учесть индивидуальные особенности истца, наличие имеющихся у него заболеваний, период их возникновения, а также длительность незаконного уголовного преследования, принятые к нему меры процессуального принуждения.

Министерство финансов Российской Федерации обращает внимание суда на то, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие индивидуальные особенности истца, тяжести перенесенных им физических и нравственных страданий в связи с возбуждением, расследованием уголовное дела.

Таким образом, оснований для взыскания компенсации морального вреда в запрашиваемом размере у суда не имеется, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, запрашиваемая сумма является явно завышенной.

В силу положений статьи 133 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

В соответствии со статьей 134 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями ст. 134 УПК РФ они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.

Следовательно, законодатель разграничил понятия: возникновения у лица права на реабилитацию и признание право на реабилитацию, тем самым, указав, что только при наличии обоих вышеприведенных элементов реабилитации применимы нормы возмещения реабилитированному причиненного вреда.

Верховный Суд Российской Федерации в п.9 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» в редакции от 02.04.2013 исключил абзац, согласно которому отсутствие в приговоре, постановлении, определении указания на признание за лицом права на реабилитацию не могло служить основанием для отказа в реабилитации, тем самым указав на необходимость обязательного признания право на реабилитацию дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным уголовное преследование.

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 19.11.2013 N 24-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации, части второй статьи 24, части второй статьи 27, части четвертой статьи 133 и статьи 212 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО2 и ФИО3» так же указал на необходимость признания за гражданином права на реабилитацию.

Из представленных в дело документов не усматривается факт признания права за заявителем на реабилитацию, и как следствие, требования о взыскании морального вреда, причинённого незаконным привлечением к уголовной ответственности, на сегодняшний день, не подлежат удовлетворению.

Представитель Петровского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по Ставропольскому краю подполковник юстиции ФИО7 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований ФИО1, представил суду отзыв, в котором считает его требования не обоснованными по следующим основаниям.

Уголовное дело № возбуждено ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ старшим следователем Петровского межрайонного следственного отдела ФИО4 Уголовное дело возбуждено, надлежащим лицом, своевременно, законно и обоснованно, при наличии надлежащих повода и основания.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении подозреваемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

ДД.ММ.ГГГГ подозреваемому ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено по ч. 1 ст. 286 УК РФ и продолжено по ч. 3 ст. 160 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем СО ОМВД России по Благодарненскому району капитаном юстиции ФИО6 уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 части первой ст. 27 УПК РФ.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает избрание одной из перечисленных в его статье 98 мер пресечения при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый, обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу (часть первая статьи 97); при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения и определении ее вида должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства (статья 99). Избранная в отношении подозреваемого ФИО1 в рамках расследования уголовного дела № мера пресечения не обжаловалась.

Согласно статье 102 УПК Российской Федерации подписка о невыезде и надлежащем поведении состоит в письменном обязательстве подозреваемого или обвиняемого не покидать постоянное или временное место жительства без разрешения дознавателя, следователя или суда, в назначенный срок являться по вызовам дознавателя, следователя и в суд, иным путем не препятствовать производству по уголовному делу. По смыслу данной статьи, а также статей 97 и 99 УПК Российской Федерации, вышеуказанная мера пресечения позволяет покидать пределы города, с разрешения следователя, вопреки доводов истца. О возникновении у обвиняемого ФИО1 необходимости переехать на постоянное место жительство в другой населенный пункт орган предварительного следствия не извещался. В связи с чем данный вопрос не рассматривался и соответственно ФИО1 в данном вопросе не ограничивался.

Истец не предоставил сведений подтверждающих факт отказа в трудоустройстве на руководящую должность ввиду осуществления в отношении ФИО1 уголовного преследования по преступлению, относящемуся к категории тяжких, что свидетельствует о том, что данные доводы голословны.

ФИО1 был уволен с должности директора ГУП ЖЭП по собственному желанию, а не в следствии возбуждения в отношении него уголовного дела и осуществления уголовного преследования. Что говорит о том, что доводы истца о том, что осуществление в отношении него уголовного преследования послужили основанием к невозможности обеспечивать семью на прежнем уровне, что причиняло ему нравственные страдания, также необоснованны.

Учитывая, что согласно Постановлению Пленума ВС РФ от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Представитель ОМВД РФ по Благодарненскому городскому округу в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель прокуратуры Ставропольского края, прокуратуры Благодарненского района - помощник прокурора Благодарненского района Ставропольского края Багдасаров К.В. в судебном заседании высказался о необходимости частичного удовлетворения исковых требований ФИО1, оценив размер компенсации в сумме 35 000 рублей.

В соответствии со статьей 56 Гражданского Процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Однако материалы дела не содержат никакой доказательственной базы, которая документально подтвердила бы размер морального вреда указанного в исковом заявлении. Обращаем внимание суда, что необоснованные и ни чем не подтвержденные требования о компенсации морального вреда не должны служить средством обогащения.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В обоснование заявленных требований стороной истца представлены следующие документы:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В ходе судебного разбирательства судом было истребовано и исследовано уголовное дело №.

Конституция РФ, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина – обязанностью государства (ст. 2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53).

Конституционными гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда корреспондируют положения Всеобщей декларации прав человека 948 года (ст. 8), международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года (подп. «а» п. 3 ст. 2, п. 5 ст. 9, п. 6 ст. 14), Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года (п. 5 ст. 5) и Протокола № 7 к данной Конвенции (ст. 3), закрепляющие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за преступление, на компенсацию.

В уголовном судопроизводстве право граждан на реабилитацию и порядке его реализации закреплены в нормах главы 18 УПК РФ.

Согласно ч. 1, ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Согласно ч. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что иски о компенсации морального вреда в денежном выражении в соответствии со ст. 136 УПК РФ предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В судебном заседании установлено, что 31.05.2016 года следователем Петровского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Ставропольскому краю капитаном юстиции ФИО4 возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ.

17.06.2016 ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, он был допрошен, в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

23.11.2016 уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено в части ч. 1 ст.286 УК РФ и продолжено уголовное преследование по ч.3 ст. 160 УК РФ.

В декабре 2016 года уголовное дело в отношении ФИО1 поступило в Благодарненский районный суд. Постановлением Благодарненского районного суда СК от 17 июля 2017 года уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору Благодарненского района СК в порядке ст. 237 УПК РФ.

19.09.2017 года апелляционным постановлением Ставропольского краевого суда постановление Благодарненского районного суда СК от 17 июля 2017 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, возвращено прокурору Благодарненского района СК в порядке ст. 237 УПК РФ, отменено по представлению государственного обвинителя. Уголовное дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд, но в ином составе суда.

28.12.2017 года приговором суда ФИО1 оправдан по предъявленному органом предварительного следствия обвинению.

16.03.2018 года Судебная коллегия по уголовным делам Ставропольского краевого суда приговор Благодарненского районного суда Ставропольского края от 2 декабря 2017 г. в отношении ФИО1 отменила и передала уголовное дело на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе. Мера пресечения в отношении ФИО1 оставлена без изменения – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

При новом рассмотрении уголовного дела от государственного обвинителя ФИО5 поступило ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, которое судом было удовлетворено.

08.01.2019 года ст. следователь СО ОМВД России по Благодарненскому району капитан юстиции ФИО6, рассмотрев материалы уголовного дела №, возбужденного в отношении ФИО1, по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.286 УК РФ (переквалифицированные в ходе предварительного следствия на ч.3 ст. 160 УК РФ) вынесла постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования.

Указанные обстоятельства подтверждаются как материалами, представленными истцом, так и материалами уголовного дела №, непосредственно исследованными судом.

В судебном заседании установлено, что в период расследования уголовного дела и рассмотрения данного уголовного дела в суде в отношении истца была избрана и применялась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Приведенные ранее доказательства подтверждают факт незаконного привлечения ФИО1 к уголовной ответственности и незаконного применения к нему в качестве меры пресечения подписки о невыезде и надлежащем поведении. В связи с чем, суд приходит к выводу о наличии причинной связи между действиями органов следствия и перенесенными истцом нравственными страданиями.

Поскольку в отношении ФИО1 имело место незаконное уголовное преследование и незаконное применение меры пресечения, суд приходит к выводу о наличии у истца права на денежную компенсацию причиненного морального вреда.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ч. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, к нематериальным благам относится жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что истец 30 месяцев (с 31.05.2016 г. по 08.01.2019 г.) находился под бременем уголовной ответственности за преступление, испытывая тревогу за свое будущее, что причиняло ему нравственные страдания. Ответственность за вменяемое истцу преступление предусматривает наказание в виде лишения свободы. В течение 2 лет 6-ти месяцев (с 17.06.2016 г. по 08.01.2019 г.) к истцу применялась мера пресечения в виде подписки о невыезде, что лишало истца права на свободу передвижения.

При решении судом вопроса о компенсации морального вреда достаточным основанием для удовлетворения иска является установление факта незаконного привлечения к уголовной ответственности и избрание меры пресечения в виде подписки о невыезде. Самим фактом незаконного привлечения истца к уголовной ответственности, применением к нему меры пресечения в виде подписки о невыезде нарушены личные неимущественные права истца - достоинство личности, личная неприкосновенность, право свободного передвижения, тем самым причинен моральный вред.

Доводы стороны ответчика об отсутствии оснований для реализации ФИО1 права на реабилитацию ввиду отсутствия такого указания в постановлении о прекращении уголовного дела не основаны на фактических обстоятельствах и требованиях закона.

В соответствии с п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 УПК РФ они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.

После вступления в законную силу указанных решений суда, а также вынесения (утверждения) постановлений дознавателем, следователем, прокурором реабилитированному лицу должно быть направлено извещение с разъяснением установленного статьями 133, 135, 136, 138, 139 УПК РФ порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, в котором, в частности, должно быть указано, какой вред возмещается при реабилитации, а также порядок и сроки обращения за его возмещением.

Изучением материалов уголовного дела № установлено, что резолютивная часть оригинала постановления о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) содержит п. 3, которым признано за ФИО1 право на реабилитацию (т. 6 л.д.л.д. 129-131). Кроме того, 09 января 2019 года следователем в адрес ФИО1 и его защитника было направлено извещение, которым разъяснено право на реабилитацию в соответствии со ст. 135 УПК РФ.

Таким образом, как установлено в судебном заседании, право на реабилитацию за истцом было признано следователем в установленном законом порядке.

То обстоятельство, что следователем в адрес ФИО1 была направлена копия постановления, не содержащая указание на признание за ним права на реабилитацию, не является безусловным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Относительно доводов стороны истца о том, что в результате уголовного преследования он не мог трудоустроиться на протяжении трёх лет, суд отмечает следующее.

В обоснование указанных доводов стороной истца суду представлены: уведомление ИП ФИО11 от 01 августа 2017 года о приглашении на работу в должности мебельщика-сборщика; предложение ООО «<данные изъяты>» о заключении трудового договора на должность заместителя директора по общим вопросам, датированное 08 ноября 2016 года.

Между тем, доказательств того, что невозможность трудоустройства после возбуждения уголовного дела была вызвана именно незаконным уголовным преследованием, истцом не представлено. С ходатайством о разрешении покинуть место жительства ФИО1 к следователю, суду не обращался.

В силу положений пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Доказательств возникновения заболеваний и их прямой причинной связи с уголовным преследованием суду стороной истца не представлено.

Исходя из объема нравственных страданий, причиненных истцу незаконным привлечением к уголовной ответственности, учитывая требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований и взыскании денежной компенсации морального вреда в пользу ФИО1 в размере 50 000 рублей. Данная сумма, по мнению суда, отвечает требованиям материального закона и соответствует установленным по делу обстоятельствам. В удовлетворении остальной части иска суд полагает необходимым отказать.

В соответствие с положениями ст.ст. 1069, 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а согласно ч. 1 ст. 242.2 Бюджетного кодекса РФ исполнение взыскания возлагается на Министерство финансов РФ.

В этой связи суд полагает, что компенсация морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности подлежит взысканию в пользу истца с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

На основании ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Истцом ко взысканию заявлена сумма расходов на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.

В соответствие с п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными, в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В судебном заседании установлено, что между ФИО1 и адвокатом Сахно О.В. заключено соглашение на представительские услуги, оплата за которые составила 20000 рублей.

Разрешая заявленное истцом требование о взыскании расходов по оплате услуг представителя, руководствуясь изложенными выше положениями процессуального законодательства, произведя оценку объема и качества оказанной юридической услуги, суд, исследовав документы, подтверждающие факт несения расходов, применив принципы разумности и справедливости, исходя из количества судебных заседаний, объема выполненной работы, приходит к выводу о необходимости удовлетворения данного требования и взыскании в пользу ФИО1 указанных расходов в размере 10 000 рублей.

Принимая во внимание, что в силу п.10 ч.1 ст. 336 НК РФ истец, независимо от результата рассмотрения спора, освобождается от уплаты судебных издержек по настоящему делу, Министерство финансов РФ (п.1 ст. 333.17 и пп. 19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ) также освобождено от уплаты государственной пошлины как государственные органы РФ и не могут быть отнесены к числу субъектов, являющихся в установленном ст. 103 ГПК РФ порядке плательщиками государственной пошлины (Определение Верховного Суда РФ от 13.01.2012 N 53-В11-17), государственная пошлина по настоящему делу взысканию со сторон не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ставропольскому краю о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование, удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> компенсацию морального вреда в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, а также судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, - отказать.

Мотивированное решение суда составлено 31 мая 2019 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Благодарненский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья О.Р. Билык