Решение № 2-1188/2017 2-1188/2017~М-667/2017 М-667/2017 от 1 июня 2017 г. по делу № 2-1188/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

02 июня 2017 года город Омск

Центральный районный суд города Омска в составе председательствующего судьи М.М. Сафронова, при секретаре судебного заседания Ю.В. Чарушиной, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению АМН к ООО «Управляющая компания Жилищник 1» о возмещении вреда, взыскании,

В судебном заседании приняли участие:

от истца – ШНС (по доверенности, л.д. 36, т. 1),

от ответчика ООО «Управляющая компания Жилищник 1» - КДВ (по доверенности, л.д. 51, т. 1),

от ответчика ЛВВ – РАЮ (по доверенности, л.д. 209, т. 1),

от третьего лица БУ г. Омска «УДГХБ» - не явились, извещены,

от третьего лица ЗАО «Компания СТА» - НДР (по доверенности, л.д. 207, т. 1),

от третьего лица ИП СЛФ. – не явились, извещены,

от третьего лица ООО «УК Агрегатчик» - не явились, извещены,

от прокуратуры ЦАО г. Омска – ВАГ (по удостоверению),

У С Т А Н О В И Л:

13.02.2017 АМН обратился в суд с вышеназванным иском к ИП СЛФ и ООО «Управляющая компания Жилищник 1» (л.д. 3-6, т. 1).

В обоснование указал, что 01.12.2016 вышел из <адрес>, в котором он проживает и пошел на работу.

Около пристроя к жилому дому <адрес> около 07.00 утра он поскользнулся на неочищенном и не обработанном противогололедными материалами участке дороги и упал, почувствовал острую боль в правой ноге.

В последующем выяснил, что в результате падения он сломал ногу, ему был причинен средней тяжести вред здоровью.

Просит взыскать с надлежащего ответчика в свою пользу денежные средства в размере <данные изъяты> рублей.

В ходе рассмотрения дела требования неоднократно изменял и уточнял (л.д. 52-54, т. 1, л.д. 67, т. 1, л.д. 170-174, т. 1, л.д. 22, т. 2), дополнительно заявил их к ЛВВ.

В окончательном виде заявил требования к ООО «Управляющая компания Жилищник 1» и ЛВВ. Просил взыскать с надлежащего ответчика <данные изъяты> рублей утраченного заработка и <данные изъяты> рублей в счет денежной компенсации морального вреда. Дополнительно просил о взыскании в его пользу издержек по проведению экспертизы <данные изъяты> рубль (л.д. 227, т. 1).

В судебном заседании представитель АМН – ШНС требования поддержала.

На вопросы суда пояснила, что правильное место падения указано на фототаблице, приложенной к иску (л.д. 24-25, т. 1). Пояснила, что в судебном заседании 21.03.2017 АМН. говорил, что упал в 8-10 метрах от угла дома, поскольку не точно оценивал расстояние.

Представитель ответчика ООО «Управляющая компания Жилищник 1» (далее по тексту УК, управляющая компания) требования не признал, поддержал ранее данные суду объяснения и письменные возражения (л.д. 52, т. 1), полагал УК ненадлежащим ответчиком по делу. Пояснил, что управляющая компания не заключала договоры с собственниками или арендаторами здания, пристроенного к зданию <адрес> по содержанию (уборке и тп.) прилегающей к пристрою территории. Размер денежной компенсации морального вреда полагал явно завышенным.

Представитель ответчика ЛВВ – РАЮ требования не признал, поддержал доводы письменных возражений (л.д. 246-250, т. 1). Пояснил суду, что ЛВВ. владеет помещениями в пристрое к дому <адрес>. Этот пристрой возводился одновременно со зданием. Полагал, что обязанность по содержанию общего имущества, каковым является территория, в том числе, вокруг пристроя к дому <адрес> уборке территории, лежит на управляющей компании, которая и является по делу надлежащим ответчиком. Указал, что место падения АМН доподлинно неизвестно. Пояснил, что АМН. не заключал договоров управления с управляющей компанией, по крайней мере, ему как представителю такая информация передана не была. Пояснил, что ЛВВ. не оспаривает размер рассчитанного истцом утраченного заработка. Размер денежной компенсации морального вреда полагал явно завышенным, сослался на положения ст. 1083 ГК РФ, усматривая в действиях истца грубую неосторожность.

Представитель третьего лица ЗАО «Компания СТА» НДР в данных суду пояснениях поддержал доводы письменных возражений (л.д. 213-216, т. 1), полагал не подлежащими удовлетворению исковые требования к арендатору помещений в пристрое к дому <адрес>.

Указал, что арендатор бремя содержания общего имущества в многоквартирном доме не несет.

ИП СЛФ. в суд не явилась, своих представителей не направила. Ранее в судебных заседаниях ее представитель поддерживал доводы письменных возражений (л.д. 231-236, т. 1), в которых также полагал требования к арендатору не подлежащими удовлетворению.

Иные участвующие в деле лица в суд не явились.

В данном суду заключении прокурор прокуратуры ЦАО г. Омска ВАГ полагал требования истца частично обоснованными, считал возможным взыскание денежной суммы компенсации морального вреда и утраченного заработка с собственника пристроя к дому <адрес>

Изучив материалы дела, выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона от 30 декабря 2009 года N 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» здание или сооружение должно быть спроектировано и построено, а территория, необходимая для использования здания или сооружения, должна быть благоустроена таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм людям - пользователям зданиями и сооружениями в результате скольжения, падения, столкновения, ожога, поражения электрическим током, а также вследствие взрыва.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Как разъяснил в пунктах 27, 28, 32 Постановления Пленума от 26.01.2010 № 1 Верховный Суд России, согласно статье 1085 ГК РФ в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается утраченный потерпевшим заработок (доход), под которым следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья;

Размер утраченного заработка потерпевшего, согласно пункту 1 статьи 1086 ГК РФ, определяется в процентах к его среднему месячному заработку по выбору потерпевшего - до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им профессиональной трудоспособности, а в случае отсутствия профессиональной трудоспособности - до утраты общей трудоспособности.

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается в порядке, установленном пунктом 3 статьи 1086 ГК РФ. При этом учитываются все виды оплаты труда потерпевшего как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом, и не учитываются выплаты единовременного характера (пункт 2 статьи 1086 ГК РФ). Утраченный заработок (доход) потерпевшего подлежит возмещению за все время утраты им трудоспособности.

Учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Пунктом 1 ст. 1099 ГК РФ предусмотрено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В силу положений п. 1 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором (ст. 210 ГК РФ).

В силу абзаца второго п. 3 ст. 308 ГК РФ обязательство может создавать права для третьих лиц в отношении одной или обеих его сторон только в случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. ГК РФ и иные законы не содержат норм о возникновении на основании договора аренды нежилого помещения обязанности у арендатора по внесению платы за коммунальные услуги перед оказывающим их третьим лицом (исполнителем коммунальных услуг, ресурсоснабжающей организацией).

Обязанность арендатора поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества (п. 2 ст. 616 ГК РФ) установлена в отношениях с арендодателем, а не исполнителем коммунальных услуг или ресурсоснабжающей организацией, которые не являются стороной договора аренды.

Исполнитель коммунальных услуг (ресурсоснабжающая организация) в отсутствие заключенного с ним договора не имеет возможности осуществлять контроль за тем, какое лицо фактически пользуется нежилым помещением, в том числе на основании договора аренды.

Поэтому в отсутствие договора между арендатором нежилого помещения и исполнителем коммунальных услуг (ресурсоснабжающей организацией), заключенного в соответствии с действующим законодательством и условиями договора аренды, обязанность по оплате таких услуг лежит на собственнике (арендодателе) нежилого помещения. Аналогичная правовая позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2(2015)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.06.2015.

Статьей 23 Решения Омского городского Совета от 25.07.2007 N 45 "О правилах благоустройства, обеспечения чистоты и порядка на территории города Омска" (далее – Решение) (в редакции, действующей по состоянию на 22.03.2017) предусмотрено, что при уборке площадей, территорий, прилегающих к магазинам, а также проезжей части улиц, дорог, межквартальных проездов с усовершенствованным покрытием свежевыпавший снег, уплотненный снег, снежно-ледяные образования, в том числе наледь, должны убираться полностью до усовершенствованного покрытия.

Пунктом 12 ст. 1 того же решения предусмотрено, что усовершенствованное покрытие – это асфальт, брусчатка, тротуарная плитка, бетонное покрытие.

Пунктом 98 Решения обязанности по уборке десятиметровой территории, прилегающей к границам занимаемых юридическими и физическими лицами зданий, к огражденным забором территориям, а также подъездов к ним и десятиметровой территории, прилегающей к подъездным путям, в том числе по вывозу образовавшегося на прилегающей территории мусора, возлагаются на лиц, осуществляющих на указанных территориях или в зданиях хозяйственную или иную деятельность.

Судом установлено, что 01.12.2016 около 07.00 истец АМН. вышел из <адрес>, где он проживает и пошел на работу.

Он прошел вдоль южной (наружной) стороны жилого <адрес>, направляясь в сторону <адрес> (схематично на л.д. 30, т. 1) и около нежилого пристроя к дому <адрес> он поскользнулся и упал.

В результате падения ему был причинен вред здоровью в виде закрытого перелома нижней трети малоберцовой кости правой голени. Данное повреждение следует квалифицировать как причинившее ему средней тяжести вред здоровью (л.д. 159).

Тяжесть вреда здоровью была определена заключением БУЗООБСМЭ (заключение № от ДД.ММ.ГГГГ), за составление которого истец уплатил экспертному учреждению <данные изъяты> рубль (л.д. 226, т. 1).

Из объяснений истца, а также показаний свидетелей, предупрежденных судом об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суд установил, что место падения истца находится в непосредственной близости (на расстоянии до 5 метров) от пристроя к дому <адрес>.

При этом доказательств тому, что травму истец получил в другом месте и при других обстоятельствах ответчики суду не представили.

Указание в справке, выданной истцу (л.д. 9, т. 1), о том, что травма получена им в быту, само по себе таким доказательством не является и опровергается иными доказательствами (в том числе, объяснениями свидетелей), которым суд не доверять оснований не усматривает.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец был нетрудоспособен, вынужден был лечиться амбулаторно, ему была произведена гипсовая иммобилизация, показан рентгенологический контроль и реабилитационное лечение.

Из объяснений истца следует, что по дому он передвигался с помощью членов своей семьи, испытывал неудобства во время сна, трудности при ходьбе, испытывал расстройство по поводу ограничения физических возможностей.

Из материалов дела также следует, что из за получения травмы истец был вынужден отказаться от заезда на базу отдыха им. А.И. Покрышкина с ДД.ММ.ГГГГ по приобретенной им ранее (ДД.ММ.ГГГГ) путевке (л.д. 26, т. 1).

Судом также установлено, что в момент падения территория вокруг пристроя к дому <адрес> имелась наледь, не обработанная противоскользящим покрытием, обеспечивающим безопасное передвижение пешеходов, что повлекло падение истца с причинением вреда здоровью.

Истец, как следует из материалов дела, работает в АО «Высокие Технологии» начальником участка (л.д. 25, оборот, л.д. 228-229, т. 1), его доход за 2015-2016 годы подтверждается справками по форме 2-НДФЛ (л.д. 10-11, т. 1).

Из объяснений сторон следует, что после получения истцом травмы акт по форме Н-1 не составлялся.

Факт временной утраты трудоспособности в связи с повреждением здоровья в указанный выше период подтверждается листками нетрудоспособности, выданными лечебным учреждением на имя истца, записями в медицинских документах (л.д. 7-9, т. 1).

Работодателем по листкам нетрудоспособности истцу было выплачено за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> рублей (л.д. 230, т. 1).

Из технического паспорта на <адрес> (1 очередь) следует, что данный дом вместе с пристроем был возведен в 1987-1988 году. Строительство первой очереди дома и нежилого пристроя к дому происходило одновременно.

При этом в самом пристрое к жилому дому находятся нежилые помещения, занимаемые по договорам аренды (л.д. 152-154, т. 1) ИП СЛФ. (магазин «Цветы») и ЗАО «Компания СТА» (л.д. 217-220, т. 1).

Сами эти помещения принадлежат на праве собственности ЛВВ (л.д. 156-157, т. 1).

Как следует из материалов дела, ЛВВ. является одновременно индивидуальным предпринимателем, видами его деятельности являются, в частности, торговля продуктами, аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом (л.д. 196-199, т. 1).

Ни договор аренды, заключенный ЛВВ со СЛФ., ни с ЗАО «Компания СТА» не содержат обязанности по уборке территории вокруг пристроя.

При этом оба договора аренды содержат условия о том, что арендная плата у арендаторов состоит из двух составляющих, постоянной и переменной. При этом последняя включает в себя ежемесячные коммунальные услуги, потребляемые арендатором (л.д. 152, оборот, т. 1) либо возмещение затрат на обслуживание: расход электроэнергии по показаниям счетчика, водопотребление и водоотведение и др) (л.д. 217, т. 1).

То есть оплата коммунальных услуг осуществляется арендаторами непосредственно в пользу собственника нежилых помещений.

Как следует из объяснений как представителя ЛВВ., так и управляющей компании, ни между ЛВВ и управляющей компанией, ни между арендаторами помещений в пристрое к дому <адрес> с управляющей компанией, равно как и иными лицами договоров по уборке территории вокруг пристроя заключено не было.

При этом сама управляющая компания факт оказания таких услуг ЛВВ либо арендаторам отрицает.

Сведения о внесении каких либо платежей, в том числе, за спорный период от ЛВВ. либо арендаторов в пользу управляющей компании (по оплате услуг по содержанию территории) материалы дела также не содержат.

Применительно к целям настоящего иска суд заключает, что фактически пристрой к дому <адрес> в г, Омске представляет собой одноэтажное строение, целью существования которого не является проживание в нем людей, оно имеет самостоятельную крышу и функционально не относится к многоквартирному дому, не имея с ним общих помещений, крыши, водостоков, парапетов лестниц, пандусов, переходов, проходов (что видно из технического плана дома с пристроем). Строение имеет отдельно оборудованные входы в помещения 1П и 2П, используется оно в коммерческих целях.

Земельные участки под домами <адрес> (в том числе, под пристроем) в г. Омске не сформированы в установленном порядке.

При таком положении, с учетом фактических обстоятельств дела (в том числе, места падения истца) и приведенных выше правовых норм суд заключает, что ответственность за возмещение материального и морального вреда истцу должна быть возложена на ЛВВ., который, являясь собственником нежилых помещений, расположенных в пристрое, был обязан поддерживать в надлежащем состоянии подходы к пристрою, в осеннее-зимний период очищать от снега и наледи, обрабатывать противоскользящими смесями, при этом ответчиком ЛВВ. не представлены суду доказательства отсутствия вины в причинении вреда здоровью истца.

Оснований к возложению обязанности на управляющую компанию по возмещению ущерба истцу суд первой инстанции не усматривает. При этом суд исходит из данных сторонами объяснений и материалов дела, свидетельствующих как об отсутствии договорных отношений между ответчиками (равно как и между управляющей компанией и арендаторами), так и об оплате расходов по уборке территории вокруг пристроя от ЛВВ (либо арендаторов) в пользу управляющей компании. Доказательств тому, что такие услуги (по уборке прилегающей территории) должны быть оказаны собственнику нежилого пристроя управляющей компанией на безвозмездной основе, как и доказательств наличия договорных отношений с третьими лицами (на оказание клининговых услуг, в том числе, по уборке территории) суду первой инстанции не представлено.

Заявления ЛВВ. об обратном квалифицируется судом как злоупотребление правом в смысле ст. 10 ГК РФ.

Ссылки ЛВВ на заключенный им договор с МП г. Омска «Тепловая компания», акт разрграничения балансовой ответственности, счета-фактуры сами по себе, по мнению районного суда не подтверждают доводов ЛВВ. о том, что он является по спору ненадлежащим ответчиком.

Также суд учитывает приведенные выше разъяснения Верховного Суда России, в силу которых управляющая компания в отсутствие заключенного с ней договора не имеет возможности осуществлять контроль за тем, какое лицо фактически пользуется нежилыми помещениями, в том числе на основании договора аренды.

Отсюда суд взыскивает с ЛВВ в пользу истца <данные изъяты> утраченного заработка, соглашаясь с приведенным стороной истца расчетом (л.д. 22, т. 2). Данный расчет ответчиками опровергнут не был.

Проверяя доводы ответчиков о грубой неосторожности в действиях истца (п. 2 ст. 1083 ГК РФ), суд отмечает следующее.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Грубая неосторожность имеет место, когда лицо осознает противоправность и вредоносность своих действий, но легкомысленно рассчитывает предотвратить наступление таких последствий.

Суд, оценивая доводы стороны, приходит к выводу о том, что в данном конкретном случае грубая неосторожность в поведении истца отсутствует, поскольку в поведении истца отсутствуют какие-либо нарушения обязательных правил и норм поведения.

Собственник помещений в пристрое к дому <адрес>, по мнению районного суда, был обязан следить, чтобы в процессе эксплуатации территории, необходимой для использования пристроя, она была благоустроена таким образом, чтобы не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм людям, в том числе, в результате скольжения. При этом, люди, которые в зимний период времени проходят вдоль здания должны быть уверены, что их жизнь и здоровье не подвергаются опасности из-за ненадлежащего исполнения своих обязанностей собственником помещений.

Поскольку никаких доказательств, подтверждающих наличие в действиях истца умысла или грубой неосторожности, в суд не представлено, то оснований для освобождения ответчика от ответственности не имеется.

Возможность идти на работу иным маршрутом (в том числе, предложенным ЛВВ. в возражениях на исковое заявление, л.д. 1-6, т. 2) сама по себе о грубой неосторожности истца не свидетельствует.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца денежной компенсации морального вреда, суд учитывает характер причиненного вреда, тяжесть полученной истцом травмы (средней тяжести вред здоровью), время болезни (более 50 дней), необходимость реабилитации, проявление болевых ощущений, временную невозможность самостоятельного передвигаться, в том числе, в пределах квартиры, возраст истца. Исходя из принципа разумности и справедливости суд первой инстанции определяет размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда в сумме 70 000 рублей.

Оснований ко взысканию денежной компенсации морального вреда в большем либо меньшем размере районный суд не усматривает.

По изложенным выше основаниям суд считает необходимым отказать в удовлетворении заявленных истцом требований к управляющей компании.

К иным лицам в ходе рассмотрения настоящего дела на дату вынесения решения по спору АМН. требований не заявлялось.

Следуя правилу ст. 94,98 ГПК РФ, суд взыскивает понесенные истцом по оплате экспертного исследования расходы в размере <данные изъяты> рубль (л.д. 226, т. 1) с ответчика ЛВВ

Следуя правилу ст. 98 ГПК РФ, п. 1 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ суд взыскивает с ЛВВ. в доход местного бюджета государственную пошлину, от уплаты которой истец был освобожден в размере <данные изъяты> (с учетом правила п. 6 ст. 52 НК РФ) за требования имущественного характера и <данные изъяты> рублей за требования о денежной компенсации морального вреда по п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ЛВВ в пользу АМН <данные изъяты> утраченного заработка, <данные изъяты> рублей в счет денежной компенсации морального вреда, <данные изъяты> рубль расходов по проведению экспертизы.

В удовлетворении остальной части требований АМН отказать.

Взыскать с ЛВВ в доход местного бюджета <данные изъяты> рублей в счет возмещения расходов по оплате государственной пошлины

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Омский областной суд через Центральный районный суд города Омска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья М.М. Сафронов

Решение в окончательной форме изготовлено 07 июня 2017 года