Приговор № 1-130/2018 от 6 сентября 2018 г. по делу № 1-130/2018

Дело №1-130/2018


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Ульяновск 7 сентября 2018 года

Железнодорожный районный суд г.Ульяновска в составе председательствующего судьи Глебова А.Н.

при секретарях Минеевой В.О. и Хлебникове В.Ю. и с участием

государственного обвинителя - ст.помощника прокурора Железнодорожного района г.Ульяновска Поляковой И.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника в лице адвоката Стуловой В.Г., представившей удостоверение №1320 от 18.03.2016 и ордер №18 от 13.03.2018,

а также потерпевшего М***. и его представителя в лице адвоката Еремеевой О.Г., представившей удостоверение №1264 от 26.06.2015 и ордер №15 от 02.04.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по обвинению

ФИО1, <данные изъяты>, не судимого,

в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 ст.162, частью 1 ст.158 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, а также кражу, при следующих обстоятельствах.

8 марта 2018 года в период времени с 13 часов 00 минут до 14 часов 00 минут, находясь в квартире <адрес>, в ходе распития спиртных напитков, у него возник умысел на хищение имущества малознакомого М***. с применением к нему опасного для жизни и здоровья насилия с использованием предмета как оружия.

Находясь в указанной выше месте и времени, преследуя корыстную цель, ФИО1 изъял из своего рюкзака молоток и, используя его в качестве оружия, нанес им не менее одного удара в голову М***., чем причинил расценивающийся как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья телесное повреждение в виде ушибленной раны в лобной области по средней линии тела, тем самым применил насилие, опасное для жизни и здоровья. Сломив примененным насилием волю М***. к сопротивлению, который испытал сильную физическую боль и не способен был защищаться, продолжая свои преступные действия, ФИО1 незаконно изъял из сумки, находившейся при М***., деньги в сумме 4 700 рублей и обратил их в свою пользу, чем причинил материальный ущерб.

Кроме того, 8 марта 2018 года в период времени с 13 часов до 14 часов, после совершения указанного выше разбойного нападения, находясь в квартире №<адрес>, преследуя корыстную цель, убедившись, что за его действиями не наблюдают, ФИО1 тайно похитил со стола в кухне этой квартиры принадлежащий М***. мобильный телефон марки «<данные изъяты>» <данные изъяты> стоимостью 4 716 рублей, с находящейся внутри него сим-картой оператора сотовой связи, не представляющей материальной ценности для потерпевшего.

Тайно изъяв чужое имущество, он распорядился им по своему усмотрению, причинив материальный ущерб.

В судебном заседании подсудимый не признал себя виновным в разбое и краже, между тем признал факт нанесения в указанном выше месте и времени удара молотком в голову М***

Несмотря на занятую позицию, обстоятельства совершения преступления и виновность подсудимого подтверждаются следующими доказательствами.

Так, из оглашенных показаний потерпевшего М***, данных им 14 марта 2018 года следует, что 8 марта 2018 года с целью распития спиртных напитков он встретил ранее знакомого Б***, а тот пригласил ранее не знакомого ФИО1.

Далее втроем они пришли в квартиру к С*** и распивали спиртные напитки. В квартире также находились С*** и К***

Перед распитием спиртных напитков поставил на зарядку свой мобильный телефон марки «<данные изъяты>» на кухне указанной квартиры, а сумка всегда находилась при нем.

В тот момент, когда он (М*** сидел на диване в комнате, у него с ФИО1 произошел словесный конфликт, в ходе которого подсудимый нанес молотком ему удар в лобную часть головы, отчего испытал сильную физическую боль, из раны потекла кровь. После подсудимый, убрав молоток в одежду, рукой проник к нему (М*** сумку и похитил деньги в сумме 4 700 рублей.

Собираясь покинуть квартиру, на кухне не обнаружил своего телефона. Со слов Б*** следовало, что он не брал его телефон.

Далее он М***) в сопровождении Б*** и подсудимого покинул квартиру, его проводили до дома, где лег спать.

На следующий день обратился в полицию с заявлением о преступлении (том 1 л.д.133-136).

В ходе последующих допросов 02.04.2018, 05.04.2018 и 02.06.2018 он по-прежнему сообщал о нанесении подсудимым удара молотком в голову, а при допросе 2 апреля 2018 года что кто-то, когда закрыл голову руками, проникал в его сумку (том 2 л.д.29-32, 78-81, 85-86).

Такие показания согласуются со сведениями из других доказательств, а именно:

- заявления от 9 марта 2018 года, в котором М*** указывает, что 8 марта 2018 года в квартире по <адрес> с применением насилия у него похитили имущество (том 1 л.д.8),

- протокола следственного эксперимента от 14 марта 2018 года, согласно которому потерпевший воспроизвел обстоятельства нанесения подсудимым удара молотком в голову и хищения из сумки денег в размере 4 700 рублей, а после с помощью статиста продемонстрировал способ нанесения подсудимым удара и изъятия денег из сумки (том 1 л.д.137-141),

- заключения эксперта №1322, согласно которому у М***. было обнаружено телесное повреждение в виде ушибленной раны в лобной области по средней линии тела, которая причинила легкий вред здоровью по признаку кратковременное расстройство здоровью, она могла образоваться 8 марта 2018 года, при нанесении удара металлической частью молотка в область лба (том 1 л.д.192-194),

- протокола выемки от 2 апреля 2018 года, из которого следует, что у потерпевшего была изъята сумка, находившаяся при нем в момент совершения хищения, при осмотре установлено, что она закрывается «клапаном» на застежку и повреждений не имеет (том 2 л.д.34-36, 37-39, 40).

Приведенные выше показания потерпевшего подтверждаются и сведениями из показаний свидетелей С*** и Б***, которые находились в указанное время в этой квартире.

В частности из показаний С*** от 14 марта 2018 года следует, что у подсудимого при себе находился рюкзак, а у потерпевшего через плечо сумка.

Вместе в квартире распивали спиртное, потерпевший и она находились на диване, напротив сидел Б***. Подсудимый ходил и разговаривал с потерпевшим на повышенных тонах.

Периодически она выходила на кухню и видела на зарядке телефон потерпевшего. Когда в очередной раз вышла на кухню, и вернувшись в комнату увидела, как ФИО1 с молотком в руке подошел к потерпевшему, сидящему на диване, и нанес молотком удар в лобную часть головы потерпевшему, образовалась рана и пошла кровь. Далее подсудимый наклонился и проник в сумку потерпевшего, что-то оттуда достал и положил в карман своих брюк.

Для промывания раны с потерпевшим уходила в ванную комнату. Позже Б*** и подсудимый проводили его. На кухне после этого телефона потерпевшего уже не было (том 1 л.д.142-145, 161-164, 208-209, том 2 л.д.121-123, том 3 л.д.59-63, 98-99).

В судебном заседании С*** в целом сообщая обстоятельства нанесения удара подсудимым молотком в область лба потерпевшему, поддержала оглашенные показания.

Из показаний Б***. на предварительном следствии следует, что по прибытии в квартиру потерпевший на кухне поставил телефон на зарядку.

Далее все распивали спиртные напитки в комнате, позже произошел словесный конфликт у подсудимого с потерпевшим, не нравилось как тот отвечал на вопросы. В это время потерпевший сидел на диване, а подсудимый ходил по комнате. Затем ФИО1 достал из рюкзака молоток, подошел к потерпевшему и нанес удар металлической частью в голову, отчего у М*** образовалась рана и потекла кровь. После подсудимый убрал молоток за пояс брюк, наклонился к потерпевшему, который в этот момент держался руками за голову, рукой проник в его сумку и что-то изъял.

Позже он (Б***) с подсудимым проводили потерпевшего домой, а на обратной дороге подсудимый ушел в ломбард и вернулся к С*** через 20 минут, принес спиртное. Со слов подсудимого следовало, что сдал телефон в ломбард. Распив принесенное спиртное, подсудимый дал ему (Б***) денег на дорогу в размере 150 рублей, потом уехал (том 1 л.д.149-152, 156-160, 206-207, том 2 л.д.118-120, 231-234, том 3 л.д.156-160).

В судебном заседании Б*** поддержал оглашенные показания и настаивал, что потерпевший приобретал спиртное за наличные деньги, видел как подсудимый нанес удар молотком в голову потерпевшему и рукой проник в его сумку, откуда что-то изъял, а также, что подсудимый сообщал ему о сдачи телефона потерпевшего в ломбард.

Кроме того и потерпевший с подсудимым в судебном заседании сообщали, что в указанном выше месте и времени ФИО1 нанес удар молотком в лобную часть головы М***

Время совершения этих действий объективно устанавливается:

- сведениями из телефонных соединений, используемого потерпевшим абонентского номера (№), что 8 марта 2018 года входящие звонки поступали в период с 08.56 по 10.38, в 11.40 и 11.44 (время московское) (том 2 л.д.131-152, 169),

- сведениями из показаний свидетеля Д*** – проживала с потерпевшим с 2017 года - что 8 марта 2018 года около 10 часов звонила М*** и телефон взял ранее не знакомый Б*** Позже потерпевший на ее звонки не отвечал, в этот же день приехала в г.Ульяновск, встретила потерпевшего, видела на его лице рану, тот находился в состоянии сильного алкогольного опьянения,

- сведениями из протокола осмотра телефонных соединениях и следует, что 8 марта 2018 года после 13.28 (время московское) мобильный телефон потерпевшего (№) не использовался с его абонентским номером (том 2 л.д.131-152, 169).

В части хищения у потерпевшего телефона, наряду с указанными выше доказательствами, представлены и иные, а именно:

- копия договора комиссии №54750 и копия акта приема-передачи на комиссию товара, согласно которым 8 марта 2018 года в комиссионный магазин по ул<адрес> ФИО1 сдал мобильный телефон <данные изъяты> (том 1 л.д.47-48, том 3 л.д.68-70),

- показания свидетеля П***. - приемщика магазина ООО «<данные изъяты> по <адрес>, -_ из них следует, что на основании указанных выше документов, именно ФИО1 сдал телефон и получил деньги в размере 1 500 рублей. Прием производится на основании документов. Он сверил личность подсудимого с документами и принял телефон на реализацию,

- протокол осмотра места проживания потерпевшего (квартиры <адрес>), где была обнаружена и изъята коробка от телефона, при ее осмотре установлены индивидуальные данные телефона - <данные изъяты>» <данные изъяты>) (том 1 л.д.15-21, 244, 246, 247),

- заключение эксперта №1057, согласно которому стоимость телефона составила

4 716 рублей (том 2 л.д.239-242),

В судебном заседании исследовались и иные доказательства однако они не содержат более значимой информации относительно обстоятельств, подлежащих установлению.

Оценив в приведенных частях доказательства, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку имеют непосредственное отношение к обстоятельствам, изложенным в обвинении, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и согласуются между собой.

Так, потерпевший был допрошен следователем, в производстве которого находилось уголовное дело, после разъяснения прав и обязанностей. Потерпевший на начальном этапе расследования настаивал, что в отношении него применили насилие и похитили деньги, об этом указал в заявлении, в показаниях в ходе допроса, следственного эксперимента, указал на сумку, из которой похитили деньги. Данная сумка обнаружена у потерпевшего, изъята и осмотрена.

Показания потерпевшего в части применения насилия согласуются с показаниями свидетелей С*** и Б***, подсудимого и Д***, она видела следы насилия. Объективно подтверждаются сведениями из заключения эксперта по времени и способу образования телесных повреждений.

Показания потерпевшего в части кражи телефона согласуются с показаниями Б***, который настаивал, что именно подсудимый сдал телефон в ломбард и получил деньги. Также согласуются с показаниями П***, что личность сдавшего телефон соответствовала представленному паспорту, поэтому в документах на прием указаны паспортные данные ФИО1 О принадлежности телефона потерпевшему указывает изъятие у него коробки из-под него.

Время событий установлено на основании показаний потерпевшего, свидетелей после 14 марта 2014 года, сведениями о телефонных соединениях, как 8 марта 2018 года в период с 13 до 14 часов.

Совокупность представленных доказательств суд признает достаточной для разрешения уголовного дела и вывода о виновности подсудимого.

Сторона защиты оспаривала такие выводы, ставила под сомнение допустимость и достоверность первоначальных показаний потерпевшего, С*** Б***, оспаривалось наличие факта хищения у потерпевшего денег, виновность подсудимого в краже телефона. При этом представлялись ряд доказательств.

В частности, подсудимый настаивал, что не похищал денег у потерпевшего из сумки, а также телефон.

В ходе распития спиртных напитков потерпевший и Б*** разговаривали на повышенных тонах, мешали ему разговаривать по телефону, на замечания грубо реагировали.

Не оспаривая факт нанесения удара, вместе с тем сообщал, что хотел лишь припугнуть потерпевшего и случайно нанес удар молотком.

Когда вышли из квартиры на улицу проводить потерпевшего, после посещения магазина, Б*** спросил у него (ФИО1) паспорт и сообщил, что собирается сдать в ломбард свой телефон. Поэтому прошел с ним в ломбард, где сдал по своему паспорту телефон, переданный Б***. Деньги за телефон передал Б***.

Потерпевший в судебном заседании настаивал, что 8 марта 2018 года деньги у него не похищали, обнаружил их 15 марта 2018 года после выписки из больницы в тумбе по месту своего проживания.

Наличных денег при себе у него как правило не имелось, деньги хранились на банковской карте, их количество отслеживал по поступившим СМС-сообщениям из банка. Между тем сообщал, что в магазине при оплате за спиртное оказалось, что денег на банковской карте недостаточно. Но 8 марта 2018 года при себе у него не было наличных денег.

Конфликт 8 марта 2018 года произошел с Б*** и именно данное лицо похитило телефон.

В момент нанесения удара, он (М*** стоял, а уже после присел на диван и закрыл голову руками.

Первоначальные показания давал под давлением сотрудников полиции, следователь самостоятельно изложила события, с протоколом не знакомился, поскольку находился в болезненном состоянии. Поэтому не поддержал оглашенные показания от 14 марта 2018 года и предлагал за основу принять более поздние, данные с адвокатом.

В судебном заседании оглашались показания М***. от 02.04.2018, 05.04.2018, 02.06.2018, из них следует, что кроме приведенных ранее обстоятельств, он сообщал, что у него произошел конфликт с Б***., но причину назвать не мог.

Деньги из сумки у него не похищали, обнаружил их 15 марта 2018 года в столе под телевизором по месту своего жительства. Поэтому на первоначальном допросе ошибочно указал на их хищение (том 2 л.д.29-32, 43-44, том 3 л.д.78-81, 85-86).

Допрошенная в судебном заседании свидетель Д***. поясняла, что после выписки из больницы потерпевший сообщил об обнаружении денег в квартире в шкафу, позже уточнила – в тумбе под телевизором.

Относительно телефона сообщала, что 8 марта 2018 года видела на улице как Б*** разговаривал по телефону потерпевшего, просила вернуть, но тот его спрятал. Позже потерпевший сообщал о хищении телефона Б***.

Согласно заявлению от М*** от 2 июня 2018 года он просил привлечь Б*** к уголовной ответственности за кражу телефона (том 3 л.д.90).

Обращалось внимание на заключение судебно-психиатрической экспертизы в отношении М***., где указывается, что у него имеются <данные изъяты> (том 3 л.д.218-220).

Анализируя доказательства, сторона защиты, а также представитель потерпевшего адвокат Еремеева О.Г., выдвинули такие доводы, что:

- не было факта хищения денег, а имелось лишь причинение легкого вреда здоровью;

- показания потерпевшего 14 марта 2018 года получены под давлением сотрудников полиции в медицинском учреждении, которые убедили того дать показания о совершении тяжкого преступления, в болезненном состоянии, справки от врачей о возможности участия в следственных действиях, не истребовались; данные показания содержат противоречия с установленными обстоятельствами в части времени событий (указывается около 16-17 часов), в показаниях приводится фамилия ФИО1, к тому времени такие данные ему не были известны; в показаниях не приведены номиналы купюры, что вызывает сомнения в их наличии;

- следственный эксперимент не может быть принят как доказательство, поскольку не потерпевший демонстрировал обстоятельства нанесения удара, а статист, который не был участником событий;

- уголовное дело по части 1 ст.158 УК РФ возбуждено с нарушением закона, на основании не зарегистрированного рапорта следователя в книге учета сообщений и преступлений (том 2 л.д.82);

- свидетели С*** и Б*** исходя из их положения по отношению к потерпевшему, не могли видеть всех обстоятельств, поэтому их показания противоречивы, кроме того они злоупотребляли алкоголем, на следственных действиях находилась С*** в алкогольном опьянении;

- у подсудимого имелся при себе свой телефон, поэтому у него не было нужды в хищении чужого телефона;

- потерпевший на заявлял гражданский иск, претензий не имеет, что подтверждает показания об отсутствии факта хищения денег;

- документы из ломбарда не содержат всех обязательных признаков (не подписан договор сторонами), а при осмотре квартиры потерпевшего в протоколе не указаны индивидуальные признаки коробки из-под телефона, что исключает возможность их использования в качестве доказательств.

В свою очередь государственный обвинитель, в опровержении доводов защиты, кроме приведенных выше доказательств, представлял и другие.

Так, свидетели Щ*** и Б***. – <данные изъяты> – сообщали, что допрашивали М***., с его слов записывали показания в протоколах, он знакомился с текстом и был согласен с изложенным, подписал протоколы, жалоб и заявлений не имел.

Щ***. утверждала, что состояние здоровья потерпевшего было удовлетворительное и позволяло ему участвовать в допросе, жалоб на здоровье не высказывал. При проведении следственного эксперимента ею было принято решение, что по показаниям потерпевшего, статист продемонстрирует действия нападавшего.

Допрошенные свидетели Я***. и К***. – <данные изъяты> – настаивали, что именно потерпевший обращался в полицию с заявлением о хищении у него денег с применением насилия, в связи с чем было возбуждено уголовное дело.

Свидетель И*** – <данные изъяты> – утверждал, что потерпевший самостоятельно давал пояснения по обстоятельствам преступления в ходе следственного эксперимента, показывал как был нанесен удар.

Также в судебном заседании оглашались показания Б*** и С*** в той их части, что со стороны подсудимого принимались меры оказать на них давление с целью изменить показания. В их показаниях имеются сведения, что 12 марта 2018 года подсудимый приходил к С*** и просил изменить показания, якобы совершил их Б*** (том 2 л.д.231-234, том 3 л.д.59-63, 161-164).

Свидетели поддержали в судебном заседании такие показания.

Более того, представлены протоколы осмотра сведений телефонных соединений, из них следует, что:

- 13 марта 2018 года с используемого подсудимым абонентского номера имелись вызовы на абонентский номер С*** (том 2 л.д.211-216),

- 5 апреля 2018 года с используемого матерью подсудимого абонентского номера имелись два соединения с абонентским номером потерпевшего (том 2 л.д.131-138),

- непосредственно перед допросами потерпевшего (с момента появления у него адвоката), имелись многочисленные соединения абонентского номера матери подсудимого с абонентскими номерами Д*** и Е*** (02.04.2018 – 3 соединения, 05.04.2018 – 8 соединений с Д*** и 4 соединения с Е***, и т.д.) (том 2 л.д.131-138).

Представлены и протоколы осмотров телефонных переговоров, из них следует, что мать подсудимого обсуждает с участниками недопущения допроса потерпевшего без адвоката, необходимость сначала подготовить его к допросу (том 3 л.д.10-35).

Обращалось внимание и на протокол осмотра места происшествия от 9 марта 2018 года, согласно которому в период с 23 часов 00 минут до 00 часов 00 минут с участием М*** было осмотрено место его проживания (квартира <адрес>), обнаружены интересующие следствие предметы (шапка, толстовка, следы рук и т.д.). При этом никаких заявлений потерпевшего о наличии в квартире денег, не имеется.

Оценив доводы защиты, проверив доказательства, на которые они ссылались путем их сопоставления с доказательствами стороны обвинения, суд отвергает показания подсудимого о его непричастности к хищению денег и телефона, нанесения телесных повреждений потерпевшему не из корыстных побуждений, расценивает их как способ защиты от обвинения. При этом исходит из следующего.

Обстоятельства совершения преступлений сотрудникам полиции стали известны после заявления потерпевшего о преступлении, в ходе расследования. Именно потерпевший в своих показаниях 14 марта 2018 года сообщил о хищении у него денег в размере 4 700 рублей из сумки после нанесения удара молотком. При этом свидетели С*** и Б*** ни на предварительном следствии, ни в судебном заседании не сообщали, что было похищено у потерпевшего из сумки, поскольку не видели, что именно изъял подсудимый.

Несмотря на частичное изменение показаний, потерпевший и далее, в ходе дальнейшего расследования, сообщал, что кто-то проникал к нему в сумку.

Сопоставив измененные потерпевшим показания со сведениями о телефонных соединениях, используемого им абонентского номера (№ следует, что измененные показания ими опровергаются. Так, ни 8 марта 2018 года, ни позже сведений о поступлении СМС-сообщений из банка (потерпевший утверждал о поступлении ему таких СМС-сообщений), не поступали, имелись лишь входящие сообщения с абонентского номера Д*** (том 2 л.д.169).

Кроме того 8 марта 2018 года в период с 08.56 до 13.28 (время московское), с абонентского номера, используемого в телефоне «<данные изъяты>» (№), исходящих звонков вообще не имелось, что опровергает показания потерпевшего и Д*** о наличии разговора Б*** по этому телефону (после выхода из квартиры С***). Имелись лишь входящие соединения и все они с абонентского номера Д***. При этом она не сообщала, что в этот момент разговаривала с Б***.

Между тем Б*** отрицал похищение им телефона, после выхода из квартиры не видел телефон потерпевшего.

Изучение данных соединений указывает и на то, что с 13 марта 2018 года абонентский номер № использовался в другом мобильном телефоне, имелись длительные соединения с абонентским номером Д*** (один из них 13 марта 2018 года 2 477с), что указывает на способность его общения.

Согласно сведениям из заключения судебно-медицинской экспертизы №1322, уже с 10 марта 2018 года при нахождении в медицинском учреждении у потерпевшего было удовлетворительное состояние, показатели жизнедеятельности стабильные. 12 марта 2018 года от него поступали жалобы лишь на легкие периодические головные боли, легкое периодическое головокружение, врачи оценивали его состояние как удовлетворительное. На 15 марта 2018 года от него поступали аналогичного характера жалобы, по-прежнему отмечали удовлетворительное состояние и в этот же день он в таком состоянии был выписан из медицинского учреждения (том 1 л.д.192-194).

В протоколе допроса М*** от 14 марта 2018 года указано, что действительно допрос проводился в помещении медицинского учреждения, состояние здоровья потерпевший оценил как удовлетворительное, в связи с чем может давать показания. Протокол подписан, имеются сведения о разъяснении прав, ответственности, замечаний и заявлений не поступало (том 1 л.д.133-136).

Из протокола следственного эксперимента от 14 марта 2018 года следует, что изначально потерпевший сообщил обстоятельства применения насилия и хищения денег из сумки, в дальнейшем воспроизвел их с помощью статиста (том 1 л.д.137-141).

Производство таким образом следственного действия не нарушаются требования, изложенные в статье 181 УПК РФ.

Потерпевший после 14 марта 2018 года неоднократно допрашивался, в том числе и 27 марта 2018 года и от него не поступило заявлений, что обнаружил деньги в своей квартире (сообщал об обнаружении 15 марта 2018 года денег).

Показания потерпевшего в судебном заседании в части его положения в момент нанесения ему удара, места обнаружения денег в квартире, не согласуются с показаниями С*** и Б*** с показаниями Д***, которая также была не последовательна, на протяжении судебного следствия меняла показания, якобы ей потерпевший сообщал об обнаружении денег то в шкафу, то в тумбе.

И напротив, первоначальные показания, в приведенной части, признаны судом достоверными, согласованными с показаниями свидетелей, они были очевидцами событий. Доводы защиты, что состояние здоровья потерпевшего исключало возможность его допроса, опровергаются сведениями из телефонных соединений, подтверждающих факт возможности длительно вести разговоры, из заключений эксперта, а так же самим фактом его допроса 14 марта 2018 года.

В судебном заседании были допрошены следователь, дознаватель, оперативные сотрудники полиции, которые либо принимали участие в производстве следственных действий с участием потерпевшего или общались с ним. Каждый из них настаивал, что на начальном этапе расследования он уверенно сообщал обстоятельства преступления.

Все изложенные обстоятельства, в совокупности со сведениями, указывающими на воздействие со стороны защиты на потерпевшего, свидетелей, а также признание первоначальных показаний потерпевшего достоверными, дали основания к тому, чтобы отвергнуть показания М*** в той их части, что 8 марта 2018 года в квартире С*** денег в размере 4 700 рублей при себе он не имел, следовательно они не были похищены, в момент нанесения удара он находился в положении «стоя», Д*** ему сообщала, что видела в руках Б*** похищенный телефон. Изменение потерпевшим показаний суд расценивает как стремление поддержать предложенную подсудимым версию событий. В этой связи отвергает и показания свидетеля Д***, что якобы она видела как 8 марта 2018 года Б*** разговаривал по телефону, принадлежащему потерпевшему, просила его вернуть, а также о хищении телефона Б***.

Отсутствие в показаниях потерпевшего от 14 марта 2018 года сведений о номинале купюр, а также наличие неточностей по времени, не ставят под сомнение достоверность в остальной части показаний. При этом противоречия по времени в дальнейшем были устранены путем дополнительных допросов по этим обстоятельствам.

Доводы о том, что постановление о возбуждении уголовного дела от 27 марта 2018 года возбуждено с нарушением закона, не состоятельны.

Частью 2 ст.146 УПК РФ предусматривается перечень обязательных сведений, которые указываются в постановлении о возбуждении уголовного дела.

В постановлении от 27 марта 2018 года данные сведения приведены.

Как выше отмечалось, суд признал достоверными показания С*** и Б***, которые последовательно, на протяжении всего предварительного следствия, в том числе на очных ставках с подсудимым, а также в судебном следствии, в целом сообщали одни и те же сведения об обстоятельствах, имеющих значение. При этом сведения о злоупотреблении свидетелями алкоголем, сами по себе не дают оснований к признанию недостоверными их показаний.

Наличие у подсудимого при себе телефона не исключает факт хищения чужого телефона путем разбоя, поскольку использовать его по назначению (осуществление телефонных переговоров и т.д.), исходя из установленных обстоятельств, он не собирался, а реализовал в ломбард и получил деньги.

Копии документов, представленные из ломбарда, действительно не содержат подписей. Между тем свидетель П*** настаивал, что при обстоятельствах, изложенных в данных копиях, им был принят от подсудимого на реализацию телефон. Указанные в копиях документов сведения о телефоне, о времени, паспортные данные, сдавшего телефон, имеют значение для разрешения вопроса, рассматриваемого в рамках уголовного судопроизводства. Подсудимый и не оспаривал факт сдачи этого телефона. В связи с чем отсутствие необходимых реквизитов, которые могут быть обязательными при разрешении гражданско-правовых споров, в данном случае не является определяющим обстоятельством, не влечет последствий в виде признания таких доказательств недопустимыми.

В ходе осмотра 9 марта 2018 года места проживания потерпевшего были изъяты предметы, которые по мнению следователя, могли иметь значение. Данные предметы были упакованы, в дальнейшем именно они и были осмотрены, установлено соответствие индивидуальных признаков телефона, отраженных на коробке из-под него, со сведениями о телефонных соединениях. Оснований для признания недопустимым протокола осмотра места происшествия, не имеется.

С учетом изложенного суд соглашается с предложенной государственным обвинителем квалификацией и приходит к выводу, что ФИО1 совершил преступления, предусмотренные:

- частью 2 ст.162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, совершенный с применением предмета, используемого в качестве оружия,

- частью 1 ст.158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества.

Давая такую правовую оценку, суд исходит из анализа доказательств, признанных допустимыми и достоверными, которыми установлено, что 8 марта 2018 года, подсудимый, преследуя корыстную цель, желая завладеть чужим имуществом путем применения насилия, опасного для жизни и здоровья с использованием предмета, сначала нанес удар молотком в область лба потерпевшему, а затем, воспользовавшись неспособностью оказывать сопротивление в результате примененного насилия, похитил у него деньги.

В этой связи полностью не состоятельны доводы защиты, основанные на показаниях подсудимого, что насилие применялось без цели хищения. Установленная последовательность событий, их взаимосвязь, указывают на то, что они совершались для достижения единой цели – завладения таким способом чужим имуществом.

В результате примененного насилия к потерпевшему путем нанесения удара в голову, были причинены телесные повреждения, которые расцениваются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья, что уже указывает на опасность такого насилия для жизни и здоровья.

Применяя такое насилие, подсудимый использовал молоток, нанес им умышленно удар, вследствие чего образовалась ушибленная рана, открылось кровотечение. Характер раны, обстоятельства причинения повреждений, указывают на умышленное нанесение удара предметом и полностью опровергают показания о случайном, неосторожном причинении повреждений.

Кроме того подсудимый тайно, преследуя корыстную цель, похитил принадлежащий потерпевшему телефон, стоимостью 4 176 рублей, чем причинил материальный ущерб.

То, что потерпевший не воспользовался правом заявить гражданский иск, не влияет на оценку доказательств и вопросы виновности.

Оснований для квалификации действий подсудимого по менее тяжким преступлениям, исходя из установленных обстоятельств, не имеется.

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы ФИО1 <данные изъяты><данные изъяты>.

Между тем <данные изъяты> по своей выраженности не достигают степени психоза или слабоумия, не лишают его способности осознавать свои действия либо руководить ими. В момент совершения преступлений он не обнаруживал признаков временного психического расстройства и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими (том 4 л.д.17-19).

С учетом выводов экспертов, поведения подсудимого в судебном заседании, суд признает, что ФИО1 вменяемый и подлежит уголовной ответственности.

Обсуждая вопросы о наказании, учитываются характер и степень общественной опасности деяний, сведения о личности подсудимого, смягчающие обстоятельства, а также влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

ФИО1 совершил два умышленных преступления, одно из них тяжкое, <данные изъяты>, имеет удовлетворительное состояние здоровья, <данные изъяты>. По месту жительства он характеризуется участковым полиции как склонный к совершению противоправных поступков, а местными жителями и друзьями (М***.) положительно, помогает родителям, занимается <данные изъяты>. На учете и нарколога и психиатра не состоял, занимался общественно-полезным трудом. <данные изъяты>.

В судебном заседании подсудимый публично принес извинения потерпевшему за причиненные 8 марта 2018 года телесные повреждения. Представитель потерпевшего, выражая волю М***, просила снисхождения при назначении наказания.

Поэтому обстоятельствами, смягчающими наказания по каждому преступлению, суд признает наличие <данные изъяты>, состояние здоровья близких родственников, занятие подсудимым общественно-полезным трудом, а по разбою кроме того и иные действия, направленные на заглаживание причиненного потерпевшему вреда, выразившиеся в принесении ему публичных извинений.

Иных смягчающих обстоятельств, в том числе указанных в пунктах «и» и «к» в ч.1 ст.61 УК РФ, суд не усматривает. Со стороны подсудимого не совершалось действий, которые суд мог расценивать как явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, розыску имущества, добытого в результате преступления, оказания медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.

Вопреки доводам государственного обвинителя, суд не усматривает и отягчающих обстоятельств. При этом исходит как из обстоятельств совершения преступления (хищение в ходе совместного с потерпевшим распития спиртных напитков), так сведений о личности подсудимого (он не привлекался к административной ответственности за правонарушения, связанные со злоупотреблением алкоголем, на учете у нарколога не состоит) и отсутствия каких-либо данных, указывающих что состояние алкогольного опьянения повлияло на его поведение при совершении преступления. Факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения, не является достаточным к признанию отягчающим обстоятельства, предусмотренного частью 1.1 ст.63 УК РФ.

Санкция части 2 ст.162 УК РФ предусматривает единственное основное наказание в виде лишения свободы.

С учетом изложенного, суд назначает ФИО1 наказание по части 2 ст.162 УК РФ в виде лишение свободы, без дополнительного наказания.

Определяя размер наказания за данное преступление, наряду с указанными выше обстоятельствами, учитываются мнение потерпевшего, характерные признаки его личности в виде склонности к асоциальным поступкам, наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного пунктом «к» ч.1 ст.61 УК РФ, применяются положения части 1 ст.62 УК РФ. Оснований для применения правил части 6 ст.15, статьи 64 УК РФ не имеется, поскольку в ходе судебного разбирательства не установлено обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности как преступления, так и личности подсудимого.

Определяя вид и размер наказания по части 1 ст.158 УК РФ, суд учитывает положения части 1 ст.56 УК РФ, стоимость похищенного имущества, поэтому справедливым признает назначить наказание в виде ограничение свободы.

Учитывая тяжесть и характер совершенного подсудимым преступления, предусмотренного частью 2 ст.162 УК РФ, суд приходит к убеждению, что цели восстановления социальной справедливости, предупреждения совершения новых преступлений и исправление подсудимого, не могут быть достигнуты путем условного осуждения. В связи с чем не усматривает оснований к применению положений статьи 73 УК РФ.

В соответствии с пунктом «б» ч.1 ст.58 УК РФ назначает отбывание лишение свободы в исправительной колонии общего режима.

В целях исполнения приговора в части назначенного наказания, полагает необходимым, до вступления приговора в законную силу, сохранить ФИО1 ранее избранную меру пресечения в виде содержания под стражей.

При этом время его содержания под стражей как в период расследования и рассмотрения уголовного дела судом, так и до вступления приговора в законную силу, засчитывается в срок лишения свободы с учетом положений части 3.1 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03.07.2018 №84-ФЗ) из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Обсуждая вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд учитывает положения части 3 ст.81 УПК РФ, а именно вещи, представляющие ценность и переданные потерпевшему – следует распоряжаться ими по своему усмотрению, документы (в электронном и бумажном виде), содержащие сведения о телефонных соединениях, о сдачи телефона - следует хранить в материалах уголовного дела.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 299, 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 ст.162, частью 1 ст.158 УК РФ и назначить наказания:

- по части 2 ст.162 УК РФ – в виде лишения свободы сроком на 5 (пять) лет,

- по части 1 ст.158 УК РФ – в виде ограничения свободы сроком на 9 (девять) месяцев, в соответствии с частью 1 ст. 53 УК РФ установить ему ограничения: не изменять местожительство или пребывания, место работы, а также не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, возложить на осужденного обязанность являться в указанный специализированный орган два раза в месяц для регистрации.

На основании части 3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 5 (пять) лет 3 (три) месяца с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО1 оставить без изменения в виде содержание под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ульяновской области.

Срок лишения свободы исчислять с 7 сентября 2018 года. На основании пункта «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03.07.2018 №186-ФЗ) время содержание под стражей с 13 марта 2018 года по день вступления приговора в законную силу зачесть ФИО1 в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

- коробку от телефона марки <данные изъяты>, сумку, шапку и толстовку, переданы на хранение М***, - распоряжаться по своему усмотрению,

- три детализации телефонных соединений (абонентского номера, установленного в телефоне (№) за период с 08.03.2018 по 28.03.2018 года, абонентского номера № за период с 08.03.2018 по 12.04.2018, абонентского номера № за период времени с 21.05.2018 по 12.06.2018), - хранить в материалах уголовного дела,

- три диска с информациями о телефонных соединениях (абонентского номера № за период времени с 08.03.2018 по 06.04.2018, абонентского номера № за период времени с 08.03.2018 по 13.03.2018, абонентского номера № за период времени с 22.05.2018 по 11.06.2018)- хранить в материалах уголовного дела,

- копию договора комиссии №54750 от 08.03.2018 с актом приема-передачи на комиссию товара из ООО «<данные изъяты>», - хранить в материалах уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд в течение 10 суток, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе в тот же срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий А.Н. Глебов

Судебная коллегия по уголовным делам Ульяновского областного суда от 02.11.2018

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Железнодорожного районного суда г. Ульяновска от 07 сентября 2018 года в отношении ФИО1 изменить:

Исключить из приговора осуждение ФИО1 по ч. 1 ст. 158 УК РФ и указание о назначении ему наказания по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Считать ФИО1 осужденным по ч. 2 ст. 162 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 5 лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В остальном приговор оставить без изменения.

Судья А.Н. Глебов