Решение № 2-1-418/2026 2-418/2026 2-418/2026~М-261/2026 М-261/2026 от 3 мая 2026 г. по делу № 2-1-418/2026

64RS0010-01-2026-000555-53

ДЕЛО №2-1-418/2026


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 апреля 2026 года г.Вольск

Вольский районный суд Саратовской области, в составе:

председательствующего судьи Карпинской А.В.,

с участием прокурора Саркисян Э.С.,

представителя истца ФИО1, представителя ответчика – ФИО2,

при помощнике ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Вольске дело по иску ФИО5 АнатО. к ФИО4 об утрате права пользования жилым помещением и по встречному иску ФИО4 к ФИО5 АнатО. об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, вселении, передаче ключей

установил:

ФИО5 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО4 об утрате права пользования жилым помещением, мотивируя свои требования тем, что на основании договора социального найма жилого помещения от 22 мая 2018 года № она является нанимателем <адрес>.

В вышеуказанную квартиру в соответствии с договором вселен ее брат – ФИО4

Однако ответчик в квартире никогда не проживал, его вещей в жилом помещении нет, коммунальные услуги он не оплачивает, расходы на содержание жилья не несет, Непроживание по месту своей регистрации ответчика носит добровольный и постоянный характер, связан с перемещением в другой регион для постоянного проживания. Препятствий в пользовании квартирой со стороны истца ответчику не чинилось, замки не менялись. Ранее сформировавшаяся задолженность по коммунальным платежам была полностью погашена лично, за счет собственных средств.

Не согласившись с заявленными требованиями, ответчик предъявил к истцу встречный иск об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, вселении, передаче ключей, в котором указал, что в спорной квартире не проживает временно в связи с невозможностью проживания со своей сестрой, по причине наличия между ними неприязненных отношений и чинимыми ему препятствиями. Так, с 2019 года в квартире вместе с сестрой проживал ее муж ФИО10 Проживать вместе с ними было невозможно по причине наркотиков, в квартире был притон для наркоманов. Кроме того, истец отказывалась передать ему запасной ключ от квартиры. В 2020 году ФИО6 (ныне – ФИО7) О.А. привлекли к уголовной ответственности за сбыт наркотиков. В квартире остался проживать ее суд ФИО10, который продолжал препятствовать в пользовании квартирой. В 2022 году ФИО10 скончался от передозировки наркотиков на кухне в квартире. После его смерти в квартире присутствовал трупный запах, около года там нельзя было проживать, вскрывались полы, проводилась санобработка от трупного яда. В 2025 году истец освободилась досрочно, отбывает в настоящее время наказание в виде исправительных работ в городе Красноармейске, сменила входную дверь в квартиру, однако отказалась передать ему комплект ключей и пользоваться квартирой. 23 сентября 2025 года ФИО8 зарегистрировала брак с ФИО9 и вселила его в спорную квартиру, отказав истцу в доступе в жилое помещение, и стала требовать от ответчика денежные средства за проживание и регистрацию, хотя сама в спорной квартире не проживает, в связи с чем образовалась задолженность за коммунальные услуги, которые истец погасила при подаче своего иска. Он (ответчик) никогда не отказывался от жилья, предпринимал законные способы разрешения жилищного вопроса путем обращения в суд с иском о приватизации квартиры, сохраняет в ней свою регистрацию; обращение истца вместе с ним в суд с иском о приватизации свидетельствует о том, что она не отрицала его права на жилое помещение. В спорной квартире до настоящего времени находится имущество ответчика – холодильник и диван. Другого постоянного места жительства он не имеет, собственником жилых помещений не является.

В судебном заседании представитель истца – ФИО1, действующая на основании доверенности, заявленные требования поддержала, не признав встречный иск, дала объяснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении, дополнив, что после получения квартиры в нее фактически вселилась одна ФИО5, ФИО4 в квартиру не вселялся и никогда в ней не жил, мебель, предметы домашней обстановки, личные вещи в квартиру не ввозил. В квартире с 2018 года проживала истец наездами, приезжая в Вольск из Саратова, после заключения ее под стражу в квартире до своей смерти в 2021 году проживал муж истца – ФИО10, а после его смерти – никто не жил. Ремонт в квартире до 2026 года не производился, кроме неотложного - нужно было заменить водяной кран, после смерти ФИО10 пришлось вскрывать полы на кухне, где он умер и пролежал несколько дней. Этим занимался второй брат истца – Евгений, по ее просьбе. За все эти годы ни входная дверь, ни замки входной двери не менялись, были ли у ответчика ключи от квартиры – представитель истца не знает. Некоторое время входная дверь вообще не запиралась, так как замок был сломан, имелся свободный доступ в квартиру. Только в 2026 году она заменила входную дверь вместе с замками. Оплату за жилье и коммунальные услуги истец осуществляла сначала частично из-за недостаточности денежных средств, а потом она находилась в местах лишения свободы и платила по возможности. ФИО4 расходы по оплате жилья и коммунальных услуг не нес, хотя вначале согласился платить. Ответчик никогда намерений вселиться в квартиру не высказывал, попыток вселиться не предпринимал, ключи от квартиры не требовал. ФИО4 членом ее семьи в спорной квартире никогда не был.

Представитель ответчика – ФИО2, действующий на основании доверенности, требования истца не признал, поддержав встречное исковое заявление, и подтвердил все в нем изложенное, дополнительно пояснил, что после предоставления квартиры в нее вселился ответчик, перевез в квартиру свое имущество – холодильник и диван, и проживал там. ФИО5 и ФИО11 в квартиру не вселялись. Сколько по времени ФИО4 жил в квартире, представитель пояснить не мог, возможно, месяц, а может быть, два. Изначально у ФИО4 имелись ключи от квартиры, но куда они потом делись – представитель ответчика не знает. Из-за того, что ответчик работал в Москве, он то приезжал в Вольск, то уезжал в Москву, а когда вернулся обратно, то в квартире жили посторонние люди, которых впустила его сестра. Кто эти люди - он не знает, проживали они в квартире примерно 11 месяцев, что делало невозможным его проживание в квартире. После того, как ФИО5 направили в места лишения свободы, то в квартире стал проживать ее муж ФИО10, который также чинил ему препятствия в пользовании квартирой. После смерти ФИО10 в квартире жить было невозможно, вскрывались полы на кухне, проводилась обработка. кто это делал, он не знает. Со дня смерти мужа истца в квартире больше никто не жил. ФИО12 не мог проживать в квартире, так как у него не было от нее ключей, хотя ФИО5 и обещала ему передать ключи в обмен на денежные переводы ей в колонию. Оплату за жилье и коммунальные услуги он не вносил, так как обязанность по несению таких расходов лежит на нанимателе – ФИО13, а не на нем, он, как член семьи нанимателя не несет ответственности перед наймодателем или исполнителями коммунальных услуг. Кроме того, ответчик не отказывается от оплаты, но истец не предоставляет ему квитанций. Обязанности по содержанию жилья ответчик не исполнял, так как ему не давали возможности проживать в квартире.

Кроме того, представитель ответчика подтвердил, что в спорной квартире истец и ответчик членами одной семьи не являлись (вместе в квартире не проживали, общего домашнего хозяйства не вели, общего бюджета не имели)

Истец, ответчик представители третьих лиц - администрации Вольского муниципального района Саратовской области (далее по тексту – администрация ВМР) и Комитета жилищно-коммунального хозяйства, жилищной политики и городской среды администрации Вольского муниципального района Саратовской области (далее по тексту – Комитет ЖКХ), в судебное заседание не явились, были надлежаще извещены о времени и месте рассмотрения дела, представители третьих лиц просят рассмотреть дело в их отсутствие. Представитель Администрации ВМР просит вынести решение на усмотрение суда.

Прокурор дал заключение об отказе в удовлетворении требований ФИО5

Изучив материалы дела, материал № 4/17-1-38/2025, материалы гражданских дел №№ 2-4046/2019, 2-4395/2019, 2-1749/2020, 2-3919/2020, 2-315/2021, 2-2358/2021, 2-1230/2022, 2-1308/2022, 2-1767/2022, 2-4079/2022, 2-2010/2023, 2-3797/2023, 2-2087/2024, 2-2932/2020, 2-2357/2021, 2-1658/2022, 2-2356/2021 (судебный участок № 2 Вольского района Саратовской области), выслушав объяснения представителей сторон, показания свидетеля, заключение прокурора, суд приходит к следующему.

Как видно из материалов дела, 22 мая 2018 года между Управлением муниципального хозяйства администрации ВМР (ныне – Комитет ЖКХ) и Михалевой (в настоящее время, после вступления в брак, - ФИО7) О.А. был заключен договор № социального найма жилого помещения - <адрес>. Согласно указанному договору квартиры была предоставлена истцу для нее и членов ее семьи – брата ФИО11, брата ФИО4, а также несовершеннолетних детей истца – ФИО6 К-ны и ФИО14, в отношении которых истец была лишена родительских прав на основании решения Вольского районного суда Саратовской области от ДД.ММ.ГГГГ.

Дополнительным соглашением от 10 февраля 2026 года в договор социального найма жилого помещения были внесены изменения в отношении лиц, вселяющихся в квартиру в качестве членом семьи нанимателя: были исключены из членов семьи брат истца – ФИО11 и дети ФИО15. Ответчик ФИО4 остался в договоре найма в качестве члена семьи нанимателя.

В настоящее время в квартире зарегистрированы по месту своего жительства истец ФИО5 (наниматель) и ответчик ФИО4

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Жилищного кодекса Российской Федерации, по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом.

Статья 69 Жилищного кодекса Российской Федерации устанавливает, что к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения.

Если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи. Указанный гражданин самостоятельно отвечает по своим обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма.

В силу статьи 71 Жилищного кодекса Российской Федерации, временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.

Согласно пункту 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 (в редакции от 09 декабря 2025 года) «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (статья 71 Жилищного кодекса Российской Федерации). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

Разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Отсутствие же у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

В судебном заседании установлено, что ответчик ФИО4 после предоставления, в том числе, и ему, квартиры по указанному выше адресу, в квартиру не вселялся, и в ней не проживал.

Данное обстоятельство подтверждается показаниями свидетеля ФИО16 (бывшая супруга брата истца и ответчика – ФИО11; брак между ними расторгнут, но они продолжают проживать гражданским браком), которая показала суду, что после получения квартиры в нее никто не вселялся. ФИО4 уже жил и работал в Москве и когда ему его брат Евгений (муж свидетеля) сообщил, что им дали квартиру, и они с представителем администрации идут ее осматривать, то Д. участвовал в этом мероприятии посредством видеосвязи. Ни О., ни Д., ни Евгений в квартире никогда не проживали. Только в 2019 году О., с согласия Евгения (спрашивалось ли такое согласия у Д., свидетель не знает) пустила в квартиру квартирантов – курсантов, и для этого завезла в нее какую-то мебель. ФИО4 никаких вещей, мебели, холодильника в квартиру не завозил (холодильник «Атлант» стоял в квартире свекрови, и после ее смерти Евгений забрал холодильник; в спорной квартире вообще не было холодильника). Когда О. осудили, то ФИО10 привез в квартиру из Саратова (где они тогда с ней жили) ее вещи. Сам ФИО10 после осуждения жены постоянно в квартире не проживал, только тогда, когда приезжал в Вольск. Когда ФИО10 умер, а О. находилась в местах лишения свободы, то за квартирой присматривал ее муж Евгений, у него были ключи от квартиры. Были ли ключи от квартиры у ответчика, она не знает. Но у О. ключей тоже не было, так как, когда она приезжала в отпуск (после замены наказания в виде лишения свободы на принудительный работы), то брала ключи у Евгения. Ни входная дверь, ни замок на входной двери никогда не менялись, ключи от квартиры были всегда одни и те же. Евгений присматривал за квартирой, у соседей был его номер телефона, и при необходимости они ему звонили: ее муж, когда потек кран в квартире, произвел его замену (за свой счет) и ремонт, ремонтировал батареи отопления, когда умер ФИО10, соседи позвонили ему с жалобами на запах, и потом муж занимался вскрытием полов на кухне, санобработкой (засыпали хлоркой и «Белизной»). ФИО4 все эти годы живет и работает в Москве, точных сведений о нем она не имеет. Иногда он приезжал в Вольск, ее муж виделся с ним, но Д. никогда не просил ключей от квартиры, в свои приезды в квартиру не ходил, и намерений побывать в квартире, проживать там (на время приезда в Вольск, или постоянно) никогда не высказывал. Никаких препятствий ему в пользовании квартирой, проживании никто никогда не чинил. Если бы ФИО4 попросил у ее мужа ключи и захотел бы там остановиться или жить – то тот бы ему не отказал. Сама она общалась с ФИО4 последний раз в 2022 году на похоронах свекрови (матери В-вых). О том, что в квартире был притон, она слышит в первый раз. К 2026 году техническое состояние квартиры было «ниже среднего», требовался ремонт – деревянные окна рассохлись, балкон был весь засижен голубями, входная дверь тонкая, старая, полы на кухне были вскрыты, вычищены, но не заделаны. Ремонтом квартиры сейчас занимается О. – она приезжала в отпуск, меняла входную дверь, занялась заменой окон (та как она находится по месту отбытия наказания, то перечислила им деньги, чтобы расплатиться за установку).

У суда отсутствуют основания не доверять показаниям данного свидетеля, они последовательны, логичны, согласуются не только с объяснениями представителя истца, но и с объяснениями представителя ответчика (только представитель ответчика дал иную интерпретацию тех же событий, либо вообще не смог дать по ним пояснений), а также с материалами дела, причин считать показания свидетеля заранее подготовленными не имеется.

Представители сторон, свидетель ФИО16 подтвердили, что ФИО5 и ФИО4, хотя и квартира и была предоставлена им как членам одной семьи, но совместно в качестве таковых не проживали – то есть не имели общего бюджета, общих доходов и расходов, не вели общего хозяйства.

То есть по отношению к нанимателю ФИО17 ответчик является бывшим членом ее семьи.

Согласно пункту 3 статьи 67 Жилищного кодекса Российской Федерации, наниматель жилого помещения по договору социального найма обязан:

1) использовать жилое помещение по назначению и в пределах, которые установлены настоящим Кодексом;

2) обеспечивать сохранность жилого помещения;

3) поддерживать надлежащее состояние жилого помещения;

4) проводить текущий ремонт жилого помещения;

5) своевременно вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги;

6) информировать наймодателя в установленные договором сроки об изменении оснований и условий, дающих право пользования жилым помещением по договору социального найма.

Поскольку члены семьи нанимателя, в том числе бывшие, имеют такие же права и обязанности, что и наниматель, то перечисленные выше обязанности нанимателя распространяются и на указных лиц.

Следовательно, на ФИО4 лежала обязанность по оплате за жилье и коммунальные услуги, и обязанность по содержанию жилого помещения в надлежащем состоянии, проведении текущего ремонта.

Однако судом установлено, что ответчик (как и истец) не нес расходов по оплате за наем, техническое обслуживание и коммунальные услуги по данной квартире, о чем свидетельствует 16 гражданских дел по заявлениям наймодателя (Комитета ЖКХ), управляющей компании, ресурсоснабжающих организаций о взыскании с ФИО18, а также с ответчика (два дела) задолженности по оплате за жилое помещение и коммунальные услуги, образовавшейся с 2018 по 2024 год.

Представитель ответчика, объясняя отсутствие оплаты со стороны своего доверителя, указывает, что нанимателем квартиры является истец, поэтому она несет ответственность за своевременность оплаты. Когда в 2025 года ответчик в телефонном разговоре согласился оплатить часть задолженности при условии предоставления ему соответствующих документов, истец пообещала их предоставить, но так и не представила.

Вместе с тем суд считает указанные доводы не подтверждают уважительность причин неисполнения ответчиком своей обязанности по несению расходов по оплате за жилое помещение, поскольку, как указано выше, члены семьи несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма, в том числе по оплате жилья, а бывший член семьи самостоятельно отвечает по своим обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма (статья 69 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Каких – либо препятствий для обращения самостоятельно в управляющую компанию, ресурсоснабжающие организации по вопросу оплаты за жилое помещение и коммунальные услуги, внесение сумму оплаты непосредственно в кассу организации, у ответчика не было, в суд с иском об определении порядка и размера участия в расходах на оплату жилого помещения ответчик не обращался, оплата 7118 рублей 70 копеек не была добровольной, а списана в принудительном порядке со счета ФИО4 во исполнение судебного приказа № 2-2356/2021 от 30 июня 2021 года, о чем свидетельствует скриншот из личного кабинета Госулуг (с экрана телефона), представленного в суд представителем ответчика.

Ответчик в своем встречном иске и представитель ответчика в судебном заседании утверждают, что истец чинила ответчику препятствия в пользовании и проживании в квартире, создала в квартире притон, вселила своего мужа ФИО10, который страдал наркоманией и умер от передозировки в той же квартире.

Однако сторона ответчика каких – либо доказательств в подтверждение этих обстоятельств суду не представила.

Наоборот, как следует из показаний свидетеля ФИО16, ФИО5 в квартире никогда не проживала.

Из приговора Ленинского районного суда города Саратова от 12 мая 2021 года по уголовному делу № 1-78/2021 в отношении ФИО8 и ФИО19 следует, что ФИО18 и ее муж ФИО10 с 2020 года проживали в городе Саратове, где снимали квартиру и дачу, 22 июля 2020 года она была задержана и помещена под стражу, а затем осуждена к лишению свободы сроком на 7 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Постановлением Вольского районного суда Саратовской области от 28 февраля 2025 года неотбытая часть наказания ФИО8 была заменена наказанием в виде принудительных работ на срок 2 года 10 месяцев 24 дня с удержанием 10% из заработной платы в доход государства.

18 марта 2025 года истец была освобождена из ФКУ ИК-5 УФСИН России по Саратовской области, где она содержалась, и отбыла к месту отбывания наказания в село Усть-Золиха Красноармейского района Саратовской области (справка об освобождении).

Таким образом, истец в квартире не проживает с момента ее предоставления, с 2020 года – по объективным причинам (в связи с нахождением в местах лишения свободы), в связи с чем никаких препятствий в пользовании квартирой, во вселении в нее, в проведении в ней ремонта, поддержании в технически нормальном состоянии, она не чинила и объективно чинить не могла.

Сдача ФИО5 квартиры в поднаем в 2019 году не влияет на оценку ситуации как препятствующей ответчику в проживании в квартире, поскольку ответчик в квартиру не вселялся с момента ее предоставления, в ней не жил, расходов по ней не нес, и ее судьбой не интересовался, требований о выселении поднанимателей не предъявлял (доказательств этому не представлено). Более того, свидетель ФИО16 и представитель ответчика пояснили, что квартира сдавалась недолгое время (не более 11 месяцев).

ФИО10 умер в 2021 году, поэтому, даже если он после ареста супруги и стал проживать (приезжая в Вольск, как указывает свидетель) в спорной квартире, после его смерти квартира была свободна, ФИО4 имел возможность провести в ней уборку, если это требовалось, вселиться в квартиру и проживать в ней, следить за сохранностью и состоянием квартиры.

Каких – либо убедительных объяснений, почему ответчик не исполнял на протяжении всех 8 лет (с 2018 года) свои обязанности как член семьи нанимателя, бывший член семьи нанимателя, ответчик и его представитель суду не дали.

Отсутствие ключей от квартиры не может служить само по себе уважительной причиной неисполнения обязанностей по содержанию жилья, несению по нему расходов и не свидетельствует само по себе о создании ответчику препятствий в пользовании квартирой, проживания в ней, поскольку, как установил суд, в квартире длительное время никто не проживал. У ответчика имелась реальная возможность, в случае отсутствия у него ключей от квартиры, и невозможности получить их от ФИО5, взять ключи у своего брата Евгения, сменить замок на входной двери, при необходимости пригласив для этого представителей наймодателя (дубликат от которого мог передать истцу после ее освобождения), провести в квартире ремонт; вещи истца, если они там имелись, переставить в отдельную комнату и закрыть ее, самому вселиться в квартиру и проживать в ней.

Ответчик в правоохранительные органы, в суд с заявлением об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, об определении порядка пользования жилым помещением не обращался, чего не отрицал в судебном заседании его представитель.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что уважительных причин, по которым ответчик не проживал в спорном жилом помещении, не исполнял свои обязанности по содержанию жилого помещения и несения расходов на него не имеется, препятствия в пользовании (проживании) в квартире со стороны истца, ее супруга или иных лиц отсутствовали.

Суд также считает несостоятельными доводы стороны ответчика, что выезд ответчика из квартиры был временным, связанным с его работой.

Действительно, временное отсутствие нанимателя или членов его семьи не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.

Вместе с тем допустимых доказательств этому обстоятельству сторона ответчика суду также не представила.

Во-первых, ни ответчик, ни его представитель не объяснили суду, куда, когда и в связи с какой работой и с какими условиями работы он выехал. Представленные суду копии договоров распространяют свое действие на период 2024-2026 годы, сведений о доходах ответчика в 2018-2023 годах в налоговом органе не имеется, что подтверждается ответами на запрос суда.

При этом ФИО4 не состоял с кем-либо в трудовых отношениях, являлся плательщиком налога на профессиональный доход (самозанятым), в 2025 года зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя. Из этого следует, что ответчик самостоятельно выбирает и сферу своей деятельности, и область, регион, где он будет ее осуществлять, то есть ответчика сам решил заняться предпринимательской деятельностью в Московской области, в Сочи, и потому его выезд не связан с работой или с характером работы. Препятствий проживать в Вольске и осуществлять свою предпринимательскую деятельность в Москве, Сочи или в других городах у ответчика не имеется: например, при действующем договоре от 01 декабря 2024 года сроком действия в один год (то есть до 01 декабря 2025 года), заключенным с СНТ «Малинки» на оказание лично услуг по содержанию и обслуживанию территории СНТ в Москве, поселке Первомайском, ответчик заключает договор от 16 сентября 2025 года, по которому принимает на себя обязательства по техническому обслуживанию и ремонту транспортных средств ООО «Гепарус» в городе Сочи; по договорам от 30 декабря 2025 года с ФБУ «НИЦ ПМ-Ростест» ответчик принял на себя, как индивидуальный предприниматель, обязанность провести текущий ремонт в здании Учреждения в городе Сочи со сроком проведения работ с 02 февраля по 31 марта 2026 года, однако доверенность своему представителю на представление его интересов в суде, ответчик выдает у нотариуса города Москвы 30 марта 2026 года. Следовательно, отсутствие ответчика по месту его регистрации с характером его работы никак не связано.

Во-вторых, представитель ответчика в первом судебном заседании пояснил суду, что все это время его доверитель проживал на съемных квартирах в городе Вольске. Следовательно, работа ответчика в других регионах не имеет никакого значения и не подтверждает, что ответчик не проживает в квартире временно, в связи с работой. В последнем судебном заседании представитель ответчика уже пояснил, что его доверить жил в Вольске, в Москве на съемных квартирах, у своих друзей, в гостинице.

При этом представитель ответчика не смог сообщить суду, где все эти годы проживал ответчик, ни назвал ни одного конкретного адреса, периоды проживания, у кого конкретно проживал. Не сообщил представитель также и то, где в настоящее время проживает ответчик.

Отсутствие у ответчика другого постоянного места жительства, отсутствие в собственности жилого недвижимого имущества не может в данном случае само по себе являться основанием для сохранения права пользования ответчиком жилого помещения, поскольку судом установлено, что ответчик добровольно отказался от такого права: добровольно выехал из квартиры, не нес расходы по оплате и содержанию спорного жилого помещения на протяжении 8 лет, не содержал и не заботился о содержании квартиры в технически исправном и пригодном для проживании состоянии, не предпринимал никаких мер по сохранности жилого помещения (в том числе и когда ФИО10 умер, а ФИО5 осудили к лишению свободы и квартирой длительное время никто не пользовался), не вселялся в квартиру при отсутствии препятствий к этому с чьей-либо стороны, никаким иным образом не реализовывал свое права на данное жилое помещение.

Также суд обращает внимание, что объяснения представителя ответчика очень противоречивы между собой, неясны, по всем обстоятельствам дела никаких конкретных утверждений, фактов, четкого описания событий (в том числе касающиеся лично самого ответчика) не сделано, практически ни на один вопрос четкого, однозначного и конкретного ответа не дано, ни одного доказательства не представлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что право пользование у ФИО4 спорным жилым помещением утрачено, в связи с чем требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме.

При этом суд не принимает во внимание заключение прокурора об отказе в удовлетворении требований истца, поскольку по результатам рассмотрения дела, исследования доказательств, суд пришел к иному выводу.

Так как встречные требования ответчика о вселении, устранении препятствий и выдаче ключей от входной двери квартиры производны от его права пользования на спорное жилое помещение, которое суд признал утраченным, то в удовлетворении этих требований ответчику необходимо отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

решил:

Исковые требования ФИО5 АнатО. к ФИО4 об утрате права пользования жилым помещением удовлетворить.

Признать ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, паспорт №, выдан <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №, ИНН №, утратившим право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>.

Данное решение является основанием для снятия ФИО4 с регистрационного учета по данному адресу.

В удовлетворении встречного иска ФИО4 к ФИО5 АнатО. об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, вселении, передаче ключей отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Вольский районный суд.

Судья Карпинская А.В.

Мотивированное решение изготовлено 04.05.2026.