Апелляционное постановление № 22-1265/2021 22К-1265/2021 от 20 мая 2021 г. по делу № 3/12-4/2021

Судья Лапа А.А. Дело № 22-1265/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск 20 мая 2021 года

Томский областной суд в составе:

председательствующего судьи Батуниной Т.А.,

при секретаре – помощнике судьи В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Томской области Родионова А.В.,

обвиняемого Г. и в защиту его интересов адвоката Музеника В.Ю.

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе адвоката Музеника В.Ю. в защиту интересов обвиняемого Г. на постановление Шегарского районного суда Томской области от 29 апреля 2021 года, которым в отношении

Г., /__/, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ

продлен срок домашнего ареста на 27 суток, а всего до 11 месяцев 12 суток, то есть по 27 мая 2021 года включительно с установлением запретов:

- покидать без разрешения следователя или суда жилое помещение – квартиру № /__/, за исключением тех дней, когда обвиняемый будет участвовать в следственных действиях и в судебном заседании по уголовному делу;

- общаться с любыми лицами, не являющимися близкими родственниками, круг которых определен п. 4 ст. 5 УПК РФ, за исключением: лиц, проживающих в квартире № /__/, следователей, в чьем производстве находится данное уголовное дело, защитников, осуществляющих его защиту по данному уголовному делу, и представителей органа, который будет контролировать нахождение обвиняемого в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста;

- отправлять и получать корреспонденцию, а также вести переговоры с использованием любых средств связи, в том числе сотовой связи и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», за исключением переговоров со следователями, в чьем производстве находится данное уголовное дело, защитников, осуществляющих его защиту по данному уголовному делу, и представителей органа, который будет контролировать нахождение обвиняемого в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста, судом, а также для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб.

Заслушав выступление обвиняемого Г. и в защиту его интересов – адвоката Музеника В.Ю., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Родионова А.В., полагавшего необходимым апелляционную жалобу адвоката оставить без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

установил:

Г. органами предварительного следствия обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, то есть в тайном хищении чужого имущества, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

16 июня 2020 года в порядке ст. 91, 92 УПК РФ Г. был задержан по подозрению в совершении указанного преступления. 25 июня 2020 года ему было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ.

18 июня 2020 года Шегарским районным судом Томской области в отношении Г. была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, срок которой неоднократно продлевался, последний раз 26 марта 2021 года тем же судом до 30 апреля 2021 года включительно.

Срок предварительного расследования по делу неоднократно продлевался, последний раз 27 апреля 2021 года на 01 месяц 00 суток, а всего до 12 месяцев 26 суток.

Врио начальника СО ОМВД России по Шегарскому району Томской области Т. с согласия руководителя следственного органа обратилась в суд с ходатайством о продлении Г. срока содержания под домашним арестом на 27 суток, а всего до 11 месяцев 12 суток, то есть до 27 мая 2021 года, в обоснование ходатайства указав, что окончить предварительное расследование до окончания срока содержания Г. под домашним арестом не представляется возможным в связи с возращением уголовного дела для производства дополнительного расследования, вследствие чего у следствия возникла необходимость в проведении дополнительных следственных и процессуальных действий, направленных на принятие законного и обоснованного решения по уголовному делу, а также необходимостью предъявления обвинений Г. и К. в порядке ст. 175 УПК РФ, допроса их в качестве обвиняемых, выполнения требований, предусмотренных ст. 215-217 УПК РФ, составления обвинительного заключения, и в соответствии с требованиями ч. 6 ст. 220 УПК РФ (с учетом требований постановления Конституционного суда РФ от 22 марта 2005 года № 4-П), направления уголовного дела прокурору для утверждения обвинительного заключения.

По мнению следствия, основания для отмены ранее избранной в отношении обвиняемого Г. меры пресечения или изменения ее на иную, в том числе более мягкую, отсутствуют, так как основания для ее избрания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, в настоящее время не отпали и не изменились, поскольку Г. обвиняется в совершении преступления, относящегося к категории тяжких, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трёх лет, является гражданином Армении и может беспрепятственно покинуть территорию Томской области, поскольку в Армении имеет родственные и прочные социальные связи, по уголовному делу продолжается сбор доказательств, проверяется причастность Г. к совершению аналогичных преступлений, ведется работа по установлению дополнительных свидетелей и очевидцев, а потому Г. может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, либо иным образом воспрепятствовать производству по делу, в том числе принять меры к сокрытию или уничтожению доказательств, а также оказать давление на участников уголовного судопроизводства.

Постановлением Шегарского районного суда Томской области от 29 апреля 2021 года ходатайство следователя удовлетворено, срок содержания обвиняемого Г. под домашним арестом продлен на 27 суток, а всего до 11 месяцев 12 суток, то есть по 27 мая 2021 года включительно.

В апелляционной жалобе адвокат Музеник В.Ю. выражает несогласие с постановлением, в обоснование указывая, что продление меры пресечения в виде домашнего ареста нарушает права Г. на осуществление ежедневных прогулок и ущемляет его конституционные права на охрану здоровья. За время нахождения под домашним арестом Г. не имел ни одного нарушения меры пресечения, самостоятельно с разрешения следователя добирался из /__/ в /__/ для проведения следственных действий, а также в Шегарский районный суд Томской области для решения вопроса о мере пресечения.

Полагает, что суд не учел, что Г. не судим, является единственным учредителем и единственным работников ООО «/__/», осуществляющим хозяйственную деятельность на территории Томской области, имеет постоянное место жительства в г. Томске, в котором зарегистрирован по месту пребывания. Оставление места работы без надлежащего контроля приведет к необратимым негативным последствиям для предпринимательской деятельности Г.

Считает, что в материалах дела отсутствуют и органами предварительного следствия не представлены сведения о том, что Г. может продолжить заниматься преступной деятельность, уклоняться от наказания либо попытаться скрыться от следствия и суда, оказывать давление на участников процесса либо иным путем воспрепятствовать расследованию по делу, поэтому вывод суда в этой части не состоятелен и не подтвержден собранными и представленными в суд доказательствами.

Указывает, что суд не учел мнение государственного обвинителя, возражавшего против удовлетворения ходатайства следователя, и полагавшего, что продление данной меры пресечения нецелесообразно, а также то обстоятельство, что в отношении соучастника К., длительное время содержавшегося под стражей по настоящему делу, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде.

Просит постановление Шегарского районного суда Томской области от 29 апреля 2021 года отменить, избрать в отношении Г. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката заместитель прокурора Шегарского района Томской области Дроздов И.С. указывает на несостоятельность изложенных в ней доводов, просит постановление оставить без изменения.

Проверив материалы дела, заслушав стороны, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на неё, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

В соответствии с ч. 2 ст. 107 УПК РФ домашний арест избирается на срок до двух месяцев. В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен по решению суда в порядке, установленном ст. 109 УПК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в двухмесячный срок и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей того же суда по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, иного приравненного к нему руководителя следственного органа, до 12 месяцев.

Согласно ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

При рассмотрении ходатайства следователя о продлении срока домашнего ареста в отношении обвиняемого Г. требования уголовно-процессуального закона судом соблюдены.

Как видно из представленных материалов, при решении вопроса о продлении срока содержания обвиняемого под стражей суд первой инстанции тщательно исследовал имеющиеся в его распоряжении документы, выслушал участников процесса, учел все данные о личности обвиняемого, имеющие значение при решении вопроса о мере пресечения, а также учел объем процессуальных действий, который необходимо выполнить по делу, проверил утверждение органа предварительного следствия о невозможности окончания расследования по делу по объективным причинам в ранее установленные сроки и признал испрашиваемый срок для продления содержания обвиняемого под стражей разумным, обоснованным и необходимым.

При этом суд пришел к обоснованному выводу о том, что волокиты по делу не допущено, фактов неэффективной организации предварительного расследования не установлено.

Представленными суду материалами подтверждена обоснованность подозрения в причастности Г. к преступлению, в совершении которого он обвиняется. Судом первой инстанции надлежащим образом проверена достаточность данных об имевшем место событии преступления, а также обоснованность подозрения и обстоятельства, послужившие основанием для привлечения Г. в качестве обвиняемого по уголовному делу. При этом суд не входил в обсуждение вопросов о доказанности вины Г., правильности квалификаций его действий, поскольку они не могут являться предметом судебной проверки на досудебной стадии производства по уголовному делу.

Судом при разрешении ходатайства принято во внимание, что Г. ранее не судим, работает /__/, осуществляющим хозяйственную деятельность на территории Томской области, зарегистрирован по месту пребывания в /__/, где характеризуется удовлетворительно, частично возместил ущерб МКУ «/__/».

Приведенные положительно характеризующие обвиняемого данные не опровергают выводы суда о наличии оснований, предусмотренных п. 1, 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ, требующих сохранения ранее избранной в отношении него меры пресечения. При этом суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения в отношении Г. меры пресечения на иную, не связанную с домашним арестом, принимая во внимание данные о личности обвиняемого, который является гражданином республики Армения, а также фактические обстоятельства, общественную значимость и тяжесть инкриминируемого Г. деяния. Изложенные обстоятельства свидетельствуют о наличии достаточных оснований полагать, что в случае изменения обвиняемому меры пресечения на иную, более мягкую, последний, осознавая правовые последствия привлечения к уголовной ответственности, может скрыться от органов следствия и суда.

При этом, согласно положениям закона, для разрешения вопроса о мере пресечения необязательно, чтобы было установлено намерение обвиняемого скрыться от органов предварительного следствия и суда, достаточно наличия обстоятельств, свидетельствующих о таких возможностях. Данные обстоятельства в деле имеются, судом оценены, что нашло свое отражение в обжалуемом постановлении.

Таким образом, оснований для отмены или изменения избранной меры пресечения на иную, более мягкую, не имеется, а обстоятельства, послужившие поводом для ее избрания, не отпали.

Длительное пребывание обвиняемого Г. в условиях домашнего ареста соответствует требованиям ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, предусматривающей возможность ограничения федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других граждан.

При таких обстоятельствах доводы жалобы адвоката в данной части являются несостоятельными.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, учитывая, что домашний арест, являясь мерой уголовно-процессуального принуждения, заключается в соответствии со ст. 107 УПК РФ (в редакции ФЗ от 18 апреля 2018 года № 72-ФЗ) в полной изоляции от общества в жилом помещении, в котором проживает обвиняемый, для реализации которой устанавливаются в целях интересов следствия, исходя из фактических обстоятельств расследования, определенные запреты, предусмотренные п. 3-5 ч. 6 ст. 1051 УПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает в решении суда нарушений, ущемляющих права обвиняемого Г., в связи с чем, не может согласиться с доводами защиты о нарушении конституционных прав обвиняемого на охрану здоровья.

Те обстоятельства, что в отношении К., также привлеченного по данному уголовному делу в качестве обвиняемого, изменена мера пресечения на подписку о невыезде и надлежащем поведении, как и то, что ранее Г. не допускал нарушений условий нахождения под домашним арестом, на что указывает адвокат в своей жалобе, сами по себе, без учета других обстоятельств по делу, не опровергают выводы суда, изложенные в постановлении, и не являются безусловным и достаточным основанием для изменения избранной Г. меры пресечения.

Мнение государственного обвинителя в суде первой инстанции, возражавшего против удовлетворения ходатайства следователя о продлении в отношении Г. срока домашнего ареста, в силу закона не является обязательным для суда при решении вопроса о мере пресечения

Срок содержания обвиняемого под домашним арестом исчислен судом верно, возложенные на Г. запреты соответствуют требованиям ст. 107 УПК РФ.

Выводы суда первой инстанции, подтверждены соответствующими материалами дела, исследованными судом, оснований для изменения меры пресечения Г. на иную, в том числе на подписку о невыезде и надлежащем поведении, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Сведений о препятствиях медицинского характера к дальнейшему нахождению Г. в условиях домашнего ареста в материалах дела не имеется и суду не представлено.

Нарушений уголовно-процессуального закона, а также прав обвиняемого, предусмотренных Конституцией РФ, влекущих отмену или изменение постановления суда, по доводам апелляционной жалобы, не установлено. Постановление суда первой инстанции соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, основано на объективных данных, содержащихся в материалах дела.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Шегарского районного суда Томской области от 29 апреля 2021 года в отношении Г. оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 471 УПК РФ.

Председательствующий Т.А. Батунина