Апелляционное определение № 33-5885/2025 от 2 декабря 2025 г.

УИД 78RS0009-01-2024-011018-54

Дело №2-2969/2025

33-5885/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 3 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Горбатовой Л.В.,

судей Осиповой Е.А., Пучковой Л.В.,

с участием прокурора Чигаркиной Е.Н.,

при секретаре Головиной А.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2969/2025 по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «ГУФО» на решение Гатчинского городского суда Ленинградской области от 18 сентября 2025 года, которым частично удовлетворен иск ФИО1, действующей в интересах малолетней дочери ФИО2, к обществу с ограниченной ответственностью «ГУФО» о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Горбатовой Л.В., объяснения директора общества с ограниченной ответственностью «ГУФО»ФИО3, возражения ФИО1, заключение прокурора судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

установила:

первоначально ФИО1, действующая в интересах своей малолетней дочери ФИО2, обратилась в Красносельский районный суд города Санкт-Петербурга с иском к ООО «ГУФО», в котором просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, расходов по оплате услуг представителя.

В обоснование заявленных требований ФИО1 указала, что на основании договора об оказании услуг, заключенного 12 июня 2024 года между ней и ООО «ГУФО», ее десятилетняя дочь ФИО2 с 14 июля 2024 года находилась под надзором ООО «ГУФО». На возмездной основе ответчик обязался организовать отдых и обучение дочери в отсутствие родителей. Ночью 14 июля 2024 года дочка получила травму обеих рук – закрытый перелом костей. Данная травма квалифицируется как тяжкий вред

здоровью. После получения ребенком травмы ей не была оказана необходимая медицинская помощь. Вместо этого воспитатели ее наказали, оставив одну в темной комнате, вследствие чего у девочки возникли страх, паника, она получила тяжелую психологическую травму, стала бояться темноты.

Данная травма причинена по вине ответчика, который не обеспечил безопасных условий пребывания ребенка в учреждении. Для лечения психологических травм были затрачены денежные средства в общей сумме 45 000 рублей. Также, ей и ее дочери были причинены моральные страдания, которые истец оценила в размере 500 000 рублей. За оказанные юридические услуги истец затратила 70 000 рублей.

Положив в основание иска требования Закона от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», статей 150,151, 1073 ГК РФ, истец просила взыскать с ответчика все понесенные убытки за оказание услуг ненадлежащего качества, вследствие чего был причинен вред здоровью несовершеннолетнего.

Определением Красносельского районного суда города Санкт-Петербурга от 21 января 2025 года дело передано по подсудности в Гатчинский городской суд Ленинградской области.

В судебное заседание суда первой инстанции истец не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, направил своего представителя, который настаивал на удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в иске.

Директор ООО «ГУФО» ФИО3 явился, просил в удовлетворении иска отказать, ссылаясь на отсутствие вины детского учреждения в причинении вреда.

Решением Гатчинского городского суда Ленинградской области от 18 сентября 2025 года с ООО «ГУФО» в пользу ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО2, взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей, штраф в размере 50 000 рублей, расходы на представителя в размере 50 000 рублей, а всего 200 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказано.

Указанным решением суд взыскал с ООО «ГУФО» в бюджет Гатчинского муниципального округа Ленинградской области госпошлину в размере 4 000 рублей.

ООО «ГУФО» не согласился с законностью и обоснованностью постановленного решения, представил апелляционную жалобу, в которой просит решение Гатчинского городского суда Ленинградской области от 18 сентября 2025 года отменить и принять по делу новое решение.

В обоснование доводов жалобы заявитель указал, что суд несправедливо возложил на него ответственность в виде потребительского штрафа за оказание услуги ненадлежащего качества в отсутствие выполнения истцом обязанности по направлению в адрес ответчика соответствующей претензии. Ответчик был лишен возможности оценить степень моральных страданий несовершеннолетнего с учетом фактических обстоятельств дела, что необходимо расценивать как злоупотребление право, направленным на создание искусственной ситуации, при которой ответчик не может своевременно исполнить требования потребителя. Кроме того, суд первой инстанции ошибочно возложил ответственность по возмещению вреда на ООО «ГУФО», в то время как вред здоровью несовершеннолетнего был причинен непосредственно в результате бездействия лиц, на попечение которых была передана несовершеннолетняя дочь истца.

По мнению ответчика, несовершеннолетняя сама способствовала причинению вреда своему здоровью, спрыгнув со второго яруса кровати на пол. Отсутствие в учреждении медицинского работника не может являться основанием для вывода о наличии виновных действий ответчика в осуществлении своей деятельности по оказанию услуги. При этом, материалы дела не содержат сведений о том, когда и при каких обстоятельствах матерью ребенка было принято решение об обращении в медицинское учреждение, тогда как позднее обращение к врачам могло способствовать ухудшению здоровья несовершеннолетней.

Кроме того, ответчик не согласен с размером взысканных с него судебных расходов, понесенных истцом на оплату услуг представителя.

В той части, в которой истцу в удовлетворении иска отказано, решение суда не обжалуется.

Изучив дело, обсудив жалобу и полагая возможным проверить законность и обоснованность постановленного решения в пределах изложенных в ней доводов по правилам части 1 статьи 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда приходит к следующему.

На основании части 1 статьи 22 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

Согласно статье 150 ГК РФ личная неприкосновенность относится к нематериальным благам и принадлежит человеку от рождения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу пункта 1 статьи 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно части 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1073 ГК РФ если малолетний гражданин причинил вред во время, когда он временно находился под надзором образовательной организации, медицинской организации или иной организации, обязанных осуществлять за ним надзор, либо лица, осуществлявшего надзор над ним на основании договора, эта организация либо это лицо отвечает за причиненный вред, если не докажет, что вред возник не по их вине при осуществлении надзора.

В абзаце третьем пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что в случае причинения вреда малолетним (в том числе и самому себе) в период его временного нахождения в образовательной организации (например, в детском саду, общеобразовательной школе, гимназии, лицее), медицинской организации (например, в больнице, санатории) или иной организации, осуществлявших за ним в этот период надзор, либо у лица, осуществлявшего надзор за ним на основании договора, эти организации или лицо обязаны возместить причиненный малолетним вред, если не докажут, что он возник не по их вине при осуществлении надзора.

Согласно правоприменительной практике, закрепленной в пункте 16 названного постановления, родители (усыновители), опекуны, попечители, а также организация для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которую несовершеннолетний был помещен под надзор (ст. 155.1 СК РФ), отвечают в соответствии с п. п. 1 и 2 ст. 1073, п. 2 ст. 1074 ГК РФ за вред, причиненный несовершеннолетним, если с их стороны имело место безответственное отношение к его воспитанию и неосуществление должного надзора за ним (попустительство или поощрение озорства, хулиганских и иных противоправных действий, отсутствие к нему внимания и т.п.). Образовательные, медицинские и иные организации, где малолетний временно находился, а также лица, осуществляющие над ним надзор на основании договора (п. 3 ст. 1073 ГК РФ), отвечают только за неосуществление должного надзора за малолетним в момент причинения им вреда. При предъявлении требований о возмещении вреда, причиненного малолетним в период его временного нахождения под надзором образовательной, медицинской или иной организации либо лица, осуществляющего над ним надзор на основании договора, суды должны учитывать, что пределы ответственности родителей (усыновителей), опекунов, попечителей, организаций для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также образовательных, медицинских и иных организаций либо лица, осуществляющего над малолетним надзор на основании договора, на которых в силу ст. 1073 ГК РФ может быть возложена обязанность по возмещению вреда, различны.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что организация, где несовершеннолетний (малолетний) временно находился, отвечает за вред, причиненный несовершеннолетним, если она не осуществляла должный надзор за ним в момент причинения вреда. Если малолетнему причинен вред, при нахождении под надзором организации, то эта организация предполагается виновной в причинении вреда и обязана возместить вред, если не докажет, что вред возник не по его вине.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 12 июня 2024 года ФИО1 заключила с ООО «ГУФО» договор об оказании услуг, в соответствии с которым ООО «ГУФО» обязалось организовать отдых и развлечения ее дочери ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в гостевом доме в период с 14 июля 2024 года по 28 июля 2024 года.

Стоимость услуг составила 45 000 рублей (л.д. 5-9).

Из материалов уголовного дела №12402410006000077 следует, что 14 июля 2024 года мать привезла дочку в гостевой дом ООО «ГУФО», расположенный по адресу: <адрес>, где оставила на попечение сотрудников ответчика.

После отбоя в 22 часа 14 июля 2024 года В.В., находясь в одной комнате еще с тремя девочками, упала со второго яруса кровати, получив телесные повреждения в виде перелома костей в нижней трети обоих предплечий.

При этом, сотрудниками ООО «ГУФО» медицинская помощь потерпевшей оказана не была по причине отсутствия в штате медицинского работника, квалифицированные медицинские сотрудники незамедлительно также вызваны не были.

О случившемся родителям сообщили только на следующий день.

15 июля 2024 года ФИО1 забрала дочку, отвезла в СПб ГБУЗ «Городская поликлиника №106», где ей наложили гипс на обе руки.

Гипс был снят только 15 августа 2024 года (л.д. 10).

В связи с расторжением договора истцу ООО «ГУФО» были возвращены денежные средства в размере 45 000 рублей (л.д. 45-46).

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы у ФИО4 имеются повреждения в виде переломов локтевых и лучевых костей обоих предплечий. Данные повреждения получены по механизму тупой травмы и относятся к средней тяжести вреда здоровью человека (л.д. 102-104 т. 2 уголовного дела).

Постановлением от 17 октября 2024 года производство по уголовному делу было прекращено в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ.

Опрошенная по уголовному делу ФИО2 пояснила, что в 22 часа 14 июля 2024 года воспитатели объявили отбой и погасили свет, но она спать не хотела, полезла на второй ярус двухярусной кровати за игрушкой. Когда спускалась, поскользнулась и упала руками на пол. Ей было больно, она просила у воспитателя лед, однако воспитатель отвела ее в другое помещение и стала писать СМС-сообщение маме. Валерия испугалась, что мать будет ее ругать, и отказалась разговаривать по телефону с мамой, не просила оказать ей медицинскую помощь. Затем ее вернули в комнату к девочкам. Боль в руках не прекращалась всю ночь, утром уже вызвали маму, которая забрала ее и отвезла в больницу (л.д. 27 т. 1 уголовного дела).

Воспитатели ООО «ГУФО» Грачевы поясняли, что Валерия говорила им, что упала с кровати второго яруса и плакала. Объяснить ничего не могла. Руки у нее шевелились, травм заметно не было. Мама не оставила медицинский полис девочки, поэтому вызвать скорую помощь они не могли. Поговорить с мамой девочка отказывалась. Валерию отвели в соседнее помещение, где перебинтовали руки. Затем около одного часа ночи Валерию отвели обратно в комнату.

После произошедшего девочка наблюдалась психологом, за что истец затратила 45 000 рублей (л.д. 80).

В досудебном порядке ФИО3 – директор ООО «ГУФО» перевел на счет истца 10 000 рублей в счет возмещения ущерба (л.д. 96).

Разрешая заявленные требования на основании положений статей 401, 402, 1064, 1068, 1073 ГК РФ, руководствуясь разъяснениями, приведенными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с положениями статей 56, 67 ГПК РФ, установив, что несовершеннолетняя ФИО2 получила передом костей в нижней трети обеих предплечий в период нахождения в ООО «ГУФО» при отсутствии должного присмотра за ней воспитателей ООО «ГУФО», суд первой инстанции пришел к выводу о наличии виновных действий ответчика в причинении вреда здоровью воспитанника.

Судом первой инстанции достоверно установлено, в том числе на основании показания самого директора детского учреждения, что в спальне, где ночевали дети, были установлены двухярусные деревянные кровати, конструкция которых не обеспечивала безопасность малолетних воспитанников. На ламинатном полу был постелен ковер с небольшим ворсом, не смягчившим падение ребенка. В штате организации отсутствуют медицинские работники, что свидетельствует о безответственном поведении руководства учреждения, принимающего на себя обязанность по обеспечению надлежащего надзора за малолетними детьми. Отсутствие в штате сотрудника с медицинским образованием не позволяло сотрудникам ООО «ГУФО» адекватно оценить ситуацию, оказать ребенку квалифицированную помощь и своевременно обратиться в травматологическое отделение ближайшей больницы.

В результате бездействия воспитателей ребенок, сломавший при падении две руки, без каких-либо обезболивающих препаратов провел всю ночь, страдая от боли и плача.

В этой связи, судебная коллегия полагает правильным вывод суда первой инстанции о том, что неосуществление должного надзора за малолетними детьми, находящимися в детском учреждении, является виновным бездействием со стороны администрации и персонала образовательного учреждения.

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции справедливо учел степень причиненных потерпевшей физических страданий, длительность лечения, малолетний возраст пострадавшей, характер травмы, тяжесть причиненного вреда и обстоятельства происшествия. Однако, суд также принял во внимание неумышленный характер причинения вреда, отсутствие негативных последствий для здоровья, частичное погашение ущерба.

При таких обстоятельствах, суд признал разумным и справедливым определить размер подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона РФ от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

С учетом установленных судом обстоятельств дела суд первой и инстанции пришел к обоснованному выводу о применении к спорным правоотношениям по возмездному оказанию услуг ненадлежащего качества положений Закона «О защите прав потребителей», а потому правомерно взыскал с ответчика в пользу истца штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 50 000 рублей.

Довод апелляционной жалобы о том, что истец своевременно не направила ответчику претензию с соответствующими требованиям, лишен правовой состоятельности, поскольку Закон «О защите прав потребителей» не содержит нормы о соблюдении истцом обязательного претензионного порядка, предшествующего предъявлению в суд требований о возмещении ущерба, вреда или убытков.

При этом, следует учесть, что ответчик знал о предъявлении к нему претензии, поскольку, во избежание конфликта, самостоятельно перечислил истцу денежную компенсацию в размере 10 000 рублей помимо тех денежных средств, которые он возвратил в связи с расторжением договора.

Разрешая спор в части взыскания с ответчиков расходов на оплату услуг представителя на основании положений статей 98, 100 ГПК РФ, руководствуясь разъяснениями, содержащимися в пунктах 11, 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд первой инстанции обоснованно исходил из того обстоятельства, что ответчик, заявляя о чрезмерности запрашиваемой истцом ко взысканию суммы расходов, понесенных на оплату услуг представителя, не представил доказательств в подтверждение несоответствия таких расходов требованиям разумности и справедливости.

Вместе с тем, суд, приняв во внимание сложность и длительность рассмотрения гражданского дела, количество и качество выполненной представителем работы (составление искового заявления, работа в судебных заседаниях), соотнеся размер запрашиваемых к возмещению расходов с размером платы за аналогичные услуги, сложившиеся на территории Санкт-Петербурга и Ленинградской области (не менее 10 000 рублей за одно заседание), признал разумным и соразмерным взыскать с ответчика в пользу истца расходы, понесенные на оплату услуг представителя, в сумме 50 000 рублей.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что суд первой инстанции при рассмотрении заявленного спора правильно определил обстоятельства, имеющие значения для дела, произвел полную и всестороннюю оценку представленных в дело доказательств по правилам статьи 67 ГПК РФ, и постановил законное и обоснованное решение в полном соответствии с нормами материального и процессуального права.

Доводы апелляционной жалобы не содержат оснований для отмены постановленного решения, фактически сводятся к изложению правовой позиции, которой ответчик придерживался в ходе рассмотрения дела по существу, а также к переоценке выполненной судом объективной оценки представленных в дело доказательств.

Предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ безусловных оснований для отмены решения судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

определила:

решение Гатчинского городского суда Ленинградской области от 18 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ГУФО» – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в силу со дня его принятия, но может быть обжаловано в Третий кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев.

Председательствующий судья

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 17 декабря 2025 года