Решение № 2-1241/2025 2-58/2026 2-58/2026(2-1241/2025;)~М-1158/2025 М-1158/2025 от 2 февраля 2026 г. по делу № 2-1241/2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

дата г. Нягань

Няганский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе председательствующего судьи Низовой Ю.Е.,

при секретаре Улитиной А.Н.,

с участием помощника прокурора города Нягани Просвирниной Д.С.,

истца ФИО1, его представителя – адвоката Насуханова Р.В., представителя ответчика Акционерного общества «РН-Няганьнефтегаз» ФИО2, представителя третьего лица Акционерного общества «Нефтеавтоматика» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «РН-Няганьнефтегаз» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «РН-Няганьнефтегаз» (далее – АО «РН-Няганьнефтегаз») о взыскании компенсации морального вреда.

В обосновании заявленных требований истец указал, на основании трудового договора от дата № истец осуществлял трудовую деятельность в АО «РН-Няганьнефтегаз» в качестве машиниста технологических насосов третьего разряда в цехе подготовки и перекачки сырой нефти и поддержания пластового давления.

дата на рабочем месте, на производстве контрольных сличений турбинных преобразователей расхода <данные изъяты> на узле подключения турбопоршневой проверочной установки (<данные изъяты> произошла утечка нефтесодержащей жидкости. Истец, с целью устранения утечки начал закрывать задвижку, произошел срыв рукава высокого давления, который начал бесконтрольно перемещаться, совершая удары свободным сорванным концом по фракции щебня, находящегося на площадке производства работ.

Через несколько секунд после срыва рукава произошел взрыв, примерно через 15 секунд – второй взрыв с распространением пламени по всей территории <данные изъяты>, в которой оказались сотрудники и истец ФИО1

В результате воздействия экстремальных температур истец получил термические ожоги 2-3 степени <данные изъяты> % поверхности тела, <данные изъяты> % головы и шеи.

По факту несчастного случая был составлен Акт № 4 по форме Н-1 от дата о несчастном случае на производстве.

В результате взрыва ФИО1 получил тяжкие телесные повреждения и с дата по настоящее время находится на лечении. Истец указал, что потерял <данные изъяты> % трудоспособности и ему назначена <данные изъяты> группа инвалидности.

Истцу проведено множество операций и предстоят еще. В результате ожогов повреждены <данные изъяты>.

<данные изъяты> что сопряжено с физическим и эмоциональным дискомфортом и занимает время истца.

Полученные травмы также сказались на опорно-двигательной системе: <данные изъяты>. Данное состояние приводит к стойкому нарушению функций хвата и выполнения тонких манипуляций, что ограничивает бытовую независимость.

Ограничен подъем левой руки, наличие впадины в области левого локтевого сустава вызывают выраженный дискомфорт и болезненные ощущения при сгибании.

<данные изъяты>

<данные изъяты>.

Эстетический вид лицевой части и видимых участков тела безвозвратно утрачен, также как и естественные черты лица. Данное обстоятельство оказывает глубокое травмирующее психологическое воздействие, приводя к выраженной социальной дезадаптации, трудностям к публичной коммуникации, вынужденной изоляции и снижению качества жизни в связи с утратой индивидуальной привлекательности и уверенности в себе.

Истец указал, что страдал от испытываемой боли, а также испытывает нравственные страдания от осознания того, что никогда не сможет восстановиться и быть прежним.

В связи с причиненными травмами истец просил взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 25 000 000 руб. а также расходы по оплате юридических услуг в размере 250 000 руб. и по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

От АО «РН-Няганьнефтегаз» поступили возражения, в которых ответчик просит в удовлетворении требований отказать (т. 2 л.д. 131-135).

В возражениях ответчик подтвердил, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях АО «РН-Няганьнефтегаз» и о факте несчастного случая, при этом указал, что истцу была оказана максимальная поддержка и произведены выплаты на общую сумму 9 738 015 руб., из которых материальная помощь в добровольном порядке в размере 1 246 100 руб., а также

- страховые выплаты по договору страхования от несчастных случаев № от дата в размере 500 000 руб.,

- по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного производственного объекта за причинение вреда в результате аварии в размере 1 740 000 руб.,

- по договору добровольного медицинского страхования № от дата в размере 6 251 915 руб.

Кроме того, сразу после аварии ответчиком оперативно организована комплексная помощь, включая транспортировку медицинским специализированным бортом в федеральный центр в <адрес> (в рамках п. 2.3.2 Договора ДМС), стационарное лечение, последующая реабилитация, обеспечение медикаментами. Также для координации в процессе оказания помощи истцу и его матери АО «РН-Няганьнефтегаз» был прикреплен ответственный работник ФИО4, прикомандированная в <адрес> с дата по дата, откуда осуществлена перевозка истца в <адрес>.

Также ответчик указал, что согласно акта о несчастном случае установлено наличие технических причин происшествия, а именно АО «Нефтеавтоматика» не обеспечило надлежащий монтаж оборудования.

Сам размер компенсации морального вреда считает завышенным, также как и заявленные истцом расходы по оплате юридических услуг.

К участию в деле в качестве третьего лица АО «Нефтеавтоматика», который также представил письменный отзыв на иск (том 5 л.д. 20-24).

Участвующий в судебном заседании ФИО1, его представитель – адвокат Насуханов Р.В., на требованиях настаивали по доводам, указанным в иске.

Представитель истца Насуханов Р.В. суду пояснил, что ФИО1 получил от ответчика выплаты в незначительном размере, при этом сумму 9 738 015 руб., о которой говорится в возражениях ответчика, не выплачивалась. По сути это страховые выплаты, полученные ответчиком, которые пошли на покрытие расходов по транспортировке и лечению истца.

ФИО1 рассказал суду о пережитом, в том числе боли в результате полученных травм, долго заживающих ожогах. Дополнительно истец пояснил, что испытывал чувство стыда перед родными от обезображенного тела и лица. В период невозможности самостоятельного ухода за собой, гигиенические процедуры проводила мама, при этом он взрослый мужчина, что постоянно вызывало чувство неловкости. Истец указал, что испытывает каждый раз моральные страдания от ловящих на себе взглядов прохожих, всматривающихся в обезображенное лицо. ФИО1 пояснил, что холост, не имеет личной жизни и переживает, что она и вовсе может у него не состояться.

Участвующая в судебном заседании представитель ответчика АО «РН-Няганьнефтегаз» ФИО2 заявленные требования не признала. Указала на завышенный размер суммы компенсации морального вреда, который по данной категории дел с учетом региона в практике составляет максимум до 3 000 000 руб. При определении компенсации морального вреда представитель ответчика просила учесть страховые выплаты, которые были потрачены АО «РН-Няганьнефтегаз» на санитарный борт по транспортировке истца, прикомандированного к нему сотрудника для решения организационных вопросов, а также выплаченные в рамках коллективного договора выплаты и различного рода премии.

Участвующий в судебном заседании представитель АО «Нефтеавтоматика» ФИО3, привел доводы, указанные в письменном отзыве на иск. Суду пояснил, что при несчастном случае пострадал истец ФИО1 АО «Нефтеавтоматика» осуществляла оказание услуг АО «РН-Няганьнефтегаз» по техническому обслуживанию и проверке средств измерений и оборудования узлов учета нефти, газа, воды и метрологическому обеспечению средств измерений на объектах АО «РН-Няганьнефтегаз».

Собственником, владельцем и эксплуатирующим лицом производственного объекта, где произошел несчастный случай, является АО «РН-Няганьнефтегаз», с которым истец состоит в трудовых отношениях, соответственно возмещение компенсации морального вреда должно быть возложено на работодателя истца. АО «Нефтеавтоматика» не является лицом, ответственным за произошедший взрыв, что также установлено оправдательным приговором в отношении ФИО по ч. 2 ст. 216 УК РФ, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций.

Заслушав пояснения участвующих в деле лиц, заключение помощника прокурора г. Нягани, полагавшей взыскание компенсации морального вреда с АО «РН-Няганьнефтегаз» в пользу истца в размере не менее 1 000 000 руб., изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует и установлено судом, что на основании трудового договора от дата № истец осуществлял трудовую деятельность в АО «РН-Няганьнефтегаз» в должности машиниста технологических насосов третьего разряда участка № цеха подготовки и перекачки сырой нефти и поддержания пластового давления УМПА Ем-Ега.

дата на рабочем месте произошел несчастный случай при производстве контрольных сличений турбинных преобразователей расхода «<данные изъяты>» на узле подключения турбопоршневой проверочной установки <данные изъяты> в АО «РН-Няганьнефтегаз» (объект зарегистрирован в государственном реестре опасных производственных объектов от дата за №, полис обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте № сроком действия с дата по дата, лицензия на осуществление деятельности по эксплуатации взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектов I, II и III классов опасности № от дата), что подтверждается Актом № от дата о несчастном случае на производстве (том 1 л.д. 23-34).

Согласно данного Акта в <данные изъяты>. через бугельное соединение рукавов высокого давления подключения ТПУ в районе задвижки тех. № произошла утечка нефтесодержащей жидкости. Увидев это, машинист ТН АО «РН-Няганьнефтегаз» ФИО1 для ликвидации утечки начал закрывать задвижку.

В <данные изъяты>. произошел срыв рукава высокого давления, который начал бесконтрольно перемещаться, совершая удары свободным сорванным концом по фракции щебня, находящегося на площадке производства работ (возможно при этом образовалась искра, которая привела к воспламенению нефтегазожидкостной эмульсии). Из переходного фланца подключенного к задвижке №, а также из отсоединившегося рукава высокого давления происходил интенсивный выброс нефтегазожидкостной эмульсии под давлением.

Через несколько секунд после срыва рукава произошел хлопок с последующим возгоранием в 5-ти метрах левее от места разгерметизации. часть сотрудников успели отбежать на безопасное расстояние.

Через 15 секунд произошел второй взрыв с распространением пламени по всей территории <данные изъяты>. После взрыва из дыма к ограждению вышли 2 человека в обгоревшей одежде, одним из которых оказался ФИО1, который не смог перелезть через ограждение. ФИО1 на машине доставили в приемное отделение <данные изъяты>

В Акте о несчастном случае в качестве причин несчастного случая указано на нарушение требований, установленных заводом-изготовителем при монтаже рукавов высокого давления передвижной трубопоршневой «Прувер-установки», несоосность ТПУ и задвижек подключения, присоединение рукавов высокого давления, входящих в состав ТПУ, с изгибами в нескольких плоскостях, применение ударных инструментов для сцепки бугельного соединения, а также неудовлетворительная организация производства работ со стороны АО «Нефтеавтоматика», выразившееся в нарушение требований инструкции по монтажу технического устройства безопасной эксплуатации и обслуживанию, составленными заводами изготовителями эксплуатирующей организацией, техническими паспортами (формулярами), в части отсутствия информации о том, что ТПУ не подходит для применения на <данные изъяты>, в связи с тем, что вход и выход жидкости из ТПУ не соответствует расположению <данные изъяты> то есть требований п. 47, 50 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности в нефтяной и газовой промышленности», утвержденных Приказом Ростехнадзора от 12.03.2013 N 101.

Указанные Федеральные нормы и правила действовали до дата.

Также в качестве причин несчастного случая указано на неудовлетворительную организацию производства работ, выразившуюся в отсутствии лиц, ответственных за подготовку и проведение газоопасных работ и проведении газоопасных работ по подключению ТПУ без оформлений наряда-допуска на проведение газоопасных работ, то есть нарушение требований Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасного ведения газоопасных, огневых и ремонтных работ», утвержденных Приказом Ростехнадзора от 20.11.2017 N 485, также действовавших до дата.

Обстоятельства несчастного случая с работником ФИО1 ответчик не отрицает.

Согласно ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, принимать меры по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, а также по оказанию первой помощи пострадавшим

Согласно ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Таким образом, АО «РН-Няганьнефтегаз» как работодатель истца несет ответственность за произошедший несчастный случай, в связи с чем ФИО1 вправе требовать с него возмещения причиненного морального вреда.

Получения ФИО1 тяжелых травм в результате несчастного случая АО «РН-Няганьнефтегаз» не оспаривает.

Согласно ст. 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Кроме того, пунктом 1 ст. 1099 ГК РФ предусмотрено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 ГК РФ.

Истец просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 25 000 000 руб.

К числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относится право на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Статьей 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты> честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - это истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ) (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной <данные изъяты> распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Поскольку здоровью истца в результате несчастного случая причинен тяжкий вред по вине ответчиков, истец вправе претендовать на возмещение ему морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает болезненный характер полученной травмы – воздействие открытого огня, характер полученных травм и наступление тяжелых последствий в виде, ожогов 2-3 степени <данные изъяты> % поверхности тела, <данные изъяты> % головы и шеи, длительное и болезненное лечение ожоговых травм, потерю трудоспособности истцом, и назначения <данные изъяты> инвалидности, проведения операций <данные изъяты>

Суд учитывает перенесенные переживания истца, оказавшегося в экстремальной ситуации.

Также суд учитывает перенесенные истцом страдания от осознания невозможности самообслуживания в период реабилитационного лечения и обеспечивающего ему гигиенического ухода матерью, что постоянно вызывало чувство неловкости.

Нравственные страдания истца также обусловлены осознанием необходимостью кардинального изменения привычного образа жизни, где он ранее исправно трудился в нефтегазовой промышленности, вел активный образ жизни.

Имеющиеся у истца неизгладимые повреждения лица, вызывают у него моральные страдания и неловкость, чувство стыда от взглядов прохожих. До несчастного случая ФИО1 в браке не состоял, в связи с чем суд учитывает наличие тревоги истца ввиду возможной не реализации личной жизни.

Суд также учитывает, что стеснения истца из-за внешнего вида вызывает чувство невозможности к самореализации - важнейшей человеческой потребности в раскрытии и применении собственных способностей, стремлении проявить себя в обществе и реализовать свой внутренний потенциал. Осознание этого доставляет ФИО1 сильнейшие душевные и нравственные страдания. В результате полученных повреждений физически крепкий, активный, самодостаточный мужчина поменял свой жизненный курс, утратив надежду на несбывшиеся мечты.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что АО «РН-Няганьнефтегаз» никаких извинений в его адрес не принесено.

Доводы представителя АО «РН-Няганьнефтегаз» о прикомандированном сотруднике ФИО4 для координации в процессе оказания помощи истцу и его матери, не опровергают отсутствие принесенных истцу извинений со стороны руководства юридического лица.

Ссылка ответчика на произведенные истцу выплаты на общую сумму 9 738 015 руб., является недостоверными, поскольку как следует из письменных возражений и пояснений самого ответчика, полученные суммы по страховкам потрачены на лечение истца в <адрес> и транспортировку медицинским специализированным бортом, тогда как предметом спора является компенсация морального вреда.

Непосредственные выплаты истцу были произведены по приказу № по заявлению ФИО1 о выплате материальной помощи в размере 375 000 руб. и 35 000 руб. (том 2 л.д. 191), а также в рамках коллективного договора расчет выплат по которым приведен ответчиком в приложении № (том 2 л.д. 145), в соответствии с которым общая сумма выплат составила 711 300 руб.

С учетом изложенного, перенесенных истцом нравственных и физических страданий, отсутствия принесения ответчиком извинений истцу по факту несчастного случая, проведенной АО «РН-Няганьнефтегаз» работы по организации транспортировки и лечения истца, произведенных ему выплат, а также с учетом требований разумности и справедливости суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований и взыскании с ответчиков компенсации морального вреда в сумме 6 000 000 руб.

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 48 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи.

Согласно п. 1 ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей (ст. 94 ГПК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ).

Критерием присуждения судебных расходов является выводы суда о правомерности или неправомерности заявленного требования, содержащиеся в резолютивной части его решения (ч. 5 ст. 198 ГПК РФ). Только удовлетворение судом требований подтверждает правомерность их принудительной реализации через суд и приводит к необходимости возмещения судебных расходов.

Если иск удовлетворен частично, то это одновременно означает, что в части удовлетворенных требований суд подтверждает правомерность заявленных требований, а в части требований, в удовлетворении которых отказано, суд подтверждает правомерность позиции ответчика.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ).

В абз. 2 п. 21 того же Постановления указано, что правило о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении в том числе иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Таким образом, вынесенное решение о взыскании компенсации морального вреда является основанием для удовлетворения заявления о взыскании расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

При этом разумность взыскиваемой суммы определяется в каждом случае как с учетом сложившейся в регионе стоимости юридических услуг по аналогичным спорам, так и исходя из фактических обстоятельств конкретного дела.

Суд не вправе уменьшать размер сумм, взыскиваемых в возмещение расходов по оплате услуг представителя произвольно, тем более, если другая сторона не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

В обоснование несения расходов на оплату юридических услуг представлена квитанция об оплате ФИО1 в Коллегию Адвокатов ХМАО Филиал № по договору от дата за оказание юридических услуг, консультацию, составление иска, участие в суде о взыскании компенсации морального вреда (том 1 л.д. 22).

Интересы ФИО1 представлял адвокат Коллегии Адвокатов ХМАО Филиал № Насуханова Р.В. на основании ордера № от дата (том 1 л.д. 214), который принимал участие при опросе, в предварительном судебном заседании дата (том 4 л.д. 178), и в данном судебном заседании.

Анализ исследованных материалов гражданского дела свидетельствует о том, что интересы истца представлял адвокат коллегии адвокатов Насуханов Р.В., действующий на основании ордера, которым выполнены следующие действия по оказанию юридической помощи: составлению и направление искового заявления в Няганский городской суд, участие при подготовке дела к судебному разбирательству и в судебных заседаниях.

С учетом установленных обстоятельств, проделанной адвокатом работы, его занятости в судебных заседаниях, сложности дела и характере защищаемого права, в условиях многочисленной судебной практики по данной категории споров, заявления представителя ответчика о чрезмерности суммы судебных расходов, суд находит подлежащим взысканию расходы на оплату услуг представителя в сумме 80 000 руб.

Указанная сумма отвечает принципу разумности и справедливости, а также расценкам, по предоставлению некоторых видов юридической помощи, утвержденных решением Совета Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, рекомендованным для ведения дел адвокатами.

При подаче иска истцом уплачена госпошлина в размере 3 000 руб. (том 1 л.д. 6), которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «РН-Няганьнефтегаз» о взыскании вреда, причиненного повреждением здоровья, - удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «РН-Няганьнефтегаз» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья, в размере 6 000 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1, - отказать.

Взыскать с Акционерного общества «РН-Няганьнефтегаз» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) расходы за оказание юридических услуг в размере 80 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, апелляционного представления через Няганский городской суд.

Решение в окончательной форме изготовлено и подписано дата.

Судья Няганского

городского суда Ю.Е. Низова