Решение № 2-1671/2026 от 26 апреля 2026 г.

Дело № 2-1671/2026 УИД 76RS0014-01-2025-003755-13 изг. 27.04.2026


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Ярославль 17 апреля 2026 года

Кировский районный суд города Ярославля в составе председательствующего судьи Барышевой В.В.,

при секретаре Ляминой К.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» о защите прав потребителя,

установил:

ФИО1 обратился с исковыми требованиями к АО «СОГАЗ» о защите прав потребителя. В обоснование заявленных требований ссылается на то, что 07.05.2025 он обратился в АО «Газпромбанк» в целях заключения договора банковского вклада. Сотрудник АО «Газпромбанк» убедил истца в том, что обязательным условием заключения договора банковского вклада является одновременное заключение договора страхования процентов по вкладу. Действуя под влиянием обмана со стороны сотрудника АО «Газпромбанк», истец заключил договор страхования процентов по вкладу с АО «СОГАЗ», уплатил страховую премию в размере 7234 руб. Копии документов в части заключения договора страхования ему переданы не были, право на расторжение договора страхования в течение 14 календарных дней ему разъяснено не было. 23.05.2025 он вновь обратился в АО «Газпромбанк» в целях заключения договора банковского вклада. Сотрудник АО «Газпромбанк» пояснил ему, что договор банковского вклада может быть заключен только при условии одновременного заключения договора страхования процентов по вкладу, в связи с чем истец, доверяя сотруднику банка, вновь заключил договор страхования процентов по вкладу с АО «СОГАЗ». При этом ему была выдана памятка получателя страховых услуг, ознакомившись с которой, он понял, что заключении договора страхования процентов по вкладу не являлось обязательным условием заключения договора банковского вклада, и у него имеется право отказаться от договора страхования в течение 14 календарных дней с даты заключения договора. 26.05.2025 он обратился в АО «СОГАЗ» с заявлением о расторжении договоров страхования, заключенных 07.05.2025, 23.05.2025. На основании его обращения АО «СОГАЗ» расторг договоры страхования, однако уплаченная страховая премия была возвращены только по договору от 23.05.2025. Поскольку заключение договора страхования 07.05.2025 ему было навязано сотрудником АО «Газпромбанк», истец с учетом уточнения исковых требований просит признать договора страхования, заключенный между ним и АО «СОГАЗ» недействительным, взыскать сумму страховой премии в размере 7234 руб., убытки в виде неполученных процентов по вкладу на сумму 7234 руб. из расчета 20 % годовых, взыскать компенсацию морального вреда.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, указав, что при заключении договора банковского вклада 07.05.2025 в АО «СОГАЗ» он был введен в заблуждение сотрудником банка о том, что в связи с внесенными изменениями в законодательство обязательным условием заключения договора банковского вклада является страхование процентов по вкладу. При заключении договора страхования какие-либо документы, связанные с заключением договора страхования, ему переданы не были, право на расторжение договора страхования в течение 14 календарных дней после заключения ему не разъяснялось. 23.05.2025 он вновь обратился в АО «Газпромбанк» для заключения договора банковского вклада, вновь заключил договор страхования процентов по вкладу, полагая, что заключение данного договора является обязательным при заключении договора банковского вклада, однако 23.05.2025 сотрудник банка выдал ему пакет документов по договору страхования, в том числе памятку получателю страховых услуг, в которой было указано, что страхование процентов по вкладу не является обязательным условием заключения договора банковского вклада, и у страхователя имеется право досрочно расторгнуть договор страхования в течение 14 календарных дней с даты заключения договора. 26.05.2025 он обратился в АО «СОГАЗ» с заявлением о расторжении договоров страхования, заключенных 07.05.2025, 23.05.2025. АО «СОГАЗ» расторг заключенные с ним договоры страхования, однако страховая премия была возвращена только по договору от 23.05.2025. Намерений заключать договор страхования процентов по вкладу он не имел, поскольку он заключал договоры банковских вкладов на короткий срок, являлся пенсионером, в связи с чем риск наступления страховых случаев по договору страхования был минимальным. В случае возврата ему страховой премии он мог бы положить сумму страховой премии во вклад и получить проценты на указанную сумму в размере 20 % годовых, в связи с чем полагает, что действиями страховщика ему причинены убытки в виде неполученных процентов на сумму невозвращенной страховой премии. Действиями ответчика ему причинены нравственные страдания, связанные с необходимостью обращения в суд за защитой нарушенных прав. Размер компенсации морального вреда определяет в сумме 10 000 руб.

Представитель ответчика АО «СОГАЗ» по доверенности ФИО2 исковые требования не признала, указывая на то, что 26.05.2025 в АО «СОГАЗ» поступило обращение ситца о расторжении договора страхования от 07.05.2025 и возврате страховой премии в размере 7234 руб. В удовлетворении заявления истца в части возврата суммы страховой премии было отказано в связи с тем, что заявление было подано по истечение установленного договором 14-дневного срока, договор был расторгнут. Далее истец обратился к ответчику с претензией о расторжении договора, ссылался на навязывание услуги со стороны сотрудников АО «Газпромбанк». АО «СОГАЗ» запросило в АО «Газпромбанк» информацию об обстоятельствах заключения договора страхования с истцом 07.05.2025. Банк указал, что договор страхования с истцом заключен добровольно, все условия договора страхования до истца были доведены. Согласием на оформление договора страхования к договору вклада и информированием о праве расторгнуть договор страхования в течение 14 календарных дней со дня выражения согласия на услугу в рамках договора страхования является собственноручно подписанное клиентом заявление. Оснований не доверять пояснениям сотрудников банка у ответчика не имелось. Полагает, что доказательств навязывания услуги по страхованию истцом не приведено. Кроме того, после описанных событий в октябре 2025 года при заключении договора банковского вклада истцом вновь был заключен договор страхования процентов по вкладу, а затем истец вновь обращался с заявлением о досрочном расторжении договора страхования и возврате страховой премии. Уплаченные истцом денежные средства в размере 7234 руб. являются страховой премией, договор страхования заключался истцом напрямую с АО «СОГАЗ».

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание не явились, извещены о месте и времени рассмотрения дела, дело рассмотрено в их отсутствие.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, суд полагает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению частично.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума от 23 июня 2015 г. № 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. № 25).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В статье 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 данного закона изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.

Согласно пункту 1 статьи 12 Закона о защите прав потребителей, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.

В силу требований пункта 4 статьи 13, пункта 5 статьи 14 и пункта 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств, лежит на изготовителе (исполнителе, продавце).

Как разъяснено в п.8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2025), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 08.10.2025 в отношениях с гражданином-потребителем обязанность доказать надлежащее предоставление информации об услуге возложена на исполнителя.

Суд полагает, что в рассматриваемом случае ответчик не доказал наличие свободного выбора истца при заключении договора страхования процентов по вкладу.

Как следует из ответа АО «Газпромбанк» на запрос ответчика АО «СОГАЗ» ввиду плохой слышимости на видеозаписи не удалось определить, каким образом до истца была доведена информация о возможности оформления договора страхования.

Из представленного заявления о предоставлении дополнительной услуги от 07.05.2025 не следует, что истцу было разъяснено и понятно, что заключение договора страхования процентов по вкладу не является обязательным условием оказания истцу финансовых услуг, что заключение договора банковского счета, иных договоров с банком возможно без заключения договора страхования.

При указанных обстоятельствах суд соглашается с доводами истца о навязывании ему дополнительной услуги по страхованию процентов по вкладу, в связи с чем договор страхования от 07.05.2025, заключенный с истцом должен быть признан недействительным (ничтожным), с АО «СОГАЗ» в пользу истца подлежит ко взысканию уплаченная сумма страховой премии в размере 7234 руб.

Оснований для взыскания в пользу истца убытков в виде процентов, которые могли бы быть начислены на сумму уплаченной комиссии суд не усматривает, поскольку доказательств того, что указанная сумма была бы положена во вклад и на нее могли бы быть начислены проценты по вкладу в размере 20 % годовых, суду не представлено.

Согласно ст. 13 ФЗ «О защите прав потребителя» за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.

В соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст.15 Закона РФ «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами РФ, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

В силу ст.15 Закона «О защите прав потребителей» с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд, исходя из требований ст.ст. 151, 1101 ГК РФ принимает во внимание, что истица перенесла нравственные страдания вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств. Суд находит соответствующей требованиям разумности и справедливости компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей.

В силу п. 46 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Из материалов дела следует, что истица письменно обращался к ответчику с претензией, в досудебном порядке требования удовлетворены не были, в связи с чем в ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 4117 рублей.

На основании положений ст. 103 ГПК РФ с ответчика в бюджет муни2йипалього образования г. Ярославль подлежит ко взысканию возврат госпошлины в размере 7000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации №) к Акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (ИНН <***>) о защите прав потребителя удовлетворить частично.

Признать договор страхования, заключенный 07.05.2025, между ФИО1 и Акционерным обществом «Страховое общество газовой промышленности» недействительным.

Взыскать с Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации №) страховую премию в размере 7234 руб., компенсацию морального вреда в размере 1000 руб., штраф в размере 4117 руб.

Взыскать с Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (ИНН <***>)госпошлину в бюджет муниципального образования г. Ярославль в размере 7000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через Кировский районный суд г. Ярославля в течение одного месяца со дня вынесения мотивированного решения.

Судья: В.В.Барышева