Постановление № 1-103/2025 от 17 марта 2025 г. по делу № 1-103/2025

№

78RS0№-60


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о возвращении уголовного дела прокурору

Санкт- Петербург 18 марта 2025 года

Петроградский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Бродского А.А.,

при секретаре <ФИО>2,

с участием:

государственного обвинителя <ФИО>6,

подсудимой <ФИО>1,

адвоката <ФИО>7, действующей в защиту прав и законных интересов подсудимой <ФИО>1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении подсудимой:

<ФИО>1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, гражданки Российской Федерации, зарегистрированной по месту жительства по адресу: <адрес>, проспект <ФИО>3, <адрес>, литера А, <адрес>, в браке не состоящей, имеющей на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения и одного малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являющейся индивидуальным предпринимателем, не судимой,

которая в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживалась, в отношении которой ДД.ММ.ГГГГ применена мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.171.1 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ из прокуратуры <адрес> Санкт-Петербурга в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга поступило уголовное дело в отношении <ФИО>1

В ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ обсужден вопрос о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

Государственный обвинитель – помощник прокурора <адрес><ФИО>4 указала, что обвинение изложено с достаточной полнотой для принятия законного решения и по имеющемуся обвинительному заключению возможно вынести приговор. Полагала, что в привлечении в качестве обвиняемого не должно содержаться конкретных правовых норм, нарушение которых образует состав преступления, и считала возможным исключить конкретные нормативно-правовые акты, в нарушении требований которых обвинялась подсудимая.

Сторона защиты указала, что описание в обвинительном заключении обстоятельств совершения преступления не соответствует требованиям закона, оставив решение вопроса на усмотрение суда.

Суд, выслушав мнение участников процесса, изучив обвинительное заключение, приходит к следующим выводам.

Согласно п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, судья по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Положениями ст. 220 УПК РФ установлены требования, предъявляемые к обвинительному заключению. Так, согласно п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ, в обвинительном заключении должны быть указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значения для дела.

В соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 171 УПК РФ в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого должны быть указаны описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с п.п. 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

По смыслу закона, лицо, привлеченное к уголовной ответственности, защищается именно от того обвинения, которое ему предъявлено, при этом обвинение должно быть конкретным, содержать среди прочего описание преступных действий и способа их совершения, поскольку иное влечёт за собой невозможность защиты от него, то есть нарушение прав привлекаемого лица.

<ФИО>1 предъявлено обвинение по ч.5 ст.171.1 УК РФ, а именно ей вменяется следующее:

она (<ФИО>1) в неустановленном месте, в неустановленное время, не позднее ДД.ММ.ГГГГ незаконно приобрела у неустановленного лица

и не позднее 15 часов 35 минут ДД.ММ.ГГГГ, находясь по адресу: <адрес>, литера А, павильон №,

имея умысел, направленный на незаконное хранение в целях сбыта немаркированной табачной продукции, а также табачной продукции, маркированной специальными (акцизными) марками иностранного государства в крупном размере, подлежащей обязательной маркировке федеральными специальными марками, с целью получения прибыли и личной наживы,

незаконно хранила немаркированную табачную продукцию, а также табачную продукцию, маркированную специальными (акцизными) марками иностранного государства, различных наименований в количестве 1 923 пачки,

которые согласно п. 2 ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №267-ФЗ «Технический регламент на табачную продукцию» подлежат маркировке специальными (акцизными) марками, исключающими возможность их подделки и повторного использования,

продолжая свои преступные действия, направленные на сбыт немаркированных, а также маркированных специальными (акцизными) марками иностранного государства табачных изделий, подлежащих маркировке специальными (акцизными) марками,

<ФИО>1 поместила приобретенную ею при вышеуказанных обстоятельствах табачную продукцию в помещение нестационарного торгового павильона, расположенного по адресу: <адрес>, литера А, павильон №, где обеспечивала её дальнейшее хранение и сбыт, вплоть до момента обнаружения и изъятия сотрудниками полиции в ходе проведенного осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 15 часов 35 минут до 17 часов 50 минут.

Статья 171.1 УК РФ «Производство, приобретение, хранение, перевозка или сбыт товаров и продукции без маркировки и (или) нанесения информации, предусмотренной законодательством Российской Федерации» соответственно устанавливает ответственность за различные действия с товарами и продукцией в отсутствие предусмотренной законом РФ маркировки.

Требования о специальной маркировке отдельных видов товаров и услуг закреплены в разнообразных и многочисленных нормативно-правовых актах РФ, при этом необходимость наличия маркировки и её вид, а также условия, при которых требуется нанесение определённой маркировки, определялись в зависимости от вида товара\услуги и его правового статуса, а также времени действия соответствующего нормативно-правового акта.

Таким образом, при указании об отсутствии «предусмотренной законодательством Российской Федерации маркировки» необходимо расшифровать какой именно вид маркировки необходим конкретному виду товара, в данной ситуации и какими положениями нормативно-правовых актов данная маркировка была предусмотрена в период инкриминируемых действий.

Конкретно ч.5 ст.171.1 УК РФ «производство, приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта или продажа немаркированных табачных изделий, подлежащих маркировке специальными (акцизными) марками, совершенные в крупном размере» устанавливает ответственность за действия с немаркированными табачными изделиями, подлежащими маркировке специальными (акцизными) марками.

Таким образом, диспозиция данной статьи подразумевает не просто действия (приобретение, хранение, сбыт) с немаркированной табачной продукцией, но и содержит обязательное условие отсутствия на ней именно предусмотренной законом РФ маркировки - специальных (акцизных) марок.

Как следует из предъявленного обвинения, <ФИО>1 ДД.ММ.ГГГГ хранила\сбывала табачную продукцию, которая в нарушение п.2 ст.4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №267-ФЗ «Технический регламент на табачную продукцию» подлежала маркировке специальными (акцизными) марками.

Надлежит учитывать, что на основании Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 325-ФЗ, ст.4 Федерального закона «Технический регламент на табачную продукцию» №268-ФЗ утратила свою силу с ДД.ММ.ГГГГ, то есть до наступления инкриминированных событий.

Дополнительно суд отмечает, что указанный закон переименован и в принципе более не регламентирует маркировку курительной табачной продукции, а специальные (акцизные) марки с ДД.ММ.ГГГГ государственными органами больше не выдаются, и у продавцов отсутствует обязанность по маркировке ими табачной продукции с указанной даты, хотя возможность использования выданных марок сохраняется.

Таким образом, на момент реализации табачной продукции нормативно- правовой акт, в нарушение которого обвиняемая реализовывала товар в отсутствие специальных (акцизных) марок больше не действовал, сами специальные (акцизные) марки к этому времени более не выдавались, а соответственно указанные (отменённые) положения закона не влекли правовые последствия и не могли влечь возникновение обязанностей, в том числе по маркировке товара указанными в обвинении средствами идентификации.

В связи с системными изменениями в законодательстве в части маркировки табачной продукции, в том числе в зависимости от видов данной продукции, с ДД.ММ.ГГГГ изменились виды и условия маркировки, а также нормативно-правовая база для маркировки табачной продукции, которая дополнительно стала разделяться по видам.

Суд отмечает, что диспозиция ст.171.1 УК РФ и в том числе ч.5 ст.171.1 УК РФ в силу своей формулировки может быть применена исключительно во взаимосвязи с иными нормативными правовыми актами (то есть является бланкетной), поскольку без ссылки на конкретные положения иных актов не представляется возможным установить подлежит ли определённый вид продукции соответствующей маркировке при данных обстоятельствах и в указанный период времени или нет, а если да, то какой именно. Более того, даже само по себе определение табачной продукции имеет свою специфику описания (см.ниже), что определяется соответствующими нормативно-правовыми актами.

Таким образом, невозможно установить наличие (отсутствие) состава преступления без установления конкретных норм, регламентирующих необходимость наличия маркировки в конкретных обстоятельствах.

Вместе с тем в предъявленном обвинении отсутствует указание на то, какие именно действующие нормы соответствующего правового акта (пункт, часть, статья) нарушены и в чем выразилось несоблюдение содержащихся в них требований.

Ссылок на действующее законодательство, в нарушение которого конкретная продукция подлежала бы маркировке специальными (акцизными) марками обвинение не содержит.

Таким образом, в предъявленном обвинении по делу о преступлении, диспозиция которой является отсылочной и применяется во взаимосвязи с иными нормативными правовыми актами, отсутствует указание на то, какие именно нормы соответствующего правового акта (пункт, часть, статья) нарушены и в чем выразилось несоблюдение содержащихся в них требований, что в соответствии с абз.5 п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 39 "О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору" является обстоятельством, исключающим возможность вынесения приговора или иного итогового судебного решения.

Кроме того, суд обращает внимание, что положения ч.5 ст.171.1 УК РФ предусматривают ответственность за оборот именно немаркированных табачных изделий, подлежащих маркировке специальными (акцизными) марками.

Согласно п.2 Постановления Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 224 «Об утверждении Правил маркировки средствами идентификации табачной и никотинсодержащей продукции и организации прослеживаемости табачной и никотинсодержащей продукции и сырья для производства такой продукции, а также об особенностях внедрения государственной информационной системы мониторинга за оборотом товаров, подлежащих обязательной маркировке средствами идентификации, в отношении табачной и никотинсодержащей продукции», "табачная продукция" - табачные изделия, определенные Федеральным законом "Технический регламент на табачную продукцию" и техническим регламентом Таможенного союза "Технический регламент на табачную продукцию" (ТР №), принятым решением Совета Евразийской экономической комиссии от ДД.ММ.ГГГГ N 107 (далее - Регламент), реализуемые потребителю в потребительской и (или) групповой упаковке.

Согласно п.4 раздела II Технического регламента на табачную продукцию, утвержденного решением Совета Евразийской экономической комиссии от ДД.ММ.ГГГГ N 107 "табачная продукция" - табачное изделие, упакованное в потребительскую упаковку, "табачное изделие" - продукт, полностью или частично изготовленный из табачного листа и (или) других частей табачного растения в качестве сырья, приготовленный таким образом, чтобы использовать его для курения.

Таким образом, понятие «табачная продукция» и «табачное изделие» не являются идентичными, а для определения «табачной продукции» необходимо идентифицировать как само «табачное изделие», так и его потребительскую упаковку.

Фабула обвинения в обвинительном акте по настоящему уголовному изложена обобщенно, указано лишь на незаконный оборот табачной продукции, без указания, вопреки требованиям закона, оборот каких именно табачных изделий (виды, марки) и как упакованных (тара, объём) вменен подсудимой.

Дополнительно суд отмечает, что из текста предъявленного обвинения прямо следует, что место приобретения немаркированных табачных изделий не установлено. В совокупности с указанием в обвинении о приобретении указанных табачных изделий не позднее ДД.ММ.ГГГГ, подобная формулировка также препятствует реализации права подсудимой на защиту, в виде возможности защищаться от конкретного обвинения, содержащего указание время и место деяния.

Одновременно с этим суд обращает внимание, что при описании предъявленного обвинения, указано, что <ФИО>1 не только приобрела и хранила в целях сбыта немаркированные табачные изделия, подлежащие маркировке специальными (акцизными) марками, но и обеспечивала их сбыт. В то же время, продажа немаркированных табачных изделий подсудимой не вменена.

Указанные обстоятельства (в первую очередь отсутствие точных норм конкретных нормативно-правовых актов и их раскрытие применимо к действиям обвиняемой) являются существенными составляющими обвинения и не могут быть восполнены судом, поскольку в данном случае суд не только выйдет за пределы судебного разбирательства, но подменит собой сторону обвинения, что недопустимо в соответствии со ст.15 УПК РФ.

Кроме того, подобные действия на данной стадии не может сделать и сам государственный обвинитель, поскольку это ухудшит положение обвиняемого, нарушив его права на защиту в связи с тем, что он не имел возможности защититься от фактически иного обвинения в нарушении иных норм закона.

Позицию государственного обвинителя о возможности вынесения приговора по делу без установления какие именно положения нормативных актов (возможно) нарушила подсудимая, а также об отсутствии необходимости указания их в приговоре, нельзя признать состоятельной поскольку она влечёт нарушение права на защиту от конкретного обвинения.

Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что в обвинительном заключении в нарушение требований к обвинению (п.4 ч.2 ст.171 УПК РФ) не описаны должным образом обстоятельства преступления.

Суд приходит к выводу о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору, так как обвинительное заключение в отношении <ФИО>1 не соответствует требованиям п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ, чем нарушается право последней на защиту от предъявленного обвинения.

Таким образом, допущенные нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения, на основе имеющегося в материалах дела обвинительного заключения, а потому дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. Вместе с тем, возвращение уголовного дела прокурору не связано с восполнением неполноты произведенного следствия, а имеет целью приведение процедуры следствия в соответствие с требованиями уголовно-процессуального закона, и последующего обеспечения гарантированного Конституцией Российской Федерации права каждого из участников уголовного судопроизводства, в том числе подсудимого и потерпевших на судебную защиту, а также возможности постановления судом приговора или вынесения иного решения, отвечающего требованиям справедливости.

На основании изложенного и руководствуясь п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Возвратить прокурору <адрес> Санкт-Петербурга уголовное дело в отношении <ФИО>1, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.171.1 УК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Постановление может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение пятнадцати суток со дня его вынесения.

Судья А.А. Бродский