Апелляционное определение № 33-6628/2026 от 22 апреля 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. №...

УИД: 78RS0№...-88

Судья: Тарасова О.С.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Барминой Е.А.

Председательствующего

судей

ФИО1

ФИО2

при помощнике судьи

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании <дата> гражданское дело №... по апелляционным жалобам Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Санкт-Петербургу, прокурора Петроградского районного суда Санкт-Петербурга на решение Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> по иску ФИО4 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Санкт-Петербургу о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Барминой Е.А., выслушав объяснения представителя третьего лица ФИО5, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратился в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации, в котором просил взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в размере 2 000 000 руб. 00 коп. за счет средств казны Российской Федерации.

В обоснование заявленных требований истец указал, что <дата> в отношении истца было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «е», «ж», «и» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации. <дата> постановлением старшего следователя следственного отдела по московскому району ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу уголовное дело в отношении истца прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, за истцом признано право на реабилитацию в порядке гл. 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Полагая свои права нарушенными, указывая на то, что вследствие длительного незаконного уголовного преследования истцу были причинены нравственные страдания, истец обратился с настоящим иском в суд.

Решением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> исковые требования ФИО4 удовлетворены частично; с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО4 взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 руб. 00 коп.

В апелляционной жалобе ответчик Министерство финансов Российской Федерации ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, а также указывая на то, что судом первой инстанции неправильно определены юридически значимые обстоятельства по делу, не проведена полная и всесторонняя оценка доказательств, в связи с чем, неверно применены нормы материального права.

Апелляционная жалоба также подана третьим лицом по делу прокурором <адрес> Санкт-Петербурга, в которой третье лицо выражает несогласие с постановленным судом решением, полагает его незаконным и необоснованным ввиду недоказанности истцом степени и характера причиненных ему вследствие незаконного уголовного преследования нравственных страданий.

На рассмотрение дела в суд апелляционной инстанции истец ФИО4, представитель ответчика Министерства Финансов Российской Федерации, представитель третьего лица ГСУ СК России по Санкт-Петербургу и <адрес> не явились, о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом по правилам ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о причинах неявки суду не сообщили, доказательств невозможности явки в судебное заседание не представили, в связи с чем, судебная коллегия на основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела, выслушав пояснения представителя третьего лица, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №... «О судебном решении», решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с положениями ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения частично были допущены судом первой инстанции при рассмотрении дела.

Как следует из материалов гражданского дела и было установлено судом первой инстанции, в отношении ФИО4 постановлением следователя СУ УМВД России по <адрес><дата> было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «е», «ж», «и» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> в отношении истца избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

<дата> постановлением следователя второго следственного отдела первого управления по расследованию особо важных дел ГСУ СК России уголовное дело в отношении истца прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, за истцом признано право на реабилитацию в порядке гл. 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Установив указанные обстоятельства, указав на непричастность истца к совершению преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «е», «ж», «и» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с прекращением в отношении ФИО4 уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и признанием за истцом права на реабилитацию в порядке гл. 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что в связи с необоснованным обвинением в совершении особо тяжкого преступления истцу были причинены нравственные страдания, суд первой инстанции нашел требования истца подлежащим удовлетворению, однако снизил заявленный истцом размер компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости до 100 000 руб. 00 коп.

Между тем, судебная коллегия не может согласиться с определенным судом первой инстанции размером компенсации морального вреда, исходя из следующего.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (ст. 2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53).

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (п. 35 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из п.п. 1, 4 ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет в том числе подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным п.п. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 данного кодекса (в частности, уголовное дело в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 названного кодекса (отсутствие в деянии состава преступления).

В силу ч. 1 ст. 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 («Обязательства вследствие причинения вреда»; ст.ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №... «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №... «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абз. 1 п. 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абз. 2 п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №...).

Из приведенных норм материального права и разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем, в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Ввиду того что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Таким образом, если суд в рамках гражданского судопроизводства признал доказанным факт причинения гражданину морального вреда в результате указанных в п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации незаконных действий органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда и пришел к выводу о необходимости присуждения ему денежной компенсации, то в судебном акте должны быть приведены мотивы, обосновывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой заявителю, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, при этом оценка таких обстоятельств не может быть формальной.

Компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан (Определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №...-КГ25-5-К6).

Указанные положения законодательства, подлежащие применению в настоящем споре с разъяснениями по их применению должным образом судом первой инстанции не применены.

Судом первой инстанции не учтено, что предусмотренный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №...-О, от <дата> №...-О-О, от <дата> №...-О и др.).

Между тем каких-либо доказательств в подтверждение обоснованности заявленного размера компенсации морального вреда истцом, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в суд первой инстанции или в суд апелляционной инстанции представлено не было.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, судебная коллегия, принимая во внимание доводы апелляционных жалоб ответчика и третьего лица, исходит из следующего.

<дата> постановлением следователя СУ УМВД России по <адрес> в отношении ФИО4 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «е», «ж», «и» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, отнесенного в силу ч. 5 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации к категории особо тяжких преступлений.

Постановлением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> в отношении истца избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

<дата> постановлением следователя второго следственного отдела первого управления по расследованию особо важных дел ГСУ СК России уголовное дело в отношении ФИО4 прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с непричастностью истца к совершению преступления, за истцом признано право на реабилитацию в порядке гл. 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Каких-либо медицинских документов либо иных надлежащих доказательств, свидетельствующих о характере и степени перенесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, о влиянии незаконного уголовного преследования на состояние его здоровья, а равно об иных заслуживающих внимания обстоятельствах, материалы дела не содержат.

С учетом указанного судебная коллегия приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства достоверно установлен и подтверждается допустимыми доказательствами факт незаконного уголовного преследования в отношении истца, что привело к нарушению его личных неимущественных прав, что, несомненно, причинило ему нравственные страдания, связанные с обвинением в совершении особо тяжкого преступления, изоляцией от общества в связи с избранием меры пресечения в виде заключения под стражу.

При этом, какие-либо иные доводы, обосновывающие заявленный истцом размер компенсации морального вреда в тексте искового заявления не приведены.

К исковому заявлению и в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции истцом в подтверждение заявленного размера компенсации морального вреда были представлены только процессуальные документы об избрании в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу и о последующем прекращении уголовного преследования. При этом, из представленных документов следует, что истец был освобожден из-под стражи на основании апелляционного определения Санкт-Петербургского городского суда от <дата>, а следовательно общий срок содержания под стражей составил три с половиной месяца (с <дата> по <дата>).

Из текста представленных процессуальных документов следует, что на момент уголовного преследования истец ФИО4 являлся гражданином <адрес>, состоял на миграционном учете, имел постоянное место работы, был женат, имел четырех несовершеннолетних детей, ранее не судим.

Вместе с тем, какие-либо иные документы, подтверждающие семейное и материальное положение истца, а равно доказательства того, каким именно образом сам факт уголовного преследования и избрание меры пресечения на протяжении трех с половиной месяцев повлияли на личную и семейную жизнь истца не представлено.

Само по себе утверждение истца о значительной степени перенесенных им нравственных страданий, без представления соответствующих доказательств, не может служить безусловным основанием для удовлетворения исковых требований в заявленном размере.

Вопреки выводам суда первой инстанции, указанные судом обстоятельства в виде испытываемого истцом страха, необходимости доказывать и опровергать факт, совершения инкриминируемого истцу деяния, лишение истца привычного образа жизни, а также потеря работы, надлежащими доказательствами не подтверждены.

При этом судебная коллегия отмечает, что за истцом было признано право на реабилитацию, которая предполагает, в том числе, восстановление трудовых прав реабилитированного, в случае лишения его работы в связи с незаконным уголовным преследованием.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание отсутствие доказательств влияния незаконного уголовного преследования на состояние здоровья истца, отсутствие доказательств наличия у истца индивидуальных особенностей, обусловивших перенесение им страданий в большей степени, а также непредставление истцом доказательств в обоснование заявленного размера компенсации, судебная коллегия полагает, что в настоящем случае надлежащим размером компенсации морального вреда будет являться сумма в размере 20 000 руб. 00 коп., как отвечающая принципам разумности и справедливости и обеспечивающая баланс частных и публичных интересов.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит изменению со снижением размера подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда до 20 000 руб. 00 коп.

Других оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по доводам апелляционных жалоб судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от <дата>, - изменить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей 00 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4, - отказать.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено <дата>