Решение № 2-452/2019 2-452/2019~М-373/2019 М-373/2019 от 10 июля 2019 г. по делу № 2-452/2019

дело № 2-452/2019

58RS0005-01-2019-000473-20


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Бессоновка 11 июля 2019 года

Бессоновский районный суд Пензенской области в составе

председательствующего судьи Гусаровой Е.В.,

при секретаре Михотиной И.Ф.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, допущенной к участию в деле на основании ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, адвоката Головановой О.В., действующей на основании ордера № 21 от 03 июня 2019 года, представившей удостоверение № 845, выданное Управлением Минюста России по Пензенской области 05 августа 2015 года, представителя ответчика УПФР в Бессоновском районе Пензенской области (межрайонного) ФИО3, действующей на основании доверенности № от 11 января 2019 года,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к УПФР в Бессоновском районе Пензенской области (межрайонному) об отмене решения об отказе в назначении досрочной страховой пенсии, включении периодов работы в специальный стаж, возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, ссылаясь на следующие обстоятельства:

20 февраля 2019 года она обратилась в УПФР в Бессоновском районе Пензенской области (межрайонное) с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии в связи с педагогической деятельностью в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 30 ФЗ РФ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением УПФР в Бессоновском районе Пензенской области (межрайонного) от 14 марта 2019 года № в назначении досрочной страховой пенсии ей было отказано по причине недостаточности стажа на соответствующих видах работ.

В льготный стаж не учтен ряд периодов, в том числе, работа в должности пионервожатой с 31 августа 1991 года по 01 августа 1993 года, работа в должности учителя русского языка с 01 августа 1993 года по 02 сентября 1994 года, а также периоды нахождения на курсах повышения квалификации со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года.

Просила суд со ссылкой на действующие нормы права признать решение УПФР в Бессоновском районе Пензенской области (межрайонного) № от 14 марта 2019 года об отказе в установлении пенсии незаконным и подлежащим отмене, обязать ответчика назначить ей досрочную трудовую пенсию с 20 февраля 2019 года, зачесть в календарном исчислении в специальный стаж периоды работы истца в должности пионервожатой с 31 августа 1991 года по 01 августа 1993 года, учителя русского языка с 01 августа 1993 года по 02 сентября 1994 года, периоды нахождения на курсах повышения квалификации со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года.

13 июня 2019 года от истца поступило заявление об уточнении исковых требований, в котором она просила признать решение УПФР в Бессоновском районе Пензенской области (межрайонного) № от 14 марта 2019 года об отказе в установлении пенсии незаконным и подлежащим отмене, обязать ответчика назначить досрочную пенсию ФИО1, с 20 февраля 2019 года, зачесть в специальный стаж периоды работы: с 31 августа 1991 года по 31 июля 1993 года в должности пионервожатой, с 01 августа 1993 года по 02 сентября 1994 года в должности учителя русского языка, со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года период прохождения курсов повышения квалификации.

11 июля 2019 года от ФИО1 поступило дополнение к исковым требованиям, в котором истец просила признать решение УПФР в Бессоновском районе Пензенской области (межрайонного) № от 14 марта 2019 года об отказе в установлении пенсии незаконным и подлежащим отмене, обязать ответчика назначить досрочную пенсию ФИО1 со дня обращения 20 февраля 2019 года, зачесть в календарном исчислении в специальный стаж периоды работы истца в должности пионервожатой с 31 августа 1991 года по 30 сентября 1993 года, в должности учителя русского языка с 01 октября 1993 года по 02 сентября 1994 года, нахождение на курсах повышения квалификации и обучения со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержала с учетом уточнений и дополнений. Подтвердила обстоятельства, изложенные в исковом заявлении. Дополнительно суду пояснила, что прохождение курсов повышения квалификации является необходимым условием для продолжения педагогической деятельности. За период нахождения на курсах у нее сохранялась заработная плата, все необходимые отчисления с которой производились работодателем. Полагает, что курсы повышения квалификации незаконно исключены из ее специального стажа, на курсы повышения квалификации она направлялась работодателем. Также считает подлежащим включению в специальный стаж периодов работы в должности пионервожатой с 31 августа 1991 года по 30 сентября 1993 года, в должности учителя русского языка с 01 октября 1993 года по 02 сентября 1994 года. Указала, что была принята в школу на должность пионервожатой, затем она находилась в отпуске по уходу за ребенком, ее отпуск начался ранее октября 1992 года. В мае 1993 года было принято решении о переводе ее на должность учителя, поэтому в приказе об отпусках ее должность указана как учитель. С 01 октября 1993 года она работала учителем. Для работы на этой должности было необходимо получить разряд, который она получила в сентябре 1993 года. Учебная нагрузка распределяется в августе на следующий учебный год. Поскольку школа была небольшой, запись в трудовую книжку ей о переводе на должность учителя сделана не была. Из отпуска по уходу за ребенком она была отозвана 01 августа 1993 года. В августе 1993 года она работала как учитель в учебно-производственной бригаде, осуществляла подготовку к празднованию дня знаний. Просила удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержала с учетом уточнений и дополнений. Просила их удовлетворить в полном объеме. Указала, что до 02 сентября 1993 года ФИО1 работала учителем без разряда, в дальнейшем 03 сентября 1993 года ФИО1 был присвоен разряд, который влиял только на размер заработной платы истца. Разряды для пионервожатых не предусмотрены. Образование, которое было у ФИО1, позволяло ей занимать должность учителя. В приказе по отпускам от мая 1993 года ФИО1 указана как учитель, это позволяет сделать вывод о том, что ФИО1 с августа 1993 года была в штате как учитель, однако, штатное расписание не сохранилось. Тарификационный списки также не сохранились. Полагает, что поскольку Положение о порядке исчисления стажа для назначения пенсий за выслугу лет работникам просвещения и здравоохранения, утв. Постановлением Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 года № 1397, которым стаж работы в должности пионервожатой засчитывался в специальный стаж при соблюдении определенных условий, утратило силу с 01 октября 1993 года, то период работы истца до указанной даты подлежит включению в специальный стаж, поскольку на момент возникновения права иные условия включения периода работы в должности пионервожатой в специальный стаж соблюдены. Указала. Что период с 01 октября 1993 года по 02 сентября 1994 года подлежит включению в специальный стаж, поскольку истец работала учителем, несмотря на отсутствие в трудовой книжке истца записи о работе учителем. Данное обстоятельство подтверждается приказом № 1 от 02 сентября 1993 года о распределении учебной нагрузки, где ФИО1 указана как учитель с нагрузкой 11 часов. На основании приказа № 3 от 06 сентября 1993 года ФИО1 устанавливалась доплата за проверку тетрадей, присваивался 8 разряд. Приказом № 14 от 28 мая 1993 года также подтверждается работа истца учителем. Период нахождения на курсах повышения квалификации подлежит включению в специальный стаж, поскольку в этот период за ФИО1 сохранялось рабочее место, ей выплачивалась заработная плата, из которой производились отчисления, в том числе, и в Пенсионный Фонд.

Адвокат Голованова О.В. в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске, просила суд их удовлетворить.

Представитель ответчика УПФР в Бессоновском районе Пензенской области (межрайонное) ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала. Указала, что на момент обращения ФИО1 к ответчику стаж педагогической деятельности последней составлял менее 25 лет, в связи с чем, в назначении пенсии истцу было отказано. Пояснила, что в соответствии с действующим законодательством периоды нахождения на курсах повышения квалификации в специальный стаж включению не подлежат. Кроме того, истцу не включены в специальный стаж периоды работы с 31 августа 1991 года по 02 сентября 1994 года, поскольку данный период мог быть включен в специальный стаж истца только при наличии до 01 октября 1993 года работы по Перечню учреждений, организаций и должностей, работа в которых дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденному Постановлением № 1397 от 17 декабря 1959 года. У ФИО1 по состоянию на 01 октября 1993 года такой стаж отсутствовал. Требования о включении в специальный стаж работы истца в должности учителя в период до 02 сентября 1994 года удовлетворению также не подлежат, поскольку Правилами исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение, утв. Постановлением Правительства РФ № 781 от 29 октября 2002 года, для включения в специальный стаж периодов работы должности учителя необходимо занятие штатной должности. Работодателем не был издан приказ о разрешении истице совместительства, в справке, уточняющей характер работы, также не содержится сведений о совместительстве в указанный период должности учителя в свободное от основной работы время. Наличие дополнительной учебной нагрузки с почасовой оплатой не свидетельствует о занятии истицей должности учителя. Полагала, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. Просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, оценив все доказательства в совокупности, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

В силу ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

ФЗ РФ «О страховых пенсиях в Российской Федерации» от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ определяет основания возникновения и порядок реализации права граждан на пенсии.

Согласно п.п. 19 п. 1 ст. 30 ФЗ «О страховых пенсиях в РФ» № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года досрочная страховая пенсия назначается лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 данной статьи.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 30 ФЗ «О страховых пенсиях в РФ» № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года страховая пенсия по старости лицам, имеющим право на ее получение независимо от возраста в соответствии с пунктами 19 - 21 части 1 указанной статьи, назначается не ранее сроков, указанных в приложении 7 к данному Федеральному закону. Назначение страховой пенсии по старости лицам, имеющим право на ее получение по достижении соответствующего возраста в соответствии с пунктом 21 части 1 статьи 30 указанного закона, осуществляется при достижении ими возраста, указанного в приложении 6 к ФЗ «О страховых пенсиях в РФ» № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года.

Согласно Приложению 7 сроки назначения страховой пенсии по старости в соответствии с п. 19-21 ч. 1 ст. 30 ФЗ РФ «О страховых пенсиях» (в отношении лиц, имеющих право на страховую пенсию по старости независимо от возраста) в случае возникновения права на страховую пенсию по старости в 2019 году пенсия назначается не ранее чем через 12 месяцев со дня возникновения права на страховую пенсию по старости.

Согласно ч. 3 ст. 10 Федерального закона от 03 октября 2018 года N 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий» гражданам, которые указаны в части 1 статьи 8, пунктах 19 - 21 части 1 статьи 30, пункте 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» и которые в период с 1 января 2019 года по 31 декабря 2020 года достигнут возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение) в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 1 января 2019 года, либо приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к указанному Федеральному закону, но не более чем за шесть месяцев до достижения такого возраста либо наступления таких сроков.

Из материалов дела следует, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась с заявлением к ответчику о назначении ей досрочной страховой пенсии по старости в связи с педагогической деятельностью 20 февраля 2019 года.

Решением УПФР в Бессоновском районе Пензенской области (межрайонного) № от 14 марта 2019 года ФИО1 было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по причине недостаточности стажа на соответствующих видах работ (л.д.7).

В льготный стаж ФИО1 не учтены, в том числе, периоды: с 31 августа 1991 года по 30 сентября 1993 года, с 01 октября 1993 года по 02 сентября 1994 года (в том числе отпуск по уходу за ребенком с 11 августа 1992 года по 18 ноября 1993 года)- пионервожатая Ухтинской неполной средней школы, со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года - курсы повышения квалификации.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 в период с 31 августа 1991 года по 02 сентября 1994 года работала пионерской вожатой в Ухтинской неполной средней школе на время отпуска по уходу за ребенком основного работника, 03 сентября 1994 года переведена на должность вожатой постоянно, назначена учителем русского языка и литературы на 0,5 ставки (трудовая книжка, л.д. <данные изъяты>).

Указанные сведения соответствуют записям в трудовой книжке истца, являющейся в силу ст. 66 ТК РФ, основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Из свидетельства о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что брак между Ш.Н.В. и И. Т.Ю. заключен ДД.ММ.ГГГГ, после заключения брака жене присвоена фамилия «Шеянова» (л.д. <данные изъяты>).

В карточках-справках о начисленной заработной плате за 1992 год ФИО1 указана как пионервожатая, за 1993 год должность истца отсутствует, за 1994 год указана как учитель (л.д. <данные изъяты>).

В справке, уточняющей занятость в соответствующих должностях за периоды работы, которые засчитываются в специальный стаж, дающий право на досрочную страховую пенсию по возрасту в связи с педагогической деятельностью, № 25 от 20 февраля 2019 года, выданной МБОУ СОШ им. ФИО12 <адрес>, указан период работы истца с 31 августа 1991 года по 02 сентября 1994 года в должности пионерской вожатой как период работы, предусмотренной ст. 30 ч. 1 п. 19 ФЗ РФ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (л.д. <данные изъяты>). Также в данной справке имеется указание на прохождение истицей курсов повышения квалификации со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года.

Из приказа директора школы № от 28 мая 1993 года усматривается, что было дано распоряжение предоставить очередные отпуска за 1992-1993 учебный год учителям, в том числе. имеется указание и на ФИО1 (л.д. <данные изъяты>)

Приказом директора школы № от 02 сентября 1993 года была распределена учебная нагрузка среди учителей на 1993-1994 учебный год, имеется указание на ФИО1 - русский язык 11 часов.

Приказом директора школы № от 06 сентября 1993 года (л.д. <данные изъяты>) было установлено производить доплату за проверку тетрадей, в том числе, ФИО1, а также установить истцу 8 разряд.

Приказом № от 15 июня 1992 года ФИО1 предоставлен оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Из сообщения начальника УПФР в Бессоновском районе Пензенской области ФИО5 № от 28 июня 2019 года следует, что величина ИПК истца на 2019 год составляет не менее 16,2.

Суд считает необоснованным исключение из специального стажа ФИО1 периода нахождения на курсах повышения квалификации: со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года по следующим основаниям.

В силу ст. 187 ТК РФ при направлении работодателем работника для повышения квалификации с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы. Работникам, направляемым для повышения квалификации с отрывом от работы в другую местность, производится оплата командировочных расходов в порядке и размерах, которые предусмотрены для лиц, направляемых в служебные командировки.

Сохранение заработка является условием для уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд РФ.

Пунктом 4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со ст. 27 и 28 ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.07.2001 года № 516, в стаж, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, кроме периодов работы, включаются также периоды получения пособия по государственному социальному страхованию и период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительного оплачиваемых отпусков.

Судом установлено, что на курсы повышения квалификации со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года ФИО1 направлялась на основании приказа работодателя, за указанный период за ней сохранялась заработная плата, место работы и должность. Кроме того, для педагогических работников повышение квалификации является обязательным условием выполнения работы. По окончании курсов повышения квалификации ФИО1 выдано удостоверение о повышении квалификации (л.д.28).

Таким образом, в период нахождения на курсах повышения квалификации за работником сохранялась заработная плата, из неё производились отчисления взносов в Пенсионный фонд РФ.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что период нахождения ФИО1 на курсах повышения квалификации со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года, подлежит включению в её специальный стаж.

Что касается требований истца о включении в специальный стаж периодов работы с 31 августа 1991 года по 31 июля 1993 года в должности пионервожатой, с 01 августа 1993 года по 02 сентября 1994 года в должности учителя русского языка, то суд приходит к следующему:

В целях реализации положений статей 30 и 31 Федерального закона от 29 декабря 2013 г. N 400-ФЗ Правительством Российской Федерации принято постановление от 16 июля 2014 г. N 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение» (далее - постановление Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 г. N 665).

Абзацем 4 пункта 2 Положения о порядке исчисления стажа для назначения пенсий за выслугу лет работникам просвещения и здравоохранения, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 года N 1397, предусматривалась, что учителям и другим работникам просвещения работа в штатных должностях пионервожатых включалась в стаж работы по специальности.

(Постановление Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 года N 1397 в соответствии с Приложением N 3 к Постановлению Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 года N 953 «О внесении изменений, дополнений и признании утратившими силу решений Совета Министров РСФСР по некоторым вопросам пенсионного обеспечения за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью, лечебной и творческой работой» не применяется на территории Российской Федерации с 01 октября 1993 года).

В силу п. 4 данного Положения период работы в должности «пионер вожатый» засчитывался в стаж работы по специальности в том случае, если не менее 2/3 стажа, требуемого для назначения пенсии в соответствии с этим Положением, приходится в учреждениях, организациях, должностях, работа в которых давала работникам просвещения право на пенсию за выслугу лет.

Таким образом, из содержания указанных норм права в их системной взаимосвязи следует, что, устанавливая правовые основания и условия назначения пенсий и предусматривая для отдельных категорий граждан, занятых определенной профессиональной деятельностью, возможность досрочного назначения страховой пенсии по старости, законодатель связывает право на назначение пенсии ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста не с любой работой, а лишь с такой, выполнение которой сопряжено с неблагоприятным воздействием различного рода факторов, повышенными психофизиологическими нагрузками, обусловленными спецификой и характером труда.

С учетом анализа приведенных правовых норм суд приходит к выводу, что законодательство, действовавшее до 01 октября 1993 года, предусматривало зачет в специальный стаж педагогической деятельности работы в должности штатных пионервожатых, при этом суд учитывает, что на момент возникновения у истца права на назначение пенсии более 2/3 стажа ФИО1 приходится на работу в должности учителя, в связи с чем, период работы истца с 31 августа 1991 года по 30 сентября 1993 года в качестве пионервожатой подлежит включению в ее специальный стаж.

Начиная с 01 октября 1993 года, работа в качестве пионервожатой в специальный педагогический стаж истца включению не подлежит.

Суд учитывает, что период отпуска по уходу за ребенком также подлежит включению в специальный стаж. При этом суд исходит из того, что отпуск по уходу за ребенком у ФИО1 начался до 6 октября 1992 года (дата вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года N 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации», с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), следовательно, он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

Требования истца о включении в специальный стаж работы периода работы в должности учителя русского языка с 01 октября 1993 года по 02 сентября 1994 года удовлетворению не подлежат, поскольку истцом не представлено допустимых доказательств, подтверждающих его работу в должности учителя, в том числе, тарификационные списки.

Кроме того, суд принимает во внимание, что в трудовой книжке истца какие-либо записи относительно назначения ее на должность учителя, совмещение должности пионервожатой и учителя не содержится. То обстоятельство, что в приказе № директора школы от 28 мая 1993 года указано о предоставлении отпуска учителям, в списке которых имеется и ФИО1, не свидетельствует о том, что она работала в должности учителя с 01 октября 1993 года, также как и не свидетельствуют об этом приказ директора школа от 02 сентября 1993 года о распределении нагрузки и присвоение ФИО1 8 разряда.

При таких обстоятельствах требования истца о включении в специальный стаж периодов работы подлежат частичному удовлетворению, а именно в части включения в ее специальный стаж периодов работы в должности пионервожатой с 31 августа 1991 года по 30 сентября 1993 года, нахождение на курсах повышения квалификации со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года.

Судом установлено и из результатов расчета программно-технического комплекса «Назначение и выплата пенсий», установленного у ответчика, усматривается, что при включении в специальный стаж работы истца периода нахождения на курсах повышения квалификации, а также периода работы в должности пионервожатой с 31 августа 1991 года по 30 сентября 1993 года, а также положений законодательства об отложенном праве, право на получение пенсии у ФИО1 возникает 28 июля 2019 года, то есть по истечении 6 месяцев с момента выработки 25 лет педагогической деятельности в учреждениях для детей, независимо от их возраста. В связи с чем, требования истца о возложении обязанности на ответчика назначить досрочную пенсию со дня обращения - 20 февраля 2019 года являются необоснованными и удовлетворению не подлежат. Пенсия должна быть назначена ФИО1 с 28 июля 2019 года.

Решение УПФР в Бессоновском районе Пензенской области (межрайонного) № от 14 марта 2019 года об отказе в установлении пенсии при таких обстоятельствах подлежит частичной отмене в части отказа во включении в педагогический стаж истца периодов работы ФИО1 в должности пионервожатой с 31 августа 1991 года по 30 сентября 1993 года, нахождение на курсах повышения квалификации со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Включить ФИО1 в специальный стаж для назначения досрочной страховой пенсии в связи с педагогической деятельностью периоды её нахождения на курсах повышения квалификации: со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года, а также период работы с 31 августа 1991 года по 30 сентября 1993 года в должности пионервожатой в Ухтинской неполной средней школе.

Отменить решение Государственного учреждения - Управление Пенсионного Фонда РФ в Бессоновском районе (межрайонное) № от 14 марта 2019 года в части невключения в специальный стаж ФИО1 для назначения досрочной страховой пенсии в связи с педагогической деятельностью периодов нахождения на курсах повышения квалификации: со 02 марта 2015 года по 21 марта 2015 года, а также периода работы с 31 августа 1991 года по 30 сентября 1993 года в должности пионервожатой в Ухтинской неполной средней школе.

В остальной части в удовлетворении иска ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Бессоновский районный суд Пензенской области в течение месяца с даты изготовления мотивированного текста судебного решения, которое изготовлено 15 июля 2019 года.

Судья Е.В. Гусарова