Апелляционное определение № 33-46930/2025 от 23 декабря 2025 г.

судья Ивлева Л.О. дело <данные изъяты>

УИД <данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<данные изъяты> 24 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Капралова В.С.,

судей Гордиенко Е.С., Неграмотнова А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Давыдовой М.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело <данные изъяты> по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Солнечногорского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>,

Заслушав доклад судьи Гордиенко Е.С.,

объяснения истца ФИО1 и её представителя ФИО3, ответчика ФИО2 и её представителя ФИО4,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты>, кадастровый <данные изъяты>, заключенного <данные изъяты> между ФИО1 и ФИО2

Требования мотивировала тем, что указанная сделка совершена ею в состоянии в котором она не отдавала отчет своим действиям и не могла руководить ими. По факту совершёН. в отношении нее преступления возбуждено уголовное дело <данные изъяты>, где истец признана потерпевшей. Из представленного постановления о возбуждении уголовного дела следует, что оно возбуждено по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, из него следует, что в период с <данные изъяты> по <данные изъяты> истец стала жертвой мошеннических действий неустановленных лиц, звонивших ей от имени сотрудников Пенсионного фонда РФ и убедивших ее в ходе телефонных разговоров предоставить свои паспортные данные под предлогом перерасчета трудового стажа, что она и сделала, а в последующем звонившие от имени сотрудников ФСБ России и убедили истца, что в отношении нее возбуждено уголовное дело в пособничестве преступления, связанного с переводом денежных средств на территорию Украины, и с целью прекращения которого истцу необходимо передать неустановленным лицам через курьера денежную сумму в размере 500 000 рублей, что она и сделала. Далее, в ходе телефонных разговоров, действуя опять же от имени сотрудников ФСБ России, под угрозой возбуждения в отношении нее уголовного дела, убедили ФИО1 осуществить продажу, принадлежащей ей квартиры, что последняя <данные изъяты> сделала, заключив договор купли-продажи, а <данные изъяты> передала неустановленному лицу вырученные от продажи квартиры деньги в размере 3 900 000 рублей.

Истец просила признать договор купли-продажи недействительным по основаниям, предусмотренным пунктом 1 ст. 177, подпунктов 3, 5 пункта 2 ст. 178 ГК РФ, пунктами 1, 2 ст. 179 ГК РФ, поскольку полагает, что все ее формальные действия не связаны с ее действительной волей продать квартиру, так как она была поставлена преступниками перед якобы нависшей над ней угрозой и требованием действовать в кратчайшие сроки, под постоянным контролем со стороны преступников, непрерывно высказывающих угрозы по телефону и управляющими всеми ее действиями.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО3 в судебном заседании первой инстанции поддержали заявленное требование, просили иск удовлетворить.

Ответчик ФИО2 и её представитель ФИО4 в судебном заседании первой инстанции предоставили письменные возражения по иску, просили отказать в удовлетворении иска (лд 190-195 т.1).

Третье лицо ИП ФИО5 ее представитель ФИО6 в суд первой инстанции не явились, извещены, ранее представили письменные пояснения.

Третьего лицо ФИО7 в суд первой инстанции не явился, извещен.

Решением Солнечногорского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в удовлетворении исковых требований отказано.

С решением суда не согласилась ФИО1, обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила решение суда отменить, принять новое решение, которым принять по делу новое решение, указала, что действовала помимо своей воли, заблуждалась относительно природы сделки.

В суде апелляционной инстанции истец ФИО1 и её представитель ФИО3 доводы жалобы поддержали, просили решение суда отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Ответчик ФИО2 и её представитель ФИО4 в суде апелляционной инстанции доводы жалобы считали необоснованными, просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В заседание суда апелляционной инстанции иные лица, участвующие в деле не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещались надлежащим образом. Поскольку они не просили об отложении дела, а также не представили никаких доказательств, подтверждающих уважительность причин их неявки, судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. 167 ГПК РФ сочла их неявку без уважительных причин и пришла к выводу о возможности рассмотреть дело в их отсутствие.

В силу ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы в порядке ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы жалобы, заслушав явившихся лиц, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (пункт 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время (пункт 3).

Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности (пункт 4).

В силу п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с п. 1 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Согласно п. 4 ст. 179 ГК РФ, если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пункт 2).

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса. Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств. Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона. (пункт 6).

В соответствии с п. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно разъяснениям, данным в п. 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты><данные изъяты> «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки, применении последствий недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Судом первой инстанции установлено, что <данные изъяты> между ФИО1 (клиент) и ИП ФИО5 (исполнитель), осуществляющей деятельность на рынке недвижимости под торговой маркой «POMIDOR недвижимость», заключен договор на оказание услуг по продаже объекта, по условиям которого, исполнитель по поручению клиента обязуется оказать последнему за вознаграждение услуги в целях поиска покупателя, желающего приобрести права на объект недвижимости - однокомнатную квартиру по адресу: <данные изъяты>, собственником которой является клиент.

В силу пунктов 2.1.-2.7. договора в целях исполнения поручения клиента исполнитель обязуется осуществлять комплекс юридических и иных действий, направленных на поиск покупателя, в том числе осуществлять в отношении объекта рекламные мероприятия, организовать просмотры объекта, осуществлять правовой анализ документов, организовать заключение договора купли-продажи, осуществить действия по сопровождению регистрации сделки купли-продажи объекта в орган, осуществляющий государственную регистрацию.

Согласно пунктов 1.3., 4.6. договора ФИО1 в результате продажи квартиры намеривается получить денежные средства в размере 4 000 000 рублей, а вознаграждение исполнителя за оказание услуг в целях продажи объекта (квартиры) составляет 200 000 рублей.

Данные обстоятельства по делу истец в ходе рассмотрения дела не оспаривала, в том числе не оспаривала факт своего обращения в агентство недвижимости «POMIDOR недвижимость» и самостоятельного подписания указанного договора оказания услуг по продаже объекта, а также проведения риелтором, сотрудником ИП «ФИО5, просмотров квартиры потенциальными покупателями с участием истца, подготовки документы по продаже квартиры.

<данные изъяты> между истцом ФИО1 (продавец) и ответчиком ФИО2 (покупатель) был заключен договор купли-продажи <данные изъяты>, расположенной по адресу: <данные изъяты>, кадастровый <данные изъяты>.

Квартира в соответствии с условиями договора продается по цене 3 900 000 рублей (пункты 3, 4 договора).

Оплата квартиры покупателем продавцу производится в следующем порядке: денежные средства в обозначенной сумме выплачиваются покупателем продавцу в наличной форме, с использованием индивидуального сейфа Банка ВТБ (ПАО), в который денежные средства размещаются сторонами совместно в день подписания договора купли- продажи недвижимого имущества, в соответствии с условиями договора аренды индивидуального сейфа предоставляемого Банком ВТБ (ПАО) (пункт 5 договора).

Подтверждением оплаты покупателем продавцу денежных средств в размере 3900 000 рублей, является расписка предоставленная продавцом покупателю о получении указанных денежных средств (пункт 6 договора).

Данные обстоятельства по делу истец в ходе рассмотрения дела также не оспаривала, в том числе не оспаривала факт обращения в Банк ВТБ (ПАО) и подписания договора пользования индивидуальным банковским сейфом с особыми условиями доступа от <данные изъяты>, а также самостоятельного написания расписки, подтверждающей получения денежных средств от ответчика в сумме, обозначенной договором купли-продажи, и отсутствии с ее стороны претензий к ответчику.

Допрошенная в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции в качестве свидетеля ФИО8 пояснила, что <данные изъяты> в агентство недвижимости «Помидор недвижимость», где она осуществляет деятельность риелтора, обратилась ФИО1, позвонив по телефону, и интересовалась условиями продажи недвижимости, поскольку хочет продать свою квартиру. <данные изъяты> ФИО1 вновь позвонила в агентство и обозначила, что готова продать квартиру, в связи с чем, с ней <данные изъяты> был заключен договор на оказание услуг по продаже квартиры, исполнителем по которому являлся ИП ФИО9 ФИО1 согласовала все условия договора по оказанию услуг, в том числе продажную стоимость квартиры 4 000 000 рублей, условия получения денежных средств от продажи квартиры, по ее пожеланию через банковскую ячейку, размер вознаграждения исполнителя 200 000 рублей. С согласия ФИО1 была произведена фотосъёмка квартиры для последующего размещения рекламных объявлений о продаже данного объекта на торговых площадках Авито и Циан. В последующем, 31.01. и <данные изъяты> ФИО1 принимала участие в просмотрах ее квартиры потенциальными покупателями, которым рассказывала, что продает квартиру и уезжает жить к родственникам в <данные изъяты>, соглашалась на предложения о нотариальном оформлении сделки по купле-продаже, участие выездного психиатра при совершении сделки, в том числе не возражала предоставить со своей стороны справки из психоневрологического диспансера. <данные изъяты>, при просмотре квартиры ответчиком ФИО2, ФИО1 также принимала участие, общалась с сопровождавшими ответчика лицами, ФИО10 и ФИО11, которым также говорила, что продает квартиру и уезжает жить к родственникам в <данные изъяты>, а также обсуждала условия продажи квартиры.

<данные изъяты> заключен договор купли-продажи между ФИО1 и ФИО2, согласно которому последняя купила квартиру по цене 3 900 000 рублей. Оплата квартиры покупателем произведена в наличной форме, с использованием индивидуального сейфа Банка ВТБ (ПАО), согласно условиям договора купли-продажи. <данные изъяты> договор купли-продажи в присутствии ФИО1 сдан в МФЦ «Мои документы» для последующей регистрации в Росреестре.

<данные изъяты> сделка зарегистрирована и осуществлен переход права собственности в отношении квартиры на покупателя ФИО2

<данные изъяты> в присутствии ее - ФИО8 ФИО1 отдала ФИО2 расписку о получении денежных средств 3 900 000 рублей, которые были заложены в ячейку, а ФИО2 отдала ФИО1 ключ от этой ячейки. Расписка о получении денежных средств была написана собственноручно ФИО1

В договоре купли-продажи было условие, что ФИО1 выпишется из квартиры после регистрации сделки, от чего она не отказывалась, и по ее утверждению собиралась это сделать, как только заберет деньги из банковской ячейки. Далее, свидетелю стало известно, что с 17 на <данные изъяты> ФИО1 написала заявление о том, что сняла денежные средства и кому-то их передала. Ее – свидетеля, как риелтора, сопровождавшего сделку купли-продажи квартиры, опрашивали в полиции. Свидетель также пояснила, что за время, когда она общалась с ФИО1, последней никто не звонил, она была спокойна, доброжелательно и открыто беседовала с потенциальными покупателями и сопровождающими их лицами. Оплату вознаграждения в сумме 200 000 рублей за оказанные услуги по продажи квартиры оплатила ФИО2 за ФИО1, по желанию последней.

Допрошенный в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции в качестве свидетеля ФИО11 пояснил, что объявление о продаже однокомнатной квартиры по адресу: <данные изъяты>, увидел на торговой площадке Авито <данные изъяты>, квартира продавалась за 4 350 000 рублей, имелась возможность торга. Свидетель пояснил, что объявления о продажи квартир он просматривал, начиная с 2024 года, искали квартиру для бабушки, и она должна была соответствовать определенным характеристикам: месторасположение, однокомнатная, не выше второго этажа. Данная квартира по своим характеристикам подходила, и был возможен торг. Объявление о продаже квартиры он показал своей матери ФИО2, а <данные изъяты> состоялся просмотр данной квартиры. Квартиру смотрели он, его мать ФИО2, и бабушка ФИО10, для которой приобреталась квартира. Торг по цене квартиры был предоставлен. ФИО1 он видел только два раза, <данные изъяты> во время просмотра квартиры, и <данные изъяты>, когда обсуждали вопросы по мебели, которая остаётся в квартире. За это время ФИО1 не вызывала у него никаких подозрений, сказала о причинах продажи, что переезжает жить к старшей сестре в <данные изъяты>, поскольку за сестрой нужен уход. Свидетель пояснил, что ФИО1 в общении абсолютно адекватна, не нервничала, вела себя спокойно, разговаривала с его бабушкой о жизни, про кота, сделку не торопила.

У суда первой инстанции не имелось оснований не доверять показаниям допрошенных свидетелей, поскольку их показания последовательные, не противоречивые, согласуются между собой и со всеми представленными суду письменными материалами дела.

В соответствии со ст. 35 Конституции РФ право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п.4 ст.1 ГК РФ).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с ч 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу пункта 2 статьи 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными документами, в том числе электронными документами передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

Нормами гражданского процессуального законодательства, предусмотрено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов (статья 3 ГПК РФ).

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Судом первой инстанции установлено, что истец ФИО1 на момент заключения спорного договора купли-продажи от <данные изъяты> являлась собственником недвижимости (квартиры), расположенной по адресу <данные изъяты>, кадастровый <данные изъяты>.

Судом также установлено и не оспаривалось сторонами, что истец самостоятельно подписала договор купли-продажи от <данные изъяты>, лично присутствовала в МФЦ при сдаче необходимых документов на регистрацию сделки, в дальнейшем лично получила из банковской ячейки денежные средства за проданную недвижимость, следовательно, волеизъявление истца при заключении оспариваемой сделки, как стороны, было направлено на заключение именного договора купли-продажи квартиры.

Поведение истца, то есть ясно выраженные и не допускающее двоякого толкования действия, как до заключения договора купли-продажи, так и после его заключения, не давало оснований ответчику и иным лица, сопровождающим сделку, полагаться на недействительность сделки.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что оспариваемая сделка соответствует общим требованиям Гражданского кодекса Российской Федерации о сделках и условиям договора купли-продажи, поскольку сделка совершена при наличии волеизъявления обеих сторон, зарегистрирована надлежащим образом в установленном законом порядке в органах Росреестра, договор купли-продажи недвижимого имущества сторонами исполнен и для сторон договора наступили правовые последствия совершения сделки.

Вопреки положениям ст. 67 ГПК РФ, истцом не предоставлено допустимых, относимых и достаточных доказательств наличия иной воли обеих сторон по договору купли-продажи, нежели переход права собственности от истца к ответчику на спорную квартиру.

Как следует из искового заявления, истец, будучи пожилым человеком, находясь под влиянием обмана и угроз, поставленная преступниками перед якобы нависшей над ней угрозой и требованием действовать в кратчайшие сроки, под постоянным контролем со стороны преступников, непрерывно высказывающих угрозы по телефону и управляющими всеми ее действиями, в момент совершения сделки не отдавала отчета в своих действиях и не могла руководить ими.

Оценив в совокупности все представленные доказательства по делу, судом первой инстанции не установлено законных оснований для признания сделки недействительной в силу пункта 1 ст. 177, пункта 1, подпунктов 3, 5 пункта 2 ст. 178, пунктов 1, 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи со следующим.

Исходя из положений п. 1 ст. 177 ГК РФ, основание недействительности сделки, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле. При этом не имеет правового значения дееспособность лица, поскольку тот факт, что лицо обладает полной дееспособностью, не исключает наличия порока его воли при совершении сделки.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством является установление психического состояния лица в момент заключения сделки.

В ходе предварительного расследования уголовного дела <данные изъяты>, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ в отношении потерпевшей ФИО1 было получено заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов от <данные изъяты><данные изъяты> Отделения АСПЭ ГБУЗ МО «Психиатрическая больница <данные изъяты>» по результатам комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы первичной, амбулаторной.

В ходе экспертизы комиссия пришла к заключению, что ФИО1 признаков какого-либо психического расстройства не обнаруживала во время, относящееся к совершению в отношении нее противоправных действий, и не обнаруживает в настоящее время. Во время, относящееся к совершению в отношении нее противоправных действий, она не обнаруживала также временного психического расстройства, так как сохраняла контакт и ориентировку в окружающем, целенаправленно и последовательно действовала, у нее отсутствовали психотические расстройства. Следовательно, по своему психическому состоянию ФИО1 могла и может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания, как на период предварительного следствия, так и в настоящее время.

Между тем, суд первой инстанции пришел к мнению, что вывод эксперта комиссии относительно эмоционального состояния, в котором ФИО1 находилась в рассматриваемой ситуации, и которое возможно могло оказать существенное влияние на ее поведение и снизить сопротивление давлению правонарушителей, не может быть положен судом в основу принимаемого решения о признании сделки недействительной, поскольку не дает прямого ответа о наличии эмоционально-волевого порока у ФИО1 именно в момент заключения договора купли-продажи, то есть <данные изъяты>, что является существенным обстоятельством для рассмотрения настоящего дела.

Кроме того, данный вывод эксперта, по мнению суда, противоречит его же выводу о том, что в экспериментально-психологическом исследовании у ФИО1 не выявлены повышенная внушаемость и пассивная сопротивляемость.

В судебном заседании судом первой инстанции на рассмотрение сторон был поставлен вопрос о проведении повторной судебной психолого-психиатрической экспертизы, от проведения которой истец и ее представитель отказались.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции не нашел правовых оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 177 ГК РФ.

Как следует из письменной правовой позиции, сторона истца также обжалует сделку купли-продажи по основаниям, предусмотренным ст. 178 ГК РФ, ссылаясь на введение истца в заблуждение относительно обстоятельств сделки, заключение которой явилось следствием мошеннических действий, в результате которых у ФИО1 сложилось ошибочное представление об обстоятельствах и условиях сделки.

В силу ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона заблуждается в отношении природы сделки (подпункт 3 пункта 2); сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (подпункт 5 пункта 2).

По смыслу п. 1 ст. 178 ГК РФ заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки.

Обязательным условием сделки, как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений, является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей на основе избранной сторонами договорной формы.

Как ранее установлено судом первой инстанции, истцом были заключены: договор на оказание услуг по продаже объекта недвижимости от <данные изъяты>, целью которого был поиск потенциального покупателя на квартиру истца; сам договор купли-продажи квартиры истца от <данные изъяты>; договор пользования индивидуальным банковским сейфом с особыми условиями доступа от <данные изъяты>, посредством которого был произведен расчет покупателя с продавцом за приобретение квартиры, а также произведены действия по получению денежной сумму, причитающейся за продажу квартиры.

Данные обстоятельства указывают на наличие волеизъявления истца на заключение возмездной сделки, а именно договора купли-продажи квартиры. Следовательно, доводы о заблуждении истца в отношении природы сделки, судом первой инстанции верно не принялись во внимание.

По смыслу подпункта 5 пункта 2 ст. 178 ГК РФ, заблуждение может проявляться в том числе в отношении обстоятельств, влияющих на решение того или иного лица совершить сделку.

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3 ст. 178 ГК РФ).

Вопреки положениям ст. 67 ГПК РФ, истцом не предоставлено допустимых, относимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о порочности воли истца, как стороны по сделке, в силу заблуждения согласно пп 5 п. 2 ст. 178 ГК РФ.

Принимая во внимание, что истец, обращаясь в суд с настоящим иском, указала на недействительность договора купли-продажи квартиры по основаниям пунктов 1, 2 статьи 179 ГК РФ, суд первой инстанции учитывая положения указанной нормы, согласно которым сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. При этом обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Исходя из разъяснения, приведенного в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты><данные изъяты> «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

В данном случае, материалы дела не содержат достоверных и достаточных доказательств того, что ответчик ФИО2 знала или должна была знать об обмане истца ФИО1 третьим лицом, а также что виновное в обмане истца третье лицо имело напрямую отношение к ответчику либо содействовало ей в совершении сделки купли-продажи.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции не нашел правовых оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 ст. 179 ГК РФ.

Таким образом, принимая во внимание выше изложенное, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии обстоятельств, с которыми гражданское законодательство связывает признание сделки недействительной, исходя из установленных фактических обстоятельств данного дела и имеющихся в деле доказательств, отсутствует совокупность доказательств, позволяющих суду прийти к выводу об обоснованности исковых требований об оспаривании сделки по основаниям порока воли истца при совершении оспариваемой сделки купли-продажи.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции отказал в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

При установленных судом обстоятельствах, оснований для признания кредитного договора недействительным, не имеется, в связи с чем, исковые требования подлежат оставлению без удовлетворения.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, основанными на правильно установленных обстоятельствах, подтвержденных представленными доказательствами, которым судом дана надлежащая правовая оценка в их совокупности в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ.

Доводы жалобы о несогласии с отказом в удовлетворении исковых требований, основанием для отмены или изменения решения суда являться не могут, поскольку они направлены на переоценку доказательств, имеющихся по делу и на иное толкование закона.

В частности доводы жалобы о том, что истец находилась под психологическим воздействием и оценить свои действия не могла, в связи с совершением мошеннических действий неустановленными лицами в отношении нее – хищение ее имущества путем обмана, что подтверждается приговором Солнечногорского городского суда вступившим в законную силу не состоятельны, поскольку приговором Солнечногорского городского суда по уголовному делу <данные изъяты> от <данные изъяты> ФИО7 признан виновным в совершении 2-х преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ с назначением ему наказания. Гражданский иск Солнечногорского городского прокурора к ФИО7 о возмещении имущественного ущерба, причиненного представлением ФИО1 удовлетворен. Взыскано судом с ФИО7 в пользу ФИО1 сумма ущерба в размере 3 900 000 рублей.

Приговором также установлено, что ФИО2 около года искала недвижимость, квартиру для ее мамы, пенсионерки, так как в 2023 году она продала дом в <данные изъяты> за 1950 000 рублей, положила эту сумму на накопительный счет и в 2025 году сумма составила 2500 000 рублей, остальную сумму они накопили, сумма была на накопительном счету 1600 000 рублей. Увидели на Авито объявление о продаже квартиры по рыночной стоимости 4350 000 рублей, плюс торг, по адресу: <данные изъяты>, они связались с риэлтором Екатериной и она предложила им посмотреть квартиру. Встретились <данные изъяты> квартира понравилась. Встретила их ФИО1 Она спросила у ФИО1 почему она решила ее продать, на что ФИО1 ответила, что у нее есть сестра 85 лет, и она хочет с ней жить. Сразу озвучила условия продажи, что хочет через ячейку банка и только наличными. По стоимости квартиры ФИО1 сама предложила, что уступит по деньгам и оговорились на сумму 3900 000 рублей. После продажи ФИО1 сказала, что выпишется сама. Расписку о получении денег ФИО1 написала сама, после того как получила в банке деньги. ФИО1 квартиру не освободила.

Доводов свидетельствующих о незаконности решения, апелляционная жалоба не содержит.

Доводы апелляционной жалобы, в частности в том числе связанные с несогласием заявителя с выводами суда первой инстанций, по сути повторяют позицию истца, изложенную в исковом заявлении и апелляционной жалобе, которые нашли подробную оценку в решении суда первой инстанции, с которой суд апелляционной инстанции согласен. Они правильности мотивированных выводов судов нижестоящей инстанций не опровергают, основаны на ошибочном толковании норм материального права и субъективной оценке обстоятельств дела, они сводятся к несогласию с выводом суда и не могут служить основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

Иных доводов нарушения или несоблюдения норм действующего законодательства судами при вынесении ими оспариваемых судебных актов истцом не представлено.

Доводы жалобы по существу сводятся к переоценке выводов суда, основаны на неправильной оценке обстоятельств данного дела, ошибочном толковании норм материального права, а потому не могут служить основанием для изменения (отмены) правильного по существу решения суда по одним только формальным основаниям в силу положений ч. 6 ст. 330 ГПК РФ. Выводы суда основаны на материалах дела.

Руководствуясь статьями 199, 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Солнечногорского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

мотивированное апелляционное

определение изготовлено 20.01.2026