Решение № 2-185/2017 2-185/2017~М-125/2017 М-125/2017 от 30 мая 2017 г. по делу № 2-185/2017

Дело №2-185/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

31 мая 2017 года р.п.Тальменка

Тальменский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Гомер О.А.,

при секретаре Берстеневой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в ИВС Тальменского района в 1989, 1994, 1999 годах,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Тальменский районный суд с иском к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей, ссылаясь на то, что в 1989, 1994, 1999 годах неоднократно содержался в ИВС Тальменского района в ненадлежащих условиях, унижающих человеческое достоинство, причинивших ему моральные и физические страдания, что отразилось на его здоровье (психике), а также на подготовке к судебному заседанию. Так, в 1989 году находясь в камере № 2 простыл, этапировали в СИЗО-1, где было обнаружено воспаление легких, туберкулез. Не было унитазов, вместо них стояли баки для отправки естественной нужды, а с другой стороны камеры баки под питьевую воду. Кормили 2 раза в день, не выдавали на этап сухой паек, также не выдавали гигиенические принадлежности, душевой не было. Постельные принадлежности выдавали только один раз, без подушек, одеяла, в нем находились вши и клопы. Условия содержания в 1994, 1999 годах были аналогичные. В 1994 году был этапирован из СИЗО-1 в ИВС Тальменского района для участия в судебном заседании, на следующий день был вывезен в Тальменского ЦРБ, так как нуждался в хирургической помощи в связи с воспалением, от куда был направлен в КТБ-12. При содержании в 1999 году в камере № 7 ночью ему были нанесены телесные повреждения в области глаза и ноги сокамерником ФИО2, в последующем этапированным в психиатрическую больницу, которому была днем передан стеклянная банка. Прибывшей бригадой скорой помощи ему была оказана медицинская помощь, утром он был доставлен в Тальменская ЦРБ к хирургу. Затем он неоднократно обращался с головной болью, дежурный врач через день делал перевязки. После снятия бинтов он был отправлен в СИЗО-1. Также в камере не соблюдалась норма санитарной площади, требования гигиены, санитарии и камерной безопасности, отсутствовала вентиляция, индивидуальное спальное место. Причиненный ему моральный вред 300000 руб. и физические страдания 300000 руб. подлежат взысканию с казны Российской Федерации, от имени которой выступает Министерство финансов РФ.

Протокольным определениям Тальменского районного суда от 19.04.2017 к участию в деле в качество соответчика привлечено Министерству внутренних дел РФ.

Истец ФИО1 о времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие. В ходе производства по делу при использовании системы видеоконференц-связи истец уточнил, что просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 600000 руб., которая складывается из физических страданий по вреду здоровью 300000 руб. и нравственных страданиях в связи с ненадлежащими условиями содержания 300000 руб.. Связанные с причинением вреда здоровью нравственные страдания выражаются в том, что в 1989 году заболел туберкулезом, который был диагностирован в СИЗО после этапирования из ИВС Тальменского района, в 1994 году из-за грязи воспалился орган, этапирован в Тальменскую больницу, оттуда в КТБ-12, где ему оказана хирургическая помощь, в 1999 году содержался в камере № 7 с М-вы, страдающим психиатрическим заболеванием, который причинил ему телесные повреждения, зашивали ногу, лечили глаз. С жалобами обращался в прокуратуру. Одеяло и наволочку не выдавали, в войлоке, который выдавали вместо матраца, были вши и клопы. Питьевую воду предоставляли в баке, имелся бак для отправления естественных нужд, в 1989 и 1999 годах были тазы для помывки. Для уборке в камере предоставлялся инвентарь, но стены были закопчены, окно забито железом. Оказание медицинской помощи заключалось в предоставлении фельдшером ИВС таблетки анальгина при температуре. Обратился в суд только в настоящее время, потом что ранее был занят.

Представитель ответчика – Министерства финансов РФ в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом. В отзыве на исковое заявление представитель ФИО3, действующая на основании доверенности, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, возражала против удовлетворения исковых требований, в связи с их необоснованностью и недоказанностью, изложением исходя лишь из субъективной оценке истцом происходящих событий, ссылаясь на завышение заявленного к взысканию размера морального вреда и необходимость признания надлежащим ответчиком по делу МВД РФ.

Представитель ответчика - Министерства внутренних дел РФ в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом. В поступивших в суд письменных возражениях ФИО4, действующая на основании доверенности, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, в удовлетворении иска отказать, ссылаясь на то, что МВД России необоснованно привлечено судом к участию в деле в качестве соответчика. Требование истца о взыскании компенсации морального вреда не вытекает из требований об оспаривании действий (бездействия) должностных лиц ИВС ввиду неисполнения или ненадлежащего исполнения своих служебных обязанностей во время содержания истца в ИВС. Изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета по смете федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел. Таким образом, только недостаточное выделение денежных средств из федерального бюджета на реконструкцию и капитальный ремонт ИВС могло послужить тому, что условия содержания в ИВС могли не соответствовать требованиям действующего законодательства, в связи с чем, вина должностных лиц ИВС в причинении вреда истцу в результате ненадлежащих условий содержания в ИВС (если таковые будут установлены судом) отсутствует. Следовательно, обязанность по возмещению вреда причиненного истцу не может быть возложена на МВД России как на главного распорядителя бюджетных средств. Кроме того, в исковом заявлении истец не предъявляет исковых требований к МВД России и не просит возложить на него ответственность по возмещению вреда. В соответствии с п. 1 ст. 242.2 БК РФ исполнение судебных актов в Российской Федерации по данной категории дел производится Минфином России, а не главным распорядителем бюджетных средств (МВД России) и не за счет средств федерального бюджета, выделенных главному распорядителю для осуществления своей деятельности. Требование истца о компенсации морального вреда вытекает из требований об оспаривании действий должностных лиц по ненадлежащему содержанию в ИВС. Исходя из положений п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», ст.ст. 1, 219 КАС РФ истцом пропущен срок обращения в суд с иском, в отсутствие уважительных причин пропуска указанного срока. Заявляя требования о компенсации морального вреда, истец указывает на причинение его в результате ненадлежащих условий содержания в ИВС, при этом каких-либо доказательств, в обоснование своих доводов, истцом представлено не было. Суду необходимо учесть, что истец в настоящее время вновь привлекается к уголовной ответственности и содержится в исправительном учреждении, содержался в ИВС в 1989, 1994, 1999 годах, а с иском обратился в суд только в 2017 году, что вызывает сомнение в причинении ему морального вреда именно ненадлежащими условиями во время содержания в ИВС, к тому же им не представлены доказательства наличия препятствий для своевременной защиты своих нарушенных прав. Требования истца о взыскании компенсаторной суммы в счет возмещения вреда совершенно не отвечают требованиям соразмерности, разумности и справедливости.

Представитель третьего лица ОМВД России по Тальменскому району ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела уведомлена надлежащим образом. В ходе производства по делу суду пояснила, что исковые требования не подлежат удовлетворению, поскольку у истца была возможность раньше обратиться в суд. Постельные и гигиенические принадлежности предоставлялись всегда, также содержащиеся в ИВС лица могли иметь собственные. Проводить уборку камер - это обязанность содержащихся в ИВС лиц, для этого им предоставлялись средства. Душ в период содержания ФИО1 в ИВС Тальменского района отсутствовал, но выдавалась вода для гигиенических мероприятий. Покамерный учет в ИВС не велся, в каких камерах содержался истец выяснить не представляется возможным. Обеспечение горячим питанием осуществлялось по договору с Тальменская ЦРБ, дезинфекция проводилась ежемесячно, все контролировалось фельдшером ИВС. В поступивших в суд письменных возражениях в удовлетворении исковых требований просила отказать, указывая, что МВД РФ необоснованно привлечены в качестве соответчиков, надлежащим ответчиком по делу является Министерство финансов РФ. Изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета по смете федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел. Таким образом, только недостаточное выделение денежных средств из федерального бюджета на реконструкцию и капитальный ремонт ИВС могло послужить тому, что условия содержания в ИВС могли не соответствовать требованиям действующего законодательства, в связи с чем, вина должностных лиц ИВС в причинении вреда истцу в результате ненадлежащих условий содержания в ИВС (если таковые будут установлены судом) отсутствует. Учитывая правовой смысл ст.ст.1099-1100 ГК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее - Постановление Пленума от 20.12.1994 № 10) одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Тогда как вина сотрудников ИВС в причинении нравственных страданий в периоды содержания истца в ИВС на сегодняшний день не установлена. Следовательно, обязанность по возмещению вреда причиненного истцу не может быть возложена на МВД России как на главного распорядителя бюджетных средств. Факт содержания ФИО1 в ИВС ОМВД России по Тальменскому району в 1989, 1994, 1999 годы не доказан, не представляется возможным представить журнал учета лиц, содержащихся в ИВС в указанный период, в связи с истечением срока хранения. ИВС ОМВД России по Тальменскому району построен в 1985 году, эксплуатируется с 1986 года и был рассчитан на содержание 22-х подозреваемых и обвиняемых. Помещение лиц в камеры свыше установленных индивидуальных мест администрацией ИВС не допускалось. Документально установить, в каких камерах содержался ФИО1 в настоящее время не представляется возможным, в связи с тем, что нормативными документами, регламентирующими деятельность охранно-конвойной службы, не предусмотрено ведение журнала покамерного содержания лиц в ИВС. Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными приказом МВД России от 26.01.1996 № 41 (утратили силу в связи с изданием Приказа МВД РФ от 07.03.2006 №141) допускалось оборудование камер ИВС нарами. В 1989, 1994, 1999 годах в камерах отсутствовала водопроводная система, что действительно могло вызывать определенные неудобства при нахождении в изоляторе временного содержания. Приказом МВД РФ № 41 дсп «Об утверждении наставления по содержанию, охране и конвоировании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления и Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел» от 26.01.1996 года, который был признан утратившим силу приказом МВД России № 141 от 07.03.2006, допускалось предоставление лицам, помещенным в изоляторы временного содержания питьевой воды в соответствующих бочках (иных емкостях, предназначенных для питьевой воды). В камерах отсутствовала система подачи горячей водопроводной воды, горячая вода (температурой не более +50 градусов С), а также кипяченная вода для питья, выдавались ежедневно с учетом потребности, также выдавались тазы для гигиенических целей и стирки одежды. Не было в камерах санитарных узлов, предоставлялся бачок для оправки естественных надобностей. Ограждение туалета отсутствовало, однако условия приватности обеспечивалось наличием шторок, для этих целей использовались простыни. Проводить уборку камер, следить за чистотой, выносить бачок для оправки естественных надобностей являлось обязанностью содержащихся в камере лиц и дежурного по камере. Присутствие неприятных запахов в камере было возможно в виду ненадлежащего исполнения данных обязанностей, а не в результате ненадлежащих действий (бездействия) сотрудников ИВС. Вентиляция была естественная, что не противоречило положениям п. 3.2. Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России от 26.01.1996 № 41, система искусственной вентиляции оборудована в 2007 году. Всем содержащимся в ИВС выдавались постельные принадлежности, кроме того, им было разрешено пользоваться своими постельными принадлежностями. В связи с этим, истец должен доказать, что у него отсутствовала возможность пользоваться собственными постельными принадлежностями, при этом администрация ИВС их также не представляла. ОВД по Тальменскому району был заключен договор c ПО «Тальменский хлебокомбинат» на поставку хлебо-булочных и кондитерских изделий от 01.01.1999 для лиц, содержащихся в изоляторе временного содержания ОВД по Тальменскому району., с Тальменская ЦРБ - на обеспечение трехразовым горячим питанием. Закладка продуктов при приготовлении пищи полностью выдерживалась, подозреваемые и обвиняемые питались тем же, что и медицинский персонал и больные больницы. Продукты питания в бидонах доставлялись в ИВС, в комнате подогрева пищи разогревались и раздавались лицам, содержащимся в ИВС. Санитарное состояние помещений ИВС, освещенность камер ИВС контролировалось сотрудниками ЦГСЭН МСЧ ГУВД по Алтайскому краю, согласно утвержденному графику выездов. Проводилась регулярная санитарная обработка ИВС Тальменского района. Кроме того, фельдшером ИВС проверялось санитарное состояние камер и помещений ИВС, делалась отметка в журнале санитарного состояния ИВС. Проводилась, регулярна генеральная и текущая санитарная обработка. ОВД по Тальменскому району был заключен договор возмездного оказания услуг с Тальменским районным Центром Госсанэпиднадзора на проведение профилактических и противоэпидемических мероприятий по предупреждению инфекционных очагов и улучшению санитарно-гигиенической обстановки. В 1989, 1994, 1999 годах отопление помещений ИВС и ОВД Тальменского района производилось собственной котельной, в камерах тепло и выдерживается температурный режим, промерзание стен и образование конденсата в камерах не было. В иске ФИО1 не указано, какими действиями (бездействиями) администрации ОВД ему были причинены физические и нравственные страдания, их степень и как это повлияло на его здоровье, какое заболевание им было перенесено. Истцом не представлено доказательств того, что воспалением легких и туберкулезом он заболел в период содержания в ИВС Тальменского района. Необходимо учесть, что настоящее время истец содержится в местах лишения свободы, с 01.08.1998 по настоящее время неоднократно привлекался к уголовной ответственности за преступления против личности и собственности разной степени тяжести. Заявленная истцом к взысканию компенсация морального вреда, противоречит требованиям разумности и справедливости, с исковым заявлением ФИО1 обратился по истечении 18 лет с момента содержания в ИВС, что свидетельствует о небольшой значимости понесенных истцом нравственных страданий либо их отсутствии.

На основании ч.ч. 1, 2.1 ст. 113, ч.ч. 1, 3-5 ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, представителей ответчика и третьего лица.

В прокуратуру Алтайского края была направлена копия искового заявления и предложено представить ответ о намерении вступить в дело в качестве третьих лица, если решение может повлиять на права или обязанности прокуратуры. Согласно поступившей из прокуратуры Алтайского края информации в прокуратуру края, в том числе прокуратуру Тальменского района, обращения ФИО1 по вопросам ненадлежащих условий содержания под стражей в ИВС не поступали, решение суда не может повлиять на права или обязанности прокуратуры по отношению к сторонам спора, прокуратура не является лицом, участвующим в настоящем деле.

Исследовав материалы дела и оценив каждое доказательство в отдельности и в их совокупности, суд приходит к следующему.

Приговором Тальменского районного суда от 31.08.1989 в редакции определения Алтайского краевого суда от 24.10.1989, ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 89, 206 УК РСФСР, назначено наказание в виде лишения свободы, срок наказания исчислялся с 29.03.1989 (уголовное дело № 1-77/1989).

Приговором Тальменского районного суда от 01.11.1994, ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 144 УК РСФСР, назначено наказание в виде лишения свободы, мера пресечения содержания под стражей оставлена без изменения, срок наказания исчислялся с 17.05.1994 (уголовное дело № 1-273/1999).

26.05.1999 и 29.06.1999 Тальменским РОВД возбуждены уголовные дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 158 УК РФ, которые соединены в одно дело № 40429 (1-38/1999). Обвинение в совершении данных преступлений 10.06.1999 предъявлено ФИО1, которому 11.06.1999 избрана мера пресечения заключение под стражу. Приговором Тальменского районного суда от 14.10.1999 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 УК РФ, назначено наказание в виде лишения свободы, мера пресечения содержания под стражей оставлена без изменения, срок наказания исчислялся с 09.06.1999.

По общему правилу, закрепленному в ст. 132 УПК РСФСР, ст.ст. 152, 223 УПК РФ, предварительное расследование, дознание производятся по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления, исключение составляют случаи, если преступление было начато в одном месте, а окончено в другом месте, преступления совершены в разных местах, а также по месту нахождения обвиняемого или большинства свидетелей.

Согласно ст. 96.2 УПК РСФСР, 4 Положения о предварительном заключении под стражу, утвержденным Законом СССР от 11.07.1969 № 4075-VII (далее - Положением о предварительном заключении под стражу), действовавшего до 17.07.1995, лица, заключенные под стражу, могут содержаться в местах содержания задержанных не более трех суток. Если доставка лиц, заключенных под стражу, в следственный изолятор невозможна из-за отдаленности или отсутствия надлежащих путей сообщения, то они могут содержаться в местах содержания задержанных до тридцати суток.

В соответствии со 7 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Федеральный закон № 103-ФЗ) местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых, в том числе являются следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы, изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.

Согласно ст. 101 УПК РСФСР, ч. 2. ст. 110 УПК РФ отмена или изменение меры пресечения производится по постановлению дознавателя, следователя или судьи либо по определению суда.

По данным Информационного центра ГУ МВД России по Алтайскому краю ФИО1 в 1989 году арестован 29.03.1989, осужден 31.08.1989, в 1994 году арестован 17.05.1994, осужден 01.11.1994, в 1999 году арестован 09.06.1999, осужден 14.10.1999.

В настоящее время уголовные дела № 1-77/1989 и № 1-273/1999 уничтожены по истечении срока хранения. Исходя из содержаний приговором Тальменского районного суда от 31.08.1989 и от 01.11.1994 в срок наказания засчитаны периоды содержания лица под стражей с 29.03.1989 и с 17.05.1994.

Согласно материалам уголовного дела 1-38/1999 09.06.1999 в 22.05 ФИО1 задержан по подозрению в совершении преступления следователем СО Тальменского РОВД, 10.06.1999 ему предъявлено обвинение и он допрошен, 11.06.1999 ему избрана мера пресечения в виде содержания под стражей в СИ № 1 г. Барнаула. Согласно процессуальным документам указанные действия совершены на территории р.п. Тальменка.

По данным ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю в учреждение истец прибыл в 1989 году - 11.04.1989, в 1994 году - 23.05.1994, в 1999 году - 21.06.1999. В указанные периоды истец этапировался в ИВС Тальменского района с 02.05.1989 по 09.06.1989, с 29.08.1989 по 04.09.1989, с 22.06.1994 по 08.07.1994, с 15.08.1994 по 03.09.1994, с 16.09.1994 по 23.09.1994, с 28.10.1994 по 08.11.1994, с 28.06.1999 по 09.07.1999, с 19.07.1999 по 23.07.1999, с 04.08.1999 по 30.08.1999, с 08.10.1999 по 21.10.1999.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что ФИО1 содержался в ИВС Тальменского района, в заявленный истцом годы, с 29.03.1989 по 11.04.1989, с 02.05.1989 по 09.06.1989, с 29.08.1989 по 04.09.1989, с 17.05.1994 по 23.05.1994, с 22.06.1994 по 08.07.1994, с 15.08.1994 по 03.09.1994, с 16.09.1994 по 23.09.1994, с 28.10.1994 по 08.11.1994, с 09.06.1999 по 21.06.1999, с 28.06.1999 по 09.07.1999, с 19.07.1999 по 23.07.1999, с 04.08.1999 по 30.08.1999, с 08.10.1999 по 21.10.1999, в качестве подозреваемого (обвиняемого), подсудимого, в связи с проведением предварительного следствия (дознания) по уголовным делам и участием в судебных заседаниях.

Допустимые и достоверные доказательства обратного, в том числе об этапировании истца в ФКУ СИЗО №1 УФСИН России по Алтайскому краю в 1989 году до 11.04.1989, в 1994 году до 23.05.1994, в 1999 году до 21.06.1999, отмены или изменения мер пресечения содержания под стражей, после их избрания до вынесении приговоров судом, в материалах дела не представлены.

Уничтожение ОМВД России по Тальменскому району по истечении срока хранения учетных книг (журналов) или отсутствие таковых не может лишать истца права на судебную защиту при наличии иных письменных доказательства, представленных в материалах дела.

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдании в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст.ст. 151, 1101 ГК РФГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени этих страданий, с учетом индивидуальных особенностей лица, которому причинен вред, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, данным в п.п. 2, 8 Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в п. 3 Постановления от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые на первом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, состоявшемся в Женеве в 1955 году (далее - Минимальные стандартные правила), предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию; в помещениях, где живут и работают заключенные окна должны быть сконструированы так, чтобы обеспечивать доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции; санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности; банные установки и количество душей должно быть достаточным для того, чтобы каждый заключенный мог и был обязан купаться или принимать душ при подходящей для каждого климата температуре и так часто, как того требуют условия общей гигиены, с учетом времени года и географического района, то есть во всяком случае хотя бы раз в неделю в умеренном климате; каждому заключенному следует обеспечивать отдельную койку в соответствии с национальными или местными нормами, снабженную отдельными спальными принадлежностями, которые должны быть чистыми в момент их выдачи, поддерживаться в исправности и меняться достаточно часто, чтобы обеспечивать их чистоту; в обычные часы каждому заключенному обеспечивается пища, достаточная питательную для поддержания его здоровья и сил, имеющая достаточно хорошее качество, хорошо приготовленная и поданная; каждый заключенный должен располагать питьевой водой, когда он испытывает в ней потребность (п.п. 10-13, 19, 20).

На территории Российской Федерации порядок и условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в изоляторах временного содержания, в том числе требования к этим помещениям, с 1989 по 1999 годы регулировались до 17.07.1995 Положением о предварительном заключении под стражу и Положением о порядке кратковременного задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления, утвержденным Указом Президиума Верховного Совета СССР от 13.07.1976 № 4203-IX (далее - Положением о порядке кратковременного задержания), с 17.07.1995 Федеральным законом № 103-ФЗ, а также с 1996 года по 2005 год – Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными Приказом МВД РФ от 26.01.1996 № 41 (далее – Правила внутреннего распорядка № 41).

В силу ст.ст. 11, 17 Положения о порядке кратковременного задержания, задержанным предоставляются бесплатно по установленным нормам питание, спальное место и другие виды материально-бытового обеспечения, а в необходимых случаях - одежда и обувь по сезону. Лица, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, могут содержаться в местах содержания задержанных до трех суток, в этом случае, на них распространяются правила, установленные настоящим Положением. Порядок содержания лиц, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, в местах содержания задержанных по истечении трех суток определяется Положением о предварительном заключении под стражу.

Согласно ст. 11 Положением о предварительном заключении под стражу лицам, заключенным под стражу, предоставляется бесплатно по установленным нормам питание, индивидуальное спальное место, постельные принадлежности и другие виду материально-бытового обеспечения.

В соответствии со ст.ст. 22, 23, 24 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется право приобретать по безналичному расчету продукты питания, предметы первой необходимости, а также другие промышленные товары. В местах содержания подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, им бесплатно выдаются постельные принадлежности, по возможности камеры обеспечиваются вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров. Оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Правила внутреннего распорядка № 41 предусматривали, что подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования постельными принадлежностями, постельным бельем; камеры оборудуются санитарным узлом; краном с водопроводной водой, не реже одного раза в неделю предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут, норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (п.п. 3.1, 3.2, 3.3)

В соответствии со ст. 12, 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В связи с этим обязанность доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, а также незаконность действий (бездействия) органа государственной власти, либо его должностного лица, в рассматриваемом случае возлагается на истца. Ответчик должен доказать отсутствие своей вины.

Судом установлено, что при содержании истца в ИВС ОВД Тальменского района в 1989, 1994, 1999 годы в камерах отсутствовали: санузлы, вместо которых были установлены бачки для оправки естественных надобностей; система водоснабжения, койки; душевые, выдавались тазы для гигиенических целей и стирки одежды; искусственная и достаточная естественная вентиляция.

Указанное подтверждается техническим паспортом на здание ОВД Тальменского района, 1985 года постройки, оформленным 20.01.2004, договором подряда по установке системы вентиляции от 01.12.2007 и актом выполненных работ от 06.12.2007, санитарным паспортом ИВС ОВД Тальменского района, утвержденным 31.03.2005, а также представителем ответчика ОМВД России по Тальменскому району в письменных возражениях и пояснениях суду.

Техническая документация и документация о санитарном состоянии ИВС Тальменского района, датированные ранее 2004 и 2005 годами, в исполнение определения судьи о подготовке дела к судебному разбирательству ОМВД России по Тальменскому району не представлены.

Вместе с тем, суд не соглашается с доводами представителя ОМВД России по Тальменскому району о том, что установление бачков для отправки естественных нужд вместо обустройства санузлов, оборудование камер нарами не нарушало требований действовавшего на тот период времени законодательства. Оборудование камер для задержанных санитарными установками достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности, койками, а также обустройство банных установок и душей, достаточных для помывке каждого заключенного хотя бы раз в неделю, гарантировалось Минимальными стандартными правилами. Закрепление правилами внутреннего распорядка обязанности дежурного по камере выносить и мыть бачок для оправки естественных надобностей, не может являться основанием для оборудования камер в соответствии с требования. Суд также учитывает, что устройство бачков не было изолировано от помещения всей камеры, тем самым не соблюдались требования приватности. Ограждение металлической панелью с отверстиями диаметром 18 мм окон камер, не может свидетельствовать о соблюдении прав лиц, содержащихся в ИВС, достаточную естественную вентиляцию (п.п. 10, 11 Минимальных стандартных правил).

Не представлены в материалах дела доказательства надлежащего обеспечения лиц, содержащихся в ИВС Тальменского района, постельными принадлежностями и средствами личной гигиены в период содержания истца в 1989, 1994, 1999 годах.

Согласно справке ОМВД России по Тальменскому району в указанные годы содержащиеся в ИВС лица, обеспечивались постельными принадлежностями, а также полотенцем и индивидуальными средствами гигиены, однако предоставить документы, подтверждающие данные события не представляется возможным в связи с их уничтожением по истечении срока хранения.

В то же время по данным санитарного паспорта, утвержденного 31.03.2005, в ИВС ОВД Тальменского района постельные принадлежности (матрацы, одеяла, подушки, комплекты постельных принадлежностей) отсутствуют.

Допустимы и достоверные доказательства обратного в 1989, 1994, 1999 годах, в том числе наличии договорных отношений, собственных материальных средств, уничтожения документов отчетности (учета), суду не представлены.

Остальные доводы истца не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

По данным технического паспорта на здании, оформленного 20.01.2004, в ОВД Тальменского района имеется 9 камер предварительного заключения, площадь которых от 4,9 кв.м. до 10,5 кв.м..

Согласно акту об уничтожении журналов номенклатурных дел № от 01.10.2014 ОМВД России по Алтайскому краю по истечении срока хранения уничтожены книги учета лиц, содержащихся в ИВС с 18.03.1998 по 18.03.2000. По данным ОМВД России по Тальменскому району журнал учета лиц, содержащихся в ИВС в 1989, 1994 годах, не представляется возможным представить в суд, поскольку по учетным журналам канцелярии органа внутренних дел не значатся. В 1989, 19994, 1999 годах журналы покамерного учета содержания лиц в ИВС не ввелись, в связи с отсутствием соответствующего нормативно-правового требования.

В этой связи, установить в каких камерах ИВС Тальменского района содержался истец, количество задержанных, одновременно находящихся в камере, соответственно, обеспечение нормы санитарной площади и индивидуального спального места в настоящее время не представляется возможным.

Поскольку документы по содержанию истца в ИВС отсутствуют у ответчика по уважительным причинам – в связи с их уничтожением за истечением срока хранения, закон не освобождает истца от предоставления таких доказательств.

ФИО1 доказательства содержания с ним в камерах лиц, свыше установленной санитарной нормы, суду не представил.

В силу ч.ч. 1, 2 ст. 69 ГПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано сообщить суду его имя, отчество, фамилию и место жительства.

Вызванные по ходатайствам истца в качестве свидетели ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 в судебное заседание не явились, суду сообщили о том, что не могут явиться в суд в связи с занятостью на работе, прохождением стационарного лечения, состоянием здоровья, а также невозможностью дать показания по обстоятельствам дела в связи давностью событий.

По сведениям Информационного центра ГУ МВД России по Алтайскому краю, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю заявленные истцом в качестве свидетелей: ФИО12, ФИО13 в 1989, 1999 годах не задерживался, к уголовной ответственности не привлекался; в 1994 году ФИО12 в ИВС Тальменского района не этапировался, ФИО13 задерживался и привлекался к уголовной ответственности на территории Заринского района; ФИО14 в 1989, 1994, 1999 годах не задерживался, к уголовной ответственности не привлекался; ФИО15 и ФИО16 по данным учета ГУ МВД России по Алтайскому краю не значатся. Свидетель ФИО17 по указанному истцом месту жительства на территории Тальменского района выбыл.

В подтверждение исполнения требований об обеспечении лиц, содержащихся в ИВС Тальменского района, питанием в установленном порядке, ОМВД России по Тальменскому району представлен договор поставки хлебо-булочных и кондитерских изделий за 1999 год, заключенный с ПО «Тальменский хлебокомбинат». Иные договоры на оказание возмездных услуг по питанию лиц, содержащихся в ИВС, за 1989, 1994, 1999 годы третьим лицом не представляется в связи с их уничтожением.

Из сообщения КГБУЗ «Тальменская ЦРБ» следует, что в указанные годы трехразовое горячее питание лиц, содержащихся в ИВС ОВД Тальменского района, производилось со столовой Тальменская ЦРБ, срок хранения договор поставки и выдачи питания для лиц, содержащихся в ИВС ОВД Тальменского района, истек.

Положение об обеспечении подозреваемые или обвиняемые, убывающих за пределы ИВС, в случае невозможности предоставлении им перед этим горячим питание по установленным нормам, сухим пайком, предусмотрено п. 152 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 22.11.2005 № 950. Истцом заявлено о нарушении его прав в период 1989, 1994, 1999 годы.

Таким образом, судом установлено, что в периоды содержания ФИО1 в 1989, 1994, 1999 годах в ИВС Тальменского района допускалось несоблюдение условий содержания, установленных законом: в камерах отсутствовали санузлы, душевые, система водоснабжения, койки, не обеспечивалось достаточная естественная и искусственная вентиляция, не выдавались постельные принадлежности и средствами личной гигиены.

Вместе с тем, судом учитывается, что в соответствии положениями Правил внутреннего распорядка № 41 (п. 6.1, Приложение № 7) и Правил внутреннего распорядка № 950 (Приложение № 2) истец имел право пользоваться личным постельным бельем в одном комплекте (две простыни и наволочка) и полотенцем, гигиеническими принадлежностями.

Соответственно, в результате несоблюдения в ИВС Тальменского района надлежащих условий содержания были нарушены личные неимущественные права истца, гарантированные законом.

Содержание ФИО1 в условиях, не в полной мере соответствующих установленным нормам, само по себе причиняло страдания и переживания истцу в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, а это означает, что истцу был причинен моральный вред (нравственные страдания и переживания), который подлежит компенсации за счет средств казны РФ.

Вместе с тем, доказательств того, что ненадлежащие условия содержания повлекли ухудшение состояния здоровья истца, в материалах дела не представлено.

По данным ОМВД России по Тальменскому району журнал медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, за 1989, 1994, 1999 годы, не представляется возможным представить в суд, поскольку по учетным журналам канцелярии органа внутренних дел не значатся.

Согласно приказам о приеме и увольнении работника № л/с от 06.02.1996 и № л/с от 09.04.2013, санитарных паспортов ИВС, утвержденных 31.03.2005 и 12.03.2012, в штате ОВД Тальменского района имелась ставка фельдшера ИВС, которую с 06.02.1996 по 10.04.2013 занимала на 0,5 ставки ФИО10, для работы которой был оборудован медицинский кабинет с наличием 3 аптечек, в том числе «Анти-СПИД», велась медицинская документация (журналы медицинских осмотров, санитарного состояния), проводились профилактические мероприятия по выявлению больных.

Обосновывая свои требования, истец указывает, что в период содержания в ИВС Тальменского района в 1989 году заболел туберкулезом, в 1994 году возникло воспаление органа, вследствие чего ему оказана хирургическая помощь в Тальменская ЦРБ и КТБ-12, в 1999 году в камере другим содержащимся ему причинен вред здоровью.

КГБУЗ «Тальменская ЦРБ» на запросы суда сообщило, что объективную информацию по поводу обращения ФИО1 в учреждение в 1989, 1994, 1999 годы, о постановки его на учет врача-фтизиатра, не представляется возможным представить в связи с истечением сроков хранения регистрационных журналов обращения в приемное и хирургическое отделения, стационарное лечение истец не проходил.

Аналогичная информация представлена Филиалом МЧ № 10 ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН России, ФКУ ЛИУ-8 УФСИН России по Алтайскому краю о сведениях об обращении за медицинской помощью ФИО1 в 1989, 1994, 1999 годах, а также дате диагностирования у него туберкулеза.

Из материалов уголовного дела № 1-38/1999 представлены выписки из медицинской карты амбулаторного больного от 21.07.1999 и медицинское заключение Тальменская ЦРБ от 05.08.1999, согласно которым у истца имелся очаговый туберкулез правого легкого в фазе рассасывания и уплотнения, а также заключение об осмотре его врачом окулистом по определению суда от 13.10.1999 в связи с ходатайство ФИО1 (после травмы глаза постоянно идет слеза), по результатам которого установлен внутрикожный свищ внутреннего угла орбиты, рекомендовано обследование и оперативное лечение в планово порядке.

По сведения ФКЛПУ КТБ-12 УФСИН России по Алтайскому краю в 1989, 1994, 1999 истец в учреждение не поступал.

Таким образом, представленные в материалах дела медицинские документы, содержат данные об изменении состояние здоровье истца. Вместе с тем, доказательства, свидетельствующие о наличия прямой причинно-следственной связи между изменением состояния его здоровья и содержанием его в ИВС Тальменского района в ненадлежащих условиях, суду не представлены. При этом ходатайства об истребовании каких-то иных доказательств, проведении судебно-медицинской экспертизы, истцом суду не заявлялись.

По сведениям ОМВД России по Тальменскому району, прокуратуры Тальменского района в связи с истечением сроков хранения книг учета сообщений и происшествий ОВД Тальменского района не может быть предоставлена информация о поступлении в орган внутренних дел сообщений и проведении проверок по факту причинении телесных повреждений истцу в 1999 году в ИВС Тальменского района, в прокуратуру обращения по данному факту не поступали.

Также суд учитывает, что истец имел возможность обратиться в суд с аналогичными требованиями ранее, однако своим правом не воспользовался, с жалобами в органы прокуратуры, ОМВД России по Тальменскому району на ненадлежащие условия содержания не обращался.

Исходя из принципов разумности и справедливости, учитывая личность истца, продолжительность каждого периода нахождения в ненадлежащих условиях ИВС Тальменского района (от 4 до 38 суток), а также продолжительность в целом (182 суток), степень тяжести полученных при этом нравственных страданий, при которых у истца не произошло какого-либо ухудшения состояния здоровья и не повлекло каких-либо значимых отрицательных последствий для личности истца, а также учитывая, что со времени содержания истца в ненадлежащих условиях в ИВС Тальменского района до обращения в суд с исковыми требованиями о компенсации морального вреда прошло более 17-28 лет, что свидетельствует о небольшой значимости для истца понесенных страданий, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу истца денежной компенсации морального вреда в размере 9000 руб.

Суд соглашается с доводом ответчика Министерства финансов РФ о том, что ответственность по компенсации морального вреда должна быть возложена на Министерство внутренних дел РФ, как главного распорядителя федерального бюджета по подведомственной принадлежности.

По правилам ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ст. 125 ГК РФ от имени Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов (п. 1).

Согласно пп. 1 п. 3 ст. 158 БК РФ по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, в суде в качестве представителя ответчика от имени Российской Федерации выступает главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

В соответствии с п. 63 ст. 12 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 01.03.2011 № 248 и действовавшего до 21.12.2016, МВД России осуществляло функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание МВД России и реализацию возложенных на него задач, являлось получателем средств федерального бюджета, а также главным администратором (администратором) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Подпунктом 100 п. 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 21.12.2016 № 699, действующего в настоящее время, также предусмотрено, что МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

В то же время, согласно п.п. 1, 2 Положения о Министерстве финансов Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 329 в редакции от 12.11.2016, данное ведомство является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере бюджетной, налоговой, страховой, валютной, банковской деятельности, финансового обеспечения государственной службы и других сферах. Министерство финансов РФ осуществляет координацию и контроль деятельности находящихся в его ведении Федеральной налоговой службы, Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка, Федеральной таможенной службы и Федерального казначейства.

В силу п. 5.6 указанного Положения Министерство финансов РФ осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, предусмотренных на его содержание и реализацию возложенных на Министерство функций.

Указом Президента Российской Федерации от 09.03.2004 № 314 в редакции от 07.12.2016 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» предусмотрено создание ряда органов государственной власти, которым передаются ранее возложенные на Министерство финансов РФ правоприменительные функции.

Полномочия по организации исполнения федерального бюджета, установленные бюджетным законодательством Российской Федерации, возложены на Министерство финансов РФ лишь до внесения соответствующих изменений в законодательство Российской Федерации (пункт 2 Постановления Правительства РФ от 30.06.2004 № 329.

Таким образом, по общему правилу, Министерство финансов РФ не осуществляет правоприменительные функции. Возложение на него таких функций возможно лишь при отсутствии иного уполномоченного органа.

При таких обстоятельствах, по настоящему делу надлежащим ответчиком является Министерства внутренних дел РФ, как главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

Ссылка в возражениях представителей Министерства внутренних дел РФ и ОМВД России по Тальменскому району на судебную практику во внимание не принимается, поскольку судебный прецедент не является источником права.

Не соглашается суд с доводами представителя ответчика Министерства внутренних дел РФ о пропуске истцом срока исковой давности обращения в суд.

Согласно п. 1 ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ.

В п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» также разъяснено, что на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется, поскольку они вытекают из нарушения личных неимущественных прав и других материальных благ.

С учетом характера правоотношений, а также изложенных выше норм права, на требования о взыскании компенсации морального вреда, причиненного содержанием истца в условиях, не отвечающих установленным нормам и правилам, в результате нарушения нематериальных прав, исковая давность не распространяется.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в ИВС Тальменского района в 1989, 1994, 1999 годах, удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в ИВС Тальменского района в 1989, 1994, 1999 годах, в размере 9000 руб.

В остальной части исковых требований и к остальным ответчикам отказать.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Тальменский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 02.06.2017 года.

Судья Гомер О.А.