Решение № 2-3523/2020 2-3523/2020~М-2868/2020 М-2868/2020 от 5 октября 2020 г. по делу № 2-3523/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 октября 2020 г. Ленинский районный суд города Воронежа в составе:

председательствующего судьи Щербатых Е.Г.

при секретаре Мячиной Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Департаменту социальной защиты Воронежской области о возложении обязанности поставить на учет в качестве лица из числа детей-сирот, нуждающегося в предоставлении жилого помещения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд и иском к Департаменту социальной защиты Воронежской области о возложении обязанности поставить на учет в качестве лица из числа детей-сирот, нуждающегося в предоставлении жилого помещения, указывая в обоснование заявленных требований, что относится к категории детей, оставшихся без попечения родителей, поскольку его мать умерла в 1980 г., отец – в 1981 г. В ноябре 2018 г. ФИО1 обратился к Президенту Российской Федерации по вопросу обеспечения его жилым помещением. Ответом Департамента социальной защиты Воронежской области ФИО1 уведомлен об отсутствии оснований для постановки его на учет как лица из числа детей-сирот, нуждающихся в улучшении жилищных условий, поскольку с заявлением о принятии на учет до достижения возраста 23 лет истец не обращался. Обращение ФИО1 в марте 2020 г. непосредственно в Департамент социальной защиты Воронежской области также оставлено без удовлетворения. Полагая отказ ответчика необоснованным, истец указывает, что в период пребывания в Североуральской школе-интернат для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей № 24, с 1982 г. по 1984 г. у истца отсутствовала возможность самостоятельного обращения с заявлением об обеспечении жилым помещением. В 1984 г. по окончании школы-интерната истец был направлен на обучение в техническое училище № 8 г. Нижний Тагил. Администрацией учебных учреждений каких-либо мер по постановке истца на учет как ребенка-сироты, нуждающегося в предоставлении жилья, предпринято не было. В период с июня 1985 г. по апрель 1991 г. ФИО1 находился в местах лишения свободы, в связи с чем, также был лишен возможности самостоятельного обращения в компетентный орган с заявлением о постановке на учет в качестве лица из числа детей-сирот, нуждающихся в предоставлении жилого помещения. После освобождения из мест лишения свободы в апреле 1991 г. истец был занят поиском работы и жилья, а в октябре 1991 г. достиг 23 летнего возраста. Полагая, что пропуск установленного законом срока для обращения с заявлением о постановке на учет пропущен по независящим от истца причинам, ФИО1 просит суд обязать ответчика поставить его на учет в качестве лица из числа детей-сирот, нуждающихся в предоставлении жилого помещения.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал и просил суд иск удовлетворить, представив также письменный отзыв на возражения ответчика.

Представитель ответчика Департамента социальной защиты Воронежской области по доверенности ФИО2 полагала исковые требования ФИО1 необоснованными и неподлежащими удовлетворению по основаниям, изложенным в письменных возражениях (л.д.27-30).

Выслушав объяснения сторон и исследовав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам:

Как следует из материалов дела и сторонами не оспаривается, истец ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Его мать умерла в 1980 году, отец – в 1981 году (л.д.17, 18).

12 июля 1982 г. Исполнительным комитетом Новолялинского районного совета народных депутатов принято решение об определении несовершеннолетнего ФИО1 в детский дом (л.д.8).

С 1982 г. по 1984 г. ФИО1 являлся воспитанником образовательного учреждения Школа-интернат для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей № 24 муниципального учреждения Управление образования Муниципального образования город Североуральск, где находился на полном государственном обеспечении. По окончании 8 класса выбыл в ТУ № 8 г. Нижний Тагил (л.д.9).

Из пояснений истца также следует и ответчиком не оспаривалось, что с июня 1985 г. по апрель 1991 г. ФИО1 пребывал в местах лишения свободы.

В порядке, предусмотренном Федеральным законом от 21 декабря 1996 г. №159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», жилое помещение ФИО1 не предоставлялось, на учете нуждающихся в предоставлении жилых помещений по категории дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, истец когда-либо не состоял.

В ответ на обращение ФИО1, направленного им в ноябре 2018 г. в адрес Президента Российской Федерации, ответчик Департамент социальной защиты Воронежской области письмом за исх. от 30 ноября 2018 г. уведомил истца об отсутствии правовых оснований для признания ФИО1 нуждающимся в улучшении жилищных условий (л.д.13-15).

12 марта 2020 г. ФИО1 обратился к ответчику с заявлением о постановке на учет в качестве нуждающегося в предоставлении жилого помещения специализированного жилищного фонда Воронежской области.

Ответом Департамента социальной защиты Воронежской области от 01 апреля 2020 г. ФИО1 отказано в принятии на учет в качестве нуждающегося в предоставлении жилого помещения специализированного жилищного фонда Воронежской области для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

В качестве основания принятого решения ответчиком указано на непредоставление заявителем доказательств в подтверждение того обстоятельства, что до достижения 23 летнего возраста ФИО1 обращался с заявлением о принятии на учет в качестве нуждающегося в предоставлении жилья как лицу из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. На момент обращения ФИО1 исполнился 51 год, доказательств наличия уважительных причин, препятствовавших обращению в компетентный орган с указанным заявлением до достижения 23 летнего возраста, не представлено, в связи с чем, данное право к настоящему времени истцом утрачено (л.д.16).

При разрешении настоящего спора суд применяет следующие нормы закона:

В силу положений пунктов 1, 2 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим право детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей на обеспечение жилыми помещениями является Федеральный закон от 21 декабря 1996 г. №159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (далее Закон №159-ФЗ), который определяет общие принципы, содержание и меры государственной поддержки данной категории лиц.

Статьей 13 Закона №159-ФЗ предусмотрено, что настоящий Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования (официально опубликован в издании «Собрание законодательства РФ» 23 декабря 1996 г., №52, ст.5880).

При этом названным Законом №159-ФЗ не предусмотрено, что его действие распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие.

Статьей 1 Закона №159-ФЗ установлена категория лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которыми признаются лица в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей и имеют в соответствии с настоящим Федеральным законом право на дополнительные гарантии по социальной поддержке.

Требуемое истцом право на предоставление детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей на предоставление жилого помещения, а также порядок реализации данного права, впервые были предусмотрены статьей 8 Закона №159-ФЗ в редакции Федерального закона от 29 февраля 2012 г. №15-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части обеспечения жилыми помещениями детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», вступившего в силу с 01 января 2013 года (пункт 1 статьи 4 названного закона).

Названным Федеральным законом от 29 февраля 2012 г. №15-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части обеспечения жилыми помещениями детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» также был дополнен Жилищный кодекс Российской Федерации, вступивший в силу с 01 марта 2005 г. статьей 109.1, регламентирующей предоставление жилых помещений детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

При этом пунктом 2 статьи 4 Федерального закона от 29 февраля 2012 г. №15-ФЗ действие положений статьи 8 Закона №159-ФЗ в редакции настоящего Федерального закона и Жилищного кодекса Российской Федерации в редакции настоящего Федерального закона распространено на правоотношения, возникшие до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, в случае, если дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, не реализовали принадлежащее им право на обеспечение жилыми помещениями до дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Таким образом, поскольку действовавшим до вступления в силу Закона №159-ФЗ законодательством право на обеспечение жилыми помещениями детей-сирот и приравненных к ним категорий предусмотрено не было, Закон №159-ФЗ не имеет обратной силы, и на момент вступления его в силу истцу было 28 лет, суд приходит к выводу о том, что право на предоставление жилого помещения, как лицу из числа детей-сирот и детей оставшихся без попечения родителей, у истца ФИО1 не возникло и не могло быть реализовано в порядке, установленном Законом №159-ФЗ.

Кроме того, согласно разъяснениям, данным в «Обзоре практики рассмотрения судами дел, связанных с обеспечением детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, жилыми помещениями» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 ноября 2013 г.) предоставление вне очереди жилого помещения по договору социального найма лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, носит заявительный характер и возможно при условии письменного обращения таких лиц в соответствующие органы для принятия их на учет нуждающихся в жилом помещении.

Жилищное законодательство Российской Федерации в части, касающейся предоставления жилых помещений по договору социального найма (как в порядке очередности, так и во внеочередном порядке), также базируется на заявительном характере учета лиц, нуждающихся в обеспечении жильем. Факт такого учета означает констатацию уполномоченным на то органом наличия предусмотренных Жилищным кодексом Российской Федерации, иным федеральным законом, указом Президента Российской Федерации или законом субъекта Российской Федерации оснований для признания гражданина нуждающимся в жилом помещении и, как следствие, последующую реализацию права на предоставление жилого помещения по договору социального найма.

Следовательно, до достижения возраста 23 лет дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, и лица из их числа, в целях реализации своего права на обеспечение вне очереди жилым помещением должны были встать на учет нуждающихся в получении жилых помещений.

По достижении возраста 23 лет указанные граждане уже не могут рассматриваться в качестве лиц, имеющих право на предусмотренные Федеральным законом от 21 декабря 1996 г. №159-ФЗ меры социальной поддержки, так как они утрачивают одно из установленных законодателем условий получения такой социальной поддержки.

Отсутствие указанных лиц на учете нуждающихся в жилых помещениях без учета конкретных причин, приведших к этому, само по себе не может рассматриваться в качестве безусловного основания для отказа в удовлетворении требования таких лиц о предоставлении им вне очереди жилого помещения. Требование истца об обеспечении его вне очереди жилым помещением может быть удовлетворено в случае признания таких причин уважительными.

В рассматриваемом споре указанные требования закона ФИО1 также соблюдены не были, несмотря на то, что истец имел реальную возможность обратиться с соответствующим заявлением в установленном Законом №159-ФЗ порядке в разумный срок с момента вступления его в силу. Однако впервые истец обратился с заявлением о признании его нуждающимся в предоставлении жилого помещения специализированного жилищного фонда по категории «лица, ранее относившиеся к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, достигшие возраста 23 лет и нуждающиеся в улучшении жилищных условий» в возрасте 51 года.

Доказательств в подтверждение уважительности причин, по которым ФИО1 значительно несвоевременно обратился с заявлением о постановке на учет для предоставления жилого помещения, суду не представлено. Исключительных причин, в силу которых права истца на обеспечение жильем могли бы быть восстановлены и защищены судом, также не усматривается.

При таком положении, в удовлетворении заявленных ФИО1 исковых требований следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Департаменту социальной защиты Воронежской области о возложении обязанности поставить на учет в качестве лица из числа детей-сирот, нуждающегося в предоставлении жилого помещения, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Е.Г. Щербатых

решение изготовлено в окончательной форме 09 октября 2020 г.

1версия для печати