Апелляционное постановление № 10-6/2017 от 28 мая 2017 г. по делу № 10-6/2017

Судья Смирнова Э.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

уголовное дело № 10-6/2017

29 мая 2017 года село Икряное

Суд апелляционной инстанции Икрянинского районного суда Астраханской области в составе председательствующего судьи Кузнецова В.А.,

с участием государственного обвинителя Убушаева В.П.,

осужденного ФИО1

защитника - адвоката Бареева С.Р., представившего удостоверение <номер изъят> и ордер <номер изъят> от <дата изъята>,

при секретаре судебного заседания Сахановой Д.У. рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Бареева С.Р. на приговор суда в составе мирового судьи судебного участка № 3 Икрянинского района Астраханской области от 17.02.2017, которым

ФИО1 родившийся <дата изъята> в <адрес>, проживающий в <адрес>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 167 УК РФ к обязательным работам на срок 200 часов.

Заслушав доклад судьи Кузнецова В.А. по обстоятельствам дела, содержанию приговора и доводам апелляционной жалобы, выслушав адвоката Бареева С.Р. и осужденного ФИО1 поддержавших апелляционную жалобу, мнение государственного обвинителя Убушаева В.П., полагавшего, что приговор является законным, обоснованным и справедливым, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным по ч. 1 ст. 167 УК РФ в уничтожении с причинением значительного ущерба чужого имущества - принадлежащего И жеребца породы «Помесь тяжеловоза с местной кушумской породой (полутяж)» стоимостью <данные изъяты>

Преступление совершено 01.06.2016 около 9 часов на участке <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В суде ФИО1 виновным себя в преступлении не признал.

В апелляционной жалобе и в дополнении к ней адвокат Бареев С.Р., считая приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, просит его отменить и оправдать ФИО1 ввиду отсутствия в его действиях состава преступления.

В обосновании жалобы защитник указывает на то, что стороной обвинения доказательств виновности ФИО1 не представлено, обвинение в умышленном уничтожении чужого имущества не конкретизировано, способ совершения преступления не установлен.

Защитник ссылается на то, что доказательства принадлежности жеребца потерпевшему И отсутствуют, а согласно тексту предъявленного обвинения жеребец был уничтожен не ФИО1 а иными лицами. Ущерб, причиненный преступлением, равно как и порода принадлежащего И коня, по делу не установлены. Не установлено также, какие травмы получил жеребец, почему они являются несовместимыми с жизнью и являются ли они последствием вмененного ФИО1 выстрела.

Защитник указывает на то, что не ясно, от каких повреждений скончался конь, поскольку описанные потерпевшим и свидетелями ранения не соответствуют результатам вскрытия, отраженным в акте утилизации.

По мнению защитника, суд первой инстанции необоснованно принял во внимание в качестве доказательств обвинения показания потерпевшего И, свидетеля И - <данные изъяты>, свидетелей К.Д. и К.А. - <данные изъяты>, работников КФХ, которые являются заинтересованными и зависимыми от потерпевшего лицами.

Защитник указывает на то, что основаниями для оговора осужденного ФИО1 со стороны И является наличие длительного гражданско-правового спора по земельному участку.

Защитник считает, что суд необоснованно отклонил показания свидетелей И, И и Б по мотиву их противоречивости, не приведя при этом ни одного примера.

По мнению защитника, суд необоснованно не признал недопустимым доказательством видеозапись разговора с ФИО1 поскольку она была представлена потерпевшим на флэш носителе, приобщена к уголовному делу на CD диске, при отсутствии процессуального документа, подтверждающего перенос видеозаписи с одного носителя на другой. Факт просмотра в судебном заседании видеозаписи в приговоре отражения не нашел.

Судом не учтено отсутствие следов выстрела на смывах с рук, с ушей ФИО1 срезах его ногтей с пальцев рук, а также на его одежде.

Защитник указывает на то, что потерпевший И без разрешения органов полиции уничтожил коня, повреждения коня на момент его забоя в установленном УПК РФ порядке осмотрены и зафиксированы не были, в то время как дробь, признанная вещественным доказательством, была предоставлена самим потерпевшим, а судебно-ветеринарная экспертиза в отношении умершего коня не проводилась.

Защитник также указывает на необоснованное взыскание с ФИО1 процессуальных издержек за оказание юридической помощи без указания их размера, ссылаясь на то, что при производстве по уголовному делу защитник по назначению участия не принимал.

Проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции считает приговор законным, обоснованным и справедливым.

Приговор постановлен надлежащим судом, в результате проведенного с участием сторон судебного разбирательства, ход которого отражен в протоколе.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в умышленном уничтожении чужого имущества, повлекшем причинение значительного ущерба, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и основаны на проверенных и надлежаще оцененных доказательствах, которым суд дал правовую оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. При этом, вопреки доводам жалобы, в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ приговор содержит описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, как они установлены при судебном разбирательстве дела.

Вопреки доводам жалобы, принадлежность жеребца И подтверждается показаниями самого потерпевшего, свидетеля П, продавшего жеребца тяжеловозной породы, свидетеля Б, являющегося <данные изъяты> и осматривавшего животное, актом на утилизацию лошади от 03.06.2016, другими доказательствами. При этом факт принадлежности животного при судебном разбирательстве уголовного судом первой инстанции осужденным ФИО1 признался и стороной защиты не оспаривался.

Ни обвинение ФИО1 сформулированное в обвинительном акте, ни приговор суда, не содержат указаний на уничтожение жеребца иными лицами, а не ФИО1 а потому соответствующие доводы жалобы являются необоснованными.

Ущерб, причиненный преступлением, подтверждается исследованными судом допустимыми доказательствами, сомнений в достоверности которых не возникает, в то время как порода принадлежащего И коня - помесь Тяжеловоза с местной кушумской породой (полутяж) подтверждается справкой ГБУ АО «Икрянинская ветеринарная станция» <номер изъят> от 21.11.2016 (л.д. 90 том № 2)

Основывая свои выводы о доказанности вины ФИО1. в преступлении, суд правильно сослался на показания потерпевшего И, свидетелей И, К.Д., К.А., которые прямо указали на подсудимого, который, при отсутствии других лиц, находился с охотничьим ружьем в руках в непосредственной близости от жеребца сразу же после выстрела утром 01.06.2016, показали также, что у коня имелась рана от выстрела, многочисленные отверстия от дроби.

При этом из показаний потерпевшего И и свидетеля К.Д. следует, что на вопрос зачем тот стрелял в коня, ФИО1 ответил, что так надо, а из показаний свидетеля И так же следует, что за неделю до этих событий ФИО1 угрожал, что застрелит их коня.

Оснований подвергать показания потерпевшего и указанных свидетелей сомнению или считать их недопустимыми доказательствами у суда не имелось. Каких-либо противоречий в показаниях потерпевшего И, свидетелей И, К.Д., К.А., которые могли бы существенно повлиять на выводы суда, суд апелляционной инстанции не усматривает.

При этом наличие гражданско-правового спора между И и ИП П, который был разрешен арбитражным судом 20.01.2015 в пользу потерпевшего, равно как <данные изъяты> отношений между потерпевшим и свидетелями обвинения, сами по себе не могут являться причинами для оговора осужденного, а потому соответствующее суждение защитника относительно наличия оснований для такого оговора является необоснованным.

Показаниям же свидетелей И, И и Б, равно как и показаниям осужденного ФИО1 судом дана надлежащая оценка с приведением в приговоре соответствующих суждений.

Вопреки доводам жалобы при судебном разбирательстве уголовного дела было установлено, какие травмы были получены животным в результате произведенного ФИО1 выстрела, и по каким причинам животное было умерщвлено и утилизировано. Именно в связи с огнестрельным ранением и невозможностью лечения животного с такими травмами, что было подтверждено <данные изъяты> Б, жеребец и был направлен на забой. При этом несоответствие тех повреждений, о которых сообщают потерпевший и свидетели обвинения, повреждениям, обнаруженным при вскрытии животного, не порождают каких-либо сомнений относительно причин гибели жеребца, поскольку последние и не могли быть обнаружены при внешнем визуальном осмотре.

При этом уничтожение потерпевшим коня без разрешения органов полиции, не проведение в порядке ст. 176 УПК РФ осмотра животного на момент его забоя, равно как и не проведение судебно-ветеринарной экспертизы, которая в соответствии со ст. 196 УПК РФ не является обязательной, не влияет на выводы суда о виновности ФИО1 в преступлении. Представление же самим потерпевшим дроби, признанной вещественным доказательством, что уголовно-процессуальным законом не запрещается, не порождает сомнений в относимости названного доказательства.

С учетом совокупности доказательств обвинения, достаточной для правильного разрешения уголовного дела, отсутствие следов выстрела на смывах с рук, с ушей ФИО1 срезах его ногтей с пальцев рук и на его одежде, не оправдывает осужденного и не свидетельствует о его невиновности.

Вопреки доводам жалобы, суд обоснованно признал в качестве допустимого доказательства диск с видеозаписью И с ФИО1 содержание которого было исследовано в судебном заседании с участием сторон и не оспорено стороной защиты. Указанному доказательству судом дана надлежащая оценка с приведением в приговоре соответствующих мотивов, а потому каких-либо сомнений в относимости доказательства и его достоверности у суда апелляционной инстанции не возникает.

Квалификация действий ФИО1. по ч. 1 ст. 167 УК РФ является верной.

Вместе с тем, правильно изложив описание преступного деяния, которое соответствует имеющимся в деле доказательствам, суд квалифицировал действия осужденного как умышленное повреждение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить приговор и уточнить квалификацию действий ФИО1 по ч. 1 ст. 167 УК РФ как умышленное уничтожение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба.

Такое изменение приговора, которое не влияет на его законность и обоснованность, не нарушает право осужденного на защиту, не затрагивает фактические обстоятельства совершенного преступления и не влияет на объем предъявленного обвинения.

Назначенное ФИО1 наказание является справедливым, соразмерным содеянному, поскольку судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ были в полной мере учтены характер и степень общественной опасности преступления, относящегося к категории небольшой тяжести, личность виновного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающего наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Вместе с тем, суд во вводной части допустил техническую ошибку в дате вынесения приговора - 17.02.2017, тогда как согласно протоколу судебного заседания приговор был провозглашен 20 февраля 2017 года

В данной части приговор подлежит уточнению, что так же не влияет на его законность и обоснованность.

Кроме того, из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора подлежат исключению ссылки на взыскание с осужденного ФИО1 процессуальных издержек по уголовному делу за оказание юридической помощи, поскольку защитник по назначению при производстве по уголовному делу не участвовал ни в ходе дознания, ни при судебном разбирательстве уголовного дела, а потому процессуальных издержек данной категории по уголовному делу нет.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.26, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор суда в составе мирового судьи судебного участка № 3 Икрянинского района Астраханской области от 17 февраля 2017 года в отношении ФИО1 изменить.

Считать датой вынесения приговора не 17 февраля 2017 года, а 20 февраля 2017 года.

Считать ФИО1 осужденным по ч. 1 ст. 167 УК РФ за умышленное уничтожение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба.

Исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора ссылки на взыскание с осужденного ФИО1 процессуальных издержек по уголовному делу за оказание юридической помощи.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Бареева С.Р. - без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Судья В.А.Кузнецов